Человек в теле добычи

      Треск пламени в камине вывел Гарри из состояния сна. Мужчина приоткрыл глаза и медленно сел, подслеповато щурясь и пытаясь нашарить ладонью очки, видимо, упавшие с лица во сне. Гостиная практически пропиталась запахом старости и пыли, несмотря на ежедневную уборку с помощью заклинаний. Слабый утренний свет пробивался сквозь тяжёлые занавески, оставляя нечёткие полосы на полу. Найдя множество раз битую оправу, Гарри надел их и устало вздохнул.       Вокруг дивана беспорядочно валялись открытые книги, оставшиеся ещё с прошлой недели, когда ему было необходимо найти заклинание поиска на крови. Большинство из трактатов и свитков явно принадлежали к разряду не самой светлой магии — тускло мерцавшие символы на страницах, старинные иллюстрации существ с пустыми глазами и обложки из самых неожиданных и, иногда, пугающих материалов указывали на их принадлежность дому Блэков в полной мере. Поттер поморщился, вспомнив, как до поздней ночи пытался найти подтверждение одной из запутанных теорий в труде Магнуса Трусливого. Сон настиг его неожиданно, словно внезапная смерть.       Волшебник поднимается, потягиваясь и зевая. На удивление, дом был тих. Не было слышно едва заметного шёпота портретов, скрипа половиц, шаркающих шагов Кричера. Дом никогда не был тихим по настоящему, но сегодня тишина казалась всеобъемлющей.       Гарри нахмурился, глядя на разбросанные везде вещи. Не хотелось оставлять всё в таком состоянии. Он взмахнул палочкой, и книги, лежавшие кучей на полу, плавно поднялись в воздух. Сначала он хотел сложить их обратно на полку, стоящую чуть поодаль от камина, в углу комнаты, но затем передумал. Эти книги лучше держать подальше от чужих глаз — даже собственных. Замаскировав их обложки заклинанием, мужчина отправил их в дальнюю комнату, дверь которой тут же захлопнулась с тихим стуком.       Закончив с книгами, он подошёл к камину, чтобы убрать остатки вчерашних поленьев и стряхнуть с полки слой пыли, которая, отчего-то, была там, несмотря на постоянную уборку. Однако его внимание привлекло нечто новое.       Среди остальных безделушек, портключей и сувениров, посередине каминной полки стояла статуэтка. Гарри совершенно не помнил, чтобы ему дарили такую. Это была фигурка оленя высотой около десяти дюймов, искусно выточенная из какого-то тёмного дерева со светлыми прожилками. Рога оленя были столь изящны, что казались хрупчайшими, чуть тронешь — и они сломаются с тихим хрустом. В глазах животного поблёскивали драгоценные камни, похожие чем-то на геспеит, который он часто использовал в артефактах, когда появлялось свободное время.       Волшебник осторожно взял статуэтку в руки. На ощупь дерево было тёплым, источник которого мужчина обнаружил через пару мгновений — на обратной стороне подставки были вырезанные руны, слегка затёртые какой-то грязью. Прищурившись, Поттер попытался разобрать их, но, увы.       — Откуда ты взялась? — пробормотал Гарри. Странное, но почему-то знакомое ощущение пронзило его.       В этот момент камин неожиданно вспыхнул, яркое зелёное пламя ослепило его. Непонятная тревога сжала грудь.       Однако всё было в порядке — в зелёном пламени стало проглядываться лицо Рона. Его волосы, ставшие чуть длиннее за последние годы, топорщились в разные стороны, а веснушки на носу казались тёмными в свете магического огня.       — Гарри, ты дома? — Голос Рона звучал бодро, но с лёгкой ноткой настойчивости. — Надеюсь, ты не засел здесь со всеми этими пыльными книгами опять?       Мужчина не смог сдержать усмешку, ставя статуэтку обратно на каминную полку.       — А ты как думаешь?       — Я думал, что ты закрыл камин, обидевшись на Кингсли. Рад, что ошибся. Мы с Гермионой беспокоились, что ты опять уйдёшь с головой в ту мерзость или что-то вроде этого. Выходи давай. У нас сегодня важные дела.       — Дела? — Гарри приподнял бровь. — Что ещё за дела?       — Очень важные. Мы идём в «Кабанью Голову» — пить пиво. Или огневиски. Сколько выдержишь. Раз уж Кингсли настоял на твоём временном отстранении, то пора бы начать вести себя как настоящий бездельник.       Гарри закатил глаза.       — Ну, ты меня, конечно, утешил. Уверен, что хочешь отдать мне звание бездельника года?       — Да ладно, перестань ворчать. Дай мне минуту, я сейчас приду.       Гарри отошёл от камина, чтобы дать место для друга. Зелёное пламя вспыхнуло ярче, и через мгновение Рон уже шагнул в гостиную Гриммо 12. Он обтёр пыль с мантии, игнорируя палочку, и окинул взглядом комнату.       — Ого, ты что, убрался? — В голосе друга слышалось искреннее удивление. Мужчина осмотрелся вокруг, почти нарочито, и его взгляд остановился на каминной полке. — Откуда это у тебя? Джинни опять забегала к тебе на днях?       — Нет, но я сам хотел бы знать, — Поттер покачал головой и кивнул в сторону деревянного оленя. — Появилась буквально из ниоткуда, но она довольно детальная для своего размера.       — Думаешь, это очередной сюрприз от этого дома?       — Возможно, — Гарри потёр затылок. — Но если что-то случится, то определённо не сегодня. Пошли уже.       Рон расплылся в довольной улыбке.       — Вот это разговор!       Друг хлопнул Гарри по плечу, отчего тот чуть не споткнулся на месте.       — Слушай, когда в последний раз мы просто выпивали без всех этих «охот за артефактами», «величайших заговоров» и прочего?       — Ты забыл, что мы были в баре не так давно? — Гарри усмехнулся, натягивая маггловское серое пальто и стоя уже у входной двери.       — Мы попросту обязаны отпраздновать твой отпуск! Это первые выходные за несколько лет, а ты всё такой же хмурый, как профессор Бинс на собрании преподавателей.       Гарри не мог удержаться от улыбки. С Роном всегда было проще — он умел гнать прочь мысли, которые так любили кромсать ему мозг. Через несколько минут они вышли на улицу, продолжая переговариваться. Волшебника пронзил стыд — слишком уж давно он не виделся с друзьями. Настолько давно, что Рон сам пришёл его искать. Почему-то вдруг подумалось, что улицы были слишком тихими. В груди, отчего-то, было пусто, будто чего-то не хватало и этот факт не давал мужчине покоя.       Однако Рон, кажется, был в прекрасном настроении и тараторил без остановки:       — Вот представь, Гарри, бар под названием «Усы Миртл». Главный коктейль — «Маггловский Грог» с секретным ингредиентом. Гадость полная, но все будут брать ради названия! — Он хохотнул так громко, что какая-то ворона возмущенно каркнула с крыши. — И, конечно, шоколадные лягушки вместо орешков. Гениально, да?       Несмотря на весёлую атмосферу, Поттеру не давало кое-что покоя: почему Рон вытащил его с утра пораньше пить? Это было не похоже на него. Особенно после того, как Кингсли настоял на его временном отстранении от дел в Министерстве. У Рона, как действующего аврора, было не так уж и много свободного времени, чтобы выпивать посреди дня.       «Может, он просто пытается меня отвлечь?» — Подумал Гарри. Хотя Рон никогда не отличался особой тонкостью в психологических вопросах.       — Ну чего ты такой серьёзный? — Рон хлопнул его по плечу. — Расслабься! Сегодня солнечно, у нас есть причина выпить по бокалу, да и ты заслужил перерыв. А то с таким лицом и к бару тебя не подпустят.       Гарри засмеялся, хотя не мог полностью избавиться от гнетущего ощущения, что что-то не так. Они подошли к углу улицы. Солнце светило ярко, но казалось его яркий свет казался не к месту, уж точно не для зимней Англии. Воздух практически плавился, дрожа и переливаясь от низкой температуры. Гарри замедлил шаг, уловив краем глаза движение. Он резко повернул голову и увидел… Оленя?       Его глаза были зелеными — такими, словно два стеклянных шарика. Он, не мигая, смотрел прямо на него.       — Гарри? Ты чего там застрял? — Голос Рона отвлёк его и волшебник обернулся на звук голоса. Однако только мужчина обернулся — как животное пропало.       — Всё нормально, — несколько неуверенно протянул Поттер, догоняя друга.       — Ты меня пугаешь. Если так и будешь продолжать, то я приготовлю тебе коктейль «Расслабься, Поттер» — запатентованный рецепт! — Рон расплылся в широкой улыбке, не обращая внимания более на его необычное поведение.       — И что туда входит?       — О, что-нибудь крепкое и зелёное. Мерзкое на вид, но эффективное!       Гарри слегка усмехнулся, но ощущение неправильности не покидало его по дороге в бар. Его глаза то и дело замечали нечто. То в витрине антикварной лавки он заметил своё отражение, которое казалось слегка иным, что было невозможно в маггловской части города, то тени, падающие от домов под странным углом, дрожали, словно что-то двигалось в их глубине. Но едва Поттер обращал на них внимание — всё становилось как прежде. Солнце продолжало светить. Воздух был плотным и неподвижным, как будто мир замер в ожидании чего-то, что должно вот-вот случиться.        Они вошли в небольшой бар с интересной кирпичной кладкой и низкими потолками. В воздухе пахло дубом и солодом. Запах дыма, тянущегося с кухни, заставил нахмуриться, а над барной стойкой висел старый выцветший плакат с надписью «Алкоголь — дешевле, чем терапия».       Рон уселся за стол у окна, не дожидаясь официанта, и махнул Гарри, чтобы тот сел напротив.       — Давай, приятель, я плачу! Что тебе — пиво или что-нибудь покрепче?       — Пива будет достаточно, — отозвался Гарри, чувствуя какое-то странное давление в груди, словно воздух здесь был плотнее.       Друг ярко улыбнулся и торопливо встал, подходя к бару.       С каждым годом он всё лучше ориентировался в маггловском мире, что не могло не радовать Гарри. Возможно, здесь сыграл роль брак с Герми?       Через пару минут он вернулся с двумя огромными кружками темного пива и поставил их на стол с глухим стуком.       — Ну, за свободу от Министерства! — Волшебник поднял кружку и улыбнулся так широко, что было видно каждый зуб. Гарри рассмеялся, подхватывая вторую кружку. Пиво было прохладным и горьковатым, но оставляло странное послевкусие, которое он никак не мог определить.       — Вот видишь, уже лучше! — Рон облокотился на стол. — Чего тебе еще нужно? Только солнце, компания и холодное пиво. Все проблемы решаемы!       Гарри молча кивнул, но не чувствовал никакого облегчения. Его взгляд скользнул по залу, полному громко смеющихся людей, которых было слишком много для буднего утра. Казалось, все были увлечены своими разговорами и не обращали на них никакого внимания, но у Гарри появилось странное ощущение, что кто-то наблюдает за ним.       Тут из глубины зала донесся громкий смех, который, казалось, отразился от стен и долго не хотел угасать. Он был слишком громким, будто кто усилил его Сонорусом. Гарри поймал себя на том, что его рука потянулась к палочке, спрятанной в кармане куртки.       — Расслабься, ну! — Рон хлопнул его по плечу так, что пиво чуть не выплеснулось и не испачкало одежду, — или ты теперь на каждый смех будешь реагировать так?       — Наверное, просто устал. — Гарри попытался улыбнуться, — Слишком давно не расслаблялся.       Они пили дальше, и Рон снова начал рассказывать что-то смешное о Джордже и его новом изобретении для магазина. Гарри улыбался, но чувствовал себя как-то… не на своем месте. Как будто все вокруг него двигались по сценарию, а он оказался здесь случайно.       Официант принес еще несколько кружек, забрав пустые, и Гарри машинально сделал глоток, но вкус был уже не тот. Принесённое пиво было теплым, будто прошло слишком много времени. Шум голосов вокруг становился все громче и острее, словно кто-то пытался проникнуть прямо в его сознание.       — Ты чего такой бледный? — Удивлённо спросил Рон, вскинув бровь.       — Что-то не так.       — Брось, дружище! Это всего лишь паб, в который мы всегда ходим. Ты здесь, я здесь, а остальное — чушь. Все в порядке.       Но Гарри не был в этом так уж уверен. Казалось, что за тонкой поверхностью привычного веселья таилось что-то… Неправильное. И он никак не мог определить, что именно.       Рон продолжал рассказывать об экспериментах Джорджа, его жесты становились все более размашистыми, а смех заразительно гремел на весь зал. Гарри слушал вполуха, машинально кивая в нужных местах и делая вид, что следит за разговором.       Но его взгляд постоянно блуждал по пабу. Он словно видел все сквозь слегка искаженное стекло: смех посетителей был чуть громче, чем нужно, голоса сливались в странный, почти гипнотический гул. Кто-то на заднем плане казался размытым пятном, как будто находился не совсем здесь.       За стойкой бармена мелькнула фигура в темно-синей рубашке, но когда Гарри снова посмотрел туда, там никого не было. Официант, который принес им пиво, почему-то не сделал это снова — обратив свой взгляд на стол перед собой, там были совсем другие бокалы.       — И вот, представляешь, Джордж случайно продал это зелье самому себе! — Рон залился хохотом, почти опрокинув полную кружку.       Поттер усмехнулся, но не мог сосредоточиться. Сердце при упоминании Джорджа, отчего-то, сжалось. Его взгляд зацепился за отражение в окне: слабое мерцание, как будто кто-то стоял прямо за стеклом и наблюдал за ними. Он моргнул — и видение исчезло.       — Эй, ты совсем не пьешь! — Рон указал на его почти полную кружку теплого пива. — Ты ведь не собираешься уйти раньше времени?       Мужчина автоматически взял кружку и сделал большой глоток, чувствуя, как пиво тяжело оседает в желудке. В этот момент дверь паба скрипнула, и кто-то вошел, но звука шагов не последовало.       Гарри бросил взгляд на вход, но увидел лишь пустоту. Дверь покачнулась и снова закрылась, оставив после себя легкий шорох, напоминающий звук листьев на ветру.       — Отлично, отлично, — прихлёбывая пивом и хрустя орешками, одобрительно прогудел его друг. — Мы заслужили этот день, дружище. Не все же время спасать мир!       Гарри кивнул, улыбнувшись в ответ. Но где-то глубоко внутри у него осталась тягучая, труднообъяснимая тревога, которую нельзя было залить ни пивом, ни весельем.       — Как Джордж вообще умудрился продать зелье своему отражению в магическом зеркале? — Переспросил волшебник, наконец-то втянувшись в разговор. Он уже представлял себе эту сцену, и уголки его губ непроизвольно дрогнули.       — Вот в том-то и дело! — Рон залился смехом, откинувшись на спинку стула. — Он был уверен, что перед ним какой-то зашедший клиент! Рассказал ему про «блестящий эффект мгновенного роста волос в самых неожиданных местах» и даже дал скидку. А потом клиент, то есть его собственное отражение, ухмыльнулся и исчез. Джордж чуть не проклял зеркало на месте, пока не понял, что произошло.       Гарри рассмеялся. Это действительно звучало в духе Джорджа, всегда находящего приключения даже там, где их, казалось бы, не было. Но как только он снова потянулся за кружкой, из угла его глаза что-то мелькнуло. Показалось, будто одна из свечей на стене погасла слишком резко, будто в нее подул невидимый сквозняк. Он бросил взгляд в ту сторону, но ничего необычного не увидел — только стены паба, украшенные старинными фотографиями и пожелтевшими афишами концертов.       — Гарри, ты должен был это видеть! — Рон громко хлопнул ладонью по столу. — Лицо у Джорджа было такое, будто он продал целый ящик взрывных пудингов министру магии.       Поттер снова усмехнулся, хотя ощущение тревоги никуда не делось, нарастая с каждой секундой, проведённой здесь.       Однако он решил ничего не говорить. Вероятно, то просто усталость или последствия долгих дней взаперти. А может, это пиво уже давало о себе знать.       Рон налил ещё одну кружку, не спрашивая, хочет ли Гарри пить, и сдвинул её к нему на стол.       — Давай, приятель, не стесняйся, пей. Нам нужно расслабиться! Ты ведь не думаешь, что я просто так тебя отпущу, правда? Ты должен пить, должен расслабиться!       Гарри, немного удивлённый таким напором, посмотрел на Рона. Обычно тот не был таким настойчивым, даже если речь шла о выпивке. Он потянулся за кружкой, но что-то внутри его остановило. Сколько он уже выпил? Три кружки? Пять? Напиваться так с самого утра — определённо не лучшая его идея.       — Слушай, Рон, может, хватит? Я не собирался тут устраивать какой-то марафон по пьянству.       Рон только улыбнулся, но его улыбка показалась немного напряжённой, а взгляд — чрезмерно пристальным. Он снова налил пиво, из бутылки, взявшейся из ниоткуда, будто не слышал его.       — О, да ладно тебе. Давай, ещё немного. Ты же не хочешь сидеть тут, как затюканный старик, верно? Мы же с тобой в баре! — Его голос был слишком громким, а движения — излишне дёрганными.       Гарри замер, пытаясь понять, что происходит. Заметив, как Рон нервно теребит край своей манжеты, Поттер перевёл взгляд на его лицо — веселое, покрасневшее от алкоголя, но глаза казались тусклыми. Это не было похоже на обычного Рона. Он всегда был весёлым и беспечным, но теперь что-то в его поведении было совсем не так.       — Приятель, ты что, поругался с Гермионой? — Гарри нахмурился, ощущая, как напряжение в воздухе усиливается.       Но Рон продолжал настаивать, его голос становился всё более настойчивым, и с каждым словом что-то в его поведении становилось всё страннее.       — Ты что, не хочешь выпить со мной, Гарри? Ты не хочешь расслабиться? Мы же друзья! Ты должен расслабиться, ты заслужил это, ты заслужил! — Рон вцепился в кружку, сжимая её до характерного скрипа.       Мужчина резко встал из-за стола, практически опрокидывая стул, на котором сидел. Он практически ощутил, как по спине пробежал холодок. Всё это начало казаться ему… Странным.       Рон посмотрел на него с растерянным выражением, но затем снова попытался налить пиво.       — Просто расслабься, Гарри. Ты же видишь, как хорошо здесь. Мы оба этого заслуживаем, правда? Просто выпей, и все будет нормально.       На мгновение Рон замолчал, его взгляд на мгновение стал пустым и отстранённым, а потом он вздохнул и выпрямился. Будто его план не удался.       — Ладно, ладно… — Его голос стал плоским, почти безэмоциональным. — Но ты заслуживаешь. Мы же друзья, приятель.       Волшебник почувствовал, как к глотке подступила тошнота, почувствовал, как напряжение достигло своего пика, а тревога лишь усилилась. Что-то было не так. И что-то в этом месте теперь чувствовалось… неправильным. Он почувствовал, как воздух в комнате стал тяжелым, с каждым вздохом дышалось хуже. Легкие сжались, как от нехватки кислорода, как будто весь мир вокруг не давал ему дышать. Гарри резко поднялся с места, бросив взгляд на Рона, который теперь сидел и смотрел на него пустыми глазами.       — Мне нужно выйти, — пробормотал Гарри, не объясняя больше ничего.       Его голос был сухим и низким, а руки нервно сжались в кулаки. Он направился к двери, ощущая, как стены начинают теснить его, с каждым шагом мир становился всё более удушающим. Он оказался на улице, но и там не стало легче. Толпа людей заполонила улицу, которая до этого была пустой, как будто город вдруг ожил, и все они двигались в одну сторону, не замечая его, но и не давая пройти. Гарри чувствовал, как эта толпа начинает сжиматься вокруг него, как будто каждое тело — это невидимая стена, не дающая пройти дальше.              Он пытался двигаться, отчаянно пытаясь прорваться через барьер из людей, но каждый шаг был как борьба с невидимой преградой. Толпа двигалась медленно, но непреклонно, не делая ни шага в сторону, чтобы пропустить его. Их лица казались неразборчивыми, а в воздухе витала какая-то тяжелая неопределенность.       Гарри чувствовал, как его дыхание сбилось, люди лишь оттолкнули его обратно к бару. Он чувствовал, как паника подступает, не давая ему нормально дышать, и, несмотря на его усилия, продвигаться становилось всё тяжелее. Толпа словно сжимала его, каждый взгляд оторванных лиц словно давил на его грудь. Вдруг, среди серой массы людей, он заметил нечто выбивающееся — фигуру, стоящую в стороне. Высокий мужчина в костюме, который был одновременно знакомым и чужим. Это был строгий синий костюм, который выглядел как что-то из другого мира, но вот лицо — он не мог его разобрать. Мужчина наклонился вперёд, и Гарри почувствовал, как его рука мягко, но уверенно потянула его за собой.       Поттер резко поднял голову, пытаясь вернуть себе хоть немного контроля, и вдруг его взгляд встретился с человеком, стоящим перед ним. Мужчина был высоким, на пару дюймов выше его самого.       Гарри почувствовал, как холодок пробежал по спине. Это было не просто странное лицо — оно было знакомо, но в то же время чуждо, как если бы оно пришло из кошмара. Мужчина перед ним был как раз тем, кого Гарри знал — и его лицо заставило сердце бешено забиться, магия в груди взбесилась, разнося улицу в пыль, а людей изрубив на куски, как будто они были простыми мясными тушами.       Перед ним стоял Ганнибал Лектер, крепко державший его за руки, не давая даже двинуться в сторону. Его карие глаза прожигали в его лице дыру, непроницаемо вглядываясь.       «Не может быть, откуда… Откуда он тут…» — промелькнуло в голове, и все внутри сжалось. Он не мог поверить, что этот человек оказался прямо перед ним, в реальной жизни, в таком месте и в такой ситуации.       Лектер мягко улыбался, но его взгляд заставил нечто внутри сжаться в ужасе. Он по-прежнему держал Гарри за руку, как будто его присутствие здесь, в центре Лондона, в толпе людей не имело значения, как будто Гарри был всего лишь частью какой-то тщательно выстроенной картины.       — Здравствуй, Гарри, — сказал Лектер, и его голос звучал, как шелковая лента, скользящая по лезвию ножа. Бархатистый и глубокий, он обволакивал слух, манил в уютную ловушку, из которой невозможно выбраться.       Гарри пытался выдернуть руки из захвата, но тот моментально сжал их крепче, заставляя его почувствовать, как холод пробегает по венам.       — Какого Мордреда?..       Лектер улыбнулся едва заметно, но даже так это была не доброжелательная улыбка, она как у кого-то, кто прекрасно понимает, что не существует таких границ, которые ему не под силу перешагнуть.       — Я тот, кто тебе нужен, — ответил Лектер, и его взгляд, настойчивый, преследующий, утягивающий в свою глубину, не оставляя Гарри выбора и заставляя его почувствовать, что этот разговор только начинается.       Гарри коротко промычал, ощущая глухую боль в запястьях, пытаясь вырваться, но хватка Лектера оставалась сильной, слишком сильной. В этот момент что-то странное и ужасное начало происходить прямо перед его глазами. Маггл, простой маггл, казалось, не замечал того, что с ним происходило, его взгляд всё так же был холодным и рассудительным, но его волосы начали двигаться — как будто их трогали порывы ветра. Из-под локонов в его голове начали расти рога. Огромные, изогнутые, темные, как те самые, на статуэтке в его доме, рога, которые росли с каждым мгновением, тянулись вверх, меняя силуэт мужчины и создавая из человека ужасающего монстра.       Поттер замер, его глаза не могли оторваться от этого кошмарного явления. Рога продолжали расти, их ветвистые, как у Вендиго, очертания становились всё более угрожающими. Они пересекались друг с другом, покрывая лоб Лектера тенью. Параллельно с этим рога становились не просто частью его внешности, а словно впитывали в себя магию, будто превращая самого Лектера в нечто большее, чем просто человека.       Каждый взгляд, каждое движение казались всё более и более зловещими. Завывание ветра, появившегося неизвестно откуда, заглушало все звуки вокруг, оставляя только жуткий гул в его голове. Волшебник не знал, что это — галлюцинация, магия или реальность. Глаза Лектера оставались неподвижными, словно тот был непробиваемой стеной, как человек, который знал, что творит.       — Я необходим тебе. Я — оплот безопасности. — Снова прошелестел голос Лектера, на мгновение показавшийся ему электронным. — Тебя послал мне Господь, как дар.       — Я единственный, кто нужен тебе.       — Я…       Гарри резко распахнул глаза, практически подскакивая на кровати. Его разум, всё ещё поглощённый увиденным, едва ли успел осознать, что происходит. Всё ещё слыша шум в своей голове, Поттеру показалось, что он всё ещё продолжает слышать голос маггла в своей голове, но полностью лишённый эмоций, как запись. Он задышал глубже, пытаясь унять панику, которая вновь охватила его, как только он осознал, что всё, что произошло, было всего лишь сном.       — О, блядский Мордред и Моргана, так это был всего лишь сон, — прошептал Гарри, не в силах сдержать истерического смешка, потрясённо глядя на свои размытые руки. — Я не дома. Я всё ещё нахожусь у этого ненормального маггла, моему телу всё ещё пятнадцать, и я всё ещё без магии.       Юноша почувствовал, как сердце замерло от уже неярких воспоминаний о сне. Всё, что он помнил — Рон, толпа и Лектер, с каждой секундой приобретавший всё больше признаков Вендиго. Но вот он здесь, в этом доме, среди этих чуждых, но знакомых ему вещей, где всё казалось холодным и неприятным, но понятным, его тело продолжало напоминать ему о том, что он был не тот, кем он был раньше.       Гарри почувствовал, как его ладонь прострелила острая боль от последствий проклятого артефакта, и боль казалась чем-то личным, драгоценным, знакомым. Он встал с кровати, пытаясь прийти в себя, и попытался нашарить рукой очки на прикроватной тумбочке.       — Драккл его раздери, мне это всё не нравится, — пробормотал он себе под нос юноша, выходя из комнаты и направляясь на кухню.       Едва Поттер спустился на первый этаж, полностью уйдя в свои мысли, как оказался прямо перед входной дверью.       Гарри замер, пытаясь прийти в себя. Ноги интуитивно принесли его к выходу из небезопасного пространства. Спустя пару минут, юноша подошёл ближе, положив ладонь на ручку от двери и слабо нажав, не надеясь обнаружить её открытой.       Щелчок — и дверь приоткрылась.       Не успел парень удивиться, как его охватила сильная тревога.       Из тьмы коридора появился Ганнибал Лектер. Он вышел из тени, как хищник, ловко и беззвучно, почти как если бы маггл был частью самого пространства, растворённым в его темных уголках. Лицо Лектера было спокойным, но в этом спокойствии было что-то совершенно нечеловеческое — прохладный интерес, словно он только что проснулся и ещё не успел надеть на себя маску нормального человека.       Маггл стоял совсем недалеко, но даже это расстояние не казалось Поттеру безопасным. Мужчина стоял без движения. Взгляд Лектера не был пропитан мягким дружелюбимем или вежливым участием, как обычно. Напротив, в нем не было никакой силы, которая бы требовала ответа. Он просто смотрел. Его глаза были слишком умиротворены для того, чтобы быть безопасными.       Гарри почувствовал, как по спине прошли мурашки. В голове всё ещё мелькали картинки из сна — кровавые рога, ползущие по голове человека, зловещие ощущения того, как он становился чем-то… иным. Но сейчас перед ним стоял человек, из плоти и крови, даже если он и был опасен по-настоящему. Сейчас Лектер стоял перед ним как обычный человек, одетый в своё привычное одеяние, без маски, что скрывает внутреннего монстра.       — В чём дело, Джеймс? — Произнёс Лектер едва слышно, будто интересовался погодой. Его взгляд был прохладным, а голос учтивым. — Ты хочешь выйти на улицу, зимой, в четыре часа утра, в таком виде?       Гарри не знал как реагировать. Он не ожидал, что Лектер скажет это так спокойно, словно они просто беседуют о чём-то банальном.       — Что? — Переспросил он тихо, почти не веря своим словам. Автоматически волшебник опустил взгляд вниз, разглядывая свои поджатые от холодной плитки пальцы ног и голые худощавые бёдра. Поттер даже не ощущал стыда за то, что стоял в одной короткой футболке, не скрывающей его ног, и в тёмных боксёрах.       Лектер улыбнулся краешком губ. Это была не та улыбка, которая говорила о доброжелательности. Его взгляд был направлен прямо на ладонь Гарри, которая всё ещё лежала на ручке двери.       Волшебник почувствовал, как его ладонь, которая всё ещё держала дверную ручку, практически обжёг ледяной металл. Он знал, что должен ответить, что должен сказать что-то, чтобы хоть как-то развеять это ощущение, будто он стоит перед чудовищем, которое готово его проглотить. Но слова не приходили. Парень всё ещё не мог вырваться из того кошмара, который он только что пережил, из тех мрачных картинок, что не отпускали его.       Ганнибал продолжал смотреть, не двигаясь. Он более не улыбался, не выражал никаких эмоций, но в этом взгляде было что-то, что заставляло Гарри чувствовать себя обнажённым. Даже без слова Лектер казался как-то всеобъемлющим, его присутствие давило. Даже воздух казался вязким.       — Что ты хотел сделать, Джеймс?       Гарри пытался сделать шаг назад, но его ноги как будто приросли к полу. Он даже не знал, почему не может двинуться. Страх? Или что-то большее? Поттер огляделся, пытаясь найти что-то, что могло бы его защитить, но комната оставалась пустой, с одними лишь углами, в которых не было места для спасения.       Лектер сделал шаг вперёд, его движения были плавными, с какой-то хищнической грацией, и Гарри в ту же секунду, не отдавая отчёт себе, инстинктивно сделал шаг назад, тянясь другой рукой к своему бедру, где обычно висела кобура для палочки, но вовремя одёрнул себя.       Гарри ощутил, как его сердце бьётся быстрее, но старался держать выражение лица спокойным. Он не мог позволить себе показать слабость. Но в то же время волшебник понимал, что сам он был как на ладони — всё, что могло бы его выдать, уже было на поверхности: скомканная поза, нерешительный взгляд, напряжённые движения. Всё это, несомненно, заметил и Лектер.       Маггл шагнул ближе, тихо скользнув в личное пространство Гарри. Он не торопил его с ответом, но Поттеру казалось, что если через пару секунд он не ответил хоть что-то — то он поплатится.       Перед ним всё ещё стоял другой, иной образ этого человека — монстра из мифов далёкого времени, когда волшебники уже истребили всех Вендиго на английских землях. И всё же, нечто не давало Поттеру расслабиться. Невольно, из его глотки вырвался предательский дрожащий смешок:       — Ты ведь не собираешься напасть на меня прямо сейчас, не так ли? — Взгляд Гарри скользнул к руке Ганнибала, которую тот держал слегка за собой, столь естественно и так, будто там ничего не было, но его чуйка аврора, хоть и в отставке, говорила ему, нет, практически кричала о том, что Лектер держит в ней оружие. Было ли это игрой его воображения или нет, но Поттер увидел, как вздрогнула рука мужчины, лишь на мгновение, почти незаметно в ночной тьме.       Волшебник стоял неподвижно, его мышцы были напряжены до боли, а мысли метались, как затравленные птицы в клетке. Лектер продолжал смотреть на него, словно намереваясь разобрать его на кусочки, разоблачить, понять саму суть. Тишина сгущалась, становилась почти осязаемой. Каждый вдох Гарри казался громким, словно его дыхание выдаёт всё — его страх, его сомнения, его растерянность.       — Слишком холодно и темно для прогулок в это время, Джеймс.       Лектер был близко. Слишком близко. Его взгляд казался бездонным — спокойным и ровным на поверхности, но внутри скрывалось нечто тёмное, непостижимое. Гарри знал этот взгляд. Так смотрели те, кто больше не признавал мораль и границы, те, кто прошёл за грань человечности.       — Да. Ты прав, — выдавил из себя Гарри, чувствуя, как его голос дрожит.       Лектер чуть наклонил голову, его губы изогнулись в едва заметной улыбке. Он слегка поднял руку, ту самую, в которой Гарри думал, что был скрыт хотя бы лезвие ножа. Поттер с трудом удержал себя от того, чтобы не встать в атакующую стойку и не прошипеть Непростительное. Но Ганнибал держал в руке лишь новую пару очков с квадратной оправой.       — Вот, прошу.       Гарри с облегчением выдохнул, нерешительно забрав оправу из чужой руки. Его плечи обмякли на долю секунды, но это мгновенное расслабление было обманчивым. Лектер двигался, говорил, улыбался — но ничто из этого не внушало доверия. Всё, что он делал, казалось частью какой-то тщательно спланированной игры.       — Почему ты здесь? — Наконец спросил Поттер, стиснув ладони в кулаки, чтобы унять дрожь.       Лектер приблизился, одновременно с этим закрывая слегка приоткрытую Гарри дверь. Он был всего в паре десятков дюймов от волшебника. В его глазах читался странный, почти заботливый интерес. Он нагнулся чуть ближе, раздражающе возвышаясь над Поттером       — Ночью меня всегда одолевает жажда.              Юноша криво улыбнулся, и отошёл в сторону, в попытке избежать контакта с Лектером. Он резко развернулся, направляясь обратно в свою комнату, крепко сжимая в своей руке оправу очков, удивляясь, как они не треснули от приложенной силы.       Лектер за его спиной шагнул по направлению к кухне, на мгновение останавливаясь и произнеся то, что не давало Гарри спать всю оставшеюся ночь:       — Увидимся за завтраком. — произнёс Ганнибал, и это было сказано так мягко, что Гарри невольно вздрогнул, останавливаясь на середине лестницы. — И, Джеймс, будь осторожнее. Сон и реальность не должны смешиваться. Иначе ты можешь запутаться и принять спасителя за хищника.