Addicted

      Февраль. 2019 год.       Выскочив из ванной, Джеки едва не споткнулась об угол ковра. Она всегда брала телефон с собой, даже в ванную, но в редком случае забывала его на столе. И каждый раз в этот редкий случай случалось что-то катастрофическое. Уже выключив воду, она поняла, что ей звонят откуда-то из глубины спальни. Это был первый недобрый знак. Вторым было имя «Майкл Пирсон» на экране ее сотового. Дрожащими пальцами она нажала «Принять». Потом щелкнула по экрану еще пару раз, почти что рыча от злости. От воды, стекающей на телефон, экран не сразу поддался.       — Мистер Пирсон? — без приветствий проговорила Джеки, все же совладав с телефоном.       — Джеки, здравствуй! — его хриплый голос был третьим плохим знаком. Он звучал уставшим и будто… убитым. Должно быть, случилось что-то серьезное, подумала она, чувствуя, как сердце колотится в груди. А ведь день был отличным, вдруг подумала она. У нее был выходной, она выспалась и съездила с матерью в «Харродс», и даже ужин с Дэвидом, теперь уже «женихом» ее сестры, прошел отлично. И до этой самой секунды Джеки верила, что день был скучным и бесполезным. Но не теперь. Теперь она поняла, что день был прекрасным. Следом за осознанием этого в голове будто ульем загудел рой вопросов. Что случилось? Кто умер? Кто нет? Где Рэймонд? Где, черт возьми, Рэймонд? Джеки сделала глубокий вдох, ощутив весь спектр цветов паники. Все вокруг закружилось и поплыло. И с большим трудом ей удалось удерживать себя в руках. Если Микки звонил ей, значит, проблема с Рэймондом. Что могло случиться? Он был замкнутым и отстраненным последние месяцы. Что-то было не так, но он молчал. Что могло произойти? — Мне жаль, но придется украсть у тебя выходной, — проговорил Майкл. — Рэймонда не будет пару дней. Его подменишь ты. — Пару дней, думает она, и ураган внутри чуть утихает. Он хотя бы жив!       — Мистер…       — Мы оба знаем, что ты справишься, — не давая ей сказать, продолжил Микки. Посчитав, что она будет спорить именно с этим. Но Джеки и не собиралась. Она справится? Конечно, справится. Она сидела на плече Рэймонда слишком долго, чтобы не научиться тому, что делал он. И уже давно могла быть и «Рэймондом», и даже «Микки», по необходимости и ненадолго, но могла. Этот вопрос ее не беспокоил вовсе.       — Мистер Пирсон…       — Майкл, — устало протянул он, чуть громче, чем планировал. — Или Микки, черт возьми, Джеки, ты сидишь со мной за одним столом уже девять лет! Сейчас точно не время для официоза, — уже тише добавил он.       — Майкл, что случилось? — не теряя ни секунды, спросила девушка.       — Его мама умерла сегодня… — проговорил Пирсон. Замерев, она прикрыла рот ладонью, будто пытаясь удержать во рту слова, которые не были предназначены Майклу.       — Где он сейчас?       — Я не знаю, — честно признался Микки. Джеки была уверена, что сейчас он сжал переносицу, устало растирая ее, и прикрыл глаза. Она слышала это по голосу, зная, как он меняется, когда Пирсон так делает. Джеки хотела задать еще миллион вопросов, но понимает, что Майкл не тот человек, которому стоит их задавать. Сейчас он буквально бесполезен.       — Хорошо, я поняла вас, босс, — взяв себя в руки, ровным голосом проговорила она. — Завтра буду.       — Спасибо, Джеки, — он отключился. Оставляя ее в тишине комнаты, которая больше не казалась уютной. Она была пугающей и звенящей. Где-то внизу, на первом этаже, в гостиной, мама смотрела какое-то телешоу. Но Джеки не могла разобрать ни слов, ни звуков, в ушах звенело, будто от высокого давления. В одно мгновение она осознала, что все еще голая и мокрая стоит посреди комнаты, держа телефон у уха.       Сорвавшись с места, Джеки возвращается в ванную, хватая полотенца. Оборачивает одним волосы, другим торопливо стирает влагу с тела. Параллельно набирая его номер. Имя «Мистер Смит» висит на экране, пока она вытирается, натягивает джинсы и футболку. Она звонит снова и снова и снова. Но ответа нет. Его телефон выключен, и только электронный голос предлагает оставить сообщение. Рэймонд Смит никогда не выключает телефон — это она точно знает. Джеки набирает все четыре его номера, которые у него есть. Поочередно, по кругу, и ответ один — никакого.       Решая сменить тактику, она продолжает звонить на его номера, надеясь, что он все же ответит, с одного телефона. А со второго начинает обзванивать тех, кто был к нему ближе всего. Банни из всех был самым очевидным вариантом, понимает девушка. Он был неизменным водителем Смита. Его лучшим вышибалой, его кулаками — буквально. И насколько Джеки знала, Банни так сильно уважал и в какой-то степени любил Рэя, что даже пригласил его на крестины своей дочери. Рэй тактично отказался, поблагодарив и отправив огромную коробку с подарками вместе с Джеки, доставившей ее. Здоровяк тогда едва не прослезился, покачав головой. Даже без подарков он бы не обиделся на Рэймонда за отсутствие. Едва ли Банни понимал, как жестко Рэй разграничивает свою жизнь и работу. Но он знал, что Рэй всегда занят «очень важными делами».       Потому Джеки была уверена, если кто-то и возил сегодня Рэя или знал, куда тот поехал, это мог быть только Банни.       Он ответил быстро. Не здороваясь и без предисловий. Он уже знал, зачем Джеки звонит. Не было другой причины.       — Я отвез его в больницу Святого Петра, — проговорил Банни. — Это было четыре часа назад. Он сказал не ждать. Микки уже звонил… — коротко и лаконично, как и положено было бывшему военному и тому, кто столько лет отработал на мистера Смита. — Спрашивал, где Рэй сейчас может быть. Я не знаю. Но мы договорились, что ждем еще два часа и, если он не ответит, начнем искать.       — Поняла тебя, — проговорила Джеки. — Я поеду к нему. Может, он уже дома. Пьян или еще что…       — На него это не похоже, — покачал головой Банни.       — Да, не похоже, — проговорила она, параллельно продолжая слушать гудки во втором телефоне. — Но и мать не каждый день умирает.       — Это да, — грустно проговорил Банни. Джеки хотелось спросить, знал ли Банни? Но она отчего-то испугалась, что тогда останется единственной, не знающей, что происходит с одним из самых близких ей людей. — Ладно, Джеки. На связи.       — На связи, — повторила она.       Два часа, ставя таймер на своих часах, отмеряет Джеки. Она звонила Рэймонду уже сорок минут. Если бы он ехал домой, поймал кэб или попутку — еще через полчаса он должен был быть дома. Один мобильный точно должен быть при нем. Но если нет, то один точно у него дома. Она ждет еще полчаса. А затем еще. Ее таймер нещадно приближается к нулям, и теперь Джеки ощущает настоящую панику. Что могло произойти? Что он мог сделать? Или что могли сделать с ним? Ночной Лондон не место для прогулок. У Рэя всегда было при себе оружие. Но что, если он оставил его в машине или офисе? Что тогда? Он никогда так не делал… Но и телефон он никогда не отключал.       Остается полчаса до начала работы «поискового отряда Микки Пирсона». Джеки понимала, что Майкл не позволит Рэю шататься где-либо по ночам. У этого было две причины. Во-первых, неизвестно, на чью землю он мог забрести. Неизвестно, кто увидит его одного. А вокруг все еще полчища врагов, держащие их паб «Принцесса Виктория» будто в осаде. И во-вторых, и Рэймонд, и Майкл сколько угодно могли говорить, что у них лишь рабочие отношения. Но Джеки знала, что ближе друзей нет ни у одного, ни у другого. Их дружба была проверена временем и деньгами. И преданность друг другу была безоговорочной.       Позвонив еще один раз, в последний раз, Джеки быстро сбегает по ступеням вниз.       — Да, блядь! — едва не прокричала она, когда не отыскала ключи от машины на полке в коридоре. Рэймонд всегда все клал на одно и то же место. Джеки говорила, что это ОКР, Рэймонд закатывал глаза и называл это «порядок». Мысли о нем заставляли ее глотать слезы, а те, что все же скатились из глаз, она торопливо стирала рукавом своей куртки.       — Джеки? Что случилось? — выйдя на порог гостиной, спросила Софи. Ее голос был полон тревоги, а глаза внимательно наблюдали за метаниями девушки.       — Не могу найти ключи от машины, — прошипела она, стараясь скрыть слезы в голосе. Пройдя мимо Софи, Джеки включила свет в гостиной и принялась обыскивать все поверхности в поисках ключей.       — Куда ты? Что-то случилось?       — Да! — коротко ответила она.       — Джеки, ты меня пугаешь, — пытаясь остановить дочь, Софи тянет к ней руку, но Джеки уворачивается. Она знает, что если хоть капля жалости попадет в нее, эта чашечка будет переполнена. А в истерике она Рэймонду не помощница. — Милая, пожалуйста, скажи, что происходит? Ты же не собираешься опять…       — Боже, мам! — выпалила она, в одно мгновенье отыскав ключи в вазе, Джеки резко обернулась. — Это не наркота! Я клянусь тебе, — понимая, что так сильно испугало ее мать, говорит Джеки. Конечно, что бы еще это могло быть? Какая работа в половину двенадцатого ночи? Какие проблемы могли так затронуть простого секретаря?       — Это Рэймонд! — проговорила она, и ее голос все же дрогнул и сорвался. — Его мать умерла. Он не отвечает на телефон! И никто не знает, где он сейчас и что с ним.       — И ты собралась ехать искать его… — проговорила Софи.       Единственное облегчение для нее во всей этой ситуации — это не наркотики. Иногда Джеки казалось, что логика ее матери свелась к простому: «Пусть хоть с неба польется огненный дождь, лишь бы только не героин. Не снова!». Джеки не могла осуждать ее за это. Но сейчас ей не нужно было это «успокоение». И даже поддержка. И понимание во взгляде ее матери вместе с крупицей сожаления. Она знала, что Джеки чувствует к Нему. Поняла с того момента, как он появился на пороге. И из любви к своей дочери Софи была уверена, что должна сказать, что его проблемы не ее забота. Он не оценит этого. Ему это не нужно. Это Джеки понимает по ее лицу. Но она не говорит этого. Удерживая все слова в себе. Джеки будет бежать за Рэймондом, пока сама не решит остановиться. И Софи не собиралась становиться ее врагом в этом вопросе. Она уже была на «другой стороне» и поняла, что ни к чему это не приведет. Она только вновь потеряет дочь.       — Я должна найти его, — кивнув своим мыслям, проговорила Джеки. — Я не могу оставить его там одного, мам. Не надо… — прочитав все мысли Софи на ее лице, Джеки покачала головой, поджимая губы. — Просто… не сейчас.       — Надень капюшон, — проглотив собственные слезы, проговорила Софи дрожащими губами. — У тебя волосы не высохли.       Софи обожала Рэймонда, когда он только появился в жизни Джеки. Она менялась так стремительно и становилась… живой. Софи понимала только по разговорам, что мистер Смит следит за Джеки. Он делает то, чего не могла сделать Софи, в то время и месте, где она никогда не могла оказаться. И все это работало. Все слова, которые он находил, работали. Теперь же Рэймонд был причиной слез и разбитого сердца. Джеки так отчаянно любила этого мужчину, что была готова сидеть через стол от него и радоваться одному его присутствию. А когда она оказывалась одна — страдала. Софи не могла остановить это. И все боялась, что это ее состояние рано или поздно приведет Джеки к той точке, из которой они начали. Какая-нибудь убитая, грязная квартира, полная торчков, валяющихся трупами. И среди них будет и ее дочь. Смахнув слезу, Софи проследила за тем, как Джеки обувается, на ходу затягивая шнурки на своих ботинках. Вернувшись в гостиную, женщина устроилась на диване, плотнее укутавшись в свой халат. Она не могла остановить Джеки. И приходилось лишь надеяться на лучшее. На то, что однажды Джеки проснется и решит, что это все ей больше не нужно. И Рэймонд Смит ей тоже не нужен.       Сбросив очередной звонок, Джеки убрала телефоны в карман, решая продолжить звонить уже из машины. Таймер на часах оставлял ей двадцать минут. И Джеки отчего-то хотелось найти Рэймонда раньше других. Торопливо она распахнула дверь, и вместе с холодом и дождем на пороге ее встретил Рэй. Он уже занес руку, чтобы позвонить, но не успел.       Его светлые волосы были мокрыми от снега с дождем. Губы почти что посинели от холода и тряслись. Очки он нервно сжимал в ладони.       — Господи, где ты был?! — едва не разрыдавшись, выпалила Джеки. — Я звонила почти два часа! Два часа, Рэймонд! Я уже собралась ехать искать тебя, и я… — она почувствовала, как слезы соскользнули с ресниц, неприятно щекоча скулы. — Где твой телефон? — пытаясь хоть немного придать своему голосу жесткости, спросила Джеки, вытирая щеки рукавом. Рэймонд смотрел на нее отстраненно и растерянно, едва заметно покачиваясь, будто от сильного ветра. Он ощупал карманы и, отыскав свой телефон, понял, что тот выключен. Нажав кнопку включения, мужчина вновь поднял глаза к Джеки.       — В больнице выключил и забыл включить, — проговорил он под бесконечное количество звуковых оповещений, которые тут же посыпались на его экран. — Прости меня… — проговорил он. Когда Рэй качнулся в очередной раз, Джеки показалось, что сейчас он упадет. Поддавшись вперед, она угодила в его крепкие объятия и крепко обняла его в ответ.       — Прости, — повторил он, уткнувшись в ее шею. — Я не знал, куда пойти… — Она слышит, как его голос дрожит, и чувствует новую порцию слез, подступивших к ее глазам.       — Джеки, всё хорошо? — отзывается ее мать откуда-то из гостиной. Рэймонд будто не слышит этого, продолжая прижимать ее к себе.       — Да… Это Рэймонд… — сказала она и, точно зная, что Софи уже подглядывает из-за двери, махнула рукой в просьбе уйти. Рэймонду сейчас точно не нужны зрители, подумала она, чувствуя, как содрогаются его плечи на каждом вдохе, который он делает. Старый паркет скрипнул в гостиной, а за ним послышался щелчок закрывающейся двери. И они остались одни.       — Всё будет хорошо, — прошептала она, приглаживая его волосы и притягивая к себе еще ближе. — Рэймонд, всё будет хорошо, — она не знала, что еще сказать. Сейчас перед ней был не взрослый мужчина, а мальчик, потерявший маму. Слабина, которую он дал себе на мгновение, прорвала плотину всего спокойствия, которую он старательно лепил вокруг себя. И единственным, к кому он мог прийти со всем этим, была Джеки. Ему не хотелось домой, там было пусто и холодно. Он не мог прийти к своему единственному другу — Майклу, ведь тот еще и был его боссом. Других друзей у него не было. Всю его жизнь поглотила работа. А девушки… Черт возьми, разве хоть одной из них было дело до его проблем? Если ему было все равно, то чего он должен был ждать от кого-то другого? Но об этом он думал только сейчас. То время, которое он потратил, добираясь к ее дому, было в тумане. Он просто знал, что это единственное место, в котором он хотел бы находиться сейчас.       — Идем, — ее горячий шепот коснулся его уха, будто приводя в чувства. — Пойдем наверх, — повторила Джеки, старательно пытаясь перетащить его через порог. Рэймонд кивнул, нехотя отстраняясь. Она взяла его за руку, заставив сделать пару шагов внутрь теплого коридора. Закрыв дверь, Джеки оставила ключи от машины на полочке. Рэймонд прислонился к стене, едва удерживаясь на ногах. Он наблюдал, как быстро она строчит сообщение.       — Скажу Майклу, что нашла тебя и всё хорошо, — говорит она, бросив на Рэймонда короткий взгляд. Мужчина коротко кивнул. — А еще скажу, что опоздаю завтра… — добавила она. — Где ты, уточнять не буду, — будто по привычке отчитывается девушка. Рэймонд вновь безразлично кивает. В данный момент ему было наплевать, спросит ли Микки, где он. И задаст ли вопрос, почему? Какая разница. Никого это не касалось! Джеки убирает телефон, стягивая свои ботинки, а затем смотрит на его.       — Я могу… — спохватившись, проговаривает Рэймонд, когда наклоняясь перед ним, Джеки развязывает шнуровку на его обуви.       — Да, я знаю, — кивает Джеки. — Но сегодня это сделаю я, — она помогает ему разуться и увлекает за собой на второй этаж.       Ее спальня — две совмещенные комнаты и уборная, замечает Рэй, осмотревшись. Будто ее собственная квартира в доме ее матери, с общей кухней. Джеки торопливо убирает брошенные вещи и полотенце, подбирает упавшую на пол сумку. Рэй вдруг понимает, что все это так лежит только потому, что она торопилась искать его… Он прослеживает за движением предметов вокруг, замечает мокрое пятно на ковре в своеобразном кабинете. Ей позвонили, пока она была в душе, понимает он. И все то время, что она пыталась дозвониться ему, Джеки носилась вокруг, собираясь на свою «спасительную операцию». Звук уведомлений на его телефоне все еще не стихал, и, глянув на экран, он понял, что почти все они от нее. Рэймонд сжал переносицу, едва не рассмеявшись.       — Эй, — тихо позвала девушка, потянув за рукав его куртки. — Давай снимем всё это, — нежно проговорила Джеки, и он поддался. — Ты примешь горячий душ, а я принесу тебе сухую одежду, ладно? — заглядывая ему в глаза, спросила Джеки. Он уже и забыл, какого она роста, все последние годы каждый день видя ее только на каблуках. — Посмотрю у Клэр, вроде был спортивный костюм Дэвида, — продолжила девушка. Она берется расстегивать пуговицы на его рубашке, когда замечает, что сам он не справляется. Его пальцы не слушаются, тело подводит. Всё, чего хотел Рэймонд, это упасть на кровать и прижать ее к себе. Он старается слушать то, что она говорит, но выходит плохо. Все ее слова лишь для того, чтобы заполнить тишину вокруг.       — Ты голоден? — Рэймонд покачал головой. По правде говоря, он даже не помнил, завтракал ли сегодня. Но точно знал, что если в него попадет хоть что-то из еды, тут же вернется назад. Он только что рыдал на ее плече, все еще чувствуя, как пекут глаза, блевать в ее уборной он точно не будет. — Выпьешь? — А это можно, подумал он и тут же кивнул.       — Рэймонд! — сжав его лицо в ладонях, Джеки притянула его чуть к себе, внимательно глядя в глаза. — Словами, пожалуйста. Дай знать, что ты еще здесь! — проговорила девушка, улыбнувшись, но в ее глазах ничего кроме беспокойства он не видит. Это так странно, думает Рэй.       — Ты никогда не смотрела на меня так, — озвучивая свои мысли, проговорил Смит. Это была правда. Сейчас ее взгляд был живым. Прямо сейчас он мог бы поверить, что они не просто друзья. Что он что-то значит для нее. Что-то больше, чем просто «мистер Смит».       — Ты никогда меня так не пугал, — говорит Джеки, все еще сжимая его лицо в своих ладонях. Момент уходит, и это исчезает из ее взгляда. Остается только смущение, будто ей было стыдно, что он увидел «что-то». Будто это было не для его глаз. Рэймонд вдруг ощутил острый приступ гнева. Ему хочется схватить ее за плечи, трясти и кричать: «Ну почему ты такая?». Картины этого так живо рисуются в его голове, что он уже не может сказать, точно ли только представил это. Часто заморгав, Рэй замечает, что она все еще стоит рядом, убеждаясь, что это была лишь игра его уставшего и перегруженного мозга. Он вдруг дергается в ее руках, отстраняясь. Неловко пытается натянуть вымокшую рубашку обратно на плечи. Вскипевшая внутри злость будто дает ему сил взять себя в руки и мыслить здраво, но Рэймонд понимает, что «здравостью» и не пахнет.       — Что ты делаешь? — обеспокоено спросила Джеки. — Рэй?       — Ничего, — покачал головой он. — Мне не нужно было приходить, — рассуждал Рэймонд, отступая от нее. Джеки хватается за его руку, будто ломаясь окончательно.       — Нет, — тихо и сквозь слезы шепчет девушка. — Я тебя не выпущу сегодня, ясно? Ты примешь душ, мы выпьем, если захочешь — поговорим, если нет — ляжем спать. Не заставляй меня падать тебе в ноги и умолять, Рэймонд, — на одном дыхании проговаривает она, все крепче и крепче обвивая его руку своими. — Пожалуйста, Рэй, — шепчет Джеки, почти что касаясь его губ своими. — Просто останься сегодня, — он сдается так же быстро, как и решил уйти. Буря внутри утихает, и он понимает, что это лишь стресс.       Джеки провожает его в ванную, вручая пару полотенец. Сама быстро выходит за дверь, борясь с желанием запереть ее. Вставляет в его ботинки электрическую сушилку и убирает в шкаф свои. В сушилке находит чистые вещи Дэвида. Пара штанов и футболка. Дэвид был ниже Рэймонда, но, кажется, был таким же широким, оценивая размер, подумала Джеки.       Разобравшись с вещами, она тихо проскальзывает на кухню, вытаскивая из дальнего шкафчика припрятанную бутылку виски.       Вернувшись в комнату, она обнаруживает, что Рэй все еще в душе. Его вещи были развешены на ее рабочем кресле и оставлены просыхать. Джеки переодевается в свою домашнюю футболку, убирая одежду в шкаф.       Проверив свой телефон, взгляд Джеки вдруг цепляется за телефон Рэя. На него все еще приходили сообщения. Последнее от «Сюзи» привлекло ее внимание. Джеки бросила взгляд на дверь и, ругая себя, все же потянула руку к телефону. Она знала пароль. Она знала все его пароли. Но все же избавляется от этой идеи, возвращая его телефон на стол и одергивая руку. Не будет она копаться в его телефоне. Это нечестно и неправильно. Услышав, как затихла вода в душе, девушка выждала минуту-другую и, подойдя к двери, аккуратно постучала.       — Одежда, Рэй, — замок тут же щелкнул, и Джеки восприняла это как разрешение, открывая дверь и проходя внутрь. Одно полотенце было обернуто вокруг его бедер, другим он старательно вытирал волосы и лицо. Не удержав взгляд, Джеки скользнула им по его телу. Замечая край татуировки на его боку, уходящей на его спину. Она знала, что у него их три. И сейчас они как никогда ярко выделялись на его коже. Крест на его правом предплечье. Маленький шрам от сведенного имени — на левом. Еще одно имя, о хозяйке которого Джеки даже спрашивать боялась. «Анабель Ли», набитое у самого сердца. И какая-то роспись из рун, скрывающая глубокие, страшные шрамы. Она брала свое начало от верха его ягодиц и тянулась к самому плечу, цепляя чернилами бок.       Старые, глубокие шрамы, которые она уже видела. И парочка новых. Когда его подстрелили, пару лет назад, он говорил, что это ерунда, но, заметив, насколько размашистый был шов, оставленный от того ранения, она поняла, что он соврал.       — Жутковато, да? — вдруг спросил Рэй. Джеки моргнула, поднимая глаза к его лицу и замечая, что, замерев с полотенцем в руках, Рэймонд внимательно смотрит на нее.       — Ты говорил, что это ерунда, — как можно более спокойно проговорила девушка.       — Ты же не ждала, что я буду присылать тебе фото своего разорванного бока? — усмехнулся мужчина.       — Ну да, — отстраненно кивнула Джеки, оставив при себе ехидный вопрос: «Кто я такая, что бы ты мне говорил, да?». Оставив вещи на крышке высокой корзины для белья, она направилась к двери, когда он перехватил ее, крепко сжимая ее руку чуть выше локтя.       — Просто не хотел волновать тебя, — мягко говорит Рэй, почувствовав в ее словах обиду. Его пальцы на ее руке сжимались совсем уж не мягко, в контрасте с голосом. Он будто не нарочно применил больше силы, чем полагалось. Джеки одаривает его долгим взглядом, будто старательно выискивая что-то во взгляде.       — Да я постоянно волнуюсь за тебя, — придвинувшись ближе, почти шипит она, чувствуя, как глаза вновь стали мокрыми. — Каждый день. Каждый чертов день! Если бы ты сделал мне одолжение и говорил, насколько всё плохо, я была бы благодарна! — Рэймонд молчаливо смотрит в ее глаза. Ее слова, выражение лица, этот взгляд, которым Джеки смотрит на него, все это разрушает остатки его «плотины». Он уже готов сдаться. Это чувство поднимает очередную волну злости. Он готов быть жалким, если она отвергнет его. Готов пережить это, если бы только был шанс, что она вновь будет смотреть на него так. Что она так же будет заботиться о нем. Что она так же будет рядом. Один шанс. Намек, что угодно, лишь бы он понял, что это взаимно. Рэймонд решается поговорить с ней утром. Ничего путного из себя сейчас он не вытащит, понимает мужчина. А если все обернется плохо, то этот ужасный день уничтожит его. Потерять еще и Джеки он не готов. Потянув девушку к себе, он крепко обнимает ее, прижимая к себе.       — Прости, — едва слышно проговорил Рэй. Он никогда не извинялся, вдруг понимает Джеки, обнимая его в ответ. Мистер Смит слово «извини» мог обронить только в контексте издевки или сарказма. Никогда ничего подобного она не слышала. И он никогда так не обнимал ее. Сжимал так крепко, будто держался за нее. — Я просто…       — Я знаю, — прошептала она. Никогда не жалуюсь. Никогда не ною. Никого не втягиваю в свои проблемы. Она знала, что услышит что-то подобное. Это было правдой, и ей не хотелось заставлять его смущаться в признаниях. У него и так будет достаточно поводов, когда он чуть придет в себя, понимала девушка. И она была уверена, что он даже не будет разговаривать с ней неделю-другую. Она будет живым напоминанием его слабости. Так же было и в прошлый раз. Но Джеки оставляет эти мысли. Сейчас он был здесь с ней. И она сделает что угодно, лишь бы он почувствовал себя хорошо. И что будет завтра, ее не волнует. Повернув голову, она коснулась губами его шеи. Это вышло случайно, и осознав это, она замерла. Джеки почувствовала аромат его тела, смешавшийся с запахом ее геля для душа. И ощутила, как от ее прикосновения он едва не дернулся, напрягшись всем телом.       — Ты пахнешь сочной дыней, — с улыбкой прошептала она, желая разрядить это напряжение, но в действительности только усугубила. Рэймонд оторвал голову от ее плеча, скользнув кончиком носа от ключицы к волосам за ухом.       — Ты тоже, — выдохнул он. Джеки зажмурилась, закусив губы. Она знала этот голос. Ниже и глубже, чем обычно, бархатистый и тягучий. Такой, что всё внутри дрожало и сжималось. Она почувствовала, как рука с ее талии скользнула ниже, сжимая ягодицы, а его губы коснулись места у уха, а затем щеки. Она знала, что нужно остановить его. Но не сказала ни слова, не дернулась и даже с места не двинулась. Всё, чего она хотела последние годы, был Рэймонд. Она бы просто не смогла остановиться, даже если бы в ней было здравомыслие. Но его не было. Ничего в ней не было против. И она не могла найти ни одного достойного аргумента. Ей будет больно потом? Наплевать! Это будет завтра, и она переживет это.       Оторвав голову от его плеча, девушка подняла глаза, встречаясь с его взглядом. Рэймонд плохо умел выражать эмоции или выплескивать их словами, и он делал это по-своему. Это она прекрасно знала. Она нужна была ему для этого прямо сейчас, а он нужен был ей всегда. Джеки даже не думала об этом как об использовании. Они собирались использовать друг друга, и это было достаточно честно. Он порывисто склонился к ней, накрывая ее губы своими, и она ответила. Позволила его руке забраться под футболку, сжимать голую кожу. Позволила его языку касаться ее неба и губ. Позволила ему подхватить ее под коленями и приподнять. Обвила его бедра ногами, цепляясь за сильные плечи. И протестовала лишь раз, когда он попытался усадить ее на туалетный столик.       — Не здесь, — практически простонала ему в губы девушка. Должно было быть сегодня хоть в что-то мягким, подумала Джеки, и пускай это будет хотя бы кровать. Потому что Рэй мягким не будет. Она это прекрасно понимала и не ошиблась. Он стянул с неё футболку, повалив на кровать. Целовал её долго и с какой-то толикой злости. Сжимал её грудь, осыпая её поцелуями и укусами. Джеки прикрыла рот, чтобы не вскрикнуть. И вновь не остановила его, хотя знала, что завтра она будет вся в синяках от его пальцев и зубов. Она молчала, как и он, только тяжелее дыхание и редкие несдержанные стоны. Он заговорил лишь раз. Без своей обычной галантности и вежливости. Без нежности, что была в нём ещё десять минут назад.       — Перевернись! — коротко скомандовал он, чуть отстраняясь и позволяя ей стать на колени. Рэймонд опустил тяжелую ладонь на ее спину между лопаток, прижимая ее грудью к матрасу. Джеки закрыла глаза, уперевшись лбом в светлые простыни. Он двигался быстро, руки крепко держали ее бедра. И пускай ей хотелось, чтобы он смотрел на нее, чтобы любил ее. Чтобы обнимал, этого тоже было вполне достаточно. Она повернула голову, пытаясь заглянуть через плечо и хотя бы посмотреть в его лицо. С губ то и дело слетало его имя, но он будто не замечал. Когда она протянула к нему руку, касаясь его руки на ее бедре, он вдруг замер на мгновение. Притянул ее к себе, перехватил под грудью и с силой сжав в объятиях. Толчки внутри нее замедлились, но только от неудобства такого положения. Джеки сжала его предплечья, вытягивая шею и осыпая его лицо поцелуями в местах, куда могла дотянуться. Она коснулась пальцами его лица, проскальзывая по скуле и плотно закрытым глазам.       — Хотя бы посмотри на меня, — прошептала она. — Рэй… — глубокий стон остался где-то в его горле, когда он плотно сжал губы. Остановившись, он открыл глаза и опустил голову на ее плечо.       — Тебе так не нравится, — вдруг проговорил он. — Я помню, прости… — признаваясь, проговорил Рэй. Его слова будто выбили землю из-под ее ног. Он понимал? Почему он помнил об этом?       — Ничего, — сквозь сбившееся дыхание прошептала Джеки. — Всё хорошо. Рэй, всё хорошо, просто… — Она скользнула рукой к его ладони, сжимающей ее грудь, и будто призывно сжала ее. — Просто не оставляй меня тут одну, — улыбнулась девушка, вновь касаясь губами его лица.       Она поддалась вперед, потянув его за собой. Уперевшись рукой в изголовье кровати, Джеки сама двинула бедрами, насаживаясь на него, пока не почувствовала его ладонь, сжавшую ее бедро. Джеки замерла, надеясь, что он не остановится прямо сейчас. Она была достаточно возбужденной для того, чтобы свалить его на спину и оседлать. Но Рэймонд не отстраняется. Одна его рука все еще сжимает ее грудь, другая проскальзывает вниз по внутренней стороне бедра, застряла раздвинуть ноги, пошире. Джеки подчиняется, чувствуя, как он поддался вперед, приживаясь к ее спине. Он упирается в изголовье рукой рядом с ее, а затем скользит по дереву, накрывая ее ладонь и сжимая. Слишком нежный жест, понимает Джеки. И слишком запоминающийся. Рэймонд возобновляет прошлый темп, но на этот раз обнимает ее, опуская голову и зарываясь носом в ее волосы. Его губы легко касаются ее спины и ключицы, а рука с груди скользит вниз, играя с клитором. Джеки вырывает свою руку из-под его, только чтобы положить ее сверху и сжать его пальцы. Она выгибается ему навстречу, прикрыв рот рукой, чтобы не быть слишком громкой. В доме они все еще не одни. И пускай стены были толще, чем в банке, она все равно боялась, что мама что-то услышит.       — Не делай этого, — горячий шепот касается ее уха, а следом его касаются и губы мужчины. Он отрывает ее ладонь от рта, прижимая ее к животу девушки и сплетая их пальцы. — Хочу слышать тебя, — она слышит в его словах улыбку и вдруг улыбается сама.       — Верни свои пальцы назад, — шепчет Джеки.       — Хорошо, — усмехается он. — А ты держи свои руки при себе, — добавляет Рэй, отпуская ее ладонь. И с не наигранной угрозой добавляет: — Иначе вернешься на локти и колени.       — Мама услышит… — прерывисто шепчет Джеки.       — Не услышит, — обещает он. — А мне нужно услышать, — горячий шепот вновь обжигает ее ухо, а голос звучит так, будто он признается в чем-то страшном. — Мне нужно, Джеки. Ты мне нужна, — беспорядочно повторяет он, снова и снова — «Ты так мне нужна». Она позволяет себе поверить в то, что это правда. Это не его сиюминутный порыв. Не случайные слова от боли и усталости, что разливались в нем. И пускай завтра они будут делать вид, будто это никогда не звучало, она хотела, чтобы сегодня это было правдой.

***

      — У меня есть травка, — сидя на его коленях, осторожно проговорила Джеки. — Если хочешь…       — Держишь на завтра? — с усмешкой спросил он, делая глоток виски из бутылки. Рэй сидел, облокотившись на изголовье кровати и вытянув ноги. Светлые волосы падали на его лицо. В одной руке он держал бутылку, а другая все еще крепко сжимала ее в объятиях. Джеки кивнула, улыбнувшись тому, что он помнил и это.       — Хочу, но не буду, — покачал головой Рэй, делая еще глоток. — Не при тебе.       — Эй, я держусь, — мягко проговорила она, забрав из его рук бутылку, Джеки сделала маленький глоток. Ее нос сморщился, Рэймонд улыбнулся этому, забирая бутылку обратно. — Да и знаешь, несколько глупо убегать от этого, учитывая, что я буквально работаю в дыму, — пожала плечами девушка.       — Нет, я… — коротко посмеявшись, он тут же замолчал, убрал бутылку на тумбочку рядом с кроватью и внимательно посмотрел на Джеки. — Знаешь, не многим удается соскочить, — неожиданно серьезно проговорил Рэймонд. — И совсем немногим это удается так надолго, как тебе. Я… Я горжусь тобой, Джеки, на самом деле горжусь, — нежно скользя костяшками пальцев вдоль ее скулы, улыбнулся мужчина. — И если ты когда-нибудь сорвешься, это не будет из-за меня и из-за того, что сейчас мне херово. — Джеки кивнула, внезапно осознав, что однажды, если это и случится, это точно будет из-за него…       — Ты будешь в порядке, — вдруг серьезно и решительно проговорила она. Поддавшись вперед, Джеки обхватила его лицо руками. — Ты сильный, Рэй, и ты будешь в порядке, — она знала, что это всё, что ему нужно было услышать сейчас. И видела, что права в его глазах.       — Я знаю, знаю, — закивал он, устало прикрыв глаза. — Просто… это было так неожиданно, — выдохнул он, впервые за всю ночь заговорив об этом. Он не говорил, Джеки не спрашивала. Она понимала, что он чувствует. И ей хотелось, чтобы здесь, рядом с ней, он почувствовал покой, а не переживал всё это снова. — Она болела. Я готовился к тому, что это случится, но оказалось… совсем не был готов, — Джеки крепко обняла его, приглаживая светлые волосы. — И теперь столько всего нужно сделать, а я… Я просто сбежал, — выдохнул он.       — Я уверена, твой отец справится, — проговорила Джеки.       — О, ты его не знаешь, — вдруг рассмеялся Рэй, заставляя ее брови сдвинуться к переносице. — Он мой отец, но это не мешает ему быть абсолютным идиотом. Всё время, что я жил с ними, с самого детства тиранил меня за порядок… мои игрушки, мои вещи, учебу, — с горечью и обидой проговаривает мужчина, качая головой. — А сам без нее и носков своих не найдет, — выплюнул Рэймонд. Он отстранился, выровнявшись на кровати, и потянулся за бутылкой. Джеки опускает свою руку на его, останавливая. Перехватив его взгляд, она замечает недовольство, но оно тут же исчезает, и Рэй кивает. Было уже достаточно, понимает он, и Джеки права, самое время остановиться.       — Я могу помочь? — спросила она. Уголки его губ приподнялись в мягкой улыбке, а пальцы вновь скользнули по лицу, поглаживая кожу. — Что угодно, Рэй, — выдохнула девушка.       — Можешь, — кивнул он. — Подмени меня на работе. Пара дней. Я разберусь со всем и вернусь, — говорит Рэй, хотя Джеки ожидала услышать какую-нибудь пошлую шуточку или намек. — Если случится что-то форс-мажорное, позвони.       — Это само собой, — говорит она. — Может, нужно что-то еще?       — Больше ничего. Я сам…       — Один день за раз, Рэй, — будто напоминая ему, проговорила Джеки. Рэймонд кивает, вновь улыбаясь ей.       — Я помню, — говорит он. — Но я справлюсь. Сейчас нужно просто собраться.       — Завтра, — останавливая его, проговорила Джеки. — Завтра ты соберешься и будешь в…       — Завтра, — усмехнулся он.       — Ну, конкретно завтра, — улыбнулась девушка. — Или уже сегодня… Семнадцатого числа, — уточнила Джеки, заставив его усмехнуться. — Ты будешь собран, как всегда. И будешь решать все проблемы, но не сейчас, Рэй. Сейчас… — Ее пальцы скользнули по его лицу, убирая светлые волосы назад. С его губ сорвался судорожный вздох, когда Рэймонд прикрыл глаза, наслаждаясь ее прикосновениями. — Сейчас просто трахай меня и выпускай пар, — прошептала она, легко коснувшись его губ своими. Рэймонд улыбнулся, плотнее сжимая ее в кольце рук.       — Можно мы просто вот так посидим? — осторожно спросил Рэй, опуская голову на ее плечо. Ему больше не нужно было «выпускать пар», это прошло так же быстро, как захватило его голову. Теперь была только усталость. Джеки улыбнулась, коснувшись губами его волос над ухом.       — Конечно, Рэй, — прошептала она. — Всё, что угодно, — добавила Джеки, повторяя его положение, опустила голову на его плечо, нежно касаясь губами изгиба шеи. Мужчина шумно выдохнул, плотнее сжимая ее в объятиях, и глубже зарылся лицом в каштановых прядях.