Better Than Cake

      — С ним всё в порядке?       — Его свидание отменилось.       — Оу…       — В третий раз за неделю.       Сынмин, не отрываясь от своих фрикаделек, поднимает голову и смотрит в сторону Субина, который вяло пялится на витрину с десертами в IKEA рядом с Минхо — тот, похоже, увлечённо объясняет ему разницу между тортами.       — О, — Джису сочувственно морщится, — правда жаль. Это просто временные сложности или...?       — Она говорит, что очень занята, — отвечает Ёнбок, закидывая в рот возмутительное количество картошки фри. — Он переживает, говорит, может, сам всё надумывает, но ощущает, что она отдаляется.       — Печально, — вздыхает Джису, — надеюсь, дело действительно только в графике, а не в том, что она просто сливается.       — Мы тоже на это надеемся, — кивает Йеджи, бросив обеспокоенный взгляд на Субина. — Она ему по-настоящему нравится.       — Ну кто вообще захочет сливаться от такого, как Субин? — говорит Черён с недоумением. — Он же такой милый! И по-хорошему нелепый… да и выглядит отлично! Я одобряю — от имени всех лесбиянок!       — Вот и мы об этом, — подхватывает Ёнбок, снова накалывая огромную порцию фри. — Честно, я уже почти полез в её соцсети проверить, что там у неё.       — Подожди… ты что, тот самый «друг-детектив»? — смеётся Джису.       — Он самый, — подтверждает Сынмин.       — О господи, — Черён с интересом смотрит на Ёнбока, — ты ведь проверил Чанбина с ног до головы, когда он начал встречаться с Хёнджином, да?       Ёнбок делает самое невинное лицо, какое только может, прежде чем вновь набить рот картошкой.       Черён весело смеётся, явно обрадованная этой новой информацией.       — Уверен, в вашей компании проверкой соцсетей занимается Енджун, — Ёнбок игриво поднимает брови.       — Угадал, — смеётся Черён. — Кстати, он официально выложил фото с девушкой, так что у них всё серьёзно.       — О, — удивляется Ёнбок. — А я даже не подписан на него!       — Сейчас покажу, — Черён достаёт телефон и быстро открывает Instagram.       Все склоняются ближе, чтобы посмотреть на экран. Ёнбок умиляется, и даже Сынмин соглашается, что они красивая пара.       — Все красивые встречаются с красивыми, — вздыхает Йеджи. — Фу, они такие милые и счастливые.       — Красивые люди будто притягивают других красивых, — соглашается Джису.       — По такой логике Хёнджин и Минхо-оппа давно должны встречаться, — смеётся Черён.       — Ты целенаправленно пытаешься разрушить отношения двух своих друзей, — кивает Сынмин с одобрением. — Мне нравится эта идея.       Черён фыркает и отталкивает его, пытаясь объяснить:       — Слушайте, объективно — Минхо-оппа и Хёнджин — самые красивые люди, которых я когда-либо видела…       — Не то чтобы я спорила, — перебивает её Джису, — но ты, видимо, никогда не встречала Вону из неотложки, да?       — Кажется, нет… — Черён морщит лоб. — Он в ночные смены работает?       — Ага, — кивает Джису. — Вону-ши очень симпатичный, у него прям целый фан-клуб.       — Как я его до сих пор не видела? — удивляется Черён.       — Теперь мне тоже интересно, — оживляется Ёнбок. — Я же бывал в отделении скорой помощи пару раз, может, встречал его?              — По ночам? — уточняет Сынмин с удивлением.       — А, ну да… — замолкает Ёнбок. — Пожалуй, нет.       — Он старший медбрат в приёмном? — Черён наклоняется ближе к телефону Джису.       — Нет, в приёмке три старших медбрата. Сынчхоль — ты его знаешь — один из них, — объясняет Джису, листая Instagram.       — А кто ещё? Я знаю, что Джихун-ши, например, старший медбрат, но я всегда думала, что он работает в ночные? — спрашивает Черён, когда Джису с победным возгласом находит профиль в Instagram.       — Сунён-оппа тоже старший, ты что, не знала? — спрашивает она, прежде чем показать фотографию.       И, вау. Он действительно красив, Джису права на сто процентов.       — Что?! — Черён замирает с открытым ртом. — Всё, во что я верила — ложь…       — Сунён-ши?! — переспрашивает Ёнбок. — Я столько раз с ним общался и даже не догадывался, что он старший медицинский сотрудник?!       — У него просто не тот вайб, — говорит Черён, прежде чем взглянуть на экран телефона и добавить: — Я никогда в жизни не видела этого человека?       — Интересно, люди так же реагируют, когда узнают, что Минхо-хён — старший после Давон-хёна фельдшер в клинике? — задумчиво произносит Сынмин.       — Он КТО?! — Джису в шоке поворачивается к нему.       — Я услышал свое имя, — Минхо подходит к ним с двумя порциями картошки фри и шоколадным пирогом. Субин идёт за ним, неся четыре разных торта.       — Оппа, я не знала, что ты старший медбрат? — удивлённо спрашивает Джису.       — Да, знаешь, старшей медсестрой не взяли…              — Ты просто ужасен, — стонет Сынмин.       Ёнбок прячет лицо в ладони, Черён в полной растерянности не издаёт ни звука, а Субину, кажется, понравился этот уровень юмора: он хлопает в ладоши и смеётся до слёз.       — Кстати, а где все остальные? Они ведь уже должны были прийти, — интересуется Йеджи, осматриваясь. — Ребята, у нас, вообще-то, определённый маршрут. Мы должны всё успеть!       — Ты сейчас звучишь, как училка, гоняющая второклашек по экскурсии, — замечает Черён. — Это даже горячо.       Минхо хмурится в замешательстве, в то время как Йеджи радостно улыбается.       — За последнюю минуту я, пожалуй, узнал о Черён слишком много, — бурчит Сынмин, протягивая руку к картошке фри Минхо. Но тот мгновенно переставляет её подальше.       — У тебя же две порции!       — Да? И две руки? — парирует Минхо.       Ёнбок смотрит на Минхо, явно сбитый с толку этим аргументом, и протягивает Сынмину свою картошку.       — Бокки, вот поэтому мы теперь с тобой женаты, — заявляет Сынмин.       Но, очевидно, вторая порция картошки была на самом деле для Джисона, потому что, как только он приходит вместе с Чаном, Минхо молча пододвигает к нему и картошку, и торт.       Джисон выглядит уставшим: тёмные круги под глазами, бледная кожа — Сынмин узнал бы это состояние с любого ракурса, сам выглядел так во время выпускных экзаменов. Но он явно постарался выглядеть презентабельно и ведёт себя вполне бодро. Если Минхо что-то и замечает (а он замечает), то никак это не комментирует.       Наевшись своим поздним воскресным обедом, они собираются отправиться в загадочное и бескрайнее пространство под названием IKEA.       — Всё, все на месте, — кивает Йеджи, делая перекличку. — В нашем списке на сегодня: сушилка для белья и табурет в туалет для Черён, сушилка для посуды и вешалки для Джису, кухонные стулья для Джисона, коврики по спецзаказу для Ёнбока и контейнеры для еды для Сынмина и Чана-оппы.       — А вы трое зачем пришли? — спрашивает Чан, указывая на Йеджи, Субина и Минхо.       — Фрикадельки, — отвечает Йеджи. — И фирменный пакет IKEA, который эти негодяи не купили мне в прошлый раз.       — Джисон, — отвечает Минхо, будто это очевидно. — Ну и фрикадельки. Хотя, наверное, больше из-за фрикаделек.       — Хён, ты такой классный, — улыбается Джисон.       — Может, свечки заодно возьму, — пожимает плечами Йеджи, хлопая Субина по плечу. — А он с нами, потому что ему нужно развеяться и перестать грустить.       Субин лучезарно улыбается Чану, демонстрируя ямочки на щеках, и протягивает ему последний нетронутый кусочек торта. Сынмин замечает, как смягчаются глаза Чана и как он мысленно собирается окружить Субина заботой и вниманием как можно скорее.       Йеджи явно одержима IKEA — она знает магазин, как собственную квартиру. Сынмин не удивился бы, если бы оказалось, что она здесь раньше работала.       Они разделяются на две группы, но держатся в пределах видимости. Минхо, Чан и Йеджи отвлеклись на распродажу наволочек, а Субин уткнулся лицом в подушку и дожёвывает торт с мечтательным видом. Они как раз подходят к разделу с ковриками, когда Ёнбок внезапно восклицает и хватает Сынмина за руку:       — Боже мой, это случайно не тот самый парень, который преследовал хёна в прошлый раз?       Сынмин смотрит туда, а Черён и Джису чуть ли не отпихивают Ёнбока, чтобы лучше разглядеть молодого человека, который разговаривает с Чаном и Субином.       — Спорим, хён его не вспомнит?       — О-о, я бы не была так уверена, — улыбается Черён.       И точно — Минхо явно его узнал. Парень тоже, и Сынмин не может понять, то ли он хочет провалиться сквозь землю, то ли снова попытать удачу.       — О май гад, — драматично произносит Ёнбок по-английски, оттаскивая Джисона от унитазов. — Ханни, ты помнишь того чувака из IKEA?       Джисон вскидывает голову, в глазах блеск:       — Он здесь! — одновременно выдыхают Черён и Джису, указывая большими пальцами себе за спину, туда, где притормозили остальные. Сынмин стоит немного в стороне, в основном, чтобы понаблюдать за реакцией Джисона.       — Это он? — смеётся Джисон, вглядываясь. — Вон тот, что рядом с Чаном-хёном?..       И да — судя по лицу Минхо, Субин уже рассказал ему об этом, потому что на мгновение выражение его лица становится растерянным, прежде чем он как бы колеблется, глядя на них, на Джисона.              Того же, похоже, всё это просто забавляет, хотя на мгновение выражение его лица меняется на обеспокоенное, когда он смотрит на Минхо.       Но продавец вскоре оставляет их в покое, и Йеджи снова переключает внимание Минхо на наволочки.       Позже вся компания снова собирается у стеллажей для сушки белья. Сынмин подходит поближе к Минхо, у которого под мышкой две новые наволочки.       — Я не собираюсь быть тем типичным взрослым мужчиной, у которого нет запасного постельного, — заявляет Минхо с серьёзным видом.       — И сколько комплектов у тебя теперь?       — Три.       — Поздравляю, ты официально вышел из категории «типичный взрослый мужчина».       Минхо самодовольно улыбается, а потом оборачивается и говорит:       — Кстати, я реально рекомендую эту штуку — очень экономит место.       Он показывает на металлическую многоуровневую вешалку, которую рассматривает Джису.       — Брюки будут висеть ровно и не займут полшкафа, — объясняет он.       — А знаешь, это именно то, что мне нужно, — благодарно кивает Джису.       — Эй, ты же знаешь, что всё в порядке, да? — через некоторое время тихо произносит Сынмин.       — М-м? — Минхо выглядит немного смущённым, прежде чем понимает, на что он намекал. Затем улыбается ему и кивает. — Да, я знаю.       Они опять немного рассредотачиваются: Черён и Чан с интересом изучают складные тканевые коробки, но не могут понять, есть ли у них вообще что туда складывать. Ёнбок, Субин и Йеджи пытаются вернуть выставочный образец мебели в исходное состояние после того, как случайно его разобрали. Сынмин тем временем помогает Джису достать упаковку вешалок с верхней полки, а Минхо рядом не может решить, нужны ли ему ещё и вешалки, как вдруг появляется Джисон — возбуждённый и энергичный:       — Хён!       Он хватает Минхо за руку и уводит его, возволнованно что-то рассказывая.       Сынмин не хочет оглядываться, чтобы посмотреть, нет ли поблизости того самого консультанта. Очевидно, они все думают об одном и том же, намеренно не смотрят друг на друга, хотя сразу же притягиваются ближе, рассматривая груду плюшевых акул, как будто им всем они безумно интересны.       — Ну что, кто идёт шпионить?       — Ты слишком высокий, — тут же отрезает Черён, глядя на Субина. Тот обиженно надувается.       — Я могу пойти? — предлагает Чан, но его тут же отговаривают, потому что он почему-то привлекает внимание всех сотрудников зала (и правда — к нему уже подошли шесть человек).       — Я пойду, — заявляет Сынмин и уходит, не давая никому вставить слово.       Он идёт в соседний отдел, где между товарами для ванной и спальни находится кафе, куда Джисон, вероятно, зашел в первую очередь, чтобы купить напитки (потому что теперь они оба держат в руках по стакану). Сейчас он с Минхо в секции для животных и показывает тому прикрепляемые ремешками когтеточки.       Глаза Минхо расширяются от интереса, и Сынмин уже знает — он их точно купит.       Оглядевшись, он замечает, что, как и он сам, молодой человек в фирменной одежде IKEA тоже находится неподалёку (случайно ли?) и наблюдает за Минхо с Джисоном.       Джисон смеётся, поднимая коврик-когтеточку и делая вид, что оборачивает его вокруг руки Минхо. Тот хихикает, что-то говорит и указывает на себя, видимо, намекая, что готов носить целый костюм из когтеточек. Джисон опять смеётся, расстегивая лямки, прежде чем положить товар обратно. Минхо выбирает четыре штуки и суёт их под мышку, а свободную руку протягивает Джисону.       Сынмин оглядывается, но работника IKEA уже нигде не видно.       Он смотрит на Джисона и Минхо — в основном, на Джисона, который в этот момент протягивает свой напиток старшему, предлагая попробовать. Интересно, он действительно просто хотел показать Минхо коврики для котов или всё-таки тоже заметил того продавца, рядом с которым Минхо чувствовал себя неуютно?       Раньше всё было бы иначе. Минхо стал бы нервничать, мучился бы чувством вины и даже... стыдом. Но сейчас он, похоже, даже не думает об этом. Спокойно даёт Джисону сделать глоток из своего стакана, улыбается. И Сынмин с удивлением понимает: за последние несколько лет Минхо сильно изменился.       Тот, кем он был три года назад, отреагировал бы совсем по-другому. Хёнджин, пожалуй, мог бы рассказать об этом больше, но даже без слов видно: Минхо прошёл длинный путь. Он научился не прятаться, не защищаться, не чувствовать себя в долгу каждый раз, когда принимает помощь. Когда-то он болезненно воспринимал любое проявление заботы, как если бы это нужно было отрабатывать. А теперь... теперь он просто принимает. Спокойно и уверенно. Словно впервые позволяет себе быть на своём месте. Как будто он простил себя за то, что раньше вёл себя так, как ему казалось правильным — не потому что он этого хотел, а потому что считал, что только так сможет получить то, чего, по мнению Сынмина, заслуживал по умолчанию.       И хоть дело не только в Джисоне, именно с ним перемены стали особенно заметны. Словно Джисон — зеркало, в котором отражается весь прогресс Минхо. Или, возможно, та почва, на которой он научился расти. Сынмину остаётся только восхищаться — не только Минхо, но и тем, как искренне Джисон относится к нему. Заботливо, внимательно. Чутко.       — О-у-у, они что, снова ведут себя как сладкая парочка? — радостно восклицает Ёнбок. — Минни, ну скажи, они же прелесть?       — Ага, — кивает Сынмин, чуть улыбается. — Пойдём, испортим их романтическую атмосферу.       — С радостью! — хихикает Ёнбок и тут же тащит его к паре.       — Чего это вы пьёте? — возмущённо спрашивает он, протягивая руки к стаканам. Минхо и Джисон синхронно протягивают свои напитки. Он нюхает их и смущенно морщится.       — У меня кокосовый американо, — рассказывает Джисон.       — А у меня — мандариновый, — с широкой улыбкой добавляет Минхо.       — Самое странное сочетание запахов в истории, — делает вид, что содрогается Ёнбок. — Я иду за смузи. Минни, что тебе взять?       После короткой остановки у стойки с напитками, они направляются к садовому отделу. Чан с интересом рассматривает комнатные растения, и Минхо тут же переходит в режим ботаника. Он объясняет, за какими растениями легче всего ухаживать, как часто их поливать, и Джисон слушает, не отрываясь, абсолютно поглощённый рассказом. Но заинтересован не только он: Джису даже хлопает его по плечу и одобрительно показывает большой палец.       Потом они все вместе идут на склад за стульями для Джисона. Каждый переводит свою долю денег, а Минхо использует семейную скидочную карту, проверяя список покупок. Всё, что нужно, аккуратно упаковывают и с хорошим настроением покидают магазин.       План был простой: оставить вещи у Йеджи, которая живёт поблизости, а потом — пойти поесть и выпить. Но Минхо с Джисоном вежливо отклоняют приглашение.       — Ага, конечно, «собирать мебель», — вздыхает Чан, провожая их взглядом. — Это теперь так называется?       — Эй, я думаю, это отличный способ понять, подходите ли вы друг другу, — заявляет Йеджи. — Посмотреть, получится в конце предмет мебели или обвинение в убийстве.       — Внезапно, — морщится Субин.       — Так с убийствами и бывает, — философски добавляет Сынмин, за что получает лёгкий подзатыльник от смеющегося Ёнбока.       — Думаю, Джисони просто устал и хочет спокойно провести вечер с Минхо-оппой.              — Вот. Именно так это сейчас называется у молодёжи, — смеётся Джису.       Сынмин усмехается. В этих намёках, конечно, есть доля шутки — но он почему-то уверен: они действительно проведут чудесный вечер, и всё, что они будут делать, принесёт им искреннюю радость.       — Эх, вот бы мне тоже было с кем собирать мебель, — жалуется Чан.       — Ты же сам отшиваешь всех, кто пытается с тобой познакомиться, — хмурится Черён.       — Ну... да... но...       — Это как жаловаться, что никто не зовёт гулять, отказываясь при этом от всех приглашений, — замечает Сынмин. — Ты что, анти-романтик, хён? Или это возраст уже?       Не дожидаясь ответа, он пускается наутёк. Чан тут же бросается за ним.       Субин и Йеджи подбадривают его, а Черён и Джису болеют за Чана, пока тот гоняется за ним по открытой парковке, подвергая лишнему риску сумки с тарелками.       В конце концов Чан всё-таки ловит его и на несколько секунд неистово сжимает в объятиях, прежде чем отпустить с тяжелым вздохом и похлопать по плечу.       — Хе-хе, я всё ещё думаю, что ты классный, хён, — говорит ему Сынмин.       — Спасибо, — вздыхает Чан с таким видом, будто устал от жизни.       — Всегда пожалуйста!

***

      — Думаю, теперь это место стало достаточно приличным, чтобы… — начинает Джисон.       — Ты говоришь о своей квартире так, будто живёшь на свалке, — фыркает Минхо. — Не может же быть всё настолько плохо.       — Я просто волнуюсь! — оправдывается Джисон. — У тебя же квартира выглядит так… взрослo, стильно, аккуратно!       — Только потому, что я почти там не появляюсь. А когда всё-таки бываю дома, чувство долга взрослого человека берёт верх, и я начинаю убираться.       — Наши представления о «почти не появляюсь» явно расходятся, — усмехается Джисон, открывая дверь своей квартиры.       Он не был неряхой, но и особого порядка здесь не наблюдалось. За год с небольшим он потихоньку обжил это пространство. Переезд дался ему нелегко, это было очень серьёзное финансовое решение, поэтому он обходится минимумом мебели, которая осталась от предыдущих жильцов, а также вещами, любезно подаренными его семьей и родственниками. В качестве стульев долгое время использовались пластиковые дачные кресла, но наконец-то ему удалось купить нормальные, прочные стулья по скидке.       — Ты специально сгущал краски, чтобы мне сейчас всё показалось не таким уж ужасным? — спрашивает Минхо, входя и закрывая за собой дверь.       — Ну… может быть, — смеётся Джисон, доставая для него тапочки. — Добро пожаловать!       Честно говоря, место, где живёт Джисон, не так уж плохо по сравнению с тем, где он жил раньше. В отличие от Минхо, Чанбина или буквально любого, кто хоть немного старше его (и финансово более стабилен), он снимает студию, поэтому у него нет отдельной спальни, хотя в комнате стоит выступающая перегородка, чтобы создать хоть какое-то ощущение раздельного пространства. Сестра посоветовала повесить плотные шторы от потолка до пола, и теперь по крайней мере одежда не расползается по всей квартире. Если убрать беспорядок, тут будет практически пусто, и Джисон сам не знает, что его больше смущает: лёгкий хаос или минимализм. Хотя, стоит признать, освещение здесь вполне приятное, не то что в прежней квартирке с угрюмым жёлтым светом.       — Правда, всё не так уж плохо, Ханни, — смеётся Минхо. — У тебя даже балкон есть!       Да, пусть маленький, но на нём можно развешивать бельё, а в хорошую погоду даже посидеть с чашкой чая. Хотя в последние недели такой возможности нет из-за капризной погоды.              — Вид, правда, не ахти, — говорит Джисон, ставя стулья на пол. — Зато у меня есть возможность иногда слышать, что происходит у соседей.       — О боже, давай сюда эти сплетни.       — Они на самом деле не такие уж и интересные…       — Я как раз такие люблю! — с жаром говорит ему Минхо. — Вот, например, мой сосед стирает бельё исключительно по цветам. Запускает стирку ради четырёх белых рубашек. Зачем?!       — Четыре белые рубашки? Только и всего?!       — Вот! А я о чём! Видишь, не самые захватывающие сплетни тоже бывают интересными. Так что давай, рассказывай.            Джисон подходит к окну и жестом подзывает Минхо, а потом шепчет:       — Подожди, нас могут заметить. Выключи свет, пока не спалились!       Минхо выключает свет и бесшумно подкрадывается к окну, вставая рядом с ним.       — Так, дай посмотрю, тут ли они… Ага! На месте! — возбуждённо начинает Джисон. — Это пожилая пара, и они по-своему очень милые. Он, кажется, курит тайком, думаю, ему нельзя.       — О нет, — смеётся Минхо.       — О да. И когда жена уходит из дома, он выходит покурить на балкон. Причём у него там целая система: он выкуривает только одну сигарету. Видишь те кашпо?       Минхо щурится, смотря в указанном направлении.       — На балконе под тем, где сушится огромное одеяло с Шин Чаном?       — Да, именно. Так вот, я уверен, в одном из них у него тайник. В доме-то хранить такое он не может. И после каждой сигареты он, клянусь, идёт в душ, чистит зубы и полоскает рот раза три!       Минхо сдавленно смеётся, прикрывая рот.       — Хорошо, теперь следующий сосед. Видишь вон тот балкон? Давай сюда, хён, — Джисон тянет Минхо к себе и указывает вверх. — Там, где натянута чёрная сетка?       — Эм... ага, сейчас... — Минхо вглядывается, хмурясь.       — Вот, — уверенно кивает Джисон, продолжая держать его за плечо. — У него в комнате постоянно странное фиолетовое освещение.       Минхо смотрит на него, не веря своим ушам.       — Честно! — настаивает Джисон. — И бодрствует он в какое-то безумное время. Иногда я возвращаюсь домой в пять утра — у него горит свет. А иногда я вывешиваю бельё в семь — и он до сих пор не ложился — или уже встал.       — А ты уверен, что это «он»? — Минхо приподнимает брови.       — Ну давай будем честными, — Джисон поднимает руки. — Даже без стереотипов, хоть что-то из этого звучит по-женски?       Минхо ещё раз бросает взгляд на балкон, затем качает головой.       — Убедил.       — Вот именно! — довольно говорит Джисон.       Затем он продолжает показывать Минхо своих необычных соседей, которых заметил, залипая на балконе в моменты отдыха, пока не становится слишком темно, и они не вспоминают, что у них ещё есть стулья, которые нужно собрать.       — Хм, стало темнее, чем я думал, — говорит Минхо, перед тем как внезапно вскрикнуть и резко остановиться, из-за чего Джисон, разворачиваясь, с размаху врезается в него. Скользкий пол и пушистые носки делают своё дело: Минхо теряет равновесие и плюхается прямо на кровать Джисона.       Они оба хохочут, задыхаясь от смеха. Минхо уже садится, а Джисон в панике щёлкает выключателем, включая свет.       — С тобой всё в порядке, хён? Подожди, где тапочки? — спрашивает он, быстро идя к входной двери, чтобы принести тапки, которые Минхо забыл надеть в спешке, когда они тащили коробки со стульями, стараясь не надорваться.       — Я в порядке, но моё самолюбие сильно уязвлено, — фыркает Минхо, когда Джисон подает ему тапочки. Внезапно на лице Минхо появляется озорная улыбка, когда он надевает их и…       — Но я не думал, что ты захочешь затащить меня в кровать так быстро.       Джисон издаёт возмущённый визг, хлопает Минхо по плечам и сгоняет его с кровати на диван.       — Хён!!       Минхо заливается хохотом.       Когда шутки заканчиваются, они усаживаются на полу, готовясь собирать стулья. Сначала они вдумчиво вчитываются в инструкцию, а затем решают начать с одной коробки, чтобы не наделать глупостей.              — Вроде бы всё просто, — замечает Джисон.       — Тем обиднее будет, если мы не справимся. У нас на двоих два медицинских диплома и сертификат за участие в семинаре по... — Минхо задумывается, — ...по хайкингу.       — Подожди, подожди, — Джисон поднимает руки. — Участие в каком семинаре?       Минхо моргает:       — По хайкингу.       — Семинар по хайкингу?       — Ага.       — Ты интересуешься хайкингом?       — Ну, смотря что ты имеешь ввиду под словом «интересуешься».       — Тебе нравится заниматься хайкингом?       — Мне нравится ходить в походы.       — Это разве не одно и то же?       Минхо откладывает инструкцию, выпрямляется и с серьёзным лицом смотрит на него:       — Нет.       — Оу, — Джисон щурится. — Ты сейчас надо мной издеваешься, да?       Минхо расплывается в улыбке, прежде чем от души рассмеяться, снова устраиваясь поудобнее.       — Ох уж этот хён, — вздыхает Джисон, качая головой, прежде чем спросить, — может, нам посмотреть видео на YouTube о том, как его собрать?       — Думаешь, такое есть? — Минхо любопытно наклоняется, беря одну из деталей.              Оказывается, видео нет — и это делает их провал ещё более вероятным и позорным, ведь конструкция элементарная. Но с чего-то надо начинать.       Они с излишней осторожностью собирают первый из трёх стульев. Это занимает больше времени, чем хотелось бы, но в итоге Джисон торжественно усаживается на готовый стул. Потом предлагает испытать его и Минхо. Они оба соглашаются — стул надёжный. А ещё Джисону точно нужны наклейки на ножки, чтобы не поцарапать пол.       Джисон приносит им заслуженные снеки и напитки, пока рассказывает Минхо о своей диссертации. Теперь её будет рассматривать комиссия. Если они одобрят, даже если сам центр не примет его предложение, работа будет засчитана.       — Но тебя это будет грызть изнутри, да? — спрашивает Минхо.       — Очень, — вздыхает Джисон.       — И ещё у тебя экзамены, которые на самом деле не совсем экзамены?       Джисон громко стонет, трясёт головой и залпом допивает свой напиток.       — Ладно, но я не хочу сейчас об этом думать. Сегодня я просто хочу закончить со стульями и кайфануть от того, что комната хотя бы немного выглядит прилично.       — А что ты использовал до этого? — спрашивает Минхо, осматриваясь.       — Честно? Пластиковые стулья.       Минхо понимающе кивает.       Джисон ставит какой-то Lo-Fi на фон, и они берутся за второй стул — с ним уже идёт проще. Он краем глаза наблюдает, как Минхо старательно вкручивает винты на свои места, чтобы ничего не потерять.       — Хочешь, включим какой-нибудь фильм, хён?       — М-м? — Минхо поднимает глаза, выражение лица очень сосредоточенное, отчего он выглядит невероятно мило. — Ты хочешь что-то посмотреть?       — Нет, — отвечает Джисон, беря винт и начиная закручивать его, — просто подумал, может, тебе скучно?       Минхо тихо усмехается:       — Нет, мне хорошо, Ханни.       — Окей, — кивает Джисон.       Минхо вскрывает последнюю коробку, негромко подпевая. Он выбрасывает упаковочный пластик в мусорный пакет, который Джисон предусмотрительно приготовил заранее, и вдруг говорит:       — Мне нравится просто вот так вместе проводить время.       — Да? — улыбается Джисон.       Минхо кивает и смотрит на него таким мягким, тёплым взглядом, от которого у Джисона всё внутри сжимается.       — Думаю, мне повезло.       — Повезло? — переспрашивает он, убирая шестигранник, чтобы случайно не покалечиться, отвлёкшись на Минхо.       — Подожди, переформулирую, — Минхо отводит взгляд и чуть раскачивается из стороны в сторону. — Я провожу столько дней вот так, рядом с тобой. Как мне могло так повезти?       Если бы Джисон всё ещё держал шестигранник, он бы наверняка уронил его. Но в руках у него ничего нет — ни для комедийного эффекта, ни для драмы. И в голосе Минхо не слышно ни тени шутки. Он не притворяется и не маскирует серьёзность под лёгкость ради атмосферы.       Нет.       Минхо так искренен.       Настолько по-настоящему откровенен в своих чувствах.       Рука Джисона поднимается, потом опускается. Он чуть наклоняется вперёд, замирает, выпрямляется, приоткрывает рот — хочет что-то сказать, сам не зная, что именно. Просто… что-нибудь. Внутри бурлит столько эмоций — хочется и сказать, и сделать одновременно так много всего!       Минхо смеётся, замечая его замешательство, машет рукой:       — Иди сюда и поцелуй меня.       О, как он улыбается.       И, ладно, да, Джисон прижимается лбом к Минхо немного сильнее, чем нужно, когда целуешься с кем-то, но он же должен показать, кому тут на самом деле повезло!       Он обвивает руками Минхо, прижимает ближе. Тот скользит к нему по гладкому полу, и они оба смеются, но на этот раз Джисон не прерывает поцелуя. Даже когда Минхо меняет позу, и его колени слегка врезаются Джисону в бок — он всё равно продолжает целовать. Потому что Минхо сам попросил!       Ему хочется спрятать Минхо у себя в груди, как будто можно взять и прижать его так сильно, чтобы тот остался с ним навсегда. Он хочет показать ему всё, что чувствует. Чтобы он понял. Чтобы прочувствовал это сам.       Но это физически невозможно. И единственный более-менее подходящий способ — великолепный способ — это зацеловать его до смерти.       Он слышит, как у Минхо сбивается дыхание, как его руки вцепляются в ткань свитера, прежде чем он полностью расслабляется в объятьях Джисона, целуя его в ответ так искренне, как будто давая ему понять, что он действительно имеет в виду то, что сказал.       И теперь дыхание сбивается уже у самого Джисона. Потому что да, у него действительно захватывает дух из-за Минхо, и ему приходится неохотно отстраниться, чтобы хоть немного отдышаться, а не просто пыхтеть ему в лицо. Вместо этого он утыкается лицом ему в шею, заставляя Минхо слегка согнуться с тихим смешком, ещё крепче обхватывая его руками.       Минхо говорит, что ему повезло, потому что он может проводить время с Джисоном.       А у Джисона внутри будто что-то ломается. Не болезненно. Наоборот. Просто его чувства — слишком большие, слишком сильные. Кажется, его тело не может их удержать. Они вырываются наружу, переливаются через край.       И всё же — вот так, в его объятиях, Джисону спокойно. Тепло. Надёжно.       Он глубоко вдыхает.       — Ты пытаешься вдохнуть меня? — смеётся Минхо, проводя пальцами по его шее.       — Ты… ты заставляешь меня чувствовать себя таким… — бормочет Джисон, не находя слов.       — Я знаю, — мягко отвечает Минхо. — У меня то же самое. Ты заставляешь меня чувствовать себя так же.       Джисон отстраняется, чтобы посмотреть на него.       Щёки Минхо пылают, глаза светятся, губы мягкие и розовые (и он знает это, потому что только что целовал их и уже хочет снова). Минхо нежно касается его лица, проводит пальцами по щеке, под глазами, по губам. Джисон запускает пальцы в его волосы, поглаживая затылок.       Он прерывисто выдыхает, закрывая глаза, когда большой палец Минхо нежно проводит по его губе.       — Именно так, — шепчет Минхо, прежде чем поцеловать его медленно и глубоко.       И если Минхо сейчас чувствует то же, что и он — то объяснять ничего не нужно. Не нужно подбирать слова. Не нужно пытаться рассказать, насколько много всего он испытывает.       Не нужно говорить, что прямо сейчас, когда они сидят на полу в обнимку в окружении упаковок из IKEA и недособранных стульев, это ощущается как… как всё, о чём Джисон когда-либо мечтал.