Better Than Cake

      Новый год, новые сотрудники.       Вернее.       Один сотрудник.       И он не такой уж и новый.       — Ёнхён-хён?! — Джисон вскрикивает при виде страшего коллеги.       — Джисон-а! — улыбается мужчина, махая рукой.       Джисон останавливается как вкопанный, в его голове проносится множество мыслей, прежде чем он почти кричит:       — Ты заменяешь доктора Лима?!       На него тут же шикают и затягивают в кабинет Чана. Сам Чан почти не реагирует — либо он ожидал этого, либо это уже происходило раньше, и он просто привык.       Перым делом Джисон радостно обнимает старшего.       — Я временно заменяю доктора Лима, — рассказывает Кан Ёнхён. — По сути, просто занимаю должность ради отчётности перед советом, я ведь тут не практикую на постоянной основе.       — Что? — Джисон смотрит на Чана, потом снова на Ёнхёна. — Что это вообще значит?       Из-за предстоящей проверки контроля качества, которую предстояло пройти каждому отделению, и учитывая, что отдел физиотерапии — сравнительно небольшой, нельзя было оставлять позицию доктора Лима пустой надолго. Так как доктор Хо за границей, а Чан отказался от должности, на это время пригласили обратно Ёнхёна.       — Это звучит как-то незаконно, — хмурится Джисон.       — Нет, — смеётся Чан. — На самом деле в этом нет ничего необычного — именно так доктор Ли и доктор Шин начали тут работать, а сейчас они в штате. Теперь нужно, чтобы и хён остался с нами.       Ёнхён смеётся от души, и Джисон не может не рассмеяться вместе с ним — реакция чисто рефлекторная.       Когда Джисон ещё учился в медицинском, у него был ужасно неловкий краш на Ёнхёна, который в то время проходил ординатуру. Поскольку Ёнхён занимался в основном гериатрией и реабилитацией пожилых, Джисон часто просил у него совета. С годами краш сменился искренним уважением, но только пару лет назад некоторые (читай: Чанбин) перестали его дразнить по этому поводу.       Они договариваются поужинать вместе, Ёнхён предлагает пойти в их любимый ресторан со времён университета, если он ещё работает. Чан уверяет, что место всё ещё открыто. На этом они тепло прощаются на день.       Для Джисона это как подарок небес: если всё сложится, он сможет показать Ёнхёну обновлённую версию своей диссертаци, хотя бы краткий вариант, и получить пару советов. Свежий взгляд на работу сейчас необходим как никогда.       К семи вечера почти вся команда физиотерапевтов собирается у стойки регистрации — всем не терпится закончить смену и отпраздновать возвращение Ёнхёна (пусть и временное).       Они усаживаются, заказывают еду, и атмосфера сразу становится тёплой и шумной: все перебивают друг друга, смеются, делятся новостями. Черён буквально вцепилась в руку Ёнхёна и, чуть не плача, рассказывает, как рада его видеть. Когда страсти немного утихают и все приступают к еде, в ход идут шутки и сплетни.       И, конечно…       — У него парень есть, — заявляет Чан с гордостью, хлопая Джисона по плечу так, что тот едва не роняет ложку с горячим рагу на колени.       — Боже, ты такой сплетник, — шипит Джисон, его лицо пунцовеет.       — Я уже в курсе, — смеётся Ёнхён. — Наён с Енджуном полчаса посвящали меня в жизнь всех и вся, включая любовные связи (или их отсутствие).       Черён гримасничает, Чан устало вздыхает, а Енджун из-за угла поднимает вверх большой палец, явно довольный собой.       — И у меня тоже есть! — заявляет Чанбин с другой стороны стола.       — Я знаю, ты мне писал, — смеётся Ёнхён, похлопывая его по спине. — Хёнджин-ши, правильно?       — Точно, писал же! Да, мой Хёнджинни, — светится Чанбин.       — Боже, ты такой кринжовый, — стонет Черён и прячет лицо в ладонях.       — Давайте обсудим «почти-бойфренда» Джисона? Или уже не «почти»? — подмигивает доктор Шин. — Красава, Джисон-а.       — Ладно это уже бифобия, — фыркает Чанбин. — Доктор Шин узнал раньше меня?!       — Я тоже был в курсе, — спокойно добавляет доктор Ли, довольно поднимая руку. — Кстати, я начал играть в их видеоигру. Удивительно успокаивающая штука. Теперь понимаю, что их так зацепило.       — Боже мой, — Джисон поворачивает голову и смотрит на доктора. — Серьёзно?!       — Признаюсь, я немного тупил в начале и загубил весь свой пастернак в первые недели, — с преувеличенной серьёзностью говорит доктор Ли. — Но теперь, кажется, я неплохо готовлюсь к лету.              — Что за игра? О чём вы вообще говорите? — интересуется Ёнхён, слегка озадаченный.       — Ну, Джисон увидел, как Минхо-хён играет в ту фермерскую игру, от которой он сам тоже не может оторваться, в том баре, где я встретил Хёнджина, и решил угостить его газировкой, чтобы завязать разговор, — заключает Чанбин.       У Ёнхёна на лице читается множество вопросов, но Джисон быстро вмешивается:       — Это не просто фермерская игра! Сельское хозяйство — лишь один из её элементов, хён. Она потрясающая, правда. Только благодаря Stardew Valley я пережил финальные экзамены без нервного срыва.       — Понимаю тебя, — кивает Ёнхён. — Я в своё время спасался игрой June’s Journeу…       Наён резко ахает, указывая на него пальцем:       — Я обожаю её!       С этого момента разговор стремительно уходит в обсуждение мобильных приложений, а затем — по какой-то неясной логике — перерастает в жаркую дискуссию о гиалуроновой кислоте и её эффективности.       Ужин перетекает в посиделки с напитками, но Ёнхён вынужден уйти пораньше, у него утром важные встречи. Джисон, не теряя возможности, предлагает пройтись с ним до станции, чтобы побеседовать наедине.       — Наён говорила, ты переживаешь из-за этого, — говорит Ёнхён, кивая, когда Джисон осторожно спрашивает, может ли он взглянуть на его работу, если найдётся свободное время.       Он сразу же соглашается помочь и с искренним интересом погружается в тему, что не только воодушевляет Джисона, но и даёт ему уверенность. Они договариваются зайти к Ёнхёну домой, чтобы всё обсудить, и чтобы Джисон смог подробно всё ему рассказать и показать.       — Волнуюсь, слишком много думаю, накручиваю себя, — признаётся Джисон с выдохом. — Всё сводится к неуверенности, наверное.       — Ты же понимаешь, что твоя работа над исследованием не станет преградой для практики или завершения ординатуры, — мягко напоминает Ёнхён.       — Понимаю. Но это меня не останавливает, — решительно отвечает Джисон. — Ты же не стал бросать на полпути. Доктор Ли, доктор Шин — тоже. Даже Чанбин-хён, я сам видел, как он пахал, и вот он уже почти у цели. Я тоже хочу этого, хён.       — Понимаю, — серьёзно говорит Ёнхён. — Но не забывай, у тебя всё ещё есть время. Не будь к себе слишком строг.       Пока они идут к станции, Джисон начинает рассказывать суть своего проекта. Он делает паузу, когда Ёнхён вспоминает, что нужно пополнить транспортную карту, и снова, когда вдруг слышит знакомый голос, зовущий его по имени.       Минхо направляется к ним с легкой улыбкой на губах. Он одет в свою медицинскую форму, что на мгновение смущает Джисона.       — Хён? — сияет Джисон, подбегая к Минхо и легонько его обнимая. — Что ты здесь делаешь?!       Минхо вообще-то не должен был выходить на работу до послезавтра. И он почти уверен, что его мама и кошки сейчас у него дома — судя по смешному видео, которое он отправил Джисону утром, на котором Дуни свернулся калачиком у него на голове, пока он пытался спать.       — Иду домой? — смеётся Минхо. — У нас была рабочая встреча, которая переросла в ужин, так что теперь возвращаюсь.       — Встреча во время отпуска? Ты должен подать в суд.       — О да, я уверен, доктор Лим отнесётся к этому с пониманием, — улыбается Минхо. — Ты тоже едешь домой?       — На самом деле, мы едем с Ёнхён-хёном, чтобы...       — А, твоя работа? — заканчивает за него Минхо, прежде чем взглянуть на Ёнхёна.       — Да! Пойдём, я тебя представлю? — спрашивает Джисон, протягивая руку.       — О, хорошо, да, — улыбается Минхо, выглядя немного смущённым, и берёт протянутую ладонь.       — Это доктор Кан Ёнхён, мой сэмпай с медфака, он временно заменяет доктора Лима, — добавляет Джисон шёпотом, пока Минхо и Ёнхён одновременно кланяются друг другу.       — Рад это слышать, — смеётся Минхо.       — А вы — Ли Минхо? — глаза Ёнхёна весело поблёскивают. — Медбрат в ветклинике?       — Да.       — Очень приятно познакомиться, — говорит Ёнхён искренне. — Слышал, вы обычно работаете в ночную смену?       — Да, — кивает Минхо, немного озадаченный.       — Эх, не завидую, — вздыхает Ёнхён. — Слава богу, это давно позади для меня.       — Хотел бы я сказать то же самое, — улыбается Минхо и поднимает пакет с едой, который нёс. — Но мне пора идти — не хочу, чтобы это остыло. Рад встрече, доктор Кан. И с Вами тоже, доктор Хан.       Изо всех сил стараясь сохранять серьёзное выражение лица, Джисон отвечает официальным тоном:       — И с вами, медбрат Ли.       — Я буду у билетомата, Джисон-а, — говорит Ёнхён, уже уходя и бросая на него взгляды, смысл которых более чем понятен.       — А, да, хён! — кивает Джисон и снова поворачивается к Минхо. — Хён, я провожу тебя?       — Хм? — Минхо озадаченно оглядывается. — Ханни, не надо. Ты же собирался обсуждать свою дипломную работу?       — Ну да.       — Иди-иди, — улыбается Минхо, подходя ближе и поправляя капюшон Джисона. — Поговори, всё уладь и выспись. А то если мама узнает, что ты был рядом и не зашёл — она меня живьём съест.       Джисон хихикает и спрашивает:       — Но как же твои почки?       Минхо весело смеётся и легко щёлкает его по лбу, прежде чем начать отступать назад.       — В большей безопасности, чем твои, я готов поспорить, — ухмыляется он.       — Возьми это! — кричит Джисон, прежде чем Минхо успевает отвернуться, и поднимает руки к подбородку, изображая сердечко.       Минхо делает вид, что уворачивается, и с преувеличенным вздохом облегчения машет рукой, всё ещё улыбаясь, прежде чем свернуть налево, в сторону их привычного маршрута к платформе.       Улыбаясь про себя, Джисон разворачивается и направляется к стойке, где Ёнхён только что закончил пополнять свою карточку.       — О? Я думал, ты проведёшь Минхо-ши, а потом вернёшься, — смущенно говорит он.       — Я предложил, но он велел мне идти домой и поспать, — улыбается Джисон.       Они стоят на платформе и Джисон продолжает рассказывать о своём исследовании, пока старший внимательно слушает, время от времени кивая.       Зайдя в вагон, Джисон ненадолго замолкает. К счастью, поезд почти пустой, и они легко находят свободные места.       — Знаешь, Енджун и Наён совсем не преувеличивали, — неожиданно говорит Ёнхён с доброй улыбкой. — И Чан тоже.       — Что? — Джисон не сразу понимает, к чему это.       — Приятно видеть тебя таким счастливым, — говорит Ёнхён искренне. — Ты весь день был немного уставшим, немного потухшим — ну, кто из нас не бывает. А сейчас ты будто светишься. Как будто ты за эти пару минут отдохнул и освежился, вот.       Джисон заливается румянцем.       Он понимает, о чём говорит Ёнхён. Речь о Минхо. И это правда — он чувствует себя отдохнувшим и бодрым.       — Это здорово, — улыбается Ёнхён.       Джисон кивает, опуская взгляд и нервно перебирая пальцы.       — Да, — тихо отвечает он. — Очень.

***

      Minori:       Мои источники сообщают, что ты хандришь и загоняешься из-за своей диссертации.       Джисон бросает сердитый взгляд на Чанбина и Черён, которые оба смотрят на него в замешательстве и готовности защищаться.       Hannie-uyuuu:       Я не хандрю       Minori:       Ок       Hannie-uyuuu:       Ну может чуть-чуть       Minori:       Идеально       Hannie-uyuuu:       Я не узнаю, что это значит да?       Minori:       *прикреплённое изображение*       Джисон задыхается от смеха, видя на экране дико увеличенное и ужасно пиксельное фото правого глаза Минхо.       — Пожалуйста, без бурных эмоций, я тут пытаюсь избежать психического срыва, — умоляет Чанбин, не отрываясь от сосредоточенной работы на ноутбуке.       — Ты мог бы поесть как нормальный человек, а не работать за едой, — устало вздыхает Черён, доедая третье варёное яйцо. — Зачем ты вообще притащил ноутбук на обед?       Утро выдалось особенно тягучим. Джисон застрял на том этапе, когда ему приходится ждать дальнейшего одобрения от центра для пожилых людей. Его проект отправлен на повторное рассмотрение, к счастью, изменения в его первоначальном предложении были восприняты положительно. Один из семинаров отменили, а следующий будет только после обеда — и Джисон просто бесцельно торчит в больнице без особой пользы.       Домой идти смысла нет, всё равно пришлось бы почти сразу ехать обратно. А заняться больше нечем. Ёнхён продолжает проверку его работы, и Джисон знает: он даст ему честный и развёрнутый отзыв.       Так что да, он немного хандрит.       Но обед явно идёт ему на пользу. Куриный суп всегда творит чудеса — а дак гомтан сегодня просто божественен.       У Чанбина под глазами огромные тени — результат бессонных ночей и бесконечных смен. Но он почти закончил тот этап ординатуры, на который только собирается вступить Джисон. Он и Черён переглядываются так, словно молча говорят друг другу: «Через год, надеюсь, это будем мы». А у Чанбина впереди — более свободный график летом. Он этого ждал.       Джисону же — если всё пойдёт по плану — предстоит ждать куда дольше.       Поев, он относит поднос к стойке, и тут, как из воздуха, рядом возникает Минхо.       — У меня есть план, — говорит он совершенно будничным тоном.       — Что? — Джисон ошарашенно смотрит на него, моргая, пытаясь понять, не галлюцинация ли это. Он ведь точно помнил, что Минхо должен был выйти на работу сегодня. — Хён, я думал, ты сегодня работаешь?       — Да, — отвечает Минхо, — в ночную смену.       — О, боже мой...       — Ты сказал, что твой следующий семинар в три, верно?       Джисон не помнит, чтобы говорил об этом Минхо.       — Да?       Минхо улыбается, прежде чем помахать кому-то вдалеке и сказать:       — Отлично. Я бы хотел, чтобы ты составил мне компанию на следующие два часа, если, конечно, ты не слишком устал.       — Конечно!? — Джисон мгновенно оживляется, весь в нетерпении и с миллионом вопросов.       — Замечательно, — говорит Минхо, забирает его поднос и ставит его на стойку. — Всё, официально похищаю.       — Хён! — смеётся Джисон, позволяя потянуть себя за локоть. Он бросает взгляд назад и видит, как Чанбин и Черён весело машут ему из-за столика. — Ты правда должен перестать говорить, что «похищаешь» меня, когда на самом деле ведёшь на свидание!       Минхо усмехается:       — Я не надел туфли для свидания, так что это не свидание.       Взглянув вниз, Джисон замечает, что на Минхо его обычные удобные кроссовки.       — А это будет считаться свиданием, если я скажу, что на свидания можно ходить и без специальной обуви?       — Нет.       — Но, хён, — улыбается Джисон, пока они выходят в просторный холл, — ты же сам говорил, что твоё лучшее свидание было на Хэллоуин, когда мы пошли ночью на ту детскую площадку. А тогда на тебе не было туфель для свидания.       Минхо сохраняет невозмутимость, но покрасневшие уши выдают его с головой.       — У меня тогда были фиолетовые волосы, — говорит он с серьёзным видом. — Это цвет волос для свиданий.       Джисон чуть не падает со смеху.       — Ну ладно, — выдыхает он, — куда мы идём?       — Ты, возможно, не знаешь, Хан Джисон... — начинает Минхо с пафосом.       — Почему каждый раз, когда ты называешь меня по имени и фамилии, становится тревожно...       — ...но я, между прочим, не только виртуальный фермер в Stardew. Я — настоящий садовод, — говорит он с торжественностью, будто раскрывает самую большую тайну.       — Настоящий?! — изумляется Джисон.       — Прошу, не произноси "ай-ар-эл" как будто это нормальное слово, — закатывает глаза Минхо.       — Айиииии-ареееэл, — тянет нарочно Джисон, хохоча.       Минхо бросает на него пустой, страдальческий взгляд.       — Короче, — говорит Минхо, — сейчас проходит выставка цветов! Там не только витрины и композиции, но и мои любимые садовые магазины — те, что за городом — будут со своими стендами.       — Вау!       — Я подумал, тебе это тоже может понравиться, — мягко говорит он. — Немного отвлечёшься.       Как Джисон может объяснить Минхо, не показавшись при этом самым настоящим влюблённым дурачком, что он готов пойти с ним куда угодно, лишь бы Минхо держал его за руку?       — Хён, считай, что я садовник по стандартам Stardew! Мы посмотрим на удобрения? Нам придётся рыбачить чтобы добыть высококачественные?       Минхо весело смеётся над этим, прежде чем сказать:       — Подожди, мне правда нужно немного удобрений. Я как раз собирался поменять землю в некоторых горшках.       — Подожди... ты сказал горшках? — уточняет Джисон. — А сколько у тебя вообще растений?       — Не особо много, — объясняет Минхо, — маленькие горшочки тут и там. Всё началось случайно, в шутку. Пару лет назад Чонин купил мне растение, после того как мне пришлось оставить Суни с его братьями у моих родителей. Так сказать, на замену. И не знаю… мне понравилось, как оно смотрелось в квартире, и с тех пор я, как только замечал цветочный магазин, покупал что-то маленькое. Сейчас у меня, думаю, штук двенадцать? Самое большое — пальма в уголке. Мне кажется, она придаёт квартире вид жилья «взрослого человека, у которого всё под контролем».       Джисон хихикает.              — У них есть имена?       Минхо усмехается в ответ.       — Нет. Но я с ними разговариваю о всяких вещах типа: «Почему ты сухой, я же тебя только недавно поливал?». Вещах, которые вне контекста могут заставить меня выглядеть сумасшедшим в глазах людей, которые меня подслушивают.       — Зачем... зачем кому-то подслушивать тебя? — смеется Джисон, когда они останавливаются на автобусной остановке.       — О, я не знаю, — задумчиво начинает Минхо с таким выражением лица, что Джисон уже знает — сейчас будет что-то нелепое, сказанное с абсолютной серьёзностью. — Наверное, потому, что от меня исходят загадочные вайбы, и люди думают, что я тайный агент или что-то в этом роде.       — Ты слишком красив для тайного агента. Слишком много внимания привлекал бы.       Минхо реагирует с задержкой в три секунды, уши заливаются красным, лицо розовеет.       — Вообще-то, если бы я захотел стать тайным агентом, я бы отлично справился! — заявляет он твёрдо, не глядя на Джисона.       — Серьёзно? Потому что если да, то ты точно был бы тем, кто способен свергнуть правительство. И чтобы тебя обезвредить, они бы послали меня, чтобы отвлечь своей харизмой, — Джисон делает смешное лицо и важно выпячивает грудь.       Минхо смеётся и хлопает его по груди:       — Ну, наверное, это бы сработало, — говорит он с немного смущённой, но искренней улыбкой.       — Боже мой, хён, — Джисон хватает его за руку и переплетает пальцы, — прекрати флиртовать со мной, я вообще-то на задании!       Минхо снова смеётся, мягко сжимая его руку.       — А у тебя есть цветы?       — Только засушенные, — улыбается Минхо, в глазах появляется озорной огонёк. — Но вообще, за цветами нужен уход, и они очень сезонные. Я хотел бы, чтобы растения выглядели всегда примерно одинаково. И чтобы не были опасны для котов, конечно.       — Конечно, — Джисон важно кивает. — Может, мне тоже стоит завести растение, буду выглядеть круто, как взрослый, у которого всё под контролем.       Минхо фыркает, а потом говорит:       — Обычно начинают с кактусов — за ними легко ухаживать. Если подумываешь о растениях в квартире на будущее, цветы бы я не советовал.       — А зачем мне цветы, если у меня есть ты?! — Джисон пищит на последнем слове, потому что Минхо уже заранее понял, к чему всё идёт, и успел ткнуть его в бок.       — Ты что, сейчас флиртуешь со мной? Это был флирт?! — требовательно спрашивает он.       — А сработало? — Джисон довольно улыбается. — Твои планы по свержению правительства отменяются?       — Ни в коем случае, — абсолютно серьёзно отвечает Минхо с покрасневшими ушами, как раз, когда подъезжает их автобус. — Я собираюсь свергнуть капитализм, хочешь ты того или нет.              — Хм, — хмыкает Джисон, — ладно.       Они приезжают в небольшой выставочный зал внутри одного из коммерческих зданий. Вход свободный, и посреди дня людей немного. Всё выглядит довольно серьёзно, не как что-то, сделанное ради фоточек в Instagram. Среди посетителей они явно самые молодые.       Минхо заметно оживляется, оглядываясь с интересом.       Интересуется ли Джисон садоводством? Не особо. Но нравится ли ему любоваться красивыми цветами и растениями? Конечно.       Когда они проходят к большой зоне с панорамными окнами, залитой солнцем, всё вокруг кажется просто сказкой. Каменные тропинки, цветочные композиции, букетные лавки, цветочные напитки и десерты — всё оформлено с душой.       И, конечно, главная зона — настоящая цветочная галерея. Здесь даже есть что-то вроде стены из настоящих цветов. Тут растут огромные кусты гортензии (Джисон никогда не видел таких больших кустов гортензии).       Он решает понюхать каждый цветок.       Такой шанс выпадает нечасто, и он им воспользуется по полной.       — Хён! Понюхай этот, он офигенный! — зовёт он Минхо, который как раз внимательно читает информационную карточку на растении в стороне, держа в руках аккуратный пакетик с покупками, сделанными ранее. Он улыбается, прежде чем наклониться, чтобы понюхать красивый цветок.       — Правда, приятный, — кивает он.       Джисон замечает свободное место между двумя витринами и направляется туда, чтобы немного присесть на корточки и…       — Хён, смотри, я тоже цветочек, — позирует он, сложив руки под подбородком и широко улыбаясь. Он думает, что Минхо пошутит в ответ или что-то в этом роде. Но тот неожиданно кладёт руки поверх его, поглаживая по щекам.       — Прелестный цветочек, — улыбается он, пока уши его розовеют.       Судя по всему, выражение лица у Джисона абсолютно ошарашенное, потому что Минхо смеётся, отходит в сторону и выглядит весьма довольным собой.       — И кто теперь флиртует?! — возмущается Джисон, догоняя его и толкая плечом.       Оказывается, на территории есть и открытая зона отдыха — о чём даже Минхо не знал. Они направляются к задней части здания, где когда-то, судя по архитектуре, была VIP-парковка. Теперь это уютное пространство на свежем воздухе, переоборудованное под площадку для мероприятий. В центре расположены несколько популярных сетевых ресторанов, а сама атмосфера здесь куда оживлённее и явно ориентирована на публику из соцсетей — это более коммерческая и визуально привлекательная часть всей цветочной программы.       Джисон тут же пихает Минхо свой телефон и отправляется позировать в разные фотозоны. Минхо снисходительно и серьёзно делает для него снимки. Джисон садится на корточки рядом с массивными кустами гортензий и позирует, стараясь казаться как можно меньше. Минхо улыбается, и Джисон не хочет притворяться или отрицать тот факт, что он выглядит невероятно влюблённым.       Тогда он замечает: Минхо сам почти не фотографируется. Но вот он встаёт рядом со случайной псевдо-греческой статуей (Джисон искренне не понимает, почему они всегда стоят в садах) и копирует её унылую позу. А потом неожиданно тянет его к маленькой фотобудке, которую сам Джисон и вовсе не заметил — она была частично скрыта огромными листьями. И снова, Минхо бережно складывает снимки во внутренний карман, и это вызывает у Джисона желание сжать его в объятиях.       Вместо этого он делает мысленную пометку обязательно заказать себе прозрачный чехол для телефона, потому что на фотографиях они оба в цветочных венках (реквизит, представленный на стенде), и Минхо выглядит преступно красивым в этой короне из искусственных пластиковых цветов.       Здесь есть сувенирные магазины, и Джисон замечает очень красивые магниты на холодильник в форме цветов, которые, как он знает, понравились бы его маме. С помощью Минхо он выбирает набор из пяти цветов, в который входят анютины глазки и герберы, потому что «все мамы любят анютины глазки и герберы, Джисон-а».       Они находят солнечное местечко подальше от людных зон и садятся на скамейку, прихватив с собой чай, купленный в одной из палаток. Джисон не особо любит чай, но ведь не так часто представляется возможность попробовать… вот это вот. «Это» оказывается чем-то удивительно ароматным и, внезапно, фиолетовым. У Минхо напиток мутно-зелёного цвета, он делает осторожный глоток и замечает:       — На вкус как запах освежителя воздуха.       — Здесь так мило, спасибо, что привёл меня сюда, хён, — говорит Джисон, потягиваясь и подставляя лицо солнцу. Синоптики обещали снег со дня на день, и он благодарен за каждый солнечный луч. — Я как будто перезагрузился.       — Спасибо, что пришёл со мной, — с улыбкой отвечает Минхо, глянув на телефон. — Но нам уже пора, а то опоздаешь на семинар.       — Ага, — кивает Джисон, тоже бросая взгляд на экран, а затем встаёт и протягивает руку Минхо. — Чувствую, я напитался солнцем на весь день.       Минхо улыбается и берёт его за руку.       — Да, красивые цветочки должны успевать фотосинтезировать, — говорит он, усмехаясь.       — О боже, — смеётся Джисон. — Хён, перестань флиртовать!       — Нет, — совершенно спокойно отвечает Минхо. В этот момент порыв ветра заставляет их вздрогнуть, шуршат листья у кадочных деревьев, некоторые опадают и застревают в волосах Минхо. Он с улыбкой стряхивает их.       Подобно листьям, идея аккуратно оседает в его голове…       Можно ли считать это жульничеством? Ну, может быть. Но Минхо поступил примерно так же, так что Джисон считает, что это абсолютно справедливо!       — А, хён, здесь... — Джисон поднимает руку к волосам, делая вид, что вытаскивает упавший лист.       — Хм? — Минхо немного растерян, но всё равно слегка наклоняется вперёд.       — Прямо здесь… — Джисон целует его в лоб, прямо в центр.       — И вот здесь, — а затем целует его в нос.       — Всё, — улыбается он. — Готово.       Минхо немного застыл, глаза широко раскрыты, и, черт возьми, он просто сделал это, не спросив Минхо и не предупредив о том, что собирался сделать, и…       — О, прости, хён, я должен был спросить, — он вздрагивает, сердце в панике колотится.       — Боже мой, может, я и не хочу разрушать капитализм, — выдыхает Минхо со счастливой взволнованной улыбкой.       Джисон изумлённо смотрит на него, прежде чем безудержно расхохотаться.       — О-о, я преуспеваю в своей миссии! — он смеётся, чуть не падая при этом на Минхо.       — Тебе не обязательно спрашивать, Джисони, — с улыбкой говорит ему Минхо, заставляя его выпрямиться и оказываясь ближе, чем ожидал Джисон. Он поднимает руку и большим пальцем нежно проводит по щеке. — Флиртуй со мной, сколько хочешь.       Джисону очень нравится, когда Минхо так делает. Если его щёки — это билет к тому, чтобы Минхо касался его, стоял так близко и смотрел на него вот с такой улыбкой… тогда он будет бесстыдно злоупотреблять этим билетом.       — Ты официально дал мне разрешение быть невыносимо слащавым, хён, — с облегчённым вздохом говорит Джисон, прижимаясь щекой к его ладони. — Я буду флиртовать изо всех сил.       Он берёт вторую руку Минхо и притягивает к себе.       Холодные пальцы касаются его кожи, но Джисона это совсем не смущает. Он чуть поворачивает голову и целует ладонь. Минхо резко втягивает воздух и подаётся ближе, и тогда Джисон обнимает его полностью, прижимая к себе, словно хочет спрятать в себе навсегда.       Ему хочется, чтобы это чувство не заканчивалось. Чтобы они были переплетены вот так — сердцем, телом, всем.       Он никогда не ощущал такого раньше. Никто никогда не смотрел на него так, не прикасался с таким трепетом. Он никогда не чувствовал, чтобы кто-то так реагировал на него раньше.       Ничего необычного ведь не происходит. Есть нежность, да, есть влечение, есть желание — он знает эти чувства. Для них не обязательно быть в отношениях.       Но когда он рядом с Минхо, в такие моменты, ему хочется, чтобы время тянулось бесконечно.       Есть что-то в том, как Минхо держит его за руку, как касается лица, как смотрит на него — Джисон чувствует себя по-настоящему ценным, любимым, так, как никогда раньше.       Вернувшись в больницу, он быстро запихивает рюкзак в шкафчик, почти опаздывая, и, снимая тёплую куртку, замечает, что в кармане что-то лежит. Это не купюра и не мелочь.       Он вытаскивает маленький бумажный конверт с логотипом того самого магазина, где они покупали магнитики. Но это не магнитики. Конверт слишком лёгкий, но не пустой.       С недоумением Джисон открывает его и находит внутри крошечные серебряные серёжки-гвоздики в виде маргариток.       Лишь на какую-то долю секунды он задается вопросом, не стал ли он неосознанно клептоманом, но затем понимает, что, конечно же, это работа Минхо.       «Тебе очень идут маргаритки».       Широко улыбаясь про себя, Джисон вынимает серёжки и осторожно надевает их.       «Ты выглядишь прелестно, Ханни».       Он смотрит на отражение в экране телефона — крошечные маргаритки в ушах. Он уже опаздывает, но всё равно находит место с хорошим освещением и делает снимок.       Hannie-uyuuu:       *прикреплённое изображение*       ХЁН Я СКАЗАЛ ХВАТИТ СО МНОЙ ФЛИРТОВАТЬ       Я НА ЗАДАНИИ, А ТЫ УСЛОЖНЯЕШЬ МНЕ ЗАДАЧУ       Minori:       Нет <3