A Little Wicked

      — Эдвард, у тебя тоже химия на последнем уроке? — голос Гарри вывел его из задумчивости, когда мальчик последовал за ним по коридорам школы.       Эдвард моргнул, глядя на Гарри, который вежливо улыбнулся ему, но затем нахмурился, увидев пустое выражение лица вампира.       — Да... Химия, — ответил Эдвард.       — Все в порядке? — спросил волшебник, на мгновение остановившись и прижав книги к груди.       Эдвард кивнул, но выражение его лица было напряженным.       — Да, все отлично. Я просто задумался.       Гарри кивнул, продолжая идти рядом с Эдвардом в сторону класса, оба хранили неловкое молчание.       — Вероятно, к завтрашнему дню ваш с Джаспером браслет, а также ожерелье Элис будут готовы, — тихо сказал Гарри. — Заклинание действует до двенадцати часов с того момента, как вы их используете...       Эдвард не ответил.       — Но когда захочешь, мы можем переделать для тебя... — продолжил Гарри, когда Эдвард открыл дверь, чтобы младший мальчик мог войти первым.       — В этом нет необходимости, — сухо ответил Эдвард, подойдя к столу со свободным местом рядом со студентом, который с удивлением отреагировал, когда Эдвард Каллен, всегда такой сдержанный, сел рядом с ним.       Эдвард наблюдал, как Гарри удивленно и немного обидчиво моргнул, его улыбка медленно исчезла, когда он неуверенно направился к пустому столу в задней части класса.

***

      Тик...  Так... Тик...  Так... Звук часов в офисе Карлайла.       Кап... Кап... Кап... Звук капель воды, падающих из кухонного крана.       Цок...  Цок...  Цок... Звук высоких каблуков Розали по деревянному полу.       Это были некоторые из звуков, которые Эдвард, теперь лежащий на кожаном диване своей спальни, мог слышать благодаря своему чрезвычайно острому слуху - небольшой части его разума, создающей звуковой узор для всего, что он слышал. Он уставился на потолок своей комнаты, видя своим острым зрением микрочастицы пыли, парящие в воздухе, и видел блеск, создаваемый кристаллами люстры, его глаза разбивали свет на восемь цветов - восьмой цвет не мог быть уловлен ни глазами, ни человеческим оборудованием, и Эдвард так и не смог определить, на какой цвет он был похож.       Он думал о том, что произошло ранее, об информации, которую он прочитал в интернете, об информации, которой они с Гарри обменялись, о том, как он и его семья постепенно сближались с волшебниками, о смерти Майка Ньютона, о трупе в лесу...       Эдвард потер лоб, вспомнив образ тела мальчика, жестокость, с которой его казнили, и особенно обстоятельства, при которых его нашли, словно он был принесён в жертву в ходе какого-то непонятного ритуала, — этого было достаточно, чтобы у него создалось недоверие к трём волшебникам. В конце концов ему придется поговорить с Карлайлом, посмотреть, что он может с этим сделать, и что он...       Тик...  Так... Тик...  Так...       Кап...  Кап... Кап...       Цок... Цок... Цок...       Эдвард раздраженно зарычал на эти настойчивые звуки, швырнув подушку с дивана в дверь спальни.       Глубоко вдыхая, он может чувствовать, как его горло ужасно пересыхает, горя от единственной базовой потребности, которая у него была: жажды крови. Технически, жажда никогда не прекращалась полностью, всегда был ее след, так же как у человека должно быть вечное больное горло, но для него это было намного, намного хуже. Когда вампир чувствовал жажду, жажду крови, которая заставляла глаза чернеть, у него было ощущение, похожее на то, как будто у него в горле был раскаленный до бела утюг, и единственным возможным облегчением было чувство, как он смачивается кровью.       Поднявшись с дивана и открыв стеклянную дверь, выводящую на террасу, прилегающую к его комнате, он прыгнул в лес, торопливо пробираясь сквозь растительность.       Остановившись в случайной и отдаленной точке, он закрыл глаза, сосредоточившись на звуках, которые слышал: ветер, качающий ветви деревьев, звуки мелких животных, таких как грызуны, звук журчащей воды близлежащей реки и... Был... Звук сердцебиения оленя, звук бьющихся мышц, перекачивающих галлоны теплой крови... Эдвард почувствовал, как его горло сжалось, а горький яд наполнил рот, когда он побежал на звук.       Вампиры были идеальными хищниками.       Вершина пищевой цепи.       Их окаменевшие тела были практически неуязвимы, кожа устойчива к внешним повреждениям и сильным ударам, если только не подвергалась достаточному количеству времени воздействию огня, поскольку яд и жидкости в их телах были воспламеняемы. Его зрение и слух были столь же превосходны, он мог обнаружить по звуку и запаху кого-то на расстоянии многих миль без малейших затруднений. Его сила также была впечатляющей, и он мог легко уничтожить военный танк, как ребенок, разрывающий бумагу.       Эдварду не составило труда напасть на оленя, убедившись, что у животного нет времени на реакцию (он ненавидел вкус крови испуганного животного, поскольку животные вырабатывали большие дозы гормонов, таких как адреналин), вонзив острые, как лезвие, зубы в шею животного, разрезая кожу, мышцы и сухожилия, чувствуя вкус горячей крови, стекающей по его губам и вниз по горлу.       Осторожно отпустив тушу животного, он вытер рот руками, удаляя кровь и шерсть, чувствуя, как жидкость постепенно наполняет его тело, но все еще не насыщает его полностью.       Повторяя процесс, он нашёл еще одного оленя, почувствовав удовлетворение, а также то, что боль в горле утихла.       Эдвард взял свой телефон, нажав на кнопку «Домой», чтобы увидеть часы, заставив свечение осветить его самого. Солнце уже зашло, и на лес начала опускаться тьма. Выключив экран, он на мгновение проанализировал отражение своего лица...       Лицо убийцы.       Помимо сверхсилы, скорости, зрения и слуха, вампиры были сверхъестественно привлекательны для людей в целом, которые, в дополнение к ослеплению их физической красотой, были также заворожены запахом, исходящим от их тел... Белла однажды упомянула, как хорошо они с Элис пахнут, что заставило вампира только нахмуриться, когда он понял, что он, в конце концов, биологическая машина для убийства людей, так что вполне логично, что он так хорошо пахнет.       Эдвард внезапно опустил телефон, и тут его охватило странное ощущение, похожее на первобытный инстинкт. Он чувствовал, что за ним наблюдают. Сосредоточив слух, он мог слышать только собственное дыхание, звук качающихся на ветру ветвей деревьев и пение сов... Кроме этого, просто тишина.       Но ощущение сохранялось.       Посмотрев вбок, он огляделся вокруг, не увидев ничего, кроме деревьев и растительности, а также тонкого тумана, который начал покрывать землю. Он был один.       Треск!       Позади Эдварда раздался звук разломанной сухой ветки, и он быстро обернулся, чтобы увидеть темную, неопределенную фигуру, похожую на черную дымку среди деревьев.       — Что за фигня... — прошептал вампир, застыв в настороженной позе, как и та странная фигура, пока он не решил приблизиться медленным шагом, но этого действия было достаточно, чтобы тварь рванула от него с огромной скоростью, и у Эдварда не было выбора, кроме как бежать за фигурой, которая двигалась быстрее его, имея большое преимущество в расстоянии.       Бежав так быстро, как только мог, Эдвард остановился, когда понял, что то, что убегало от него, уже исчезло. Он снова был один. Оглядевшись, он не увидел ничего, кроме высоких деревьев с мшистыми стволами, уже робко освещенных бледным светом полной луны среди тонких облаков.       Готовый развернуться и бежать домой, он остановился, когда его слух уловил слабый, почти неуловимый звук, но этого было достаточно, чтобы дать ему понять, что он снова не один в этом лесу. Закрыв глаза, он сосредоточился на этом конкретном звуке, который, хотя и был знакомым, он не мог точно описать, что это было...       Руководствуясь слухом, он начал подбираться ближе.       Эдвард старался как можно меньше шуметь ногами, спускаясь по крутому склону леса. Шаг за шагом звук становился громче и яснее, и он понял, что это был человеческий голос, который пел что-то на диалекте, которого Эдвард никогда не слышал: звук был грубым, низким и шипящим.       Для его ушей это звучало как что-то древнее, нечеловеческое, и интуиция подсказывала, что это, возможно, зло.       Он остановился в двадцати ярдах от места, откуда доносился звук, когда его острое зрение уловило отблеск свечей, освещавших небольшую поляну среди высоких деревьев, что было бы относительно нормально, например, если бы кто-то разбил лагерь, если бы не свечи, парящие в воздухе. Эдвард опустил глаза и увидел, что в центре поляны была человеческая фигура, одетая в черный плащ, а ее бледные руки были вытянуты в противоположные стороны. Эдвард сделал несколько шагов вправо, спрятался за деревом, осознавая, кто это был.       Гарри.       Эдвард частично мог видеть его лицо, пока мальчик продолжал говорить и смотреть вниз. Опустив глаза в землю, он был в смешанных чувствах от происходящего: на земле был рисунок, сделанный из белой субстанции, которая выделялась среди глубого тёмного оттенка почвы. Эдвард был мирянином в оккультных знаниях, но он достаточно умен, чтобы понимать, что это была какая-то печать. Хотя, присмотревшись получше, он заметил то, что могло бы заставить его похолодеть от ужаса, если бы его тело не было бы уже мертвенно ледяным — змеи разных видов и размеров, свернувшиеся друг на друге, кружились вокруг босого Гарри, словно они участвовали в жутком танце.       — Валак, отдай мне своих детей! — голос Гарри был хриплым и скрипучим, и он медленно начал подниматься над землей, заставляя змей шипеть в ответ, как будто они понимали, что говорит мальчик.       Наблюдая за этим, Эдвард чуть не сошел с ума, когда вокруг его ног обвилась маленькая черная змея. Подняв ногу в воздух, он увидел, как рептилия ползет к поляне, как и еще дюжина змей, словно они откликнулись на какой-то призыв. По-видимому, так и было. Эдвард увидел, что Гарри все еще левитируя, медленно повернулся в сторону вампира. Эдвард затаил дыхание при мысли, что волшебник его заметил, но Гарри смотрел не на него, а на маленькую змею, которую Эдвард только что пнул.       Решив, что этого достаточно для дачи показаний, он решил бежать как можно быстрее, сосредоточившись исключительно на том, чтобы добраться домой, будто перешел в автоматический режим, пробегая сквозь растительность.       Впервые за почти столетие Эдвард испугался.

***

      Эдвард смыл с кожи засохшую кровь и грязь, оценив чудесное ощущение теплой воды на своем вечно холодном теле - не то чтобы это вызывало какое-то расслабление мышц, как у людей, но ему все равно это нравилось. После душа, вытершись полотенцем, вампир подошел к шкафу, непропорционально большой для одного человека, одевшись во что попало.       Ему нужно было поговорить с Карлайлом.       Он был единственным человеком, который мог помочь ему привести мысли в порядок, действовать рационально. Он не хотел беспокоить своих братьев и сестер своими подозрениями, а тем более рассказывать, что он видел в лесу. Этого было бы достаточно, чтобы посеять хаос. Спустившись по лестнице, он направился в кабинет патриарха семьи, большую комнату с несколькими медицинскими книгами, а также редкими картинами маслом, приобретениями, которые Карлайл накопил за триста лет своей жизни вампиром и тесными отношениями с Вольтури. Сидя за столом, Карлайл тепло улыбнулся при виде своего младшего — и в то же время старшего — сына, стоящего в дверях.       «Эдвард, все в порядке?» —  спросил разум Карлайла, когда он увидел обеспокоенное лицо подростка.       Эдвард подошел к столу, где сидел другой вампир, сев на пустой стул и взяв лист бумаги с ручкой. В доме, полном вампиров с суперпрослушиванием, Эдвард не рискнул вести вербальный разговор с Карлайлом, предпочитая общаться молча. Быстро написав, он передал лист Карлайлу, который нахмурился от серьезности того, что это означало.

Нет. Мне кажется, что с этими волшебниками и ведьмой что-то не так.

Сегодня мы узнали, что Майк Ньютон был убит, а его тело было найдено в лесу. Несколько дней назад я разговаривал с Чарли Своном и увидел в сознании полицейского, который сопровождал его, в каком состоянии был найден труп, в то время не знавшего, что это был сын Ньютонов... Он, казалось, стал жертвой какого-то сатанинского ритуала или чего-то подобного. Вокруг его тела были расплавленные свечи... Следы от лезвий на коже... Он был изуродован.

      Карлайл посмотрел на Эдварда.       «…И ты подозреваешь, что они его убили?»       Эдвард кивнул и, снова взяв лист бумаги, начал писать.

Сегодня, когда я пошел на охоту, я увидел в лесу кое-что... Я не могу точно сказать, что именно я видел, потому что я все еще сам пытаюсь понять это... Но этого было достаточно, чтобы сделать меня еще более внимательным.

Они не безобидны.

Что нам делать?

      Карлайл провел рукой по своим светлым волосам, глядя на бумагу. Эдвард нахмурился, пытаясь сосредоточиться только на этом и не вспоминать Гарри и его ритуал со змеями.       «Сынок, я честно не знаю, что сказать, но пока советую тебе ничего не делать. То, что ты пока имеешь, подозрительно и не имеет конкретной информации... Мы не можем действовать поспешно», —  мысленный голос Карлайла звучал настороженно.       — Значит, я ничего не должен делать? — прошептал Эдвард достаточно тихо, чтобы его услышал только вампир, сидящий напротив.       «Да. Но это не значит, что мы не должны держать глаза открытыми... Не знаю, в курсе ли ты, но по городу прокатилась волна исчезновений, как в  Порт-Анджелесе.  Власти оставили уведомления, чтобы мы могли связаться с ними, если кто-нибудь из разыскиваемых людей появится в больнице». — Карлайл нахмурился.       Эдвард обеспокоенно посмотрел на него.       — Сколько человек?       «Пока что около пятнадцати»       — Но я не думаю, что это все еще повод судить их, — наконец заговорил Карлайл, положив руку на плечо Эдварда. — В настоящее время относись к ним сердечно...       — Хорошо...       Карлайл улыбнулся ему.       Эдвард встал со стула, скомкал бумагу и бросил ее в камин, чтобы никто не узнал об этом. Повернувшись к Карлайлу, Эдвард уставился на маленькую статуэтку позади светловолосого вампира, Жезл Асклепия, символ Медицины. Увидев бронзовую змею, Эдвард вспомнил Гарри.       — Карлайл...       — Да?       — Ты когда-нибудь слышал о чем-то под названием «Валак»? — настороженно спросил Эдвард.       Карлайл прищурился и покачал головой.       — Нет, а почему ты спрашиваешь?       Эдвард опустил глаза.       — Ничего... Спокойной ночи.       — Тебе тоже, сынок.       Эдвард вышел из комнаты и сел на диван в гостиной, которая на мгновение опустела. Взяв свой мобильный телефон, Эдвард открыл поисковый сайт и набрал «Валак», для того, чтобы получить хоть какую-то информацию.

В демонологии Валак (также пишется как Уалак, Валак, Валакс, Валу или Валик) известен тем, что дает правдивые ответы о скрытых вещах. Он также показывает, где можно найти змей, и передает их безвредно тому, кто их вызвал.

      Читая дальше, Эдвард обнаружил, что Валак был одним из 72 демонов, описанных в гримуаре «Малый ключ Соломона», который служил для призыва и принуждения демонов подчиняться тем, кто их вызывал, для достижения своих целей.       Эдвард вздрогнул.

***

      Несколько часов спустя, в старшей школе Форкса, Эдвард был удивлен, увидев, как три волшебника подошли к ним на парковке, заставив Элис искренне улыбнуться Гермионе, они вдвоем говорили на отвлеченные темы, в то время как Розали молчала. Рон вручил Эммету бумажный пакет, в котором был кусок пирога с кровью, что сделало мускулистого вампира чрезвычайно счастливым, эти двое говорили о футбольных матчах, которые пройдут на следующих выходных.       — Доброе утро, Эдвард... — Гарри настороженно посмотрел на вампира.       Эдвард изобразил подобие улыбки и кивнул.       — Все в порядке? — спросил волшебник.       — Да... Всё в порядке. Извини. Мне нужно выбрать несколько книг... — сказал вампир как можно более нейтрально, направляясь прямиком к зданию, заставив Элис с недоумением посмотреть ему в след.       Эдвард прошел по пустым коридорам, поблагодарив себя за то, что они прибыли на несколько минут раньше, что дало ему немного покоя, прежде чем его разум снова подвергнется бомбардировке мыслями. Отперев свой шкафчик, вампир взял книгу философии, а также несколько ручек и посмотрел на свое расписание, чтобы узнать, какие занятия у него будут в течение дня.       Внезапно дверца шкафчика захлопнулась, и он увидел перед собой Гарри с раздраженным выражением лица.       — Какого черта происходит, у тебя проблемы? — требовательно спросил Гарри.       Эдвард моргнул, совершенно ошеломленный.       — Извини…?       — Я спросил, в чем твоя проблема. Помимо того, что ты шпион, ты еще и глухой?       Эдвард нахмурился, его губы дернулись. Значит, он видел его в лесу... Часть его разума была встревожена этим, но он не должен был показывать это перед волшебником.       — Я НЕ шпионил. — Сказал вампир, приближаясь к маленькому мальчику, который смотрел вверх. — Я охотился.       — О, очень удобно... — Гарри закатил глаза.       — Я говорю правду. Хочешь ты верить или нет, это твоя проблема. — Эдвард ответил, собираясь идти, но Гарри остановил его, положив руку на плечо вампира. — Я не собирался прерывать твой маленький ритуал.       Мальчик моргнул.       — И что ты об этом знаешь, Эдвард? Что ты думаешь обо мне и моих друзьях? — тихо сказал Гарри.       Эдвард облизнул губы.       — Я ни о чем не думаю… Или мне все же следует думать?! — усмехнулся Эдвард.       Гарри моргнул, глядя на вампира.       — Я ничего не думаю о тебе и о тебе подобных, —  ответил Эдвард с жесткой вежливостью.       — Ты лжешь. — грубо ответил Гарри. — Скажи мне правду.       — Кто ты такой, чтобы решать, лгу я или нет? — прорычал Эдвард, придвигаясь ближе к Гарри, которого, казалось, не пугал рост вампира, из-за которого он казался меньше.       — Чёрт возьми, в чём ТВОЯ проблема?! — в отчаянии воскликнул Гарри, положив руку на затылок и уставившись в потолок коридора, а затем опустив голову. — Просто скажи уже то, что застряло у тебя в голове, и перестань вести себя как гребаный обиженный ребёнок!       Эдвард тихо зарычал.       — О, так ты хочешь честности? Ладно, давай будем честными, — сказал он, прислонившись к шкафчикам. — Я считаю, что ты и твои друзья что-то скрываете от нас, серьезные и опасные вещи.       — Например? — спросил подросток.       Эдвард не ответил, лишь изогнув бровь.       — Ты будешь говорить или нет?! — прошипел ему Гарри.       Эдвард огляделся, убеждаясь, что они одни.       — Мальчик Ньютон… — ответил Эдвард.       Гарри моргнул в замешательстве.       — Что?       — Майк Ньютон. Мальчик, который умер. — Эдвард подошел к нему. — Его тело было найдено в лесу и при очень подозрительных и, возможно, даже подходящих для вас обстоятельствах.       Гарри сделал шаг назад.       — Погоди-ка, на что именно ты намекаешь? — проговорил Гарри.       — Я не знаю, ты скажи мне... — ответил Эдвард.       — Ух ты, ух ты, погоди… — сказал Гарри. — Ты намекаешь, что мы с друзьями убили смертного, да?       Эдвард пожал плечами.       — На чем основаны твои обвинения?! — спросил волшебник.       — Я видел мысли помощника шерифа, который был на месте преступления... — холодно ответил Эдвард.       — И?!       — Свечи, отрубленные конечности, следы пыток... Разве это не подозрительно, когда в городе три волшебника? — ответил Эдвард.       Гарри стиснул зубы.       — Итак, мы с друзьями подозреваемые, так? Мы убийцы? — наконец ответил Гарри.       — Ты выглядишь довольно подозрительно, когда я вижу, как ты вызываешь демона посреди леса... Это не то, что дает мне представление о невиновности. — Эдвард сердито ответил.       — Так что да, я предполагаю, что ты имеешь к этому какое-то отношение!       Эдвард едва успел осознать, что произошло, просто почувствовал удар ладони Гарри по лицу, который прозвучал как удар кнута по все еще пустому коридору. Глаза Эдварда расширились, его окаменевшее лицо горело от пощёчины, что было бы невозможно для обычного человека сделать, не причинив себе вреда. Зеленые глаза Гарри сердито уставились на вампира.       — Теперь МОЯ очередь говорить, дорогой мой кровопийца... Я не осуждал твою семью, тем более тебя за то, что ты стал причиной смерти девушки в прошлом году... — сказал Гарри, схватив запястье Эдварда, которое горело от жара рук волшебника, словно к нему прикоснулись раскаленным железом.       Глаза Эдварда расширились.       — Белла, так ее звали? Красивая девушка с карими глазами лани, которая умерла из-за таких, как ты?! — Гарри продолжил, его голос был холоден и жесток: — Это была трагедия, но она все еще связана с тобой. Но разве не это делают вампиры? Убивают? Я думаю, на твоих руках должно быть гораздо больше крови, чем на моих...       Эдвард ахнул, заметив, что двери шкафчика, а также лампочки начали трястись от невидимой силы. Гарри отпустил его запястье, останавливая тряску окружающих его предметов.       — Так что не веди себя так, будто ты выше всех, потому что ты ни в коем случае не... — зарычал на него Гарри. — Ты просто лицемер!       Эдвард опустил голову, пытаясь снова заставить себя говорить.       — Ты убил его? — прошептал он, видя, как кожа на его запястье восстанавливается после ожога, нанесенного рукой колдуна.       Гарри покачал головой.       — Нет, и ЕСЛИ бы мне пришлось его убить, я бы не был таким дилетантом, чтобы оставить следы, — холодно сказал Гарри. — Но, по правде говоря, я его не убивал.       Вампир смущенно кивнул.       — Покажи мне, что ты видел.       — Что…       — Покажи мне воспоминание, которое ты видел в сознании полицейского! — нетерпеливо ответил Гарри, глядя в глаза вампира.       Эдвард прокручивал в памяти воспоминания, пока Гарри просматривал их в его сознании.       Гарри нахмурился и опустил глаза.       — Мы с друзьями этого не делали, — наконец холодно сказал Гарри. — То, что кто-то сделал подобное с этим ребенком, Майком, могло быть попыткой провести какой-то неудавшийся ритуал. Или обычным убийством, чтобы привлечь всеобщее внимание. Некоторые убийцы получают удовольствие, видя, как их «работы» вызывают ужас в СМИ и среди населения, это не первый и не последний раз.       Гарри отступил на шаг от вампира.       — Я волшебник, но это не значит, что я полное воплощение зла, так же как ты вампир, а не иррациональное чудовище, которое убивает всех на своем пути, — пробормотал Гарри холодным и печальным голосом, доставая из кармана пальто пакет и бросая его в грудь Эдварда, который инстинктивно подхватил его. — Вот твой браслет и браслет Джаспера, а также ожерелье Элис. Наслаждайтесь ими.       — Гарри, я так…       — И если ты посмеешь снова ложно обвинить меня, я прокляну тебя на всю оставшуюся часть твоего гребаного жалкого существования! Прежде чем Эдвард успел что-либо сказать, Гарри схватил рюкзак, лежавший на полу, и зашагал к выходу из школы, оставив позади ужасно виноватого вампира.