Addicted

Garbage — Control       Холодно. В офисе становится адски холодно. Микки не появляется уже несколько дней. Если он и заходит в «Принцессу Викторию», то сидит в зале. Рэймонд почти не говорит. Он все время где-то или в своем ноутбуке. Джеки начинает казаться, что офис переехал в какое-то другое место, а ей об этом забыли сказать. Несмотря на очевидный цейтнот, работы у нее становится в разы меньше. Рэймонд если и дает ей что-то, то это больше похоже на поручения курьера, которые раньше выполняли совсем другие люди. Джеки не против видеться с ним меньше, но странное нервное ощущение не покидает ее.       Толкнув дверь, она проходит мимо собравшихся в пабе парней. Теперь это и правда похоже на осаду. Всюду вышибалы Рэймонда. Всюду охрана и оружие. Их напряженные лица не вселяют уверенности, а скорее наоборот. «Масштабная резня две тысячи седьмого» крутится в ее голове, когда-то сказанные Банни слова. Но это еще и не все. Даже если бы назревала полномасштабная война, вряд ли ее бы отправляли за чайными листьями с жасмином на другой конец Лондона. Это было даже смешно.       Подойдя к столу Рэймонда, она положила перед ним папку с документами и бумажный пакет из чайной. Джеки даже не потрудилась закрыть за собой дверь, подозревая, что сейчас ее отправят за рыбой с чипсами куда-нибудь в район Челси!       — Спасибо, — оторвав глаза от ноутбука, сухо проговорил Смит. Он открывает папку и, просмотрев пару листов, убирает ее в стопку «белых» дел. — Дальше я сам этим займусь, — добавляет Рэй, переводя взгляд к своему телефону.       — Ладно, — растерянно кивнула девушка. — А что делать мне?       — Ничего, — просто бросил Смит. — Ты в отпуске. Я позвоню.       — Какой отпуск, Рэй? — не понимающе выпалила Джеки. — У нас тут апофеоз пиздеца, а ты меня в отпуск отправляешь? Ты серьезно?       — Да, вполне, — кивает он. Оторвав взгляд от телефона, Рэймонд одаривает ее пустым холодным взглядом, и Джеки вдруг становится не по себе. — Оставь все документы и свой ноутбук здесь. Рабочий телефон тоже. Ты в отпуске, пока я во всем не разберусь. Банни отвезет тебя, — кивая на дверь, добавляет он. Джеки отрывается от его стола, выравниваясь.       — Не разберешься в чем? — спрашивает она, но ответ и так уже знает. Он вылавливает крыс, и она, по его мнению, одна из них. Джеки чувствует, как задрожала нижняя губа, поджав ее, девушка старается удержать взгляд ровным. — Ого, — нервный смешок срывается с ее губ, а за ним следует и смех, который она не может удержать. — Ты думаешь, что это я, — кивает Джеки. Рэймонд просто смотрит на нее своим пустым от эмоций взглядом. Так, будто она ничего не значила. Так, будто она была никем. От этого в груди становится тяжело, и Джеки на мгновение кажется, что она потеряет сознание. Это было больно и несправедливо! И это была та самая «последняя капля».       — Скажешь что-нибудь? — возвращая себе самообладание, Джеки приподнимает бровь, глядя на него.       — Я уже всё сказал… — безразлично пожимает плечами Рэй.       Джеки кивает его словам, кусая губы в попытке удержать нервную улыбку и слезы. Она больше не будет плакать перед ним. Роз бы не плакала, уже обернувшись к двери, думает Джеки. Роз бы разнесла весь этот кабинет и оторвала Майклу яйца. Вот как поступила бы Роз. Но Джеки всегда была слишком мягкой. Слишком нежной, слишком доброй. Наверное, потому она и оказалась в таком положении. Развернувшись, девушка в два коротких шага возвращается к столу. Выхватив из его рук телефон, Джеки откидывает его в сторону, даже не заботясь о его целостности. От этого поступка Рэймонд подрывается со своего места. Его стул опрокидывается, а стол чуть сдвигается. От прежнего спокойствия не остается и следа. Его холодный гнев вырывается наружу. И разъярённое лицо мистера Смита не сулило ничего хорошего.       — Уходи сейчас же, Джеки! — почти выкрикивает он, указывая ей на дверь.       — С чего это ты меня отпускаешь? Я же гребаный предатель! — выкрикивает в ответ она. — Давай просто застрели меня. Это ведь так просто, правда, Рэй? Я просто сотрудник, уволил и забыл. Будь это личное, тогда другое дело… — кривится она, повторяя его слова. Рэймонд знает, где она слышала это, и в какой-то момент для него всё становится на свои места. Её поведение и поступки — всё было от случайно подслушанного разговора. Но это лишь мгновение. Ему всегда было непросто успокоиться, сейчас это было почти невозможно.       — Джеки!       — Просто какая-то наркоманка, — не унималась девушка. — Ты ведь поэтому никогда не доверял мне. Все важные дела, важные разговоры всегда мимо меня. Всё, что ты делаешь сейчас, — выгоняешь меня, потому что я предатель. Это я сдала ферму! Это я подставила Майкла! Нет для этого ни одной объективной причины, кроме того, что я торчала и поэтому мне нельзя доверять. Зато можно трахать, так? — Рэймонд чувствует, как краснеет лицо от злости. И Джеки замечает это. Короткая мысль о том, что пора остановиться, проскальзывает в ее сознании, но быстро исчезает. Это была правда, в которой она жила последние полгода. Обида, которая съедала ее. Ладно бы она просто была удобной или «не то, что мне нужно», но она была «бывший торчок, с которым я не хочу связываться, брезгую». Джеки считала, что это было самое ужасное, что он мог когда-либо сказать. Но, как оказалось, он мог больше. Завуалировано обвинить ее в предательстве. Это и было самым худшим.       — Тебе как, нормально было? — не сбавляя тона, спрашивает Джеки. — Приходить ко мне, когда тебе было тяжело? Пожалей меня, Джеки. Побудь со мной, Джеки. Побудь моей маленькой ложкой, Джеки, — кривляя его, выплевывает девушка. — Не мерзко было совать свой член в торчка? Или хотя бы на это я гожусь, по твоему мнению? — Джеки замолкает на мгновение, глядя на него. Заметив, как взгляд Рэймонда скосил ей за спину, она вспоминает, что Банни все еще стоит там.       — Позже поговорим, — выдавливая из себя через силу слова, произносит он. — Банни отвезет тебя домой.       — Закрой ебаную дверь, Банни! — обернувшись, бросает она охраннику. — Я еще не закончила! — вернув взгляд к Смиту, добавляет Джеки.       — А по-моему, закончила, — он вытягивает руку, призывно сжимая пальцы. — Телефон! — Рэй прямо смотрел на нее, надеясь, что в ней осталась хоть капля благоразумия и она просто уйдет. Джеки усмехнулась, покачав головой. Расстегнув сумку, она вытряхнула все содержимое на его рабочий стол. Отбросила сумку в сторону, а следом и вывернула карманы своего пальто, показывая, что ничего не берет с собой. Банни, стоящий на пороге, инстинктивно двинулся вперед, когда Рэймонд начал обходить свой стол. Мужчина замер на месте, не зная, что именно ему нужно делать. Джеки ему нравилась. Но мистер Смит был боссом. Потому Банни просто уходит, прикрывая за собой дверь. Все в баре смотрят на него и на дверь, оставшуюся позади.       — Выходит, я был прав, — пожимает плечами Джордж. Он легко толкает Гленна, протягивая ему раскрытую ладонь. — Мою сотню, — говорит он. Но особенно довольным своим выигрышем не выглядит. То, что творилось за закрытой дверью, пугало всех. Джеки все любили, и выносить ее труп никому не хотелось. Но так же все понимали, что придется, если девушке не достанет ума заткнуться.       Выбрав из горы личных вещей и документов ключи от машины и дома, она прячет ключи от дома в карман брюк.       — На, — толкая ключи от машины ему в грудь, бросает девушка. — Подаришь следующей секретарше. Надеюсь, она будет достаточно чистой, чтоб ты не брезговал ее людям показывать. Или признавать, что спишь с ней, — с наигранным безразличием говорит Джеки, пожимая плечами. Она горделиво вскидывает подбородок, глядя ему в глаза, и усмехается.       — Хотя, возможно, дело и не во мне, — вновь пожимает плечами девушка. — Не я врала тебе в лицо. Не я использовала тебя. Не я говорила своему другу за твоей спиной, что ты недостаточно хорош из-за своего прошлого. Это делала не я! У всех есть прошлое, Джеки… Херня! — кривясь, повторяет его слова Джеки. — Это был ты, Рэймонд. И ты самый омерзительный ублюдок, которого я когда-либо встречала, — чуть поддавшись вперед, она практические выплевывает слова ему в лицо. — Может и хорошо, что ты не добрался до воспитания своей дочери. Страшно подумать, какого монстра ты бы вырастил… — вырвалось из нее, и Джеки тут же замерла, плотно сжимая губы и глядя на него широко открытыми глазами. Она не должна была говорить такое. И не понимала, почему вообще сказала. Но извиняться было уже поздно. Она замечает, как вместе с его веком дернулась рука, будто он хотел ударить ее. И справедливости ради, Джеки понимала, что за дело. Но он этого не сделал. Рэймонд сжал пальцы в кулак, так крепко, что побелели костяшки.       — Рэй… — обронила она, но Смит отрицательно качнул головой и, вытянув руку, указал ей на дверь.       — Уходи, — проговорил он. Замечая, что она даже не пошевелилась, Рэймонд отступил на шаг назад. Сделав глубокий вдох, он расправил плечи и сложил руки на груди, глядя на нее сверху вниз. — Когда ты придешь в себя, мы поговорим. А сейчас… ты уволена, убирайся! — Джеки торопливо пересекает кабинет и выходит за дверь. Когда она появляется в зале паба, разговоры тут же стихают, и все взгляды обращаются к ней. Собрав всю свою невозмутимость, она подходит к двери, и уже почти покинув «Принцессу Викторию», девушка оборачивается.       — Была рада познакомиться с вами, — говорит она собравшимся мужчинам. На удивление даже улыбка выходит достаточно искренней. — Спасибо за работу, парни.       — Мы тоже, мисс Джеки.       — Спасибо, мисс Джеки, — отзываются они, и, кивнув, девушка выходит наружу.       Оглядевшись, Джеки теряется. У нее больше не было машины. С собой не было ни денег, ни карт, даже телефона. Все это осталось в кабинете Смита. Черт, даже тампоны и те остались валяться на его столе.       — Джеки! — она обернулась, услышав голос Банни. — Поедем, отвезу тебя, — говорит он, подходя ближе.       — Я думала взять кэб, — растерянно проговаривает она, стараясь не смотреть ему в глаза. Джеки вдруг почувствовала себя неловко. И не просто неловко, ей было ужасно стыдно. Банни был хорошим человеком. И он был рядом с ней все десять лет ее работы там. Черт, да Банни даже привозил ей какой-то джем из шишек, который варила его бабушка, когда Джеки заболела. И даже прокладки ей разок покупал. Это была пара критериев, определявших его как друга и одного из самых близких ей людей.       — Но у меня даже нет денег… — она совершает ошибку, подняв к нему глаза. Джеки понимает это, когда из глаз начинают литься слезы ручьем, и она не может прекратить это. Банни обнимает ее, приглаживая волосы. От разницы в росте она чувствует себя ребенком. И от этого чувства понимает, что так делал отец, когда ей было пять. Прижимал к себе, чуть покачиваясь с ноги на ногу, и говорил, что все будет хорошо. Вранье! Отец умер, и больше ничего не было хорошо. А теперь она потратила десять лет на парня, который просто использовал ее.       — Эй, всё образуется, — успокаивающе проговорил Банни, а когда она отрицательно покачала головой, он услышал всхлип. — Ну конечно образуется. Рэй это всё не со зла. Ты же его знаешь, он не такой человек…       — О нем я точно говорить не хочу, — сквозь слезы проговорила девушка. — Он козлина!       — Это понятно, — усмехнулся мужчина. — Но чтобы он ни сказал тебе, он так не думает.       — Он использовал меня, и я… — задыхаясь от слез, Джеки оторвалась от его груди, пытаясь взять себя в руки.       — Оставь это сейчас, — уверенно произносит мужчина. Его большая ладонь сжимает ее волосы у виска. А большие пальцы скользят по щекам, стирая слезы. — Вы оба остынете и тогда поговорите. Все знают, как он относится к тебе, Джеки, — когда девушка уже открывает рот, чтобы что-то сказать, вдумчиво произносит Банни. — Чтобы там ни случилось, это какое-то недопонимание и недоразумение. Поговоришь с ним через недельку, и все наладится. Вот увидишь! А теперь поехали, отвезу тебя домой, — он подводит ее к машине и открывает дверь переднего пассажирского сидения. Забравшись внутрь, Джеки закрывает лицо руками, силясь справиться со всеми своими эмоциями. — Если будешь курить, — садясь за руль, говорит Банни. — Открой окно, а то он еще больше взбесится.       — Моя сигарета там осталась, — разочарованно выдыхает девушка. — Вместе со всем…       — А для кого я запасную вожу в бардачке? — усмехается мужчина.       — Ты — святой, ты знаешь? — улыбается девушка, открывая бардачок.       — Это не я, — осторожно замечает мужчина, выезжая на дорогу. — Рэй сказал купить, когда ты забыла свою дома.