Сяо Чжань — Мать Драконов

Ван Ибо не совсем понимает, на что подписывается, когда они с мужем собираются явиться на собрание человеческих кланов. Уже в пути их поджидает множество сложностей. Начинается всё с того, что драконы беспокоятся об использовании Сяо Чжанем портала перемещения. – Пф, – фыркает Сяо Чжань, – мы прекрасно ладим, – он показывает пальцем на живот, туда, где где-то внутри растёт драконье яйцо. – Я не думаю, что меня убьёт поток схлопнувшейся энергии. – Мы не можем так рисковать, – протестует лекарь У. Ибо видит, что его муж недоволен тем, что ему смеют что-то запрещать. – Достаточно того, что мы отпускаем тебя в таком положении посетить это ваше собрание, – подливает масла в огонь отец Ибо. В прямом смысле. Ибо чувствует, что если не вмешаться, сегодня точно что-нибудь сгорит. – Чжань-гэ, тебе же нравится летать у меня на спине, – заходит он с козырей. – У нас ещё есть время, и это прекрасный шанс совместить полезное с приятным и полюбоваться красотами на пути. Сяо Чжань смотрит на него как на предателя, но ничего не говорит. Ибо знает, что ему попадёт потом, но он готов принять этот удар. К чему он не оказывается готов, так это ко второму испытанию. Путь из драконьего королевства к людям, особенно к землям Солнечного клана, которые проводят пресловутое собрание, оказывается не близким. И полным ужасов… Ну? По крайней мере, в глазах Ван Ибо, который… как бы это ни было странно… – Чжань-гэ, – шепчет он, когда они устраиваются на ночлег в жуткой, тёмной пещере, – только не говори никому, что я боюсь темноты. – Я так похож на идиота? – огрызается Сяо Чжань, вызывая у Ван Ибо только улыбку, потому что он точно знает, что тот никогда не скажет и не сделает ничего, что могло бы ему навредить. – Нет, Чжань-гэ самый умный среди всех существ в этом мире, – мурлычет Ибо, подползая ближе к мужу и устраивая голову у того на плече. На самом деле, Сяо Чжань уже давно знает, почему его супруг не любит занавески и предпочитает спать с открытыми окнами. Хотя поначалу тот и думал, что всё дело в красивом виде, но однажды Ибо признался ему, что таким образом луна освещает их покои и так ему легче уснуть. Со временем Ибо перестал обращать внимание на лунный свет, потому что теперь у него под боком всегда умиротворённо сопит Сяо Чжань. Ситуация несколько меняется, когда они оказываются на какой-то небом забытой горе в приграничных территориях. Тут ужасающим кажется всё, даже гул ветра и шелест листвы. – «Всё происходит из тьмы. Всё рождается из мрака смерти. Без тьмы не будет ничего сущего». Такова философия Чёрного клана, – говорит Сяо Чжань. – Как мы превозносим огонь, так они превозносят мрак. Огненным существам свойственно тянуться к свету. Мне кажется, в этом есть нечто интересное – насколько многогранно наше восприятие. – Я думаю, что боязнь темноты возникает из-за отсутствия безопасности. В привычной обстановке, когда ты рядом, мне достаточно нашего собственного света, чтобы не ощущать это гнетущее чувство. – И даже здесь всё ещё есть я, – спокойно произносит Сяо Чжань, – и я прогоню от тебя букашек. – Не будешь бегать за мной с каким-нибудь чудовищем в руках, как в прошлый раз? – бурчит Ван Ибо. – Это была палка! – Я думал, там монстр! – Это мило. – Что тут милого? – Что даже могущественный дракон может признать свои страхи, – с улыбкой произносит Сяо Чжань, и на душе снова становится тепло.

🥚🥚🥚

Мир заклинателей оказывается шумным и таким дивным. Ван Ибо с удивлением рассматривает снующие внизу толпы, пробирающиеся по мощённым дорогам. Сяо Чжань ему многое рассказывал об устройстве человеческой жизни. Например, оказывается, не все люди добывают себе пищу на охоте. Для этого существуют целые рынки, где продаются ещё и другие вещи. Дракону сложно понять, зачем людям так много всего. Его сородичи ценят исключительно увеличивающие силу артефакты, а в повседневном быту крайне аскетичны. Громкие празднества у драконов тоже не происходят без повода. Ван Ибо не представляет, зачем просто так тратить время на театральные постановки и другие игрища. Как вообще можно чувствовать себя комфортно в таком скоплении народа? Когда они подлетают к самому огромному из этих ужасных городов, Сяо Чжань показывает, что пора спускаться. Ван Ибо смотрит на очертания зданий впереди, которым нет ни конца ни края, и не спешит. Благо они приземляются на поляне в лесу, подальше от крепостных ворот. Сяо Чжань ловко соскакивает с его спины. Для него это уже привычное действие. Драконий наследник не спешит перевоплощаться. Он подминает под себя лапки и жалостливо скулит. – Ты не можешь гулять по столице Солнечного клана в драконьей форме, Ибо, – вздыхает Сяо Чжань, похлопывая его по боку. – Давай, Хэй Юнь скоро приведёт сюда лошадей. Ван Ибо хотел бы запротестовать, но он знает, что это бесполезно, так что спустя мгновенье уже стоит на своих двух и тревожно сглатывает, бросая взгляд на огромные городские ворота, выглядывающие из-за деревьев. – Мне здесь тоже не нравится, – произносит Сяо Чжань, положив руку мужу на плечо. – Мы тут ненадолго. – Я боюсь, что перепутаю представителей кланов. – Ничего, главное, что они все одинаково тебя боятся. – А стоит бояться тебя, – подмечает Ван Ибо, наблюдая, как Сяо Чжань играет с огнём, перебрасывая его с одной руки в другую. – Учитывая моё нынешнее состояние, сложно поспорить. – Кого ты решил сжечь, диди? – до Ван Ибо доносится незнакомый голос. Затем сквозь заросли бамбука к ним пробирается статный парень, ведущий двух лошадей. – Пока никого, – спокойно отвечает Сяо Чжань, складывая за спиной руки. – Пока. Зависит от того, как они будут себя вести. – Наконец-то нас ждёт интересное собрание. Заклинатель подходит и здоровается с его мужем, слегка приобняв и похлопав по плечу, а затем сгибается пополам, повернувшись к самому Ибо. Сяо Чжань смеётся. – Бо-ди, это твой главный поклонник во всей Поднебесной и мой лучший друг, Хэй Юнь, наследник Чёрного клана. Юнь-гэ, а это твой кумир и мой драгоценнейший супруг, наследник Огненных драконов, Ван Ибо, – произносит Сяо Чжань, радостно жестикулируя. – Если бы не твой визит в наши края, – говорит Хэй Юнь, выпрямившись, – я бы и пальцем не ударил ради поисков лошадей. Никто в Солнечном клане не хотел мне их продавать! – Пф, за что это я заслужил такую немилость? – возмущается Сяо Чжань. – Ты никогда не выполняешь своих обещаний. Не верь ему, – странный парень опять обращается к Ибо, – он никогда не держит слово. – И где это я тебе что-то обещал и не сделал? – ругается Сяо Чжань, замахиваясь на друга. Ибо удивляется смелости Чёрного заклинателя. – Ты обещал устроить мне встречу, – говорит тот, чем заслуживает ещё несколько ударов. – Мне помешали жизненные обстоятельства, – негодует Сяо Чжань, – и ты их прекрасно знаешь. Друзья препираются ещё немного. Ван Ибо наблюдает за их взаимоотношениями с полным пониманием, что новому знакомому можно доверять. Его муж далеко не всем показывает свою истинную сущность. Затем они садятся на лошадей. – А Хэй Юнь? – спрашивает Ван Ибо, осознав, что тех всего две. – Лучше ему не показываться в нашей компании, – лукаво произносит Сяо Чжань, словно замышляет учинить скандал. – Да и собрание уже началось. Просто нам не подобает приходить вовремя. – Буду с нетерпением ждать вашего появления, – говорит напоследок Хэй Юнь и открывает портал.

🥚🥚🥚

Сяо Чжань быстро проводит их сквозь лабиринты города. Ван Ибо даже не успевает как следует повертеть головой, а ведь тут столько всего интересного! Его изначальная паника сменяется любопытством. Он надеется, что по завершении дел у мужа ещё будет время показать ему этот свой чудной мир. Когда они подходят к дворцовой площади, им навстречу выходят стражники, но они тут же расступаются. Аналогично поступает и охрана самого дворца. Человек и дракон уверенно шагают вместе по покрытой золотом лестнице. Собрание замолкает, стоит им ступить в зал. Все глаза устремляются в их сторону. Повисает гробовая тишина. «Главное, будь уверен. Поверь мне, они все благоволят драконьему роду. Ты даже не представляешь, сколько я сказаний о вас слышал со своего детства» , – вспоминает Ван Ибо наставления мужа. Быть уверенным не сложно. Во-первых, он отважный дракон. Во-вторых, рядом с ним идёт его неповторимый муж. Вместе они представляют собой самую могущественную пару в истории. Какая разница, сколько здесь людей и что они все замышляют? Ступая нога в ногу, они подходят к алтарю в центре, и одновременно склоняются в вежливом приветствии. Неприятный старик, которого Ибо уже встречал во время ритуала Гармонии ци, отвечает им тем же. Похоже, он и есть тот самый узурпатор власти из Солнечного клана. Не зря вся его одежда искрится золотом. А драконы, между прочим, на такое падки. Заклинатели, сидящие за низкими столиками по две стороны от прохода, кажется, даже не дышат. – О, сам наследник Огненных драконов, воистину великий Ван Ибо почтил нас своим визитом, – громко протягивает заклинатель. – Верховный глава всея Восьми кланов рад вас приветствовать в нашей скудной обители. – Ну уж не скромничайте, глава Хуан, – отзывается Сяо Чжань, которого словно не замечают, – ваше убранство говорит о том, что неплохо вы тут золота подкопили. – С богатством драконьего рода нам не сравниться, принц Сяо, – с нарочитой вежливостью говорит самопровозглашённый глава всея заклинателей. Ван Ибо вспоминает свою пещерку, пытаясь понять, что там можно посчитать драгоценностью. Ну разве что его мужа. А так больше никаких особых сокровищ у него не имеется. – Прошу вас, Ван ванцзы, – произносит глава Хуан, низко кланяясь, указывая на роскошный трон в центре зала… один. – Узнав о вашем визите, мы подготовили специально для вас одну из наших древних реликвий, – продолжает старик. – Надеюсь, этот трон соответствует вашему статусу, и вы примите сей подарок от никчёмных людей. Сяо Чжань громко хмыкает рядом. Ибо поворачивается к нему, пытаясь понять, что ему теперь делать. Тот поднимает брови и указывает на королевское место. Он не выглядит ни расстроенным, ни удивлённым, но внутри дракона всё равно растёт раздражение. Как этот человечишка смеет унижать его законного супруга? Этот вонючий клан считает себя вправе указывать Сяо Чжаню на его место? Самым желанным выходом из положения для Ибо было бы просто перекусить гнусного деда надвое. Это решило бы очень много проблем одним махом. К сожалению, его позвали сюда как существо культурное, а людоедство вроде бы не входило в список местных традиций. Он делает глубокий вдох, чтобы успокоиться, а затем отходит в сторону и пригласительным жестом указывает Сяо Чжаню на трон. – Прошу, муж мой. На мгновенье у того расширяются глаза, и он слегка наклоняет голову, словно переспрашивая, но быстро собирается и под ахи всего зала, высоко вскинув подолы своего ханьфу, грациозно занимает единственный трон. Ван Ибо очень охота обернуться, взглянуть в их лица и рассмеяться, но ему всё ещё нужно отыгрывать роль грозного дракона. В мгновенье ока он принимает самое безумное решение из всех возможных в этой ситуации – перевоплотиться в свою истинную форму. Прямо здесь, в зале, где собрались самые важные заклинатели человеческого мира, он со звериным рыком воплощается в дракона; сначала зрелищно облетает зал, разрушив несколько «не дорогих» украшений Солнечного клана, а затем обвивается вокруг ног своего мужа. Очень хитрый ход, на самом деле, теперь ему не придётся толкать никаких речей. Весь его вид и так говорит о многом. Сяо Чжань с удовлетворённой ухмылкой наблюдает за происходящим, вальяжно закинув на колено ногу. Не глядя, он кладёт руку дракону на голову, заставляя того потереться о неё и довольно замурчать. В зале Тысячи лун можно было бы услышать звук крыльев бабочки, если бы она решилась сюда залететь. Глава Хуан стоит бледнее мертвеца, потеряв дар речи. Оно и понятно: немногим заклинателям за свою тысячелетнюю жизнь доводится видеть дракона во плоти. – Итак, мы с принцем Ван Ибо, – начинается говорить Сяо Чжань, наклонившись вперёд и облокотившись о собственное колено, принимая вальяжную позу, – явились донести Восьми великим кланам волю Огненных драконов. Огненные драконы недовольны захватом власти в заклинательном мире. Мы настаиваем на соблюдении баланса сил. – С каких это пор Огненных драконов интересует человеческая политика? – приходит в себя глава Хуан. Дракон, который до этого момента мирно нежился в ласке супруга, тотчас открывает глаза и громко рычит, извергая немного пламени. Сяо Чжань спокойно подставляет под него руку, демонстрируя всем присутствующим, что укротил даже смертоносное пламя. Ни у одного здравомыслящего существа больше не возникает вопросов, почему драконы имеют право вмешиваться в человеческие беспорядки.

🥚🥚🥚

– Это было невероятно, просто мастерски! – восторженно вскрикивает Хэй Юнь, когда Красный клан и его союзники отправляются на общую трапезу в честь победы над несправедливостью. Теперь, когда в любой момент мир заклинателей может посетить наследник Огненных драконов, боготворящий своего супруга, распределение сил можно было считать очевидным. – Вы это репетировали? – Пф, подобную наглость со стороны главы Хуана я не мог предсказать, – отмечает Сяо Чжань. – Никакой он больше не глава. Вряд ли Солнечный клан смирится с подобным позорным падением, – блаженно произносит Хэй Юнь. Пусть заступничество супруга за его достоинство и гордость и не было частью стратегии Сяо Чжаня, но в целом он разработал отличный план, в который входило знакомство Ван Ибо с его семьёй. После подобного феерического признания в чувствах со стороны дракона госпоже Сяо только и оставалось, что безропотно подносить зятю баоцзы. Тот всё равно чувствовал себя неловко под её пронзительным взглядом, словно был в чём-то виноват. – Как ты себя чувствуешь? Ты в порядке? К тебе там хорошо относятся? – засыпает вопросами Сяо Чжаня матушка, наконец перестав суетиться и присев рядом с сыном. Тот переводит взгляд на Ибо и улыбается. – Ма-а-ам, – протягивает он так по-домашнему, словно за столом больше никого нет, – разве ты не видишь, насколько мне повезло? Ибо тоже не может сдержать улыбку, хоть его рот всё ещё набит тестом. Наконец атмосфера становится тёплой и уютной.

🥚🥚🥚

По возвращении домой Сяо Чжань ноет, что устал. Ван Ибо обнимает его и массирует плечи. После того, как он познакомился с родителями своего мужа, увидел его родные края и друзей, он ещё больше ценит, что тот считает своим домом их простую пещерку. По-настоящему простую. Ну разве что вид из окна всё ещё прекрасен. – Я так рад, что мы так хорошо справились, – бормочет Сяо Чжань, – и так рад, что мы вернулись. – Ты отлично справился, – поправляет его Ибо, вспоминая громогласную речь, которую его муж толкнул во дворце Вездесущей справедливости. Сяо Чжань качает головой и недовольно мычит. – Только благодаря тебе я на подобное способен. Ты просто не знал меня раньше. – Ты меня не сможешь убедить. – Тогда давай просто согласимся с тем, что мы хорошо справились. Они обнимаются, так приятно согреваясь в объятьях друг друга. Только сейчас Ван Ибо осознаёт, насколько холодным был ветер по пути назад. – А нам правда нельзя? – шепчет Сяо Чжань, обдавая горячим дыханием его шею. Он не уточняет, что именно нельзя, но Ибо и сам понимает и протяжно вздыхает. Уже почти месяц с момента образования яйца они боятся полноценно заниматься любовью из страха навредить будущему детёнышу. Как обычно, они оба не знают, насколько их беспокойство обоснованно. Но даже если бы у них хватало бессовестности спросить, то было просто не у кого. Ведь ни один человек раньше не вынашивал драконьи яйца! Откуда кому-либо было знать, насколько глубоко они находятся в чреве и насколько легко их разбить. – Хочешь, я поласкаю тебя ртом? – спрашивает Ибо. Он и сам не замечает, как они начинают целоваться, а движения рук превращаются из расслабляющих в возбуждающие. – Хочу, – отвечает Сяо Чжань со стоном. Ибо быстро избавляется от его одежды и начинает покрывать поцелуями всё тело. Его муж ведёт себя нетерпеливо, толкая его плечи вниз, заставляя опуститься дальше. Они так мало оставались наедине в последнее время. Ибо и самому хочется большего. Послушно заглатывая головку, а сам стонет, ощущая любимый солоноватый вкус. Он поспешно берёт больше. Не обращая внимания на текущую по бокам слюну, расслабляет горло. У него уже неплохо получается. Муж одаривает его довольными звуками. Ибо тянет руку, чтобы сжать его яички, а затем ныряет пальцем ниже и очерчивает его вход. Сяо Чжань протестует, заставляя его выронить изо рта свой член. – Что-то не так? – обеспокоенно произносит Ибо. – Может… возьмёшь масло? – Дракон удивлённо поднимает брови, хотя его собственные члены радостно подпрыгивают. – Если ты используешь только пальцы, это ведь не страшно, правда? Ибо соглашается и встаёт, чтобы достать масло. Он не думает о том, как это жестоко по отношению к нему: иметь возможность растягивать мужа и не иметь возможности продолжить. Ничего, позже он просто сможет смазать его бёдра и пристроиться между ними… Одна лишь мысль проносится новым витком возбуждения. Он находит искомое и возвращается к мужу, который встречает его в состоянии полной готовности. Очень сложно держать себя в руках, когда желанный человек раскидывается на простынях в такой манящей позе. Но Ван Ибо отлично умеет соблюдать границы. Не зря он всё-таки с детства улетал медитировать в горах на полгода. Применяя все свои навыки сдержанности, он становится между раскинутых ног мужа и аккуратно вводит палец на две фаланги. Сяо Чжань совершенно недоволен таким медленным движением. Ибо это знает, но раз уж тот устроил для него эту пытку, то он имеет право поквитаться взамен, спокойно двигаясь всего одним пальцем. – Бо-ди, – хнычет Сяо Чжань. – Бо-гэ, – меняет он тактику. – Не делай так , – шепчет Ибо, наклонившись. Его глаза застилает пелена желания, которое он вкладывает в поцелуи. Движения его руки ускоряются сами по себе. – Разве это справедливо… мучить меня? – не сдаётся Сяо Чжань. Несправедливо, решает Ибо, и всё-таки добавляет ещё пальцы, продолжая целовать любимые губы. И, когда Сяо Чжань подаётся ему навстречу и стонет так сладко, он понимает, что на самом деле ему этого более чем достаточно для собственного удовольствия. Он прижимается ближе, так чтобы упираться нижним членом в бедро мужа. – Ты мог бы попробовать… не до конца, – выдаёт его несносный супруг. Ван Ибо мог бы попробовать, но он знает, что если сделает это, то не сможет остановиться. Он качает головой и сгибает пальцы, зная, как отвадить мужа от этой мысли. – А так тебе не нравится? – шепчет он в приоткрытый рот Сяо Чжаня и тянется, чтобы обхватить второй рукой его член. – Нравится! А! – откликается тот мгновенно, выгибая спину. Ван Ибо отлично знает, что нужно делать, чтобы его муж забылся в удовольствии. Он старательно работает двумя руками, лаская его изнутри и снаружи, непроизвольно двигая бёдрами в такт своим движениям. Он так занят, что собственный оргазм настигает его внезапно. Кажется, он слишком крепко хватает член мужа, потому что тот вскрикивает и изливается вслед за ним. Ибо освобождает руки, чтобы прижать Сяо Чжаня к себе и продолжить хаотично толкаться тому в бёдра до тех пор, пока его не отпускает. Мгновенье спустя они снова целуются, и Сяо Чжань улыбается ему в губы. – Что? – тихо произносит Ибо. – Ничего, – отвечает его супруг, – просто хорошо. Просто мне хорошо с тобой.

🥚🥚🥚

Один из самых неудобных моментов в процессе вынашивания человеком драконьих яиц – никто наверняка не знает, когда и что произойдёт дальше. Каждое утро Сяо Чжань начинает с осмотра своего живота. С недавних пор там появился небольшой бугорок. – И насколько большим оно собирается вырасти? – паникует заклинатель, прикладывая руку к сильному источнику тепла. К сожалению, у Ван Ибо нет ответа на этот вопрос. Он переживает не меньше. Остальным драконам более или менее всё равно. Кажется, даже его отца волнует только сохранность яйца, а не тела его мужа. Ибо такой подход обижает, но, похоже, им ещё предстоит пройти путь к осознанию всеми драконами, что Сяо Чжань – его единственная, настоящая пара, а не просто инструмент для продолжения их рода. Так что, когда однажды Сяо Чжань будит его посреди ночи с широко раскрытыми глазами, они остаются с этой проблемой тоже вдвоём. – Может, позвать лекаря У? – всё-таки спрашивает Ибо, когда его супруг в очередной раз душераздирающе вскрикивает. – Да чем он…. А-а-а-а… поможет?! Ван Ибо и сам без понятия, чем тут помочь, кроме как выступить в роли предмета для проклятий и побитья. Но если его супругу это помогает, то он только рад. На самом деле, он был бы крайне счастлив поменяться с ним ролями вместо того, чтобы наблюдать за этим со стороны и не быть в состоянии хоть чем-то помочь. Сгусток энергии, который образовывается вокруг них, пугает даже наследника Огненных драконов. Существо, которое они производят на свет, будет способно разрушить этот мир. Благо всё это длится не очень долго, и уже совсем скоро взлохмаченный, вспотевший и крайне измученный Сяо Чжань лежит в обнимку с раскалённым яйцом. Ван Ибо завороженно рассматривает яркие потоки огня, которые переливаются под скорлупой. Его горло сдавливает. Ему всё ещё тяжело представить, что внутри находится его собственный ребёнок. – Она будет хоть капельку на меня похожа? – хриплым голосом спрашивает Сяо Чжань с такой серьёзностью, будто это самый важный в данную секунду вопрос. В его глазах застывают слёзы. – Ведь от меня ничего не требовалось для её зарождения… А если твои родственники правы и я всего лишь сосуд… – говорит он, сильнее прижимая к себе яйцо, всем своим видом заявляя: «Нет, моё, не отдам». – Что за ерунда, Чжань-гэ? – наконец произносит Ван Ибо, чувствуя, как у него пересохло горло. – Ничего не было бы возможно без твоей ци! Я уверен, что она обязательно будет на тебя похожа. Смотри, она уже на тебя похожа! – Где это? – Такая же яростная! – Ибо показывает на вспышки безудержного огня. Он наклоняется и наконец решается положить руку на горячую скорлупу. Ему кажется, что яйцо пульсирует. – Дурак, – тихо произносит Сяо Чжань, но уголки его губ выгибаются. – Это ты дурак, глупости говоришь, – отвечает Ван Ибо, нежно касаясь губами его лба.

🥚🥚🥚

На этот раз драконье королевство празднует целый месяц. На одно из пиршеств приглашают друзей и родственников Сяо Чжаня. Драконы по такому поводу даже украшают свой единственный годящийся для подобного зал, у которого нет длинного, затейливого имени. Зал для торжеств – это просто зал для торжеств с огромным длинным столом. Опять не так, как у этих людей, которые все сидят по отдельности. В центре на пьедестале в корзине из красного дерева, в подушках, расшитых драгоценностями, располагается причина празднования. Пока всё ещё в яйце. Предположительно на дальнейших месяца четыре. Сяо Чжаню кажется, что оно увеличивается. Нет, он даже уверен. Оно определённо стало больше. – Я крайне благодарен нашему ребёнку, что он растёт уже здесь, – говорит Сяо Чжань, поглаживая золотистый бочок. Госпоже Сяо, да и пожалуй, всем остальным явившимся в гости к драконам заклинателям пока сложновато принять тот факт, что огромное горящее яйцо каким-то образом связано с ними родственными связями. Не о таких внуках мечтала матушка Сяо Чжаня. – Мне кажется, ему холодно, – проговаривает Сяо Чжань, наклонившись над корзинкой. – Ибо, потрогай. Никто кроме них двоих не выдерживает энергии яйца, чтобы к нему прикасаться. Даже глава Огненных драконов. – Очень сомневаюсь, – протягивает Хэй Юнь, наблюдающий за озабоченными температурой яйца родителями. – Об него можно зимой греться. – Тс, – грозно шикает на него Сяо Чжань и делает вид, что прикрывает яйцу несуществующие уши. – Ведёшь себя как мамочка, – бормочет тот. – Да как тебе угодно, – фыркает Сяо Чжань на друга, – я его родитель, отец и мать. Что в этом плохого? – Сяо Чжань – наследник Красного клана, Мать Драконов, – смеётся Хэй Юнь. Сидящие вокруг драконы радостно подхватывают. Кажется, им нравится это звание. Ван Ибо смотрит на Хэй Юня с жалостью, представляя, как тому ещё перепадёт от его драгоценного супруга.

🥚🥚🥚

– Думаешь, достаточно дров? – спрашивает Сяо Чжань, вытирая одной рукой выступивший на лбу пот. В другой руке у него топор. Ван Ибо заглядывает. Его руки заняты яйцом, которое уже обрело твёрдую скорлупу и стало больше похоже на обычное. Циркуляция энергии внутри больше не доступна невооружённому взгляду, но, вот так обнимая его, он чувствует её внутри. Теперь они с Сяо Чжанем ещё больше волнуются о сохранности тепла и стараются не оставлять его без источника энергии рядом. Особенно с приближением холодов. – На первое время сойдёт, – отвечает драконий принц, зевая. Кое-кто так загонял его ночью, что теперь в отместку сам рубил дрова на зиму. Сяо Чжань смотрит на него злобно. – Ладно, – произносит он, закатывая выше рукава, из-под которых виднеются мускулистые руки, – тогда сделаю ещё столько же. Ибо устраивается неподалеку в позе лотоса на стоге сена, баюкая яйцо, наслаждаясь видом своего прекрасного супруга. Кажется, сегодня сон тоже откладывается.

🥚🥚🥚

Ещё через месяц они уже не на шутку беспокоятся, то и дело прислушиваясь к яйцу. По всем положенным срокам дракон уже должен вылупиться, но оно словно застыло. У Ван Ибо стынет кровь, когда он вспоминает об ужасном проклятии. Неужели оно уже свершилось? Приложив обе руки, Сяо Чжань передаёт яйцу поток огненной энергии. – Если дракон не вылупится до весны, то можно считать, что… в этом яйце нет жизни, – изрекает не обнадёживающий вердикт лекарь У. На драконий мир опять опускается смута. – А я говорил, что нельзя праздновать что-то до того, как это свершилось, – ругается суеверный Сяо Чжань. – Мы вывернули все вещи наизнанку, чтобы отвадить несчастье, – отвечает Ибо. Ему и самому никогда не нравилась эта идея, а теперь тем более. На сердце было очень неспокойно. Он даже перестал принимать участие в охоте и патрулировании, проводя всё своё время вместе с семьёй. Его страшно раздражает, что драконы опять шепчутся за их спинами, что всё дело в том, что человек не может обладать достаточно чистой энергией, чтобы понести драконье яйцо. Вся их жизнь напоминает безумные скачки, когда после очередного прыжка вверх обязательно следует падение вниз. – Дрова всё-таки пересохли, слишком хрустят, – произносит Сяо Чжань, не отрывая взгляда от деревянной миски в руках, на которой он вырезает узоры. – М, – также равнодушно соглашается Ван Ибо, когда в следующий миг звук повторяется, становясь громче. Они переглядываются и одновременно бросаются к печке, у которой стоит лежанка с яйцом. – Ничего, – говорит заклинатель, его голос сквозит печалью. Ибо тоже вглядывается в белую гладкую скорлупу и не видит никаких признаков трещин. Они оба отворачиваются и уже готовы вернуться к своим занятиям, когда слышат отчётливый стук, и всё их внимание снова оказывается прикованным к одной точке. Сяо Чжань крепко сжимает руки в молельном жесте, не отрывая взгляда от яйца. Ван Ибо тянется к нему и силой забирает одну ладонь, чтобы сжать в своей. Ему кажется, что он забывает и дышать, и моргать. И в тот момент, когда они оба почти начинают снова сокрушаться, до них доносится всё тот же треск, и на белой поверхности появляется первая маленькая трещинка. – Давай, дружочек, – шепчет Ибо, поглаживая яйцо свободной рукой. – Ты сильный дракон, ты справишься. Проходит не так много времени, хоть взволнованным родителям и кажется, что целая вечность, когда из отверстия сначала доносится жалобный писк, а уже потом появляется мордочка, покрытая красной чешуей. Точнее, пока только носик. – Мы можем ей как-то помочь? – встревоженно говорит Сяо Чжань. – Не стоит, – отвечает Ван Ибо, примерно зная, как важно для дракона самому пройти этот путь. Эти знания не делают его спокойней. Они оба вздыхают с облегчением, когда на них смотрят два ярких глаза. Дракончик фыркает, словно уже устал выбираться из этого дурацкого яйца, но, увидев родителей, явно бросается в бой с новым пылом. Скорлупа с треском разлетается в стороны, а маленькое создание вихрем бросается прямо Сяо Чжаню на ручки и, мурлыча, потирается мордочкой о его подбородок. – А ты говорил, что она не будет на тебя похожа. У неё красная чешуя, и она уже любит тебя больше, – в шутку произносит Ван Ибо, чувствуя, как у него дрожит голос. Стоит дракону услышать его, как тот мгновенно перемещается в его руки, повторяя те же действия. – Сомнительно, – с улыбкой произносит Сяо Чжань и тянет руку, чтобы погладить ребёнка по спинке, и тот опять меняет своё место, возвращаясь к нему. – Или нет, – говорит Ибо, наблюдая, как маленькая проказница обнюхивает заклинателя. – Какая же она шустрая, – смеётся тот, когда из его рук опять ускользают. – Нам ещё придётся побегать, а тебе полетать. – Послушай, мы даже не проверили, – вдруг замечает Ибо. Они так привыкли считать, что у них обязательно будет девочка, что забыли, что это ещё не точно. Всякое возможно… Попытки поймать ребёнка, который только оказался в таком новом большом мире, занимающем целые родительские покои, требует некоторое время. – МАЛЬЧИК! – не своим голосом орёт Ван Ибо. И Сяо Чжань сгибается со смеху. Им обоим становится смешно до слёз, когда они представляют выражение лица Ван Луня и всех остальных драконов. Не на такой результат те рассчитывают. – И пусть даже не смеют в ближайшие годы требовать от нас повторения! – всё ещё хохоча, говорит Сяо Чжань. – Нам бы с этим справиться! – соглашается Ван Ибо, наблюдая, как их СЫН раздирает их и без того несчастную кровать. Что бы там ни было с продолжением рода и будущим человечества, но, по крайней мере, им теперь точно будет весело, и жизнь они проживут счастливую, думает драконий принц.