Addicted

      Сентябрь. 2016 год.       Джеки ненавидела китайские кварталы и всё, что с ними связано. Она ненавидела ароматы лапши, уксуса, которым заправляли рис, всей этой рыбы и специй. Но больше всего она ненавидела ароматы героина, которые, будто пары волшебной пыльцы, витали вокруг. Она буквально чувствовала его на кончиках пальцев. Места, где раньше были синяки от уколов, свербели, как кожа блохастой собаки. Она не могла отделаться от этих ощущений. Не могла отвлечься от них и игнорировать. В такие моменты она как никогда сильно держалась за Рэймонда. Но это был не ее день. Не ее неделя и даже не ее месяц.       Это был какой-то тяжелый месяц, как ей когда-то сказали, «эффект годовщины». Мысли ускользали от нее, разбегались во все стороны, как тараканы. Перед глазами то и дело всплывало серое лицо Тома. Тот самый момент, когда она пыталась привести его в чувства. Не стоящий на ногах Эд, пытающийся позвать на помощь. И эта боль от осознания того, что Тому уже не помочь. Боль, родившаяся в ее сожженном сердце, которая все еще преследовала Джеки. Ее было не заглушить. В такие моменты больше всего она хотела вмазаться еще разок. Тот самый «один последний раз». Чем дальше она уходила от тех дней, тем желание становилось сильнее. И последние годы она старалась быть как можно ближе к мистеру Смиту. Держаться за него, как за спасательный трос. Она вставала по утрам, укладывала волосы, красилась и принимала ванну только из-за него. Не было ни одной другой причины. Она надевала свой костюм — костюм-тройку, подобный тем, что носил он, лодочки на высоком каблуке и еще пять минут репетировала улыбку перед тем, как выйти на улицу. Она не могла сдаться. Один укол, одна таблетка, одна дорожка или одна затяжка — это не «один раз», это будет первый раз, а за ним череда следующих. И все опять полетит к черту. Но главное, что заботило ее — Рэймонда тогда уже не будет. Он исчезнет. И это заботило ее больше, чем работа, которая исчезнет, все эти красивые вещи, ее машина, улыбка на лице ее матери, ее жизнь… Она была пустой и безжизненной, и только появление его величества мистера Смита заставляло легкие взаправду качать воздух. Она потеряет его… потеряет? Так, будто он действительно был у нее. Нет, теперь, в этом месяце, он был был у мисс Анны Моубри. Какая-то леди чего-то там, сто двадцать третья в очереди на престол. И все-таки, может короны у нее и не было, но был Рэймонд.       Анна была племянницей одного из карманных лордов Микки. В один из дней они попали в их имение, тогда Джеки заметила, что называется, «этот взгляд».       — Моя племянница, — сказал лорд Моубри, — Анна… — по одному взгляду Джеки поняла, что Рэймонд и так ее знал. Один их взгляд, ее улыбка, и от наблюдения за ними двумя у Джеки сжалось сердце.       — Потрясающая наездница, — в разговоре нахваливал Анну ее дядя. На этой фразе Джеки едва не фыркнула. Очевидно, что да, раз уж мистер Смит так смотрит на нее.       Она вспомнила тогда дерби в Уимблдоне и тот момент, когда Смит пропал куда-то, а после вернулся уж слишком довольный. Все это складывается в ее голове, и Джеки больше не хочется сидеть в кресле за чашкой чая, ей хочется выйти из этого дома и вернуться в Лондон.       Это было почти месяц назад. А после, через пару недель, она видела их в ночном клубе Майкла. Рэймонд умело умещал в свои сутки и работу, и личное. И всё это его личное чаще всего разворачивалось на глазах Джеки.       — Что-то произошло? — не выдержав, все же спросил Смит. Они уже выходили из паба. Рабочий день Джеки был окончен, у Рэймонда он не заканчивался никогда. И пускай Джеки не была уверена, куда именно он собирается, подозрение «к ней» висело над ней как топор.       — Ничего, — соврала она. Смотрела ему в глаза, продолжая улыбаться так, как репетировала каждое утро, и врала. Брови Рэймонда дернулись, приподнимаясь вверх. Он не верил. Но не сказал ни слова.       — Ладно, жду завтра, — сказал он и, уже собираясь направиться к своей машине, добавил. — Хорошего вечера, Джеки!       — И тебе, — выдавила она из себя вместе с очередной лживой улыбкой. Ничего. Ничего, ничего, ничего, повторяла она себе. Ехала домой под звук оповещений, приходящих на оба ее телефона. Ее работа давно вышла за рамки графика, но, учитывая, как параллельно с обязанностями рос и ее доход, Джеки это мало волновало. Ей все равно некуда было деть свои выходные и свободные часы. Не было друзей, подруг, некуда и не с кем было сходить. Клэр затащила ее в зал, вот и все развлечения. Туда Джеки ходила без большого желания, даже учитывая, что, выходя после тренировки, чувствовала себя лучше. Рэймонд тоже начал качаться, как-то заметила она. Джеки не скрывала свое новое увлечение. Для окружающих она старалась быть нормальной, потому поход в зал был «приятным и полезным времяпровождением». Она даже как-то пошутила о парнях в зале и о том, как радуется глаз от всех этих красивых рук и торсов. И уже через пару месяцев заметила, как рубашки мистера Смита стали ему малы. Они натягивались в районе его плеч, притягивая взгляд. Джеки тогда это показалось хорошим звоночком, воодушевляя ее. Ну а еще через пару месяцев, как раз в момент начала ее кризиса, появилась Леди Моубри. Черт бы ее побрал!       Еще через неделю, как по заказу, в ее жизнь вернулся Эд. Его буквально ветром к ней принесло. Встреча с китайцами. Она уже шла к машине, пока Рэймонд еще раскланивался перед таким же советником, как он, но китайской прошивки. Джеки было положено улыбаться, молчать и выполнять распоряжения мистера Смита в такие моменты. Вообще, в структуре Пирсона у нее были весьма ограниченные обязанности. Поначалу она сидела в «офисе». Вела графики встреч, отвечала на звонки, напоминала о чем-либо Рэймонду. Позже к этому прибавились поездки на фермы с периодичностью раз в пару месяцев, иногда больше. Потом Рэй стал брать ее на разные мероприятия как «помощницу». А потом и на некоторые встречи. Такие, как эта. Она должна была быть внимательной, слушать и смотреть. И неприметно передать все, что показалось ей странным, Рэймонду. В ресторане на Мэддокс-стрит ничего странного не было. Новый парень, которого она еще не видела, только пялился на нее, как озабоченный подросток. Он улыбался, косился, подмигивал и делал все, что вызывало в ней приступ тошноты. Не потому что он был плох, совсем нет. Просто ее мозг был занят одним человеком, но в тот момент, пока ее руки скользили с невидимого спасательного троса, в мысли постучали старые воспоминания. А в жизнь — старые друзья.       — Джек! Джеки! — сначала ей показалось, будто это ей чудится. Она не слышала голос Эда по меньшей мере лет семь. Продолжая печатать сообщение в телефоне, она отошла от двери ресторана. Джеки направилась к машине. Кто-то схватил ее за руку, и она дернулась, резко оборачиваясь. Перед ней стоял Эд. Улыбающийся Эд, с его вьющимися темными волосами и забавными темными усами. — Я думал, ошибся, — тараторил он, осматривая ее с ног до головы. Бросив взгляд на автомобиль, Джеки заметила, как Банни уже направляется в их сторону, готовясь выхватить оружие в любой момент. Махнула ему рукой, и мужчина остановился. — Ого, — присвистнул Эд. — Охраняет тебя? — с усмешкой спросил он.       — Да, — только и смогла кивнуть девушка. Она вдруг почувствовала, как во рту пересохло. В приступе легкого страха она обернулась к стеклянной двери, замечая, что Рэй еще был внутри и разговаривал с Ву. Схватив Эда за рукав, она потащила его в сторону от двери, опасаясь, что Рэй увидит их. Это был глупый страх, Банни все равно расскажет. Но когда они сядут в машину, Джеки просто скажет, что это был старый знакомый. А что будет, если Рэй увидит его? Знал ли он в лицо ее дружков? Были ли они в ее деле, хранящемся на его ноутбуке?       — А ты отлично выглядишь, — продолжая улыбаться, говорил Эд на ходу. — Ты теперь важная птица, да, Джеки?       — Нет, — остановившись, она повернулась к мужчине, борясь со странным чувством внутри. Ровно так, как ей хотелось обнять его, так же сильно ей хотелось запрыгнуть в машину и вытереть руки влажными салфетками. Она вдруг ощутила себя грязной. — Я просто секретарь.       — Ну конечно, — хмыкнул он. — С парнями мистера Пирсона и в этом красивом костюме, — его пальцы скользнули по лацканам ее пиджака, скрытому черным пальто.       — Просто секретарь, — повторила она. — А ты? Что ты тут делаешь?       — Да я так, мимо шел, — пожал плечами он, убирая руку в карман.       — Херня, — хмыкнула Джеки. — Парней Пирсона тоже случайно узнал?       — Я работаю, Джеки, — по-доброму улыбаясь, сказал Эд. — Так же, как ты. Ничего не поделать. В этой сфере все друг друга знают, — он вновь пожал плечами. Джеки вдруг улыбнулась этому движению. Он будто был такой же, как много лет назад. Теперь он выглядел лучше. И так же носил рубашки и классические брюки. На его руке она замечает золотую печатку и часы. А в руке он сжимает дипломат, с которым, очевидно, направлялся в ресторан. Сложить два и два было не так сложно. Что-то возит для лорда Джо.       — Ты как сама вообще? — спрашивает Эд. — Я слышал, ты лечилась.       — Да, я… — Джеки замолкает, замечая за его спиной Рэймонда. Он остановился перед входом в ресторан и, повернув голову, внимательно следил за ними. Она замечает, как напряжение сковало его лицо и взгляд. От этого выражения его лица девушка ощутила, как легкие покинул воздух. — Мне пора, — сухо обронила она, все еще глядя на Рэймонда. Эд повернулся, едва она открыла рот, чтобы запретить ему делать это. Посмотрев на Смита, он вернул взгляд к девушке и вновь улыбнулся.       — Понимаю, — кивнул мужчина. — Слушай, Джеки, — он перехватил ее руки, когда она уже прошла мимо. Джеки заметила, как дернулись веки Рэймонда. Он сделал медленный шаг вперед, а потом еще один. — Давай встретимся как-нибудь, поговорим, — продолжил быстро говорить Эд. Джеки обернулась и почувствовала, как его рука исчезала с ее. Быстро отыскав визитку в кармане, мужчина протянул ее ей. — Позвони. Просто поговорим. Все-таки… все-таки мы не чужие, — он улыбнулся, и на этот раз она ответила улыбкой. Все плохое о нем и тех днях отступило. В ее памяти был только ее друг Эд. Весельчак и балагур Эдвард, который любил кичиться своей родословной и кровными узами с семейством Леди Ди.       — Ладно, — кивнула она, принимая визитку. — Хорошо.       — Обещаешь? — широкая улыбка украсила его лицо, и Джеки вдруг стало дурно. Она чувствовала взгляд Рэймонда на своей спине. Что он решит? Старые знакомства? Опять решила заторчать? Ей вдруг стало наплевать. Она решает отпустить этот трос, чувствуя, как сил держаться за него у нее больше нет. Она кивает и торопится к машине. Убирает визитку в карман, все еще надеясь, что Смит не заметит. Он ничего не говорит. Молчаливо играет желваками и смотрит в окно, пока они едут. Она осторожно косится на него, замечая, как периодически дергаются его веки, а руки, лежащие на коленях, сжимаются в кулаки.       Она чувствует себя виноватой и злится. Так страшно злится, что казалось, еще немного, и она будет кричать и бить его своей сумочкой. Что за проблема? Что ему не нравится? То, что она говорила с кем-то? Проблема в том, что это Эд, или в том, что это был мужчина? Если она заторчит, то он просто наймет кого-то другого. Если его волнуют мужчины, с которыми она общается, то, может, ему стоит перестать общаться с другими женщинами? Удерживая все эти слова в себе, Джеки провела эту поездку, и следующий день, и всю неделю, и даже половину следующей.       Уже собираясь домой, в один из дней она сложила черновики документов в свою сумку, планируя продолжить на выходном. Она уже представляла, как поедет домой, примет ванну, включит сериал и, сидя на кровати, опять просидит полночи, разбираясь со всем этим. Бросив взгляд на дверь, за которой с телефоном скрылся Рэймонд, она потянулась за своим. Может, позвонить Эду? Вдруг подумала она. Просто дружеская посиделка, ничего такого. Просто ужин, если он еще в Лондоне. Если нет, то они просто поговорят. Она зайдет в супермаркет, купит себе пару банок диетической газировки и пакет печенья. И даже такой вечер будет лучше, чем очередная вечеринка одиночества в пижаме в охапку с работой.       — Джеки, — окликнул ее Рэймонд, когда девушка уже взяла пальто. — Задержись, — сухо бросил он, прежде чем вновь скрыться за дверью со своим телефоном у уха. Джеки шумно выдохнула, сворачивая вкладку с номером Эда и набирая смс для мамы.       Сев обратно на свой стул, она прождала пять минут, потом десять. Пальто лежало на ее столе, готовое, чтобы его схватили и отнесли домой. Джеки и сама уже давно была к этому готова. Вечер в компании ванны и одиночества уже не казался такой плохой идеей. Шоколадная маска для лица, вдруг подумала она, улыбнувшись этой идее.       Пока время шло, девушка решает не тратить его зря. Вытаскивает папку из сумки, вновь принимаясь за работу.       — Поехали, — очередная сухая команда заставляет ее оторваться от работы. Быстро собрав листы, она смотрит на часы. Уже два часа, как она должна быть дома. Накинув на плечи пальто, она выходит из кабинета, мимо Рэймонда, придерживающего ей дверь. Он молчит, только изредка бросает простые команды. «В машину», «Пристегнись» и всё. Джеки ждёт какое-то время, ожидая, что он сам расскажет, но Рэй молчит. Банни, как всегда, был за рулем, рядом сидел Джордж. Тишина в салоне нарушалась только тихим звуком работающего радио.       — Куда мы едем? — все же не выдерживает Джеки. Она поворачивает голову к Рэймонду, замечая, что он уже долго смотрит на нее, что-то обдумывая.       — Банни, — зовёт Рэй, не отрывая глаз от ее лица.       — Да, босс?       — Сделай погромче, — просит Рэймонд. И с усмешкой добавляет: — Мне нравится эта песня. — Банни послушно добавляет громкость, вновь глядя перед собой на дорогу.       Джеки понимает, что что-то не так, но ей кажется, что Рэй попросил добавить звук только чтобы не слышать ее. Или заткнуть ее, или еще что. Но он все еще не сводит с нее взгляд, от чего ей становится неуютно в своем теле. Он злился, вдруг понимает девушка. Джеки видела это в его взгляде. Она уже давно научилась различать все его настроения. И знала, что каким бы спокойным он ни казался, стоило мистеру Смиту выйти из себя, и это был совсем другой человек. Это никогда не было направлено на нее, и видела Джеки такие ситуации всего пару раз и случайно, но чтобы впечатлиться, ей хватило. Она точно знала, что никогда не хочет быть на месте того, кто разозлил его. Но сейчас ей казалось, будто она уже была на этом месте. Только она пока что не понимала, что такого сделала?       Через силу вытащив себя из оцепенения, Джеки отводит взгляд, глядя в окно. Они въехали в Ист-Энд. Узкие улочки, социальная застройка, редкие ночные прохожие, полные мусорные баки. Грязь. Она знала этот район. Рассадник наркоманов, мелких банд и мигрантов. Дешевое жилье притягивало в некогда благоустроенный район всех, кому по карману было жить только здесь. Джеки чувствует, как задрожала нижняя губа, она плотно сжала их в страхе выдать свое волнение.       — Маленький Лорд Эстли, помнишь его? — голос Рэймонда звучал прямо над ее ухом. Джеки едва не дернулась, оборачиваясь к мужчине, который действительно сидел ближе. Она осторожно кивнула. Конечно, она помнила. Один из самых проблемных лордов Микки. Молодой наследник, впитавший в себя все возможные человеческие пороки. Его семья старалась поддерживать его имидж в газетах, понимая, что правда о нем ударит по ним всем. Но такого долго в кулаке не удержать. — Он тут на своей наркоманской гей-оргии, — продолжил Смит. — Через час здесь будет репортер «Дейли Принт» для того, чтобы заснять все это и отправить в печать. А это не в наших интересах, — складывая губы дугой, просто добавил он.       — Поэтому мы здесь? — не узнавая собственный голос, спросила она. Губы Рэймонда изогнулись в странной, незнакомой улыбке.       — Нет, — протянул он. — Потому здесь Банни и Джордж, — сказал Смит. — Я контролирую, а у тебя экскурсия, — машина резко остановилась, и, потянувшись к ее двери, Рэй открыл ее, впуская в теплый салон холодный и сырой воздух.       — Выходи, — сказал он. Здесь, в этом месте, ощущение его парфюма, который он оставил вокруг нее, давало какое-то чувство безопасности. Джеки посмотрела на улицу, чувствуя, как аромат его туалетной воды вытягивает наружу, и ничего, кроме холода и мусорной вони, она больше не чувствует.       — Нет, — одними губами проговорила она, вновь посмотрев на Рэймонда. — Не хочу туда идти, — протараторила она, стараясь говорить как можно тише. Банни и Джордж уже были на улице, направляясь к подъезду, но она все равно боялась, что кто-то услышит ее слова. — Пожалуйста, Рэй.       — Выходи! — жестко и безапелляционно произнес он. Джеки сглатывает слезы обиды, резко отворачиваясь и выбираясь на улицу. Бросая свою сумку на сидение, она захлопывает двери, шагая к подъезду. Она слышит шаги позади, но не оборачивается.       Зайдя в подъезд, они останавливаются, ожидая лифт. Джеки чувствует, как подрагивают пальцы рук, уже по привычке сжимая их в кулаки. Она знает, что увидит в той квартире. Грязь. И на такую работу ее никогда не брали. И Рэй к таким местам не приближался. Он ненавидел все это, и, поняв это, Джеки была удивлена, что ее взяли на работу. Рэймонд Смит ненавидел весь бизнес лорда Джорджа, презирая и его самого, и всех, кто на него работал. Для Смита деньги, крутившиеся в империи Джо, были действительно грязными, и он ни за что к ним бы не прикоснулся. Что они делали здесь, Джеки не до конца понимала. Экскурсия? Что она там не видела?       Дверь квартиры оказалась не заперта, будто кто-то специально оставил ее открытой.       — Один из дружков маленького лорда, — будто прочитав ее мысли, проговорил над ухом Смит. — Информация ушла к конкуренту Флетчера, он сдал ее нам, решил получить оплату вместо своего коллеги, — усмехнулся Рэй.       Флетчер — давний дружок Рэймонда. И аспект его жизни, который Джеки не понимала. Остановившись на том, что они ситуационные союзники, она закрыла для себя этот вопрос. Флетчер там, где ему выгодно. Сегодня это «там» на стороне Смита. Поэтому он сдает наводку своего коллеги Рэймонду. Убивая сразу двух зайцев: нет материала у конкурента, есть оплата у Флетчера.       — Очень удачно, — чмокнув губами, добавил Рэймонд. Он легко толкнул девушку в глубь квартиры, заметив, как она застряла на пороге, не в силах оторвать ногу от пола.       Обняв себя и плотно сцепив предплечья, Джеки осмотрелась. Аромат хвои заполнил все вокруг, пополам с чем-то жженым — мет, поняла она. Подошвы ее ботинок прилипли к полу. Вокруг были разбросаны вещи, какая-то одежда, тряпки, пакеты. Помойка. Комната, задуманная как гостиная, была превращена в большую спальню. На кровати, диване и в креслах сидели или лежали какие-то люди. Кто-то был таким убитым, что даже не заметил их прихода. Какая-то парочка трахалась прямо на полу, среди всей этой грязи. Столик перед диваном был завален пузырьками из-под таблеток, парой бутылок, все изгажено порошком. Пепельница полная окурков. Маленькая пачка из-под Принглс была новой пепельницей. Будто ее решили использовать под это, вместо того чтобы освободить пепельницу.       Джеки хорошо знала всю эту картину. Она это уже видела. Повернув голову, она столкнулась с собственным растерянным отражением в грязном зеркале. В тусклом свете разноцветных рождественских гирлянд. В музыке из старой стереосистемы, такой же заторможенной, как и все эти люди. Она стояла посреди всего этого в своем красивом пальто за две тысячи фунтов, новых ботинках, великолепном костюме и с идеальной укладкой. Это уже была не Джеки — оборваная наркоманка с изуродованным худобой лицом, криво подстриженными волосами и футболкой, снятой с какого-то парня. Это была совсем другая девушка. Она была прекрасна, и ей не было места в этой квартире и в этой жизни, среди этих людей. Она вырвалась. Она смогла. И она ни за что не вернется назад. Не вернется назад! Она повторяла это снова и снова, и ощутила приступ паники от того, что могла очутиться здесь снова. Входя сюда, она боялась, что вернется старая тяга. Но вместо этого ее охватила истерика по другому поводу. Будто ее пытаются вытолкать из ее прекрасной благоустроенной жизни обратно в этот гадюшник.       Всё внутри сжалось, ноги сами понесли прочь оттуда. Она должна была сбежать. Бежать и бежать так далеко, как это возможно, и никогда не возвращаться назад, чтобы это страшное место не поглотило ее снова.       — Ты куда? — перехватив ее в дверях из гостиной, спросил Рэй. Он сдавил ее плечи, останавливая, но Джеки от этого запаниковала еще больше. Она будто чувствовала, как вся эта грязь поднимается по ее ногам, заставляя ее врастать в пол.       — Я хочу уйти! — прошипела она. — Пусти меня! Я хочу уйти! — повторила она, едва удержавшись, чтобы не закричать. Рэй не сдвинулся с места, только усмехнулся, наклоняя голову на бок. Посмотрев ей за спину, он проследил за Банни и Джорджем, разыскивающими среди мертвецов их лорда.       — Нет, побудь еще немного, — проговорил он, вернув взгляд к Джеки. — Тебе же здесь нравится, разве нет, Жаклин?       — Отвали! — выпалила девушка, со всей силы, что у нее была, отталкивая его. — Пошел ты, Рэй! — добавила она, отчаянно пробираясь к двери. Рэймонд перехватил ее, сжимая в кольцо рук и волоча прочь от двери. Джеки вдруг забыла, где находится. Она кричала, то упираясь, то повисая на его руках в надежде, что он не выдержит и отпустит ее. Но не вышло. Он затолкал ее в открытую дверь ванной комнаты — единственной комнаты, где горел свет, и запер за собой двери, громко хлопнув ею.       Джеки отступила назад, позади была раковина, с одной стороны стена, с другой — грязная ванна. Ничего из этого она не хотела трогать. Она почти что боялась потрогать хоть что-то. Но больше прямо сейчас она боялась его. Разозленный Рэймонд, почти что дышащий гневом, стоял в единственном возможном выходе.       — Выпусти меня! — проговорила она, стараясь не звучать плаксиво. — Черт возьми, Рэймонд, я хочу уйти! Я, блядь, хочу уйти отсюда! — не сдержав эмоций, прокричала девушка. Поддавшись вперед, Рэймонд хватает ее за затылок, больно сжимая волосы. Подведя к зеркалу, он вновь заставил ее посмотреть на себя.       — Ей здесь место? — сквозь зубы процедил он. Когда Джеки промолчала, плотно зажмурившись и вцепившись пальцами в края раковины. — Посмотри! — прокричал он, тряхнув ее. — Ты не выйдешь отсюда, если не ответишь, Жаклин! — давясь слезами, она открыла глаза, глядя на него через отражение в зеркале. — Отвечай!       — Нет, — одними губами проговорила она.       — Хочешь вернуться назад? — вновь спрашивает он, и Джеки качает головой. — Слова, Джеки.       — Нет, не хочу! — сквозь слезы проговорила она.       — Хорошо, — выдохнул он. Отступив, Рэймонд медленно отпускает ее, отходя к двери. Джеки опустила голову, зажмуриваясь. Сделав пару глубоких вдохов, она сползла с раковины, усевшись на бортик ванной, вытирая лицо рукавом пальто.       — Твой друг Эдвард, — немного помолчав, вновь заговорил Рэй. Он стоял над ней, сложив руки на груди и все еще буквально дыша своей злостью. — Ты уже встречалась с ним?       — Нет, — качнула головой Джеки. — Я и не собиралась, — подняв к нему заплаканные глаза, проговорила Джеки. — Я случайно встретила его…       — И поэтому сохранила его номер? — светлые брови Смита взлетают вверх, а голова чуть наклоняется на бок. «Попалась», — замирая, думает девушка.       — Не сохраняла! — защищаясь, выпалила она, в это же мгновение понимая, что зря. Рэй протянул руку, призывно сжимая пальцы.       — Дай телефон, — сказал он.       — Это переходит личные границы, мистер Смит, — прошипела девушка. От ее слов в голубых глазах будто полыхнул пожар, заставляя ее сжаться.              — Давай сюда, Джеки! — скомандовал он. Одарив его долгим злым взглядом, Джеки все же сдается через минуту, понимая, что все равно не победит в этой войне. Вытащив из кармана телефон, она почти что швыряет его на мужскую ладонь. — Спасибо, — бросает Рэй.       — Пароль…       — Знаю, — перебивает ее Рэймонд, быстро вбивая цифры на экране. Он достает свой телефон, на мгновение отвлекаясь на недовольные возмущения за дверью. Банни и Джордж собирают лорда домой, понимает Джеки. Вернув свое внимание к телефону, он вбивает пару цифр и поднимает взгляд к Джеки.       — Не сохранила, говоришь? — вскидывает брови мужчина.       — Это другой Эд, — говорит Джеки, понимая, что оправдания звучат по-детски глупо. Это же понимает и Рэймонд. Он показывает ей экран своего телефона и ее идентичный номер. Тот, что записан в его телефонной книге как «Эдвард Бэнкс Л. Джо (курьер)», в ее это просто «Эд».       — Другой Эд, Джеки? — спрашивает Рэй, и ей вновь становится стыдно. Его голос звучит устало и вновь спокойно. Почти обреченно. Он возвращает ей телефон, убирая свой в карман, и отступает назад, перестав нависать над ней. Рэй бы с радостью оперся на дверь, но точно не в этом месте. — Что с тобой, Джеки? — спросил он. Джеки качает головой, вновь утирая щеки рукавом. — Не говори «ничего». Ты мне это уже месяц говоришь. И если скажешь снова «ничего», богом клянусь, я тебя ударю!       — Я не знаю!       — Это не ответ! — покачал головой мужчина. — Как это началось? Когда ты подсела, как это началось?       — Мне было скучно, — пожимает плечами девушка, глядя на пол перед собой.       — Нет, неправда, — качнул головой Рэймонд.       — Правда, Рэй, — выдохнула она, поднимая к нему глаза. — Это было весело в начале. У меня были друзья, и я… не чувствовала себя одиноко, — это была не совсем правда, но половина. Рэймонд это понимал, но решает принять это, кивая ей.       — Что случилось в том месяце? — спрашивает он. Джеки хмурится, отчасти пытаясь подобрать правильный ответ, отчасти тому, что он даже знал период, когда ей стало «нехорошо».       — Не знаю, — вновь пожала плечами она. Рэймонд шумно втянул воздух, будто напоминая ей о своем обещании. — Не знаю, правда! — выпалила она. — Все было нормально. А потом что-то случилось…       Джеки замолчала, вновь опуская глаза к полу. Она могла сказать ему сейчас, понимает девушка. Могла рассказать, как любит его уже не один год. Как ей плохо от того, что он не любит ее. Признаться. Но Джеки понимает, что тогда потеряет его совсем. Даже присутствия Рэймонда не будет в ее жизни. Пускай лучше он будет с другими женщинами. Пускай любит кого-то другого. Трахает кого-то другого, а потому утром снова будет пить с ней чай, заставлять ее обедать и заваливать ее телефон сотней сухих деловых поручений. Пускай хоть так, с болью в груди решает Джеки. Она чувствует, как слеза соскальзывает с ее щеки и падает на плитку под ногами. Быстро сморгнув еще одну, Джеки шумно выдыхает. Она замечает движение рядом с собой, а потом видит, как, сделав шаг к ней, Рэй присел на корточки рядом, сжав ее руки в своих.       — Не доверяешь мне, поэтому следишь? — проговорила девушка, боясь посмотреть на него. Не доверяет и правильно делает, подумала Джеки, кивнув своим мыслям.       — Присматриваю, — мягко поправляет он. — Просто присматриваю за тобой, Джеки.       — Зачем? — резко спросила она, повернув к нему голову. Джеки замечает растерянность, скользнувшую в его взгляде. Он уже открывает рот, чтобы что-то сказать, но короткий стук в дверь прерывает его.       — Мы закончили, босс, — сообщает Банни.       — Будем через минуту, — коротко обернувшись к двери, бросает Смит. — Ждите внизу.       — Хорошо, — шаги отдаляются от двери. В коридоре все еще слышится возмущение и звуки музыки, и чьи-то теперь уже громкие протяжные стоны. Джеки и Рэймонд переглядываются, усмехаясь друг другу. Девушка опускает глаза, уставившись на его руки, все еще сжимающие ее. Ей все еще хотелось кричать на него. Хотелось сказать, чтобы он «присматривал» за своими подружками, а не за ней, но она молчит. Желая сохранить этот потрясающий момент в таком ужасном месте.       — Готова идти? — спросил он. Джеки закивала, наблюдая, как его руки исчезают с ее и он поднимается. Нехотя она отрывается от бортика ванной, сжимает пальцы одной руки другой, желая сохранить остатки тепла, оставленные его прикосновением. Но Рэймонд не торопится уходить, он остается стоять на месте, внимательно всматриваясь в ее лицо.       — Уверена, что не хочешь задержаться? — спрашивает мужчина. Джеки смотрит на него не мигая с минуту, пытаясь понять, не показалось ли ей.       — Ты шутишь? — спрашивает она, глядя на Рэймонда из-под бровей. Его серьезное лицо вдруг озаряет широкая улыбка.       — Ну конечно, Джеки, — говорит он, разводя руками. — Я уже двадцать минут борюсь с желанием залезть в санитайзер! — процедил Смит, легко сжимая ее подбородок пальцами. — Не заставляй меня больше спускаться в такие места, ладно? Я это всё ненавижу, ты же знаешь, — просит он. Джеки отвечает мягкой улыбкой и кивает. — Всё. Пошли отсюда, — кривясь, бросает Смит, выходя за двери. — Мне кажется, я никогда не отмоюсь от этого, — недовольно бубнит он себе под нос. Джеки идет следом, вдруг замечая, что он все еще держит ее руку, пока тащит за собой. Рэймонд не отпускает ее руку до момента, пока двери лифта не захлопываются перед ними. Будто до последнего боится, что она останется там. Но Джеки и не собиралась. Она была почти счастлива сбежать из этого места. И счастлива от того, что он все еще держал ее руку и касался плечом ее плеча, пока они опускались на первый этаж. Она поглядывала на него периодически, наблюдая, как его челюсти все еще нервно сжимаются. Почувствовав взгляд девушки, Рэймонд опустил к ней глаза.       — Прости меня, — немного помолчав, все же сказала Джеки. Она почувствовала, как рука, сжимающая ее ладонь, дрогнула, будто он хотел убрать ее. Перед тем, как лифт остановился, в самую последнюю секунду он все же отпустил ее руку. Но только для того, чтобы порывисто обнять ее за плечи. Прижав девушку к себе, Рэймонд коснулся губами ее лба, оставляя на ее коже долгий, невинный поцелуй.       — Скажи мне, если тебе нужна помощь, ладно? — просто проговаривает он, чуть опуская голову и заглядывая в ее глаза.       — Хорошо, — улыбнулась Джеки. Двери открылись, и Рэймонд отступил, покидая кабину. Джеки задержалась на мгновение, чувствуя, как сердце делает кульбит.       Рэймонд ожидает ее у выхода, пропуская вперед. Подойдя к машине, Джеки замечает Джорджа, стоящего на улице, и Банни за рулем автомобиля с уже заведенным двигателем.       — Садись впереди, — говорит Рэй Джорджу, и тот, кивнув, скрывается в салоне авто.       — Я, наверное, лучше посередине, — улыбнувшись, говорит Джеки. Рэй отрицательно качает головой.       — Не хочу, чтоб ты сидела с этим придурком, — тихо говорит мужчина.       — Рэй, он вряд ли будет приставать ко мне, — усмехнулась она.       — Ваша милость, будьте так добры, сядьте у окна, — открыв дверь и заглянув в салон, мягко просит Рэй. Джеки заглядывает ему за плечо, наблюдая, как худощавая фигура, завёрнутая в плед, едва шевелясь, перемещается к окну. Рэймонд садится следом и выжидающе смотрит на Джеки. Забравшись внутрь, Джеки закрывает дверь, чувствуя, как приятное тепло вернулось, обволакивая её.       — Моя сумка, — встрепенувшись, проговорила она, озираясь.       — Здесь, Джеки, — успокаивая её, говорит Банни. И, обращаясь уже к Рэймонду, спрашивает: — Куда сначала, босс?       — Отвезите нас с мисс Джеки к пабу, а Его милость в его лондонские апартаменты, — что-то торопливо набирая в телефоне, говорит Рэй. — Ваша сестра уже ждёт вас, лорд Эстли, — обращаясь к Артуру, добавляет он.       — Опять эта стерва, — простонал мужчина. Он сидел, повернувшись к окну, и буквально прилипнув к нему, отчего на стекле виднелся пар от его дыхания. Джеки была уверена, что Рэй попросит Банни загнать «Рэйндж» на мойку, когда они закончат.       — Лучше эта стерва, Ваша милость, — усмехнулся Рэймонд. — Чем репортер, который уже скачет сюда по вашу душу. Поехали! — командует он, и Банни тут же трогается с места. Джеки смотрит в окно, обдумывая весь вечер, отвлекаясь от мелькающих мимо уличных фонарей и светящихся окон. Она осознает, что сидела прижавшись спиной к руке Рэймонда, только когда эта рука исчезает. Неловко заворочавшись, она собирается отодвинуться. Но его рука опускается на плечо Джеки, притягивая ближе и плотнее заворачивая девушку в ее пальто.       — Порядок? — тихо спрашивает Рэймонд. Джеки кивает, поднимая к нему глаза, теперь ерзая на месте, чтобы удобнее устроиться в его объятиях. Он хочет сказать еще что-то, но вдруг замолкает. Джеки замечает на его лице растерянность и даже детский испуг. Он вскидывает брови, опуская глаза вниз, к своим коленям. Не понимая, что происходит, Джеки прослеживает за его взглядом, замечая длинные пальцы маленького лорда, вцепившегося в ногу Рэймонда чуть выше колена. А после и его лицо, когда, оторвавшись от спинки сидения, он пригибается, заглядывая в их с Рэймондом лица. Девушка едва удерживает смех, глядя на все это.       — Вы такие классные, ребята, — заплетающимся языком тянет лорд Эстли, растягивая губы в улыбке. — Может, замутим на троих, а? — его пальцы на бедре Рэймонда сжимаются сильнее, от чего нога мужчины дергается.       — Не уверен, что это для меня, — сквозь зубы цедит Рэймонд, пытаясь остаться вежливым и спокойным.       — Секс? — вскидывая брови, спрашивает мужчина. — Да брось, ты буквально создан для этого, сладенький, — Эстли подвинулся ближе к Рэймонду, и Джеки показалось, что он вот-вот попытается засунуть свой язык в рот Смита. Странная смесь страха и смеха кипела внутри нее. С одной стороны, смотреть на перепуганное лицо Рэймонда было забавно. С другой, она боялась, что Смит не выдержит и просто сорвется. Картина того, как Рэймонд, ударяя с локтя, ломает нос лорду и вырубает его, живо рисуется перед ее глазами. А краснеющее лицо мужчины и его дергающиеся веки намекают ей, что такой исход наиболее вероятен и близок. Буквально вот-вот еще немного.       — Меня не интересуют мужчины, извините, Ваша милость, — держась из последних сил, почти рычит Рэймонд.       — Ну так поэтому мы возьмем ее с собой, — шутливо тянет Артур.       — Лорд Эстли, — вклинивается Джеки. Сладко улыбаясь, она подается вперед, опуская свою руку на бедро Рэймонда чуть выше руки Артура. Она слышит, как шумно мужчина втянул воздух носом, замерев и напрягшись всем телом. Джеки почувствовала это и невольно скользнула взглядом по его лицу. Его челюсти сжались еще плотнее, ей показалось, что он может сломать себе зубы. Он опустил глаза к девушке, и она заметила, как голубые глаза сделались синими, почти что полыхая огнем. Джеки широко улыбнулась и вновь посмотрела на внимательно следящего за ними лорда. — Мы бы с радостью, — сказала она. — Но проблема в том, что нам категорически запрещены любые отношения между коллегами и тем более нашими партнерами.       — Даже отсос? — спросил мужчина, с сожалением поджимая губы.       — Любые, — покачала головой Джеки. Она невольно сжала пальцы, чувствуя, как мышцы под ее прикосновением дрогнули. Джеки вдруг поняла, насколько накаченными были его ноги, и на мгновение смутилась, но руку не убрала, удерживая ладонь лорда Эстли от продвижения вверх.       — Может, хотя бы легкий…       — Любые, лорд Эстли, — чуть жестче повторила девушка. Артур закатил глаза, цокая языком.       — Совсем, что ли?       — Совсем, — кивнула Джеки. Артур вновь посмотрел на Рэймонда и скривился.       — Жаль. Знаешь, ты хорош, — сказал лорд Эстли, заставляя Рэймонда обдумывать, должен ли он благодарить за такой сомнительный комплимент? — Если уволишься, набери меня, — сказал он и, хлопнув Рэймонда по бедру, наконец убрал руку. — И захвати мисс Джеки, — сказав это, он наконец плюхается обратно на сидение, заворачиваясь в плед и недовольно глядя в окно.       — Обязательно, — прорычал Рэймонд. Он опустил взгляд к девушке, перехватив ее взгляд, то глядя в глаза, то на ее руку, все еще сжимающую его бедро. Отдернув руку, Джеки показала ему раскрытую ладонь, улыбнувшись. Рэймонд вскинул брови, а затем покачал головой, устало потирая переносицу.       Джеки села на свое место, радуясь тому, что не дошло до драки, и позволив себе тихо рассмеяться, пряча лицо в вороте пальто.       — Только попробуй рассказать кому-нибудь… — угрожая, прошептал ей на ухо Рэймонд.       Смех стал громче и почему-то заразил его. Оборонив короткий смешок, Смит сделал вид, будто закашлялся, но, подняв к нему глаза, Джеки поняла, что он медленно успокаивается, возвращая свое самообладание. Он шумно выдохнул, неосознанно притягивая ее ближе и прижимая к себе. Они оба замерли в таком положении. Джеки боялась пошевелиться, не желая, чтобы этот момент закончился. Он никогда не обнимал ее. Никогда даже слишком близко не стоял. А теперь она была прижата к нему почти что всем своим телом. Рэймонд же прикрыл глаза, наслаждаясь теплым моментом. Она была рядом и была в порядке. Больше всего он боялся, что однажды утром просто не дозвониться ей, потому что вечером она направится на «ужин со старым другом», и он потеряет ее навсегда. Несколько недель он едва мог спать, думая об этом. А когда позвонил Флетчер в своей привычной манере, предлагая купить ему информацию, Рэймонд согласился, чем почти поверг в шок журналиста. Питер даже заткнулся на минуту, что случалось с ним совсем не часто. Стоило Смиту услышать «наркотики» и «притон», как он тут же согласился. План быстро нарисовался в его голове и показался отличным. Рисковым, но оно того стоило.       И, как оказалось, Рэймонд не прогадал. Где-то совсем глубоко он ощущал чувство стыда за то, что был груб с ней, за то, что начал выходить из себя. Но оно того стоило.       — Поедешь домой? — осторожно спросил Рэй.       — Как будто у меня есть варианты, — хмыкнула девушка, все еще не шевелясь в его руках. Вдали уже показался паб и его автомобиль, припаркованный у входа. Еще пара минут, понимает Рэймонд.       — Можешь остаться сегодня у меня, — решаясь, проговорил он. Ей одиноко, и ей нужны друзья. Прекрасно! Рэймонд готов быть ее другом, подружкой или кем бы то ни было, лишь бы она оставалась рядом. Джеки нерешительно подняла к нему глаза, неверяще прищуриваясь.       — Поужинаем, выпьем, — пожав плечами, сказал он. — Дружеские посиделки, — добавил Рэймонд, едва не скрипнув зубами при этом. Это будет тяжелый вечер, и, Господь помоги ему, удержать руки при себе. Но ради Джеки он бы постарался. Девушка задумчиво свела брови к переносице, обдумывая его предложение. И когда он уже запаниковал, готовясь отступать, она кивнула.       — Звучит отлично, — сказала она. Что-то странное мелькнуло в ее взгляде, даже после услышанного ответа не давая ему расслабиться. — Ты ведь не жалеешь меня, правда, Рэймонд? Потому что мне не нужна чертова жалость! — прошептала она, зло сверкнув своими зелеными глазами.       — Никакой жалости, — шепнул он в ответ, улыбнувшись. — Всем нам иногда бывает одиноко, Джеки. Ни я, ни ты не исключение… Да и мы работаем вместе уже шесть лет, почему не провести один вечер вместе… по-дружески, — пожимая плечами, добавляет он.       — Потому что ты не смешиваешь рабочие и личные отношения? — вскидывая брови, качает головой девушка.       — Ладно, убедила, — фыркнув, он делает вид, что передумал. Выравнивается на сидении, убирая свою руку с ее плеча.       — Нет, нет, — прослеживая за его движениями, быстро проговаривает девушка. — Поехали! — он усмехается панике, скользнувшей в ее голосе.       — Все-таки передумали? — оживился лорд Эстли, когда их голоса перестали быть неразборчивым шепотом и он смог расслышать последние предложения. На счастье Рэймонда, автомобиль как раз затормозил.       — Вон! — одними губами сказал ей Рэймонд. Джеки, едва не рассмеявшись, вышла на улицу, следом выскочил Рэймонд, уворачиваясь от возмущающегося Артура. Он захлопнул двери, и Банни тут же заблокировал их, не давая Эстли выбраться на улицу.       Рэймонд подошёл к окну Джорджа, и тот быстро опустил его.       — Сумку мисс Джеки, пожалуйста, — просит он. Джордж тут же подает ее, и Рэймонд передает сумку девушке. — Дальше, как договорились. Спасибо, парни… И, Банни, — уже отступив на шаг, Рэй возвращается, нагибаясь к открытому окну. — Загони машину на мойку, пусть продезинфицируют всё… особенно стекло сзади, — почти шёпотом добавил Смит, скривившись. Джеки едва не рассмеялась, понимая, что в очередной раз была права.       — Сделаю, — кивает Банни.       — Хорошего вечера, босс, — улыбнулся Джордж. — Мисс Джеки, — девушка улыбнулась, помахав им рукой.       — Ставлю сто фунтов на то, что они трахаются, — проследив взглядом за Рэймондом и Джеки до машины, тихо проговорил Джордж. Он перевел взгляд на Банни, заметив, что тот лишь усмехнулся, покачав головой. — Думаешь, нет?       — Думать не наша работа, — проговорил он, отъезжая от тротуара.       Уже у самой машины, прижимая свою сумку к себе, Джеки вдруг рассмеялась в голос. Рэймонд бросил на нее недовольный взгляд из-под бровей.       — Прости, — прикрывая рот рукой, проговорила девушка. — Но твое лицо… Черт, я еще не видела тебя настолько растерянным!       — Настолько? — переспросил он, прищурившись.       — Ладно, — кивнула она. — Не видела тебя растерянным. Это было что-то, — Рэймонд открыл перед ней дверь, ожидая, пока она сядет в машину.       — Садись, Джеки, — проговорил он. Джеки сжала губы, пытаясь сдержать улыбку, но не выходит, и смешок вновь срывает с губ.       — Ну прости, — тянет она, чуть склоняя голову набок. — Обещаю никому не говорить, — поднимая руку, наигранно серьезно говорит девушка. — О том, как тебя клеил гей-лорд из Эссекса.       — Тебя тоже, кстати говоря, — хмыкает Рэймонд.       — О-о, нет, — вновь рассмеялась Джеки. — Я только дополнение. Его интересовал только ты, сладенький, — скользнув указательным пальцем по вороту его жилета, протянула Джеки, копируя манеру Эстли. Она хохочет, торопливо скрываясь в салоне автомобиля, замечая, как Смит собирается что-то сказать. Что-то чрезвычайно недовольное, понимает она, глядя в его голубые глаза. — О, и кстати, — высунувшись на улицу, проговорила девушка. Рэймонд шумно выдыхает, вскидывая брови, и выжидающе смотрит на нее. — Он прав, — пожала плечами Джеки. — Ты прям хорош. Качаться начал? Ты прям…       — Ну всё, — выдыхает Рэймонд, захлопывая ее дверь. Джеки широко улыбается, наблюдая, как он обходит авто, направляясь к своей двери. Конечно, она знала, что он качается. Просто они никогда не говорили об этом. И заметив, как Смит опускает голову в ворот куртки, пряча улыбку, понимает, что ему понравилось то, что он услышал.