Часть 4. Пережитая ночь
30 марта 2025 г., 15:40
— Так это ты убил моих ребят? — низкий басистый голос принадлежал высокому мужчине с татуировками по всему телу, стоявшему у окрашенной в цвет хаки машины. На боку авто чёрной краской был выведен череп пса с кинжалом в пустой глазнице.
Напряжение повисло в воздухе, а парень по-прежнему молчал, обводя каждого взглядом.
— Почему ты один? С тобой, кажется, девчонка была. Где же ты её спрятал?
Но тот молчал, когда один из контрабандистов пару раз выстрелил куда-то в ноги парня, но тот и бровью не повёл. В ту же секунду стрелявший мужчина неожиданно захрипел, выронил автомат и рухнул на землю. Из головы торчал кинжал, всаженный по рукоять. Те, кто стоял ближе, слегка дрогнули, но с места не сдвинулись. Мужчина, что стоял у машины, двинулся вперед.
— Разве я давал разрешение открывать огонь? — нарочито спокойно проговорил головорез, казалось бы, мертвецу, но обращался он к своей свите, обведя каждого взглядом.
— Не было приказа, — хором отозвались приспешники.
— Тогда какого хрена мой товар чуть не сдох? — злобно прорычал мужчина, подойдя к телу, лежащему на земле и, наступив на голову парню, рывком выдернул кинжал, брезгливо обтер об одежду стоящего по левую сторону. Мужчина двинулся вдоль шеренги из своих людей.
— Раз ты не говоришь, где девчонка, мы найдем её сами. Этого в машину! Девчонку найти и привести сюда! И не сметь убивать, она нужна живой. Продам подороже главе «Костей и Кинжалов», а этого выдрессирую и продам как экзотический товар особого класса. Обыщите каждый угол, и, если не найдете, я вас лично покромсаю и скормлю псам. Выполнять! — отдал приказ мужчина и сел в машину, закуривая сигарету.
Линия из шести человек двинулась на парня, беря того в плотное кольцо и держа на прицеле. Остальные члены отряда двинулись к зданию. Он проводил их взглядом, но затем, посмотрел на главаря. Как только четверо скрылись в здании, парень не стал ждать, перевоплощаясь.
Первые трое, что стояли справа, рухнули замертво сразу же. Никто ничего и понять-то не успел. Он тем временем подобрался к двум другим: одному он свернул шею, а другому проткнул живот и, выдернув внутренности, бросил их рядом с рухнувшим телом. Все произошло так быстро, что лидер банды даже докурить не успел, когда ему в лобовое стекло полетело полумертвое тело. У мужчины расширились глаза от увиденного. Перед ним, в крови его людей стоял никто иной, как сам «Обитатель», но более совершенный, возможно, тот самый «первый ребенок».
Недокуренная сигарета выпала из рук и, упав, обожгла мужчине ногу. Он выругался и, быстро стряхнув окурок, потянулся к дверце, заблокировав все двери в салоне.
— Ты, кажется, хотел меня продать? Ну так попробуй! — и с этими словами парень прыгнул на капот, ударяя кулаком в лобовое стекло. Так как оно было пуленепробиваемым, на поверхности осталась лишь большая трещина. В это самое время крики и стрельба, раздававшиеся в здании с тех пор, как туда вошли головорезы, прекратились, и оттуда выбежала Джилл. Вся в крови и запыханная, держа в руке автомат, она нацелилась на мужчину в машине.
Контрабандист, понимая, что все его люди мертвы, завел машину и рванул вперед, сбрасывая с капота парня, но тот успел отпрыгнуть до того, как машина сбила бы его.
— Я же ясно сказал тебе не высовываться! — поворачивая голову в сторону Джилл и при этом продолжая уворачиваться от машины, крикнул он.
Джилл, стараясь целиться в колеса, оскорбленно ответила:
— Я вообще-то тебе помогаю! Если бы не я, этот псих убил бы тебя, а затем пришел за мной! — возмущаясь в ответ, Джилл наконец-то попала в заднее колесо, машина вильнула в сторону и на полной скорости съехала в небольшой ров. Мужчина орал матом и, проклиная всё, на чём свет стоит, опустил окно и пару раз пальнул в парня из пистолета, который, видимо, валялся рядом. Он спустил всю обойму.
Этого парень и ждал, одним прыжком преодолевая расстояние, ловко уворачиваясь от пуль, летевших в него. Он схватил мужчину за руку, ломая её. Когда по округе разнеслись крики боли, парень протянул когтистую руку и вцепился ею в горло, вырывая кадык. Мужчина обмяк в салоне, залитый собственной кровью. Покончив с ним, парень выбрался из рва. Неподалеку уже стояла Джилл, с отвращением оглядывая мертвые тела.
— Уходим отсюда, скоро здесь будут полчища слепых псов, — сказав это, парень направился дальше, игнорируя поморщившуюся девушку. Джилл направилась следом. Уже отойдя на приличное расстояние, она обернулась на скулящие и рычащие звуки. Позади них к трупам сбежались как минимум шестеро псов, набрасываясь и разрывая мертвые тела на куски.
Пока они отбивались от контрабандистов, солнце начало садиться, и его лучи пробивались сквозь разрушенные здания. Дневная жара начала спадать, уступая место вечерней прохладе, а это значило только одно: если они не найдут укрытие где-нибудь в ближайшее время, даже этот парень не поможет.
Они шли дальше, мимо развалин домов, ржавых машин и маленьких построек. Вечерний ветер гонял пожелтевшую от времени бумагу, кое-где колыхались сгнившие куски ткани. Джилл достала из рюкзака куртку из непромокаемой ткани и протянула парню, но тот, посмотрев на тряпку, шлепнул по руке девушки, молча отказываясь.
Джилл пожала плечами и накинула куртку на себя, чувствуя, как потихоньку согревается.
— Нужно поспешить, — бормотала она себе под нос, стараясь как можно ближе держаться к парню. Беготня и сражения сильно вымотали её. Не было сил думать хоть о чём-нибудь ещё.
Наконец, её спутник остановился у трёхэтажного здания, некогда бывшего жилым. Здание более менее было в хорошем состоянии, на окнах кое-где даже имелись стекла, но отсутствовала дверь в подъезд. Джилл быстро осмотрелась.
Везде лежал мусор, обломки каких-то предметов, ржавые балки, бутылки валялись у входа. Сквозь растения, которые успели оплести стены, виднелись тусклые граффити, а кое-где облупилась краска и не хватало штукатурки. На первом этаже на окнах имелись решетки, покрытые ржавчиной, и это радовало. Плохо было то, что решетки были только на нижнем этаже. На верхнем же некоторые окна были заколочены. Солнце совсем село, и Джилл придвинулась к парню плотнее, хватаясь за заднюю петельку его джинс, на что получила злобный взгляд и больше ничего. Они направились в здание.
Девушка достала фонарик, но парень мотнул головой в знак протеста — слишком опасно. Тогда Джилл тихо проворчала о том, что у неё-то такого зрения нет, и вообще она человек, а не чудовище. На это парень в очередной раз ничего не сказал, и они двинулись вглубь здания. Внутри было гораздо хуже, чем снаружи. На первом этаже мусора было ещё больше: битое стекло и обломки мебели, на стенах не осталось чистого места из-за разного граффити, краска облупилась и крупными кусками валялась у стен. Бетонная лестница треснула в нескольких местах, от ступеней откололись куски. Перила были покорёжены, а на втором этаже они вообще отсутствовали. В здании стояла тишина. Были слышны лишь звуки их шагов. Поднявшись на третий этаж, парень остановился напротив одной из пяти квартир. Видимо, тот, кто здесь жил, покинул в спешке своё жильё, оставив дверь незапертой. Парень открыл дверь, та в тишине скрипнула, и Джилл подпрыгнула на месте, хватаясь за сердце. Тишина её напрягала, да так, что она от каждого шороха или шума начинала нервно дергаться.
Пройдя внутрь, он закрыл дверь и осмотрел механизм замка. Тот заржавел, но прокрутив пару раз защелку, сумел запереть дверь на один оборот. Этого было достаточно.
— Зачем ты закрываешься? Думаешь, нас ограбят? — попыталась отшутиться Джилл, но в темноте сверкнувшие в её сторону красные огни заставили замолчать. Этот парень и правда её пугал. Пока он возился с дверью, Джилл прошла дальше по коридору. В помещении стоял затхлый запах отсыревших вещей и сгнившей мебели. Пол покрылся толстым слоем пыли и фекалиями мелких животных. Обои со временем выцвели и пожелтели. На полу тут и там валялись книги, покрытые пылью. Вырванные, пожеванные крысами страницы валялись то тут, то там. Свернув направо, Джилл попала в большую гостиную. Бросив рюкзак, она устало села на пол. В помещении у правой стены разглядела очертание дивана, полностью в пыли. Казалось, что сам воздух был пропитан запахом заброшенности и обветшалости.
Напротив, стоял огромный книжный шкаф с открытыми дверцами. Решив рассмотреть ближе, Джилл подошла к нему и обнаружила, что на некоторых полках книги лежали в беспорядке, а на нескольких — так и остались стоять ровным рядом, корешок к корешку. У дивана стоял низкий столик, на нём стояли часы, уже давно переставшие ходить, блюдце и опрокинутая чашка. По правую сторону было окно без занавесок.
Джилл прошла на середину комнаты, всматриваясь в предметы. Над диваном, на стене, она заметила картину, но изображение невозможно было разглядеть. Всё же Джилл достала небольшой фонарик и пошла осматривать помещение дальше.
Вернувшись в коридор, она столкнулась со своим спутником. Посветив фонариком ему в лицо и получив грозный взгляд, она направилась дальше. Обойдя все комнаты, включая ванную и кухню, она задержалась у неработающего холодильника и, заглянув внутрь, разочарованно закрыла дверцу. Он был пуст. Порыскав по ящикам, Джилл обнаружила в нескольких из них банки из-под кофе и чая, но они были непригодны в употребление. Заглянув ещё в несколько нижних ящиков, ей попалась кухонная утварь: тарелки, ложки и вилки, но всё было покрыто таким слоем пыли, что Джилл пару раз чихнула и закрыла ящики, потеряв к ним интерес.
Больше ничего не обнаружив, она сделала заключение о том, что эта квартира осталась в том самом виде, в котором её покинули. Только со временем вещи потеряли цвет и покрылись пылью. Найдя парочку более-менее уцелевших и пригодных к носке вещей, Джилл запихала их в рюкзак. Покинув комнату, она наконец-то нашла парня в гостиной у окна. Им повезло, потому что в этом месте стёкла остались целые, но покрылись пылью и паутиной.
— Они же вышли на охоту, верно? — Джилл подошла ближе к окну, выключая фонарик, чтобы не привлечь ненужное внимание, вглядываясь в темноту улицы. Из-за отсутствия электричества звезды хорошо просматривались. Джилл облокотилась бедром в подоконник и уставилась на парня, разглядывая его силуэт.
— Однажды я услышала одну историю от рассказчика, — тихо сказала она. — Он тогда отсутствовал чуть больше месяца, и мы все стали волноваться за него, но одним вечером он заявился к нам в лагерь весь раненый и грязный.
Она всё осматривала улицу перед домом, когда заметила красные огоньки одного из «Обитателей». Огромное двухметровое голое чудовище волочило длинные костлявые руки. У него была сгорбленная спина и торчащие кости. Даже на третьем этаже, через грязные стекла, Джилл хорошо видела как он выглядит. Монстр медленно прошел мимо, издавая щёлкающий звук. Она вздрогнула и вновь перевела взгляд на парня.
— Тогда он едва не умер, — продолжила Джилл. — Жена командира успела его спасти. Тем же вечером, сидя у его койки, мы слушали захватывающую и пугающую историю о мальчике-монстре, что положил начало этим тварям и превратил людскую жизнь в ад, — с каждым словом Джилл всё внимательнее всматривалась в силуэт парня, надеясь заметить реакцию, что не заставила себя долго ждать. Парень чуть повернул голову в её сторону, и его глаза вспыхнули красным.
— Я знаю, кто ты. Ты — «первый ребенок», родившийся очень давно от союза человека и монстра. Это ты — порождение одной из тех тварей, которые ходят по этой планете, — Джилл отклонилась чуть в сторону, опасаясь последствий своих слов. Отклонилась вовремя, но в темноте не успела увернуться. Парень схватил её за горло и прижал к стене. Она вскрикнула от испуга, когда рубиновые глаза приблизились к её лицу.
— Верно. Всё, как ты и сказала. Я тот самый ребенок, что уничтожил вашу планету и истребил вас, мерзких людишек с уродливыми желаниями и отвратительными мыслями. А знаешь, почему я так сделал? — Джилл, задыхаясь и из последних сил царапая руку, державшую её за горло, пыталась не потерять сознание от бессилия и нехватки воздуха. Он продолжил: — Люди веками отравляли природу, теша своё самолюбие, ставя себя выше других. Эгоистичные и трусливые, они убивали друг друга, измывались друг над другом, отравляя всё вокруг. Но и этого им было мало. Они захотели больше — воссоздать сверхразум и контролировать его. Но они не учли одного, что созданное ими же их в итоге и убило. — Монстр отпустил горло девчонки, и та рухнула на пол, кашляя.
Резко открыв глаза, Джилл вскочила и оглянулась по сторонам. Место, где она находилась, было рядом с гостиной. Комната была маленькая, без окон, дверь так же отсутствовала. Возможно, это была чья-то спальня, но сейчас она пустовала. Сжавшись от холода, Джилл утёрла лицо от слез, медленно приходя в себя от кошмара. Ей и раньше снились кошмары, но они все были о её друзьях и людях из её лагеря. Сейчас всё было иначе. На деревянный пол был постелен спальник, рядом лежал рюкзак и фонарик. Подняв конец импровизированной подушки, состоящей из вещей, завернутых в куртку, Джилл нащупала нож, который она всегда клала под подушку. Она медленно поднялась и, взяв фонарик, вышла из комнаты. Стараясь не шуметь, медленно прошла до гостиной.
— Эй! — она осветила помещение, но парня там не было.
Девушка развернулась, чтоб пойти в сторону кухни, когда свет поймал фигуру, облокотившуюся на дверной косяк другой комнаты. Джилл едва не закричала, но сдержала себя, когда поняла, что кроме парня тут и быть никого не может.
— Ты чего так пугаешь? — Джилл подошла ближе, когда он внимательно на неё посмотрел. Она поёжилась под его взглядом, окончательно проснувшись.
— Это я тебя спросить должен. Чего так вопишь? Я и так несколько дней не спал, а из-за тебя так и не удалось отдохнуть. Между прочим, нам скоро уже выходить.
— Что?
Джилл растерялась и не сразу поняла, о чём речь. Парень кивком указал на кухню. Сквозь пыльное окно, покрытое паутиной, пробивались лучи света. Наступило утро. Она и в эту ночь выжила. Девушка выдохнула и выключила фонарик. Затем пошла в комнату собирать вещи. Пока Джилл утрамбовывала спальник в рюкзак, пыталась вспомнить, о чём же был её сон, но как бы она не пыталась, ничего не смогла вспомнить. Мысленно махнув рукой, она собрала остатки вещей и вышла в коридор.
— Может, сначала поедим? — Джилл прошла в ещё более маленькое помещение, называемое кухней. У окна напротив стоял небольшой квадратный стол и один стул. Она поставила рюкзак и, порывшись, выудила из недр сухпаёк и бутылку воды, которую набрала из того рва. Хоть и было опасно, но выбора у них не было. Либо так, либо умереть от жажды. Выложив на стол, она обернулась, приглашая парня к столу. Сама же Джилл плюхнулась на единственный стул в помещении, хватая пачку печенья. Парень взял свою пачку и, разорвав упаковку, достал содержимое, принюхался, а затем жадно стал поедать. В упаковке было пять штучек. Оно было абсолютно безвкусное и жесткое, но выбора у них не было.
— Слушай, а звать-то тебя как? — уминая свою порцию, Джилл протянула бутылку с водой парню, который закашлялся. Тот схватил бутылку, отпил содержимое и выдохнул.
«Не отравлено, значит», — мелькнула мысль у Джилл. Взяв из рук бутылку, она отпила немного.
— О́дин, — доев остатки, парень, даже не глядя на девчонку, покинул кухню, скрываясь за поворотом.
Прежде чем покинуть квартиру, Джилл переоделась в темные мешковатые штаны и вязанную серую кофту, вышла из комнаты, сталкиваясь с парнем в коридоре. Ему она протянула ту самую куртку, но он вновь попытался отказаться. Джилл настояла, и парень, цыкнув, выхватил вещь, надевая её.
— Меня Джилл зовут. Будем знакомы, О́дин! — она лучезарно ему улыбнулась.
Парень в ответ кивнул, и они покинули место ночлега. На улице потихоньку светало. Вокруг стоял туман, а утренняя прохлада осела росой на траве. Джилл выдохнула пар изо рта и поежилась.
— Куда теперь? — в очередной раз задала она тот же вопрос, надеясь хоть в этот раз услышать ясный ответ.
— Нам нужно на север, в Город N. Насколько мне известно, там ещё есть люди. Доведу тебя туда. Дальше наши пути расходятся, но до тех пор, постарайся не путаться у меня под ногами.
Джилл обиженно засопела и они направились на север.
