Украденное дело

Прошло пол года с того самого дня. Скоро на смену апрелю придёт май, а затем и долгожданное лето. Лёд между Хазином и Игорем слегка тронулся. Оба пытались не вспоминать дни, когда был конец расследования. Гром понимал, что он не должен был видеть ту слабость Хазина, поэтому чувствовал себя немного неуютно поначалу. Ещё и те слова в баре. Может быть он и не был бы таким избалованным говнюком, если бы не его родители. Его отец хотел, чтобы Хазин служил в полиции, боролся с преступностью и был праведным человеком, у которого есть чёткое понятие чести. Мать была привязана к сыну и не собиралась отпускать того куда-то далеко, когда ему исполнилось восемнадцать. Сначала Игорь завидовал полной семье Пети, но потом быстро отогнал от себя подобные мысли. Ещё не хватало завидовать этому избалованному ребёнку. А Хазин являлся именно им, несмотря на циферки в паспорте. Они больше не цапались так, как раньше. Больше не было той ужасной вражды и взаимного презрения, но и доверять друг другу они так быстро не собирались. У них было абсолютно разное понятие мира. И тот разговор, за заполнением документов, только подтвердил эту догадку. Мужчины перебрасывались подколами, возможно хотели как-то задеть друг друга, но в основном была отстраненность. В тот день должно было быть также. Хазин ехал в своей машине в участок, параллельно смотря очередное расследование Пчёлкиной. По началу она вызывала у него отвращение. По сути она разоблачала богатое общество, а он, по факту, таким и являлся. Смотря первые для него видео, мужчина плевался как мог, а потом его незаметно затянуло. Он продолжал её ругать, но уже с интересом слушал сказанное. Внезапно в лобовое стекло машины прилетела красная купюра, но тут же моментально слетела. — Что за… — он не успел договорить, как заметил впереди раздробленный автобус, рядом полицейскую машину, а с ней знакомую фигуру, — Твою мать. Подъезжая чуть ближе, он остановился недалеко от всего происходящего. Его заметили, и он опустил окошко рядом с собой. — Мужчина, а вы верите в бога? — первое, что пришло на ум спросил Хазин. Он вышел из машины и подошёл к Грому, который с жадностью пил из поллитровой бутылки. Из полицейской машины немного испуганно выглядывала Ксюша. Вопрос был проигнорирован. — Помочь? — продолжил Петя, немного приподнимая бровь. — Сам справлюсь, — еле дыша, ответил Игорь. — Пускай Ксюха с Костей это все разруливают, тебе ещё с обвинениями этого мажорчика разбираться, — немного тише, чем нужно сказал Петя, потянувшись к куртке за сигаретой, но потом быстро вспомнил, что он бросает. Движение получилось дерганным, что не скрылось от взгляда других. — Не, Игорь, мы их поймаем, не беспокойся, — уверил его Костя, перегибаясь через Ксюшу, которой это не очень-то нравилось. Петя кивнул в их сторону, подтвержая данные слова. — Сам справлюсь, — Гром отдал пустую бутылку с водой, а затем обратился к Хазину, — Тебе какая разница? — Никакая, — моментально ответил Петя. Действительно, че он так отговаривает от этого? Хочет, пускай лезет на здоровье, ему должно быть все равно. Должно быть. Но что-то такое все равно было. В последнее время, Хазину все больше стало интересно, чем занимается Игорь, кроме того, что он работает в полиции. Ответ был прост — ничем. Он все время проводит на работе и даже в свой выходной решил погнаться за преступниками. Им как раз не повезло, что мимо пробегал Майор Гром, ведь тому делать нечего. Петя переодически наблюдал за ним, испытывая какое-то удовлетворение, следив за ним. У Хазина с личной жизнью было чуть получше, но это было побольше, чем никак. Он нашёл каких-то компаньонов-алкашей, которые не против сходить вместе с ним с бар или в клуб. У отца были связи и по этим связям он знакомился с далеко не бедными людьми. К счастью, Петю всё же обучили манерам и когда-то он мог засунуть свой язвительный язык в жопу. У людей он был на хорошем счету и пройти в какое-нибудь дорогое место было не сложно. Гром тут же нашёл другой вариант захвата фургона и убежал. Хазин же как-то нервно вздохнул и надел на нос солнцезащитные очки. Сегодня пасмурно, а он их надел, забавно. Снова захотелось закурить, но мужчина точно решил, что пора бросать. Он ещё стоял так некоторое время, пока не понял, что полицейские в форме все ещё смотрят на него. Петя оглядел их немного, а на прощанье бросил короткое «Мадмуазель» Ксюше и пошёл обратно к своей машине. *** Хазин не торопясь, вошёл в отдел полиции. Половины здесь не было, все поехали останавливать тех придурков, которые, вероятно, банк ограбили. Несмотря на это, Петя приехал только в начале второй половины дня, так как банально проспал. Он прошёл мимо рядов и пафосно остановился у своего стола. На этой неделе у него нет основной работы, что не могло не радовать и допускало подобную халатность к своему делу. На телевизоре в прямом эфире подробно рассказывали и показывали, что происходило на улицах. В конце-концов, когда показали мусоровоз с этим мини-грузовиком, Хазин невольно присвистнул и с интересом продолжил наблюдать. Постепенно, отдел начал заполняться вымотанными полицейскими, что устало садились на свои места. Петя же с насмешкой наблюдал за всем этим с чашкой кофе. Внезапно в него врезался какой-то парнишка в немного перекошенных очках. Кофе успешно оказалось на полу и это ещё повезло, что не на майке Пети. — Блять, мальчик, иди нахуй отсюда, а то родителям твоим настучу, — воскликнул недовольно Хазин, шипя ещё ругательства себе под нос. — Извините, я на стажировку, — немного запинаясь, но более менее уверенно проговорил он. — Твои родители знают, что ты в полицию собрался? — продолжал намекать на его возраст Петя, уже чисто ради насмешки. — Да, — не поняв мотивов Хазина, проговорил юноша. — Пизда, — грубо ответил он и развернулся, чтобы пойти налить себе ещё кофе или попросить кого-то вытереть с пола. На неудачу Пети парень увязался за ним, прям как утёнок за своей мамой-уткой. Хазин краем глаза поглядывал на него и ещё больше раздражался подобному поведению. Он снова начал заваривать себе кофе, замечая, что юноша неловко стоит от него на каком-то расстоянии. — О, Дубин! — воскликнула Ольга Павловна, женщина средних лет из отдела кадров, — О, Хазин! Внедри парнишку, пожалуйста, в курс дела, он у нас стажировку проходит. — Попросите Грома, — попытался увернутся Петя. — Как вы надоели! Сколько можно на друг друга скидывать свою работу? Что не попросишь, так вы сразу же говорите, попроси у Грома, ой, скажи это Хазину! — похоже, женщину это и вправду достало, ведь как объяснить подобный взрыв. На самом деле, они уже давно вели подобную «игру». Постоянно скидывали друг на друга свою работу, не стесняясь говорить это. Через других делать это было удобнее всего, так как им нормально отказать и нельзя, ведь те даже не знают в чем суть дела. — Кстати, Хазин, а чего ты к полудню пришёл, а? — прищурилась Ольга Павловна. — Да понял я, понял, сейчас введу в курс дела, — Хазин понял намек и быстро повёл паренька подальше от женщины. Отойдя на приличное расстояние, чтобы не было видно явного преступления, Петя тут же начал разыскивать того, кто не откажет. — Костя, — он окликнул энакомого мужчину, — введи паренька в курс дела пожалуйста. Так Ольга Павловна сказала! — он пихнул юношу под бок, который явно понял намек и тут же закивал, — Как тебя там? — Дима Дубин! — ответил парень, радуясь, что хоть кто-то ему что-то объяснит. Костя начал их разговор с какой-то глупой шутки, оправдываясь тем, что у самого Димы нет чувства юмора. Хазин уже отошёл от них на приличное расстояние, но все равно услышал фразу. — Это, к слову, Петя Хазин, тот ещё мажор. — Этот мажор тебе сейчас по носу даст! — воскликнул Хазин, не собираясь терпеть о себе какие-либо слухи, не считая хороших. Слово «мажор» обычно не использовали, чтобы похвалить человека, хоть и говорило о его состоянии. Радуясь, что сплавил Дубина другому, он продолжил гулять по помещению. Сегодня он решил себе устроить своеобразный день отдыха. Но конечно же спокойный день был нарушен из-за Грома, а точнее из-за его выходки и тупой фразы «Я сам». В отдел зашёл злющий Прокопенко. Хазин его, наверное, впервые таким злым видел, у того аж лицо покраснело. Даже стало как-то боязно за Грома, да и в принципе, за весь отдел полиции, так как Фёдор Иванович, в принципе, добрый человек, но когда испытываешь его терпение, становится страшно. Вот взорвётся он в один момент и взаправду уволит Грома. — Грома ко мне! — крикнул Фёдор Иванович так громко, что аж окна его кабинета затряслись. Ну естественно. По-другому и не могло быть. К слову, а где, собственно, Гром? Кто бы мог подумать, что праведный Игорь Гром сейчас выйдет из обезьянника. На удивление, мужчина шёл с плохо скрытой ухмылкой и довольно ловил на себе взгляды других. Он встретился с хитрым взглядом Хазина, который вообще не собирался скрывать ухмылку. Петя, немного подошёл к остановившемуся Грому и щедро вытащил из кармана приготовленную купюру в тысячу рублей. — Щедро, — оценил подобное Гром. — Считай, это вклад в тебя, — усмехнулся Хазин, а затем подошёл поближе к нему, чтобы услышало как можно меньше людей, — Так как я знаю о твоих пидорских отношениях с Прокопенко, то просто уверен, что просру эту тысячу. — Скорее отцовские отношения. Твой бы наверняка тебя не уволил бы, — ответил ему Гром. Ему все ещё не нравилось, как Хазин относится к Прокопенко, но разыгрывать здесь сцену оскорбленного он не собирался. — Ошибаешься, меня же всё-таки перевели в Питер, а значит я его конкретно достал, — сказал Хазин отходя от него, а потом сказал вслед, — Кто знает, может быть тебя тоже подальше от глаз в Москву отправят? Ответной фразы не было сказано, так как Гром уже зашёл в кабинет. Хазин так и стоял по середине, смотря как куча из денег пополняется. Что же, они неплохо так пополнят кошелёк Игоря. — Прошу, скажите, что кто-то заснял, как Игорь сидел в обезьянике, — сказал Петя и тишину разорвало несколько смешков. Он искренне раскаивался, что пропустил подобное. — Ща, в общий чат пришлю! — крикнул женский голос где-то в углу. — Заебись, — прошептал он себе под нос. В это время из кабинета раздавались крики Прокопенко, у которого уже совсем крыша едет от выходок Грома. Кто-то подсматривал, а куча из денег все росла и росла. В это время на балкончике стоял ничего не понимающий Дубин и недовольная Ксюша. Она хмурилась и ждала конца всего этого представления. Каждый раз все с ума сходят от подобных выговоров Грому. — А Хазин и Гром друзья? — спросил Дима, пытаясь как-то начать диалог и немного разузнать о полицейских. — Они? — хмыкнула девушка. Она-то помнила с чего все начиналось, и как весь отдел на ушах стоял из-за этих двоих. Девушка немного сузила глаза, вспоминая то время, хоть и не так давно было. Что же начало их перемирие? Конечно, то громкое дело о убийце-бальзамировщике, но что именно? Все думали, они отплевываться будут друг от друга после окончания работы, но действительно настало какое-то спокойное время. Они даже стали подшучивать друг над другом. — Все ждут, что они скоро глотки друг другу перережут, — наконец сказала Ксюша, сложив на груди руки, — Ты не видел, что было полгода назад. Как будто сейчас они оба сидят в засаде и ждут, кто первый оступиться. — Ого, да у вас тут прям роман какой-то разворачивается, — усмехнулся Дима. Девушка на него удивлённо уставилась, а парень и вправду начал задумываться о своём чувстве юмора. — Это тебе к Галке с Юлей надо, которые их сводят и искренне верят, что у них будет от ненависти до любви, а потом любовь до гроба. Дима поджал губы, понимая, что сейчас над ним сильно стебутся. А снизу стоял Хазин, которого оба не заметили, потому что он был прямо под ними. Мужчина удивлённо уставился на дверь в кабинете Прокопенко и ждал Грома. Кофе давно было выпито, но кружка все ещё была в руке. Он обдумывал слова девушки. Неужели они и вправду выглядят так со стороны? Сначала, конечно, была злость. Какого хрена они вообще о таком думают? Но потом он понял, что они с Громом близки к тому, чтобы стать хорошими знакомыми. Ни о какой любви тут и речи не было. Что-то он слишком много слухов услышал за этот день.