о ночных похождениях в лагере

      — Что ты делаешь? — членораздельный вопрос прозвучал в тишине комнате, тем самым нарушив ее. Нико даже не пытался быть тихим, чтобы не разбудить остальных ребят — да вообще индифферентно.       Паренёк, опустившийся на корточки перед чужой кроватью, лишь нервно и негромко рассмеялся, хватая стакан, который до этого поставил на паркетную доску.       — Так ты не спишь? Блин, да за чёлкой твоей не видно глаз! — улыбнувшись пошире, добавил блондин и поднялся.       Нико нахмурился и привстал на локтях, склонив голову вбок. Он не понимал замысла незнакомца, но что-то в душе ему подсказывало, что эти улыбочки нечто да сулят.       За час, который он пролежал, пяля в потолок и изредка разглядывая комнату, его глаза к темноте привыкли, так что разглядеть чужую физиономию ему труда не составило — да и рожа эта сияла за километр, подобно неограненному алмазу. Особенно этот выделяющийся на общей картинке торчащий клык, который наиболее было видно при широкой улыбке во все тридцать три зуба.       — Ладно, вставай, раз уж не спишь. А-то уж подумалось мне, что я один этой ночью всех кошмарить буду, — он вновь сверкнул игривой улыбкой и подозвал одной рукой к себе. — Я Шарль Шевалье, а тебя как зовут?       Этот Шарль излучал такую жизнелюбивую и позитивную ауру. Была в этом какая-то атмосфера, что доселе была чужда Нико. Не доводилось ему раньше таких людей встречать.       — Нико Икки, — с едва заметной робкостью прошептал он, звуча уже на пару октав тише прежнего. Несмотря на все противоречия в голове, что бушевали диким штормом, он таки поднялся и одел тапочки. — Что ты делаешь? — пришлось вторить.       Коварная ухмылка на чужом лице, что мерцнула на злосчастное мгновение, в который раз насторожила Икки — не покидало его подтачивающее изнутри ощущение того, что этот Шарль был себе на уме.       — Не знаю, шаришь ты или нет, Нико, — остановился на секунду-другую, словно пробуя на вкус новое звучанию имя, — но есть прикол такой… — Шевалье опустился на корточки рядом с другой кроватью, на которой мирно сопел один из членов их отряда. — Когда во сне опускаешь руку человека в теплую воду, он непременно обмачивается! — после этих слов в заговорщицком тоне, последовала ехидная усмешка, а далее уже и действия — он опустил чужие пальцы в стакан, действуя до предела аккуратно, как будто с хрусталем взаимодействовал.       Нико поморщился и вскинул одну из бровей, когда услышал этот хитрый план своего нового знакомого. Маленькая и любопытная пьеса, что разыгрывалась перед ним, дала Икки понять, что этот Шарль изначально и вовсе пытался свои лишенные смысла намерения осуществить на нём. Осознание такой простой истины заставило его закатить глаза и цокнуть — засранец же этот Шевалье.       — Говори хотя бы тише, чтобы ненароком всех тут не перебудить, — тихо произнёс Нико, стоя над парнем и скрестив руки на груди. Он пристально пару секунд смотрел на него, затем отвернулся, видимо, над чем-то серьезно задумавшись: Икки не особо-то поддерживал подобные задумки, обычно, если и додумывался до чего-то подобного, то взваливал всё на чужие плечи, а сам имел смелость ретироваться. Но, к счастью или к сожалению, сегодня всё повернулось так, что он мог заниматься различными шалостями прямо бок о бок с зачинщиком.       Икки уж точно не хотелось бы, чтобы его кто-то обнаружил вот так. Тем не менее, невзирая на все вертящиеся мысли в голове и здравый смысл, который твердил ему о том, что это плохая идея, его действия шли в разрез с тем, о чём он думал: Нико стоял, наблюдая за происходящим и, кажется, даже позволяя себе слабую улыбку на губах. Да уж, этот Шарль и вправду создавал невероятный ореол вокруг себя.       — А мы, кажется, уже почти на одной волне, Нико! — голос послушно стал тише. Шевалье метнул взгляд на Нико и тем самым продемонстрировал свои лихорадочно блестящие глаза, отдающие тёмно-жёлтым светом. Он вновь расплылся в широченной улыбке и поднялся с пола. — Всё, тут скучно. Тем более, не охота мне вести себя тихо… — последнее предложение прозвучало как-то задумчиво, будто Шевалье погрузился в глубокие думы касаемо того, как поступить. — Выйдем на улицу? — появилось на свет после тягостных раздумий. Он склонил голову, когда предложил это новоиспеченному другу.       Нико даже среагировать ещё не успел, а Шарль уже схватил его за запястье и потянул на себя, дескать, пойдём уже, не тяни. К собственному удивлению, Икки даже словно абсолютно прекословить не хотел относительно такого развития событий — желание остаться рядом с этим насыщающим пареньком росло по экспоненте с дикой, невообразимой скоростью. В голове творилась полная ахинея, да и плевать уже. Ему начинало нравиться то, что происходило здесь и сейчас.       Прохладный ветер сразу встретил их, облизав чужие волосы, когда они вышли на улицу. Фонарей не горело, было темно.       — Темно, как в жопе, — промолвил Нико, впиваясь короткими ногтями в свои предплечья и чуть съеживаясь от холодка, окутавшего его тело с ног до головы. — Еще и прохладно, — добавил, украдкой зыркнув на Шарля, стоявшего рядом.       — Ну вайбик же, не? — улыбаясь, спросил Шевалье озорным голоском и, не обинуясь, метнул взгляд в ответ.       Да чёрт.       Что с Нико?       Он себя ощущал странно. Чувствовал себя таким очарованным… Эта аура вокруг Шарля была так ощутима всем нутром, что начинала казаться уже практически осязаемой. Такое излучение чистых, безупречных эмоций, придавало как будто сил.       — Во-о-от, пойдем в этот… лес? — Шарль изогнул одну бровь в недоумении, когда взглянул на кучу деревьев где-то вдали. — Это всё ещё территория лагеря, не ссы! — заметив небольшую нервозность в поведении Нико, добавил он для пущей уверенности.       Икки, переминаясь с ноги на ногу, всё-таки кивнул и последовал за Шевалье. Он не забывал порой оглядываться по сторонам, чтобы ненароком не наткнуться на вожатых.       Хотя, наверное, все нормальные люди уже спали — у него, конечно, в данный момент не было доступа к часам, но несложно было понять, что время уже давно перевалило за двенадцать.       — Чего тебе не спится? Так хочется нарваться на какие-то неприятности, а? — едва поспевая за рваным, но в то же время быстрым темпом парня, спросил Нико. Он старался говорить тихо, однако так, чтобы его голос был распознан чужим слухом.       — О да-а, — протянул Шарль и улыбнулся. — Я непослушный мальчик! — воскликнул с беспечностью в голосе. Он, несомненно, в отличие от Икки, не старался соблюдать тишину после отбоя — наоборот пытался быть громче, показушнее, словно хотел донести свои слова до всего мира.       Нико только хмыкнул на эти слова, разглядывая зеленые листья, которые шуршали под их ногами. Он, напротив, никогда в своей жизни не силился выделиться среди остальных — не позволяла его интровертная натура и тихий характер.       — Смотри, тут ёж! — подал голос Шарль, да так звонко и звучно, что Икки вздрогнул, чуть и вовсе не подпрыгнув на месте.       Ну ёж как ёж, подумалось Нико. Он облизнул пересохшие губы и остановился на месте рядом с Шевалье, который будто моментально загорелся — глаза его аффектированно блеснули в темноте глубокой ночи, а сам паренёк присел на корточки, чтобы дотронуться до ежа.       — Эй, не трогай. Он же колючий, — возразил Икки и, как-то сам того не замечая, опустился на корточки вслед за Шарлем. — А может ещё и бешеный… — скривив верхнюю губу, добавил он и схватил Шевалье за запястье, чтобы не дать ему натворить глупостей: хватка была крепкой, но параллельно с этим аккуратной, такой, чтоб не причинить боли.       — Тебе не всё равно? — с беззаботностью вопросил Шарль и улыбнулся, когда опустил взгляд на чужие пальцы, осторожно сжимающие его запястье. — Заразимся бешенством вместе! Круто же, — сказал он и всё же воспротивился чужой хватке, поднося руку над ежом.       — Что за опрометчивость? Вообще не круто… — кладя ладони на свои колени, недовольно шикнул Нико и нахмурился, глядя на то, как Шарль тянется к ёжику.       — Смотри, Нико, — тёплая улыбка появилась на лице Шевалье, когда он трепетно поднял ежа с земли. Животное свернулось, съежилось в момент, когда парень взял его в свои руки, — если бы он был бешеным, он не боялся бы меня, а наоборот кинулся, — перевернув ёжика на ладонях на спину, прошептал Шарль, глядя на мордочку животного в руках.       Нежно поднятые уголки губ Шевалье по неведаной причине заставили Икки прикусить губу. Он таки перевёл взгляд на ежа в чужих руках и шмыгнул носом.       — Глянь на его мордаху! — сверкнув своим клыком из-за улыбки, почти что пропел Шарль и склонил голову в умилении.       Пока Шевалье полностью был увлечён ежом и его милой мордой, Нико всё никак не мог отказать себе в потребности смотреть на лицо нового друга. Отчего-то эти ласковая улыбка на чужом лице и мягкий взгляд светло-карих глаз приковывали внимание, пригревали что-то внутри и не давали совсем отвлечься ни на что другое.       Мысли предательски начали разбредаться и Икки в какую-то из растянувшихся секунд поймал себя на том, что начинает смущаться — щёки ничтожно залились румянцем и в горле пересохло. Хвала Господу, Шевалье точно этого не разглядит в нынешней темноте.       — Ладно, гуляй, ёжик, — с особой бережностью опуская животное на землю, прошептал Шарль и вновь расплылся в широченной улыбке.       Это лучезарное и добродушное выражение на чужом лице в который раз пошатнуло душевное равновесие Нико, заставив встрепенуться. Он поджал губы и опустил глаза, сжимая руки на своих коленях.       Брови сразу свелись к переносице в тот момент, когда Нико уловил слухом чьи-то голоса неподалёку. Он инстинктивно повернул голову к источнику шума. От Шарля эти звуки тоже ускользнуть не смогли.       — Нам нужно возвращаться обратно… — как-то неуверенно прошептал Икки, поднимаясь с корточек.       — Не-е-ет! Пойдём на звук? Интересно же, что и кто там! — непоседливо улыбнувшись, воскликнул Шарль, но, к счастью, уже на порядок тише, чем вечно кричал до этого. Не дождавшись чужого ответа, он на цыпочках начал крадучи приближаться к источнику звука, стараясь время от времени скрываться за деревьями.       Нико, конечно, не прекословил вопреки тому, что хотел — молча последовал за Шевалье, стараясь не уступать ему в бесшумности.       Подойдя к одному из деревьев, Шарль опустился, ехидно прикусывая губу и наблюдая за происходящим перед ним — два вожатых его отряда расселись на лавочке, занимаясь… прелюдиями?!       Нико, увидев это, распахнул глаза и разинул рот в изумлении.       — Что за чёрт? — недоумевающе вопросил тихой рябью Икки и опустился следом, не спуская глаз с двух парней. — Чёрт, мы ещё даже в домик зайти не можем — они на нашем крыльце, — с недюжинной долей разочарования прошептал он и взмахнул руками.       Шарль был сейчас совсем другим — он как-то завороженно, крайне любопытно глядел за страстью вожатых, затаив дыхание. Такое тихое поведение отнюдь не было присуще такой личности. Нико подметил, как Шевалье наблюдает за картиной, что разворачивалась перед ними — вся эта ситуация смущала до жути, поэтому он постарался отодвинуться, но вместо этого наступил на какую-то ветку.       Двое вожатых тотчас обернулись на звук, заметно насторожившись.       — Ты чего делаешь? — недовольно пробурчал Шарль и тут же взглянул на смущенного Нико.       — Извини… — шепнул настолько тихо, что любой принял бы за помеху. Икки постарался аккуратно и бесшумно убрать ветку, чтобы не наступить на неё вновь, однако вместо этого споткнулся и упал вперёд. — Блять, сука, — сорвалось с его уст в тот момент, когда он рухнул на колени и уперся ладонями в землю.       Казалось, совсем позабыв о том, что на него прямо сейчас смотрели вожатые, Нико опрометчиво поднялся и начал обтряхивать себя.       — Дурак! — не менее опрометчиво воскликнул Шарль и притянул Икки к себе за запястье, спрятав его за деревом, где и стоял сам.       Было очевидно, что их уже обнаружили, да и к тому же, со всеми потрохами.       Но существовало кое-что другое в этот момент, что волновало Нико на целую бесконечность больше, чем факт выше.       То, что он стоял к Шарлю так неприлично близко. Настолько, что чувствовал чужое дыхание на своих губах — рост у них был одинаковый, поэтому они равнялись. Икки гулко сглотнул, ощущая в себе целую гамму смешавшихся чувств.       Происходящее не укладывалось в голове. Нико старался трезво оценить окружающую обстановку и найти выход из создавшегося положения, но вместо этого он смог лишь участить дыхание и пройтись влажным языком по своим сухим губам.       Шарль тоже казался слегка встревоженным — быстро дышал через рот, растерянно бегая глазами по чужому лицу.       Из пустоты внутри начало прорастать упрямое желание преодолеть эти ничтожные сантиметры меж их лицами, прижаться к чужим нецелованным губам, попробовать на вкус и…       Нико мысленно оборвал себя, понимая, в какое русло уходят его мысли.       Казалось, прошло уже много времени; сколько — сказать было невозможно: минуты растянулись в часы, а каждая секунда длилась целую вечность.       Колени мгновенно заходили ходуном, как шарниры, в тот момент, когда Шарль потянулся рукой к чужому лицу и аккуратно сместил несколько прядей вбок так, чтобы видеть бирюзовые глаза Икки. Они встретились взглядами.       Напряжение росло по экспоненте так же, как и странные желания внутри.       Но, к счастью или к сожалению, сбыться им не было суждено — прозвучал голос одного из вожатых, что разразил необыкновенную, казалось — правильную, уже привычную, тишину.       — Слышь, челкастик, сюда подойди.       С губ Нико вырвался обреченный вздох и он, превозмогая страх, спустя некоторое время всё же решился выйти из-за дерева, перед этим завидев потешную ухмылку на чужой физиономии.       Шарль, к удивлению, вышел за ним следом. Это не осталось незамеченным и придало некой уверенности.