Аккумулируй эти чувства

Джисон проверяет время на потертых «Касио», отцовских. Без пятнадцати восемь. Он пунктуально опаздывает, надевая очки без диоптрий, квадратные с тяжелой оправой, давящие на переносице, поправляет кудри и леопардовую блузу, то и дело сползающую с плеч вниз, открывая слишком много кожи на груди. Для пущего эффекта на нем тонкий бархатный чокер, работающий по назначению почти на любом альфе. У него свидание с каким-то альфой, точнее не у него, а у Ли Ёнбока, омеги, случайно встреченного на первом курсе музыкальной консерватории, наивного парнишки, не умеющего отказывать, того самого Ликси, зовущего его своим лучшим другом. И, если Феликс играет паиньку, Джисон его злобная стерва-подружка, отгоняющий от него беды, а это их маленький секрет и безобидная шалость. Феликсу назначают свидания, не удосужившись хоть взглянуть, как тот выглядит, и иногда ловеласы и папенькины сынки в наказание встречают вместо него Джисона, который ходит бесплатно поесть и загнобить зазнавшегося буржуя. Правда, порой случается и хорошо провести время, жалко, прознав, что «Ли Ёнбок» это Хан Джисон, чей отец не владелец крупного рыбоводного завода, а горстка пепла, бережно хранящаяся в дешевенькой урне из строительного на комоде в гостиной, интерес развеивается моментально. Отель расположен вверху главной достопримечательности города – набережной. Поднимаясь по короткой железной одномаршевой лестнице ко входу, Хан думает, что лучше бы сегодня ничему необычному не случаться. Он еще хочет вернуться в «Камелию», поднакопить денег и отпраздновать какую-нибудь значимую дату, может быть, день рождения папы или выпускной брата. — Вид что-то меняет? — спросил Феликс днем, развалившись на потрепанном диване кафе-забегаловки, где Джисон подрабатывает между преподаванием детишкам нотной грамоты и продюсированием, с которого зарабатывает в год меньше, чем за месяц работы в кафе. — Хоть есть чем себя занять, пока «альфач» орудует своим корнишоном, пыхтя над тобой так, словно может продержаться больше пяти минут, — ответил Джисон своей невинной душеньке-половинке. Ни в чем неповинный стакан превратился в половой орган. Он скривил лицо, двигая тазом и руками, точно имитируя движения парня, которого встретил две недели назад в клубе. Из-за отсутствия клиентов в утреннее время, примерно до одиннадцати, они могли болтать столько, сколько душе угодно, но все же Джисон не дерзил садиться напротив. Параллельно разговору он всегда выполняет свои дела, то со столов вытрет, то салфетки разложит или приборы, мог и пол мыть, пока говорил, тогда Феликс следовал за ним хвостом, получая от Хана по заднице от того, что ходит по мокрому. В вестибюле его направляют к лифту. Ресторан на верхнем этаже. Отец говорил, что такие рестораны – в первую очередь, бизнес, делающий деньги, а не еду, но отец погорел, пытаясь вести свой бизнес, не делая деньги. Джисон плавно шагает по ворсистому красному ковру. Настенные лампы – цветы, витражная дверь с узором красной камели и ободком под золото, на ручках сидят громоздкие львы, за витражом бегают тени. Охранник смотрит на него косо. Заглушенный свет зала контрастирует с ярким светом в коридоре. Глаза слегка побаливают от резкой перемены. Оказывается «Камелия» что-то на подобии джаз-бара. Здесь примерно пятнадцать столиков, четыре с громоздкими кожаными диванами, расставленными по углам, бар и небольшая музыкальная труппа: пианист, виолончелистка, скрипачка и трубач – они тихо разогревают инструменты и пальцы на низкой одноступенчатой сцене. На девушках черные вечерние платья, как на хостес, только с пайетками и высоким разрезом до середины бедра. Хостес говорит, что мистер Ли (его очередная жертва) опаздывает. — Он внес депозит? — спрашивает омега. Девушка утвердительно кивает. Не слушая рассказ о лучшем столике у окна, зарезервированным мистером Ли, Хан садится на баре, поближе к музыкантам. Бармен протягивает ему меню, предлагая начать с сухого вина. Джисон просит соджу, вытаскивая телефон из кармана, чтобы вновь взглянуть на фото, отправленное Феликсом. Ли Минхо выглядит неплохо: точеные черты лица, серьезный вид, красивые глубокие глаза – почти идеал, но ужасный опоздун. Когда пустеет третья стопка, скрипачка играет одна, в поте лица. Чтобы так сыграть «Грозу» Вивальди необходим опыт не одного десятилетия, работа просто отличная, и омега забывает, где находится, восторженно аплодируя. Здесь это неуместно. Конечно, аплодирует не он один, однако другие – не так восторженно. Глаза музыкантши благодарно сияют. Окончив, она кланяется лично ему и Джисон кланяется в ответ, поднеся руку к груди. — Вы интересуетесь музыкой? — присаживается рядом мужчина, прося бармена сделать парню коктейль. Хан кивает. На вид ему сорок, может, сорок пять, бритый затылок, толстый подбородок, выглядит дорого одетым, только Джисон не разбирается в брендах, как Феликс, распознает один лишь «Ролекс» на запястье, да и это ему ничего не дает. — Как замечательно, — говорит альфа, скалясь в улыбке. — Не посетить ли нам какой-нибудь концерт? Получив в ответ улыбку, он тянет руку к его колену, не обращая внимания на то, как парень отодвигается к противоположному краю крошечного барного стула. — Мы не знакомы, но я почувствовал это сразу. Между нами так много общего, — шепчет мужчина, наклонившись ближе, и омега хохочет, качая головой. — Нет? Ах, ты недотрога? Все в порядке, так даже интереснее. — Рука тянется выше по бедру. Он говорит почти неосязаемо: — Я хорошо плачу и тебя не обижу. Парень наклоняется в ответ. — Я не сплю на первом свиданье, — говорит он, и смеется уже мужчина. Он продолжает о чем-то заискивающе рассказывать, уламывая. Хан – человек терпеливый, но не глупый, предложенный коктейль не пьет, мало ли, что это за место, или даже не место, а, к примеру, если альфа с барменом как-то знакомы, один коктейль, одна невнимательность, и можно очнуться в номере с красивым видом на набережную, под отвратительным мужчиной, что тебя даже за человека не считает. Это не тревожность, а реальность, в который живут омеги. Всегда будь настороже. Бармен на помощь не приходит, приходится вертеться, глуповато улыбаясь и шутливо хлопая альфу по рукам, чтобы самому не отхватить в лицо. Ай-яй-яй! Какой неприличный мужчина! Нельзя трогать людей без разрешения, — прямо как с ребенком, бьющим кулачками по клавишам пианино, когда не получается вспомнить нужную мелодию. Наконец играет джаз. Song for My Father. «Если и был когда-нибудь мужчина столь щедрый, добрый и хороший – то это мой отец» — слова никто не произносит, в труппе отсутствует певец. Взгляд Джисона цепляется за заочно знакомое лицо, вошедшего в ресторан альфы. Опаздуну на вид лет двадцать пять, от фотографии ничем не отличается. На нем бордовая рубашка, рукава закатаны по локоть, на запястье блестят часы. Он говорит по телефону и выглядит недовольным. — Просто пообщайтесь, — шипит в трубку папа. — И не груби ему! — Он предупреждает, что ходит на гольф с матерью Ли Ёнбока, говорит о том, какой это замечательный нежный омега, и ни одного слова, что ему жаль за обман. Хостес дожидается, пока он закончит, и аккуратно показывает ему в сторону стола, они переговариваются, следом ее тонкая рука ведет его взгляд в сторону бара, на омегу, кокетничающего с каким-то альфой. При столкновении глаз, Хан улыбается, весело махая ему. Ли Минхо слишком долго его разглядывает. — Дорогой! — кричит Джисон на весь зал. — Ко мне тут пристают, иди скорее! Сидящий рядом альфа теряется, подскакивая, пытаясь понять, к кому тот обращается, и хмурится, замечая молодого альфу, идущего в их сторону. На лице так и написано: ах, ты даешь только молодым и симпатичным? — с тем же снисходительно-поверхностным тоном, с которым недавно задавался совсем иной вопрос. Смотрит, как на блядь. В принципе, как и молодые альфы, пытающиеся пристыдить омег, выбирающих себе в спутники взрослого мужчину с приличным имуществом. Альфы всегда говорят «блядь», «шлюха» или «давалка», хотя когда дело касается секса, они готовы отдаться любому омеге. Наверное, так проще – не думать, что проблема в тебе. Довольный вид омеги его обижает. — Держи свою блядь в узде! — почти кричит мужчина на подошедшего альфу, произнося вслух мысли, и пытается гордо удалиться, но в мгновении отшатывается. Ли Минхо, источающий ядреный феромон доминантного альфы, даже не смотрит на него, разглядывая омегу вблизи. Джисон смотрит в ответ, недолго, их прерывает мужчина, хлопая молодого альфу по плечу, пытаясь призвать его к вниманию. Стоит Минхо оглянуться, тот вновь отшатывается. Хан поджимает нос. Бармен растерянно показывает хостес скорее что-нибудь сделать. Музыка прерывается. Гости ресторана (или джаз-бара) бросают на них косые взгляды. Мужчина держится за голову, с трудом стоя на ногах. Минхо молчит, феромоны говорят за него лучше любых слов. Кто-то из присутствующих просит обслуживающий персонал распахнуть окна. Газовый баллончик взорвался в здании, только этот баллончик необычный, по иному действующий на омег и альф. Учащенное сердцебиение, нехватка кислорода, жжение в носу, горле и глазах и многие другие побочные эффекты – то, что чувствуют альфы от подчинения другому, сильному, вмиг становящемуся ненавистным от безысходности и унижения. Хуже всего мужчине за сорок. Ноги его все же не держат, он падает на пол. Хостес и охранник пытаются разрешить конфликт. Неугомонного выводят за дверь. Девушка с трудом натягивает на лицо улыбку, прося прощения за беспокойство перед мистером Ли и его гостем. — Прости, — оборачивается к нему альфа. — Я тебя напугал? Джисон улыбается, вытягивая большой палец, и весело подмигивает. — Это было круто, дорогой! — смеется пьяная голова. — «Дорогой»? — повторяет за ним Минхо, усмехаясь, вполне красиво, достаточно, чтобы влюбиться, если ты готов легко влюбляться, как парочка тех парней и девушек, кого пьянит запах этого альфы, слабых предтечных омег. Они присаживаются за столик у окна, Ли Минхо рассказывает, что не планирует вступать в брак, Ли Ёнбок отвечает ему, что это замечательная новость, а через неделю Ли Минхо звонит Хан Джисону, прося о новой встрече, и, получив очередной отказ, читает какие-то сомнительные статейки. Как вести себя, чтобы влюбить в себя недоступного парня?       Эта статья написана на основе моих отношений и отношений моих знакомых. У меня часто спрашивают любовные советы, поэтому я захотела поделиться с вами тем, как…       Если Вы хотите заполучить определенного партнера, будь это альфа, омега или бета, не стоит действовать наобум. В этом посте мы не будем обсуждать те случаи, когда Вы сталкиваетесь с человеком случайно, и времени для анализа нет. Мы обсудим и подготовим стратегию для завоевания человека, а для этого нам нужны ресурсы: время и информация. Если Вы настроены серьезно, то должны знать – универсального совета НЕ СУЩЕСТВУЕТ! И сколько бы советов о том, что нужно быть милым, уделять внимание партнеру, очаровывать его и т.п. Вы не прочитали, в этом нет смысла, пока Вы не поймете, с каким человеком действительно имеете дело. Утихомирьте свое бесконечное обожание и непреклонную любовь и задайтесь вопросом: а что действительно нужно этому человеку? Можете ли Вы дать ему то, что ему необходимо? Как далеко Вы готовы зайти, в попытках покорить этого человека? А также не забывайте о том, чего хотите Вы. Секс, отношения, дружба, брак – все это разные цели, которые достигаются также разными способами и путями решения… Минхо предлагает Джисону отношения «понарошку».