И так начинается история

Эд не успевает оправиться от операции к тому моменту, когда Рой покидает Ризенбург — тётушка забирает его в город на некоторое время (кажется, у неё какие-то проблемы с бизнесом) Эд не провожает Роя. Он даже его не видит — они расходятся, словно в море корабли, словно не стояли вместе в одной гаване годами. Словно Эд не был в Роя влюблён, а тот не сувал ему в руки свои — словно ничего и не было Рой уезжает, а Эд остаётся с зияющей дырой вместо сердца — в очередной из разов Ал чистит ему яблоко и мягко говорит: — Он сказал, что скоро вернётся…кажется, тётушка обещала его познакомить с каким-то классным алхимиком, ну, и, она не могла его оставить у нас настолько долго… Эд слушает, конечно же, но ничего не отвечает. Ал всё режет яблоко, а Эд более не может сделать даже этого — у него нет руки. И ничего у него нет: он всё потерял по своей же вине Время идёт. Через четыре месяца бабуля говорит, что можно ставить автоброню — и Эд кивает ей на это. Через семь месяцев после того, как Рой уезжает, Эд впервые бежит Он впервые бежит с тех дней, когда ещё мог себе это позволить — он бежит до речки через поле и думает только о Рое. Он думает, думает, думает — и больно ему всё так же, как и было когда-то. Он думает о Рое, его руке в своей, чужих краснеющих щеках и мягко улыбке. Он думает о том, что был единственным во всей этой истории, кто что-то испортил или сломал Рой был прав. Эд был эгоистом. И маму он хотел вернуть в первую очередь для себя — потому что безумно любил и безумно скучал. Не потому что того желал кто-то другой. Эд был гением и мог себе это позволить — позволить попробовать. А все гении в чём-то глупы — Эд был глуп в отношении людей в округ. Он смотрел только на возможное будущее, отдаляясь от не такого уж и плохого настоящего. Эд был эгоистом — и куда его это привело До реки он добирается едва — нога начинает болеть. Ал подходит чуть позже, валится рядом к корням дерева и тяжело выдыхает. Он говорит: — Смотри-ка, ты уже быстрее меня, — и улыбается широко, и смеётся Но Эду не смешно — Младшие братья не должны жалеть старших, — слабо отвечает он. Ал пожимает плечами: — Я просто рад твоим успехам — Которые являюсь следствиями моих неудач — Мы люди, Эд, и мы ошибаемся. Всегда — Иногда ошибки очень дорого стоят — А иногда они ведут нас к лучшему. Эд? — Что? — Напиши ему письмо и перестань об этом так много думать. Он ведь тоже тебя любит, знаешь ли Эд почему-то легко поверить, что Рой его любит — намного проще, чем поверить в то, что Рой будет готов его принять. Потому что тако уж этот человек — Рой Мустанг — может любить, но ставить выше всегда себя. И это правильно — и не важно, что Эду больно. Это правильно по отношению к Рою в первую очередь Но Эд эгоист — есть что-то, от чего он, наверное, не сможет избавиться никогда. Поэтому через несколько дней он садится за стол, берёт бумагу с пером и начинает писать самое сложное письмо в своей жизни «Рой, Несколько дней назад Ал сказал мне, чтобы я написал тебе письмо. Я всё думал, что ты не хочешь больше и слышать обо мне, но Ал считает иначе. А ты знаешь, я ему доверяю. Поэтому — вот я здесь, пишу тебе Не знал, что ты уезжаешь. И не попрощался с тобой даже. Не знаю, имел ли я на это право, но я хотел бы тебя увидеть напоследок — а теперь ты не в Ризенбурге уже более полугода, никогда ещё ты не уезжал так надолго. Это странно — не видеть и не слышать тебя, я не был к этому готов Ты знаешь, Рой, я действительно эгоист. И думаю только о себе. И всё же, насколько можно меня винить — я потерял самого близкого человека на свете. И мне было очень больно. Ты пойми, Рой, ты был прав — я совсем не думал. Но я уже сполна заплатил за то, своими конечностям, например Ал меня не винит. Уинри тоже. Им грустно, они злились первое время, но они меня понимают — понимают, почему я это сделал. И ты, пожалуйста, тоже пойми. И не мог иначе в тот момент — история не терпит сослагательных наклонений. Что случилось, то случилось. И я всё осознал Мне жаль, что я прогнал тебя. Мне жаль, что я был холоден к тебе, не уважал, не замечал тебя. Мне жаль, что относился к тебе как к чему-то само собой разумеющемуся. Это было неправильно — я был не прав. Прости меня, Рой. Если сможешь Я не уверен, что ты дочитаешь это письмо. Я не уверен, что ты вообще захочешь его открывать. Я лишь хочу сказать, что никогда не встречал человека, который бы восхищал меня более, чем ты. Это странно — но я считаю тебя неземным и слишком хорошим для того, чтобы существовать. Наверное, именно так я и признаюсь тебе в любви Я люблю тебя, Рой Мустанг. И я сделал тебе очень много боли. И всё же — даже если более мы не увидимся никогда, я буду любить тебя и через десять, и через двадцать лет. И мне не кажется, что это говорит во мне юношество — мне кажется, что это говорит во мне всё то, что я скрывал внутри годами Даже если более ты никогда не захочешь видеть меня, я всегда буду на твоей стороне, мой милый Рой. Где бы мы ни оказались, что бы мы ни делали. Я буду с тобой. Я люблю тебя Мы с Алом уезжаем из Ризенбурга. Мы хотели дождаться тебя — но вестей нет, и нам уже пора. Я приложу новый адрес с письмом, это место чуть дальше Саус-Сити. Мы будет учиться алхимии и дальше, ведь в Ризенбурге это невозможно. Я слышал, ты тоже будешь ей обучаться в Централе. Я рад за тебя, действительно рад Хочу увидеть тебя. Однажды. Сказать тебе, что ты достоин целого мира — сказать тебе, что я люблю тебя лично. Хотя бы раз, хотя бы на несколько мгновений побыть человеком, который заслуживает тебя и твоей любви Возвращайся как-нибудь в Ризенбург, Уинри, бабуля и Макс по тебе тоже скучают. Что бы ни случилось, это место останется тебе домом навсегда — ты уже часть нашей семьи Всего наилучшего, с любовью и сожалением, Эд» Эд отправляет письмо, и в тот же день они с Алом сжигают свой старый дом. Стекла лопаются, и крыша падает с громким треском — огонь везде и повсюду Температура горения бумаги — 233 градуса по Цельсию. Эд сжигает все не написанные Рою письма вместе с домом, что когда-то был ему родным — а стал напоминанием о всех его ошибках. Эд сжигает всё, что делает ему больно — и оставляет одно лишь только отправленное горькое письмо — письмо, не ждущее ответа Эд почему-то не думает, что Роя увидит в скором времени. А может быть — он не увидит его более никогда. Но отчего-то он всё равно понимает, что любовь не пройдёт и никуда не денется — Эд и Рой, наверное, навсегда, но только для одного из них. И это нормально — Эд сделал много ошибок, они же к этому и привели Это нормально Эд делает глубокий вдох и шагает в поезд до Дублина