The Blood

Год спустя

      Мужчина упорно продолжает нажимать на кнопку звонка. В подъезде, несмотря на обшарпанные стены и тусклое освещение, царит относительная чистота. Однако кажется, что стены здесь настолько тонкие, что можно услышать, как за ними кипит суетливая жизнь обитателей многоквартирного дома, расположенного в одном из самых неблагополучных районов города Корё. Даже патрульные предпочитают обходить это место стороной. Но Минхо не может уйти, не убедившись, что с его другом всё в порядке.       Тэмин открывает дверь. Не произносит ни слова приветствия. Мельком взглянув на визитера, он пытается сосредоточиться на его лице, а точнее на области вокруг рта и горла. Болезненно поморщившись, отворачивается и издает тихий звук, напоминающий поскуливание щенка. А потом и вовсе молча разворачивается, направляясь в сторону кухни, и исчезает в проеме. Минхо, закрыв за собой входную дверь, следует за ним.       Войдя в тесную кухню, он оглядывается вокруг. Сердце сжимается от увиденного. В воздухе витает густой слой пыли, который, кажется, покрывает все поверхности, как толстый невидимый ковер. Столешницы настолько запыленные, что их текстура едва угадывается, а раковина выглядит так, будто ею не пользовались уже несколько месяцев — она абсолютно сухая.       Друг стоит у кухонного островка, опираясь спиной о него, уставившись в одну точку на стене, и нервно теребит в руках подол своей рубашки. Потрескавшиеся и сухие губы слегка подрагивают. В глазах читается усталость, а болезненный цвет кожи и огромные серые мешки под глазами выдают длительный период стресса и недосыпа. Тэмин сильно похудел и выглядит истощенным. Минхо, подойдя ближе, мягко касается его плеча.       — Тэмин, что случилось? — с тревогой спрашивает он.       Тот вздрагивает и, повернувшись, смотрит в глаза. В ореховых омутах, словно пелена, стоят невыносимая боль и страх.       — Всё в порядке, — тихо отвечает омега, стараясь не выдать то, о чём буквально кричит его душа, не осознавая, что всё уже и так написано на его лице, и даже не понимает, насколько нелепо выглядит его попытка обмануть друга.       Волнение волнами охватывает изнутри. Тэмин всегда был закрытым человеком, редко делился своими переживаниями, но сейчас всё явно перешло границы. Это уже точно предел... Потому что он выглядит как человек, который утратил способность чувствовать эту жизнь. И Минхо разрывает от вида близкого человека, так что внутри всё переворачивается, потому что он не может видеть его таким.       — Мне сегодня позвонил Кай и напомнил о моих обязанностях как твоего друга.       — Что это значит?       — Твой брат сказал, что ты уже больше двух недель не выходишь из дома и почти не ешь. Я пригласил доктора, чтобы тот осмотрел тебя и проверил твое здоровье. А потом… потом, может быть, тебе стоит поехать куда-нибудь, отдохнуть?       Минхо, не говоря больше ни слова, ставит контейнеры с едой на столешницу рядом с хозяином «коморки» и нежно проводит рукой по тёмным волосам.       — Я бы хотел навсегда уехать отсюда, но мой брат мне не позволит, — с глубокой печалью в голосе отвечает Тэмин. Его всего мелко трясет. Глаза хаотично бегают, и он постоянно сглатывает сухой воздух квартиры. — Никогда… Кай не отпустит.       — Я тоже хотел бы, но… — Минхо запинается, но собравшись с мыслями, он продолжает: — Прости, что оставил тебя так надолго, но мы вернулись только вчера. Гастроли закончились. Нам так не хватает тебя. Ты был нашей звездой... Публика обожала твои выступления.       И вновь протягивает руку, мягко касаясь плеча омеги.       — Я вижу, что ты сейчас переживаешь не самые легкие времена. Именно поэтому я здесь... Вместе мы сможем преодолеть любые трудности. Мы нуждаемся в тебе, Тэмин. Твои друзья скучают по тебе. Давай вместе найдем выход из ситуации, которая тебя угнетает. Мы же справимся? Как всегда…       Тэмин невнятно кивает. Внутри лишь бездонная пустоту. А друг снова требует от него что-то и смотрит с сожалением.       — Вернись к жизни... Вернись к нам. Тебя ждет семья и друзья, которые любят тебя.       — У меня нет семьи, — впервые Тэмин поднимает стеклянные глаза с красными нитями капилляров и смотрит на старого друга. — Мне никто не нужен, кроме моего альфы.       — Да что, блядь, это за таинственный ублюдок такой? — Минхо резко ударяет кулаком по столешнице с такой силой, что он вздрагивает. — Кто эта тварь, что оставила тебя в таком состоянии?       — Не стоит так говорить о том, кого ты не знаешь, — спокойно отвечает он. — Потому что это единственный человек, с которым я был по-настоящему счастлив. Он подарил мне моменты, которые я никогда не забуду. Даже сейчас, когда его нет рядом, он все равно остается со мной... У меня с ним настоящая любовь и Истинность.       — Прости, Тэмин, — альфа зарывает руки в волосы и с силой сжимает их, не находя другого способа выразить свой гнев. — Но Истинность? Тэмин... — с сочувствием смотрит на него и продолжает убеждать: — Подумай, может быть, между вами не было никакой Истинности. Может быть, ты просто придумал это сам. Возможно, ты был просто влюблён.       Тэмин глубоко вздыхает.       — Как тогда объяснить мое состояние? — Горячая слеза наконец скатывается по его щеке. — Я ведь даже дышать не могу без него, Минхо. Будто осколков стекла наелся... Так сильно мне больно. — Он закрывает глаза, стараясь сдержать новые слёзы. — Знаешь, я всегда был уверен, что наша с ним связь — это нечто большее, чем просто чувства. Это была взаимность, доверие и понимание. И теперь я не знаю, как жить дальше без этого.       В ответ на него смотрят с сочувствием и все с тем же непониманием в знакомых глазах.       — Тэмин, — мягко начинает Минхо, — я волнуюсь за тебя. Ты знаешь, что всегда можешь положиться на меня. Пожалуйста, позволь мне помочь. Я здесь, если тебе нужно поговорить, – произносит он, стараясь звучать как можно более уверенно и проникновенно. — Я готов выслушать тебя и поддержать в любой ситуации.       Омега смотрит на него долгим взглядом, и на мгновение он видит, как в ореховых глазах мелькает благодарность.       — Сегодня ты сделал мое пребывание на этой планете чуть более сносным.       Тэмин внезапно протягивает руку для прощания.       — Ты прощаешься? Уже?       — Не знаю почему, но я решил сделать это как можно скорее. Лучше сейчас, не спеша... Потому что когда Кай придёт сюда, мне будет уже не до прощаний.       Он смотрит на него с грустной улыбкой, и его круглые глаза блестят от застывших в них слез.       — Я чувствую, что скоро наступит момент, когда я больше не смогу контролировать свои действия. Кай всегда рядом, он как моя тень, моя тёмная сторона. Я не могу больше так жить. — Тэмин на мгновение замолкает, вспоминая что-то своё, а затем предупреждает его: — Ты должен уйти, чтобы не подвергать себя опасности. Ты заслуживаешь лучшего друга, чем я.       — Что с тобой происходит, Тэмин?       — У меня просто депрессия, Минхо, — с лёгкой улыбкой отвечает омега.       — Давай обратимся за помощью к специалисту! Ты же сам себя губишь! Посмотри, что с тобой стало, — Минхо обводит ладонью в воздухе, рисуя очертания его исхудавшей фигуры. — Ты стал таким замкнутым, избегаешь людей и потерял интерес к тем вещам, которые раньше приносили тебе радость. Это не нормально. Пожалуйста, не игнорируй свое состояние, иначе последствия могут быть очень серьезными.       А тот делает попытку скрестить руки на груди в защитном жесте, но его движения настолько неуверенные, что жест этот выглядит скорее как попытка укрыться от невидимой угрозы и так неуместно заходится в слегка «больном» хохоте.       — Может, так я хочу скорее сдохнуть, — истеричный смех, который он издает, настолько жуткий, что кажется, будто сам воздух вокруг него пропитался отчаянием и болью. — Мне никто не поможет. Не твои гребаные специалисты, не продажные блюстители закона.       Слова которые вылетают из его рта пропитаны такой горечью и безысходностью, что даже самый закаленный человек не смог бы остаться равнодушным. Тэмин выглядит как человек, который уже давно потерял всякую надежду на спасение, и его слова лишь подтверждают это.       — Скажи мне, Тэмин, как я могу тебе помочь?       Внезапно для самого себя омега берет за руку альфу и притягивает к себе, после чего льнет к его губам в порывистом поцелуе. Но, когда ощущает прикосновение чужой руки к своей спине, в сознании проносятся мучительные воспоминания, которые Тэмин не раз переживал в своей предыдущей квартире, которую арендовал несколько месяцев назад. В этих воспоминаниях он оказывается «распятым» под родным братом. Поэтому он резко отталкивает друга.       — Нет! — испуганно вскрикивает и пытается уйти с кухни. Когда его резко хватают за руку.       В совершенном недоумении от произошедшего, но явно расстроенный тем, что все так внезапно прекратилось Минхо спрашивает:       — Постой! Что случилось?       Вспоминая о пережитом сексуальном насилии, омега чувствует бессознательную смесь страха и стыда, которые проникают в каждую клеточку тела. Эти «эмоциональные кирпичи» давят на него... Слов не найти, чтобы выразить их. Никто другой не сможет понять, что он испытывает, но у него нет никого ближе, чем Минхо, его верный друг. Но все же по какой-то причине он не решается рассказать обо всем напрямую, предпочитая снова нести свое бремя в одиночестве. И отвечает резко, так что тон звучит напряженнее, чем ему хотелось бы:       — Мне и так достаточно того, что он делает со мной. Не нужно меня трогать.       И снова порывается уйти, но друг уверенно удерживает его за руки. Тэмин пытается вырваться, но его, уж больно, крепко держат. Цепкие ладони сжимают запястья, но вместо боли он ощущает их тепло. На скулах альфы напрягаются мышцы, и смотрит Минхо на него с выражением доброты, нежности и искреннего сожаления в глазах.       — Я всегда знал, что рано или поздно это случится, — произносит тот тревожно-дрожащим голосом, наполненным неприкрытым отвращением. И отпускает его запястье. Судорожно вцепляется в собственные волосы, беспорядочно проводя рукой по голове, а потом начинает неистово тереть шею, будто пытаясь унять нарастающую брезгливость. Движения его резкие и порывистые. И вот уже альфа мечется по комнате, не в силах справиться с бушующими эмоциями внутри.       — Черт, Тэмин! Как же так, а? Сколько раз, Тэмин?       — Не раз, Минхо, — ещё тише произносит он. — Мне кажется, я уже начинаю привыкать к этому, — с горькой усмешкой признается омега.       — Это неправильно, так не должно быть, — восклицает Минхо, сжав кулаки и яростно играя желваками. — Давай обратимся в полицию, в бюро, — он лихорадочно начинает перебирать все возможные варианты в своей голове. — В организацию по защите омег от насилия или как их там называют, черт подери!       Голос его глушится и снова срывается от гнева, глаза горят, как молнии, и видно что каждый мускул тела альфы напряжен. Тэмин на его нелепые предложения лишь разражается глухим смехом.       — В организацию, меценатом которой является Ли Дон Гон.       Уже через минуту его нежное лицо снова становится серьезным, он продолжает говорить с такой мрачной горечью, что по спине Минхо пробегает холодок.       — Я живу в одном из самых криминальных районов Корё, где даже днем небезопасно выходить на улицу. Но меня здесь никто не трогает. Кай, как ворон, следит за каждым моим шагом. Он не позволит никому приблизиться ко мне. А мне не ускользнуть и не скрыться от него... Я пытался, поверь, — обреченно усмехается омега. — Я прятался в самых разных городах... пытался пересечь границы этого прокля́того полуострова.       Обхватив подбородок рукой, Минхо поддерживает его второй, согнутой в локте. Что придает ему вид мыслителя. Маленькие глаза лихорадочно бегают, перелистывая невидимые страницы «правил и законов жизни».       — Должен же быть какой-то выход! — с отчаянием говорит он. — Не всё в этом мире можно купить и продать.       — Ты ошибаешься, друг... У всего в этом мире есть своя цена, — с глубокой безысходностью в голосе Тэмин почти шепчет, с трудом произнося свою терраду из-за истощения своего организма. Медленно, через силу, выпрямляясь, опирается на столешницу для поддержки. Тело дрожит, как будто каждое произнесённое слово отнимает у него последние силы. Взгляд становится еще более пронзительным, наполняясь теперь еще и физической болью.       Альфа реагирует молниеносно, успевая подхватить его за локоть, чтобы ослабленный омега не упал на пол.       — Тэмин, тебе нужно поесть, — говорит он, обнимая его за талию и продолжая поддерживать за локоть. — Пожалуйста, позволь мне приготовить для тебя что-нибудь питательное.       — Послушай меня, Минхо, — говорит Тэмин, пристально глядя в его глаза. Теперь глаза омеги излучают лишь страх, настолько сильный, что другому человеку невозможно прочувствовать его в полной мере. Всё равно что первобытный ужас... Но он находит в себе силы говорить: — Через неделю Кай пройдет церемонию инициации. Мой брат станет главой клана Ли и Дома Нефалемов.       Сглатывая, он смачивает пересохшее горло.       — Кай придёт за мной. Я стану его омегой. Он сам мне объявил об этом.       Минхо не сдержавшись, перебивает его:       — Что за пиздец! — он оказывается настолько поражён пренебрежением всех существующих норм морали, которые не применимы к людям, обладающим властью. — Как такое может быть?! Вы же братья! Да вы, блядь, близнецы! Как это возможно в современном мире?!       — Я буду его омегой за закрытыми дверями особняка, а для всего остального мира мы останемся братьями-близнецами.       Тэмин находит в себе силы отойти от него, больше не нуждаясь в поддержке. Остановившись напротив, предупреждает:       — Кай ни в коем случае не должен узнать, что тебе известно о наших отношениях. Иначе ты окажешься в опасности. Он может причинить тебе вред. «Потому что никто и ничто не сможет разлучить нас. Ни в том мире, ни в этом», — передаю дословно из уст самого Кая... Ты жив лишь потому, что положительно влияешь на моё состояние. Только поэтому, брат, до сих пор не убил тебя.       Минхо глубоко вздыхает. Широкая грудь тяжело поднимается и опускается в такт дыханию. В уголках глаз начинают собираться слезы, и этот влажный блеск придает его лицу трепетную искренность. Взяв в одну руку чужую ладонь, а другой нежно проведя тыльной стороной ладони по его щеке, он говорит:       — Мой маленький котенок. Ты был создан для любви, а не для боли.       Неожиданно дрожащим голосом, друг выговаривает:       — Что такое любовь, Минхо?       Немного ослабив хватку, он позволяет омеге высвободиться, но не отступает. Пытается найти слова, чтобы выразить свое видение, которое принято называть любовью. Ищет самые точные выражения лучше всего отражающие его понимание этого чувства. Однако Тэмин сам отвечает на свой вопрос:       — Я не знаю, как описать это чувство, — начинает он, с трудом отходя от него на шаг. Говорит еще тише, так будто погружаясь в глубины собственной души. — Я только знаю, что я чувствую без него... Без моего альфы. Я знаю, как я чувствую себя рядом с ним… И это делает меня уязвимым, но в то же время сильным... Моя любовь к нему — это единственное, что удерживает меня на этой долбанной земле.       Сказав это, друг погружается внутрь себя, уставившись невидящим взглядом в стену за его спиной. Минхо замечает, как его снова начинает мелко трясти. Тэмин стоит, потерявшись в лабиринтах собственного сознания. Взгляд, обращенный в никуда, становится настолько потерянным, что создается впечатление, будто он пытается найти выход из мрака мыслей, но каждый раз оказывается в тупике.       — Тэмин, я понимаю, как тебе сейчас тяжело, — говорит Минхо. И делает шаг вперёд, осторожно беря его лицо в свои ладони, пытаясь пробиться сквозь завесу мыслей. — Я здесь, и я готов сделать всё возможное, чтобы тебе стало легче. Пожалуйста, дай мне шанс помочь тебе... Ты не один.       Тэмин смотрит с глубоким недоверием, но в выражении его лица есть что-то, что заставляет друга прислушаться к его словам. Не отрывая своих искренних глаз, он заверяет:       — Я клянусь, что никогда не причиню тебе вреда. Позволь мне стать твоей опорой, чтобы ты больше никогда не чувствовал себя одиноким. Я готов сделать всё возможное, чтобы защитить тебя и сделать твою жизнь лучше... Доверься мне... Обещаю, что ты никогда не пожалеешь об этом. Я буду рядом с тобой в самые трудные моменты, буду поддерживать тебя во всём и сделаю всё, чтобы ты был счастлив... Ты заслуживаешь только самого лучшего, и я готов дать тебе это... Пожалуйста, дай шанс доказать тебе свою преданность и любовь.       — Ты не понимаешь, о чём просишь. — С трудом сфокусировав взгляд на лице друга, где-то в области его переносицы, с таким же трудом омега произносит с горькой ухмылкой на лице: — Я стану твоим билетом на тот свет, глупый.       Но на это его предупреждение, Минхо задает весьма неожиданный вопрос.       — Ты доверяешь мне, Тэ?       — Разумеется.       Привлекает его к себе, альфа обходит, чтобы оказаться позади, и крепко обнимает его со спины. Тэмин, откинувшись назад, тонет в теплом коконе чужих заботливых рук.       — Ты наверное догадывался, что я уже давно люблю тебя. Моя любовь к тебе не ограничивается дружескими чувствами, — признается друг. — Я готов доказать тебе, что могу постоять за нас. Если ты согласишься, конечно… Мне кажется, что ради тебя я способен свернуть горы и повернуть реки вспять. Настолько сильно я тебя люблю. Уже много-много лет… С тобой рядом я верю, что любовь существует… Мне бы хотелось выразить свои чувства самым прекрасным образом... Позволишь ли ты мне прикоснуться к тебе?       — Что ты хочешь сделать?       — Можно я просто поцелую тебя? Я хочу, чтобы ты почувствовал разницу,.. и не смей привыкать к тому, что кто-то прикасается к твоему телу без разрешения.       Немного волнуясь, Тэмин всё же кивает. Его внутреннее желание быть в тепле и безопасности пересиливает все опасения. Он уверен, что этот альфа никогда не причинит ему вреда.       Минхо с нежностью убирает темные пряди, обрамляющие его щёку, и, к величайшему удивлению омеги, запечатлевает поцелуй на его шее, прямо под ухом. Поскольку ниже находится ворот его рубашки, поцелуй получается неглубоким, но Тэмин всё равно ощущает чужое дыхание, и по бархатной коже пробегают приятные мурашки.       Убежденный в своих ощущениях, альфа произносит:       — С тобой только нежно.       — Этого было… слишком мало, чтобы я смог уловить разницу, — с лёгким придыханием отвечает омега.       Ему в ответ улыбаются с невероятной нежностью.       — Я могу повторить.       И повторяют такие же действия, но уже с левой стороны. В этот момент у омеги возникает желание избавиться от рубашки. Расстегнув пару пуговиц, Тэмин слегка оголяет плечо, отодвинув ткань до предплечья. И сразу же прикрывает ладонью обнажившуюся грудь, но смело просит альфу:       — Попробуй теперь... Покажи мне, как ко мне следует прикасаться.       Тот, нежно отодвинув ткань на спине, касается кожи у ключиц и целует её. Он невольно издает короткий, резкий выдох. Внезапно становится трудно дышать, а по телу пробегает дрожь, охватывая тело с головы до ног.       — Тебе плохо?       — Нет, просто здесь душно. Наверное, из-за того, что окна закрыты.— неуверенно отвечает он.       — Мне открыть их?       — Нет! — ответ звучит немного резко, просто омега не хочет, чтобы альфа уходил и выпускал его из своих безопасных объятий. Поэтому старается говорить уже более мягко: — Всё хорошо. — И не стесняясь, признается: — Мне понравилось… Мне нравится, как ты прикасаешься ко мне.       Поняв, что получил одобрение, альфа продолжает осыпать поцелуями его длинную шею. Горячее дыхание вызывает легкое покалывание на коже. Он стоит неподвижно, почти не моргая, наслаждаясь ласками.       Михно расстегивает еще одну пуговицу на темно-синей рубашке и запускает ладонь под ткань, прикасаясь к нежной коже груди. Это волнующее движение альфа делает с такой осторожностью и нежностью, что Тэмин постепенно расслабляется в его объятиях. Каждый сантиметр омежьего тела теперь стремится вырваться на свободу, и зверь альфы понимает это, но не смеет перейти границы дозволенного.       Тэмин испытывает явное раздражение и дискомфорт от соприкосновения шёлковой ткани рубашки к собственной кожн. Дыхание становится более частым. Он торопливо расстегивает оставшиеся пуговицы. Ткань скользит по коже, обнажая тело. С каждой расстегнутой пуговицей напряжение нарастает, а каждая обнаженная часть тела становится всё более чувствительной.       — Минхо? — еле слышно произносит он.       — Да?       — Сними рубашку.       Подняв руку, он подставляет её, чтобы друг мог расстегнуть манжеты. Тот сразу же исполняет его просьбу. И он скидывает рубашку. Темно-синий шелк падает к ногам, сопровождаемый тяжелым вдохом собственной груди. Теперь омега стоит в одних облегающих джинсах.       Альфа осторожно берет его руку и начинает покрывать ее цепочкой неспешных поцелуев от тыльной стороны ладони до плеча. Где-то в животе нарастает давно забытое ощущение, Тэмин такое испытывал один раз в жизни. И оно совершенно точно ему нравилось. Грудь начинает чаще вздыматься, дыхание становится неровным, и немного кружится голова.       В этот момент на задворках холодного рассудка рождается мысль. Эгоистичная мысль... Он задается вопросом, насколько глубока одержимость его брата. Что, если он позволит другу оставить на своем теле следы страсти, прекратятся ли тогда его страдания? Сможет ли брат, ослеплённый ревностью, убить брата?       — Я хочу тебя, Минхо, — шепчет он.       Минхо стоит за его спиной, нежно обнимая, целует в шею, проводит руками по изгибам тела. Издавая сладостные стоны, он лишь усиливает его возбуждение. Развернув его к себе лицом, друг нежно целует его в самые губы. Так что подкашиваются ноги, и Тэмину резко хочется присесть или лучше прилечь. Словно прочитав его мысли, альфа подхватив его на руки, несёт к постели, которая находится недалеко от кухни. Но внезапно он останавливает его.       — Нет, постой, мне нужно в ванную комнату, — тараторит он, пытаясь вырваться из его рук.       — Хорошо, хорошо, я понял, — с трудом удерживая его, с тёплой улыбкой произносит тот. — Позволь, я отнесу тебя.       На мгновение он замирает, но ощутив заботу друга, расслабляется в его объятиях.       — Спасибо.        Альфа доносит его до дверей туалетной комнаты, аккуратно ставит на ноги и, убедившись, что он крепко стоит, уходит. Тэмин проскальзывает внутрь, скрываясь за тонкой дверью.

***

      Минхо сидит на краю кровати и понимает, что человек довольно длительное время находится в ванной. Сердце пропускает тревожный удар. Взяв телефон,он проверяет время, убеждаясь, что уже прошло полчаса. Рациональная часть мозга думает о том, что Тэмин, может быть, сейчас приводит себя в порядок, решив провести с ним ночь, но беспокойство внутри не утихает. Он старается не паниковать, напоминая себе, что омега, скорее всего, сейчас просто пытается справиться с чем-то личным. Но время идет, и беспокойство становится невыносимым. В конце концов, его полностью охватывает тревога, как стая назойливых тараканов, разбегающихся по голове, оставляя за собой липкий холодный пот. Он должен убедиться, что с другом все в порядке.       Тихо, почти бесшумно, приблизившись к двери ванной, он осторожно стучит. «Тэмин, все в порядке»? — спрашивает он, попытавшись произнести так, чтобы голос звучал как можно более спокойно и уверенно, несмотря на нарастающую внутри панику.       Ответа не следует. И он снова стучит. На этот раз громче, настойчивее. «Тэмин, ты там в порядке?» — уже громче кричит. Но ответа по-прежнему не следует. Времени на раздумья у него больше не останется.       Минхо несколько раз бьет плечом в дверь, хлипкий замок не выдерживает, дверь распахивается нараспашку, с грохотом ударяясь о стену. Перед ним предстаёт вся картина того, чем так долго был занят друг, уединившись в ванной.       Прижавшись спиной к стене, на полу комнаты сидит Тэмин. Голова его запрокинута к потолку, руки безвольно лежат вдоль тела, ноги широко раскинуты. Глаза с трудом открываются, и весь он выглядит так, будто его размазали по стене. Минхо подбегает к нему, падает на колени, вспоминая, как оказывать первую помощь. Сердце колотится в груди, а мысли мечутся в поисках ответов.       — Черт возьми, Тэмин, что с тобой? — собственный голос дрожит, когда он начинает ощупывать тело друга, пытаясь найти источник такого состояния близкого человека.       — Что ты кричишь? — наконец слабо и устало произносит Тэмин. — Со мной всё хорошо, — с трудом отталкивая его, рычит он: — Выйди отсюда. Оставь меня. Я, блядь, сам к тебе выйду.       Переведя взгляд на унитаз, где лежит небольшой пакетик с белым воздушным порошком. Он сразу понимает, что происходит. Всё становится на свои места: и депрессия, и изможденный и болезненный вид, и провалы в сознании, и дрожь в теле Тэмина. Друг в глубокой яме, и сейчас ему нужна помощь больше, чем когда-либо.       Однако почему-то первая реакция Минхо — злость. Он злится на то, как любимый человек пытается справиться со своей психологической травмой, вместо того чтобы искать другие способы и обратиться к закону за помощью.       — Ты наркоманом заделался? — цедит он сквозь зубы.       — Тебя это ебать не должно! — поднимает на него рассеянный взгляд Тэмин.       Минхо сжимая пакетик в руке, порывистыми движениями стряхивает порошок в ладоши, отчего-то пытаясь вновь собрать его в целлофановую тару. Вещество осыпается на пол нежно-белым снегом. К земле пробивает осознание, что он теряет контроль над ситуацией.       С трудом поднимаясь на ноги, Тэмин едва выговаривает:       — Это моя жизнь, и я справлюсь сам.       Ему кажется, что он впервые в подобном замешательстве. Минхо разрывает между гневом и тревогой. Он прекрасно осознает, что должен что-то сделать, чтобы помочь другу, но не знает, как это сделать. Единственное что приходит на ум… Он открывает крышку унитаза чтобы высыпать порошок, как вдруг тот хватает его за запястье и яростно кричит:       — Мне это нужно, верни, блядь!       С легкостью он прижимает омегу предплечьем к стене небольшой ванной комнаты, почти впечатывая в пожелтевший кафель. Тэмин, прижатый к стене, выставляет руки, пытаясь дотянуться до злосчастного пакетика. И как ни в чем не бывало просто начинает манипулировать. Тонкий голос льется медом. Он смотрит на него с такой болью в глазах, что сердце сжимается.       — Минхо, ты же хочешь мне помочь? Верни, пожалуйста. Без этого мне плохо. Я не могу жить без этого дерьма! — и снова кричит. Красивое лицо омеги искажается бешенством, когда понимает, что его уловки не достигают цели. — Ты же не знаешь, как это нужно мне! Ты не можешь оставить меня в таком состоянии!       С каждым словом голос его становится всё более отчаянным и надрывным, а глаза наполняются слезами.       С некоторым сожалением Минхо высыпает содержимое пакетика в унитаз и спускает воду. Наблюдая за другом, он видит, как на его лице эмоции сменяются с невероятной скоростью: от неверия, переходящего в замешательство, к отчаянию, которое затем переходит в гнев. Наконец, на нем застывает обида, что сейчас напоминает маску.       Широко раскрыв глаза и приоткрыв рот, Тэмин не отрываясь смотрит на бурлящий поток воды в унитазе. Карие глаза наполняются слезами, и губы начинают дрожать. Больше не сдерживаясь, он набрасывается на него. Удары раскрытых ладоней по лицу и торсу звучат как отчаянные крики.       — Ты, сука! — хрипит он. — Что ты натворил?!       Уклоняясь от ударов, Минхо крепко обхватывает его руками и прижимает к себе, не давая омеге возможности вырваться.       — Послушай меня, — говорит он, пытаясь успокоить взбесившегося наркомана. — Это было необходимо... Я знаю, что ты сейчас не поймешь, но это было правильно.       Тот тяжело дыша, смотрит на него с такой обжигающей ненавистью.       — Ты не представляешь, что ты наделал. Ты меня убиваешь! — отчаянно кричит ему в лицо свою правду.       Остается на эти острые слова отчаявшегося человека лишь тяжело вздыхать, но он не ослабляет хватку.       — Я знаю, — тихо на самое ухо шепчет он: — Но это было необходимо. Я надеюсь, что однажды ты это поймешь.       Больше не сдерживая рыдания омега разражается рëвом, и они оба опускаются на пол. Он крепко обнимает его, стараясь утешить. Раскачивая из стороны в сторону, словно успокаивая дитя. С уверенностью, которая дается ему с таким трудом, он шепчет банальные фразы:       —Всё будет хорошо, котенок. Я здесь... Я рядом с тобой.       Тэмин закрывает глаза. Через несколько минут дыхание становится спокойнее. Напряжение постепенно покидает его, и он выдыхает с облегчением. Сейчас нужно дать другу время прийти в себя, и хорошо, что Минхо готов ждать столько, сколько потребуется.