Fly me to the moon

      Больше всего Серёжа боялся предстоящей встречи с Макаром. Как он будет объяснять ему полёты у мусорных бачков? А если Гусь после всего захочет отомстить?       В результате Серёжа переволновался и так и не взглянул на домашнее задание, которое сделал за него Элек. Покидал с утра всё в сумку, взял побольше денег из карманных и побежал скорей в школу, чтобы ни дай бог не пересечься по пути с Гусевым. А вот в класс вошёл самым последним, опять же, чтобы всякие лапчатые ни с какими разговорами к нему пристать не успели.       Звонок прозвенел, Серёжа быстро и ни на кого не глядя добрался до своего места, и тут… в спину ему легонько ткнули ручкой.       — Эй, Серёж, слушай, — тихо и как-то непривычно деликатно начал Макар. — Скажи, где тренируешься?       Серёжа посмотрел на дверь класса — Таратар, их математик, в очередной раз задерживался. Ситуация неожиданно складывалась благоприятная, и Серёжа осмелел.       — Что, понравилось? — не скрывая издёвки, хмыкнул Серёжа и скосил взгляд назад, где сидел Гусев со своим приятелем Корольковым.       — В общем да. Не ожидал, — серьёзно ответил Макар.       Серёжа обалдел: как такое вообще может кому-то понравиться?! А что ещё в таком случае нравится Макару? Получается, он любит, когда кто-то сильнее него? Значит, поэтому задевает его всегда? Ждёт, что Серёжа даст ему отпор, может даже ударит? А он… он всё время убегает… Вот же балда!       — Теперь будешь знать. Понял? — ехидно бросил в ответ Серёжа.       — Ну, скажи, где? — Гусев чуть ли не умолял.       Что придумать Серёжа не знал. Его не лучшая физическая подготовка, кроме бега разумеется, и полное отсутствие навыков рукопашного боя ни для кого секретом не были. И он ляпнул первое что пришло на ум: не зря на прошлых выходных мучился, слушая застольные разговоры матери с её подружками.       — Тантра. Я, Гусь, высшей йогой занимаюсь, — максимально непринуждённо сказал Серёжа. — Уже пять лет.       — Ух ты! Вы про тантрический секс? Да? — неожиданно встрял Корольков. До этого спокойно листавший учебник.       — Да подожди ты, Вовка, со своим сексом, — отмахнулся от него Гусев.       — Чего подожди? Вы ж тантру обсуждаете! — не унимался перевозбудившийся вдруг Корольков. — Ну, яб-юм, соединение мудрости и метода, всё такое… Только, Серёг, там дакини нужна, чтоб практиковать, я в самиздатовской книжке читал. У тебя, что, девчонка появилась?!       Серёжа обернулся и грозно на него посмотрел: этот всезнайка и зубрила своими «умными» высказываниями вечно ставил его в дурацкое положение.       — Или ты это… сам? С учителем?! — ахнул Корольков.       Гусев встрепенулся и бросил быстрый взгляд на дверь, потом на Серёжу. Но, кажется, тоже ничего не понял.       — Что ж ты раньше-то? — в голосе Макара так и слышалось сожаление.       Серёжа было растерялся, но, помня, что надо показывать уверенность и силу, сказал:       — Нельзя было. Посвящение только недавно получил. А без него учитель запрещает.       — Я ж говорил, с учителем он! — воскликнул Корольков и хлопнул Макара по плечу.       — С каким учителем? — вылупился Гусев. — С Таратаром, что ли?       Серёжа не знал, что такое тантра, да и йога в целом, а про секс материны подружки даже и не вспоминали. Но казаться совсем идиотом на фоне Королькова не хотелось. Поэтому сказал то, что казалось ему логичным:       — С тантрическим учителем, балда! У каждого йога свой гуру есть. И что он скажет, то йогин и делает. Короче, злость я накапливал!       — А-а! — опять не к месту вклинился Корольков. — Я понял. Это медитация на гневном божестве у Серёги была! У него идам — Ваджрайогини!.. Я тебе, Макар, сейчас всё объясню…       Объяснить ничего, к счастью, Корольков не успел — в класс вошёл Таратар, который хоть и учитель, но к тантре отношения не имел. И с ходу стал интересоваться домашним заданием. Серёжа сначала обрадовался, но быстро понял, что лучше уж спалиться на тантре перед Гусём с Вовкой, чем сесть в лужу с домашкой перед Таратаром.       — Серёжа, скажи, пожалуйста, как же ты нашёл площадь криволинейной трапеции? — Таратар взял его тетрадку и стал внимательно изучать, что там написал Электроник.       Серёжа молчал. Ни условия задачи он ни читал, ни в тетрадь заглянуть, чтобы решение посмотреть, он так и не удосужился.       — Ну, смелей, Серёжа, смелей, — отставать от него Таратар не собирался, а правильное ли там решение, по его лицу было не понять. — У тебя четвертная оценка спорная, Серёжа, — очки Таратара сползли на самый нос. — Давай, объясни нам своё решение.       Таратар зачем-то изобразил рукой в воздухе непонятную загогулину:       — Ну? У тебя же на этом построено всё решение. Пожалуйста, смелее! Или ты опять всё списал?       Серёжа молча стиснул зубы — два раза попасться на контрольных со шпаргалками! Таратар ему это теперь до конца жизни не забудет.       — Серёжа, мы ждём тебя!       Перед глазами начало плыть, а по виску поползла вниз противная капля. Двойка в четверти стала вполне реальной угрозой.       — Подскажи ему! Ну, Вов? — взволнованный шёпот Гусева позади немного привёл Серёжу в чувства.       — Интеграл, интеграл! — почти в голос крикнул Корольков. Таратар скептически хмыкнул:       — Ну?       — Интригал, — еле выдавил, с трудом ворочая от волнения языком, Серёжа.       — Какой интригал? — вздохнул под общий хохот класса Таратар.       Серёжа неопределённо пожал плечами. Что от него хотят, он не понимал.       — Неправильно. Определённый. Определённый интри… тьфу ты, интеграл. Серёжа, ну, как так можно?       Из-за идиотской оговорки на все оставшиеся уроки Серёжа стал объектом насмешек целого класса. И интригалом его называли, и интегралом, а под конец он вообще интриганом стал. Придурки-однокласснички так и говорили, проходя мимо: «Сыроега у нас определенно интриган!» Ржали и шли себе дальше. Только Гусев не ржал — так, посмеивался, если думал, что Серёжа не видит, и сразу взгляд отводил. Но Серёжа всё видел!..       После уроков, в расстроенных чувствах, Серёжа шёл из школы и думал, что хоть в одном ему повезло — он сегодня был без передатчика. И хотя бы Мик Урри весь этот его позор не слышал. Перед ним Серёжа, как он очень на это надеялся, всё ещё был прикольный чувак и клёвый пацан.       «Да! Для Мика и для Эла я никакой не лузер! — сказал себе Серёжа, заходя в гастроном. А потом и про Майку вспомнил: — И для Майки тоже. Хоть кто-то меня уважать будет».       Докторская колбаса, полбуханки столового и кулёк конфет «Мишка на севере», которые Серёжа начал не отходя от кассы, немного подняли ему настроение. Он прикрепил передатчик под ворот водолазки и уже достаточно бодро направился к гаражу.       Весь ещё будучи в своих мыслях, Серёжа открыл дверь «Дома восходящего солнца» и на секунду засомневался, туда ли он попал.       — Здравствуй, Серёжа! — деловым тоном поприветствовал его Электроник, снимая с себя синий рабочий халат. На голове у него красовалась самодельная шапочка из старой газеты. То и другое, всё было заляпано краской. — Ты извини, но я еле успел тут всё закончить, — сообщил Электроник и, морщась плеснул на тряпку вонючего уайт-спирита и стал вытирать себе пальцы.       — Это ты… зачем? — Серёжа огляделся и сразу забыл про свои сегодняшние неприятности. Колонны и перила антресолей все были выкрашены в рыжий цвет.       — Тебе не нравится? — вместо ответа поинтересовался Электроник таким тоном, что ответ «нет» означал бы признание в полном отсутствии вкуса и чувства прекрасного.       — Д-да!.. Конечно!.. Тут… так ярко всё стало… Празднично! — как мог изобразил восхищение новым интерьером Серёжа.       — Я знал, что ты оценишь! — важно согласился Электроник. — Видишь ли, твой гараж… Извини Серёжа, но это было довольно мрачное и унылое место. А мы же помогаем друг другу, так? — Серёжа кивнул. — Ну, вот я и решил сделать для тебя что-нибудь более существенное, чем домашка по алгебре. Как видишь, теперь здесь всё чисто, аккуратно и… красиво!       Серёжа прошёлся по первому этажу, забрался по лесенке на антресоль и ещё раз осмотрел все углы. В гараже действительно был идеальный порядок и чистота.       — Спасибо, Эл!.. — теперь уже совершенно искренне поблагодарил его восхищённый Серёжа.       — Красота, знаешь — это важная часть жизни, Серёж… — Электроник с задумчивым видом ходил по гаражу и хоть и обращался к Серёже, говорил как будто не с ним. — Её надо уметь видеть, уметь находить… А если это невозможно — уметь создавать. В любых условиях. Этот дом… — Электроник задрал голову к потолку. — В нём как будто не хватает света, солнца… Я решил это исправить. Тем более что и название обязывает. Искусство организации пространства здесь требует чего-то яркого, на чём можно сделать акцент. Да, Серёж, и лампочки помощнее купи, — сказал вдруг он совсем другим тоном и вот теперь уже точно посмотрел на Серёжу.       — Ага… з-завтра. Если не возражаешь… — Серёжа обалдело хлопнул глазами.       — Пойдёт, — согласился Электроник.       Серёжа спустился вниз ещё раз проверить где теперь чего лежит, и внезапно увидел то, чего не заметил сразу — акцентные колонны и перила и правда отвлекали на себя всё внимание. На стене, прямо напротив входа, в не пойми где найденном Элом массивном с позолотой багете висел его, Серёжин, портрет.       — Нет… Спасибо, конечно, но… — Серёжа большими глазами смотрел на собственную фотографию, год назад сделанную в ателье и благополучно забытую потом посреди хлама, и не знал, как к этому относиться. — Понимаешь, Эл, — начал он неуверенно. — Если кто-нибудь увидит… неудобно будет… Может, убрать её, а?       — Эта не единственная, — Электроник сделал загадочное лицо и широким жестом указал на старые жалюзи. Теперь они висели над нишей, где стоял мопед.       — Организация пространства, я помню! — Серёжа дёрнул за шнурок и ламели встали вертикально: жалюзи работали. — Ух ты!..       — Да, я и тут сделал, — улыбнулся Электроник. Второй экземпляр Серёжиной фотографии был аккуратно порезан на полоски и приклеен к ламелям: в закрытом виде жалюзи тоже представляли собой его портрет.       — Эл, это здорово, правда, спасибо тебе ещё раз! — занервничал Серёжа. — Но, честно, давай снимем? Ну, пожалуйста, Эл!       — Серёжа-а!.. — Электроник только усмехнулся и замотал головой. Потом обнял его за шею и подвёл к портрету на стене. — Если тебе не нравится смотреть на своё лицо, то… пусть это буду… я!       — Что?       — Ну, мы же с тобой близнецы, клоны, у нас одинаковая внешность! — подмигнул ему Электроник. — Только вот у меня нет ни одной фотографии, а так бы хотелось! — сказал он мечтательно. — Подаришь?       — Ладно… — Серёжа так удивился странной просьбе, что добавил: — Обе… забирай!       — Отлично! — Электроник глубоко вздохнул и счастливо уставился на теперь уже свой портрет. — Красота, и я никогда не перестану это повторять, достойна поклонения! Скрывать её — грех, её надо нести людям, как высокое искусство!..       — Эл? — градус пафоса в высказываниях близнеца превысил все разумные пределы, и Серёжа не на шутку забеспокоился: — С тобой всё в порядке, Эл? Это всего лишь моя… ну, теперь твоя… физиономия!       — Да! И что?! — с вызовом посмотрел на него Электроник. — Это прекрасное лицо и не менее прекрасное тело заслуживают восхищения и подобающего отношения. Я счастлив, что получил их!..       — Эл, тебя послушать, так я красавец! — усмехнулся Серёжа, хотя сама мысль ему… определённо пришлась по душе.       — Вообще, да, — как само собой разумеющееся заявил Электроник. — А ты не знал? Ты прекрасен, братишка!..       — Скажи ещё, как Аполлон! — чувствуя, как заливается краской, пробормотал Серёжа и принялся рассматривать носки своих кед.       — Нет, — мотнул головой Электроник. — Возраст не тот. Как Гиацинт, как Кипарис!       — Эл, гиацинты у нас в горшке на подоконнике растут, а кипарис вообще дерево! — Серёжа с опаской поднял глаза на Электроника. — Это растения, Эл. Хотя красивые, конечно.       — Это возлюбленные Аполлона, — взгляд у Электроника был точь-в-точь как сегодня у Таратара на алгебре, когда он пристал к Серёже со своими интегралами.       — Чего?! — Серёжа подумал что ослышался.       — Серёж, греческую мифологию надо знать, это часть нашей культуры, — развёл руками Электроник.       — В школе ни про каких любовников Аполлона не рассказывали, а базы данных со всеми этими греками у меня, в отличие от некоторых, нет! — Серёжа даже обиделся на близнеца: второй раз за сегодня выглядит дураком!       Электроник… отреагировал странно. Он как будто сразу весь потух и растерялся.       — Я… сейчас не пользовался базой… — он поднял брови и жалобно посмотрел на Серёжу.       — В смысле? — не понял Серёжа. — Она ж всегда при тебе.       — Да, но… к ней надо специально обращаться. Сейчас я этого не делал… Выходит, что про Аполлона… я знаю сам? Откуда-то…       Электроник прикусил губу и пошёл сел за стол, скорбно сложив перед собой руки. Серёже вдруг стало его ужасно жалко.       — Не переживай, Эл! — он подошёл и обнял близнеца. — Ну, может, слышал где и забыл или в книжке какой-нибудь у профессора прочитал? Да мало ли! — Электроник только горько усмехнулся. — Забей! Фиг с этим Аполлоном и его… этими. Ты за сегодня столько сделал, устал, а ведь ещё даже не завтракал! Смотри, я поесть принёс!       Серёжа вынул из сумки колбасу и хлеб и положил на стол кулёк с конфетами.       — Сейчас чайник поставлю и поедим! — он вытащил из ящика два гранёных стакана в подстаканниках и пошёл кипятить воду.       Электроник развернул одну конфету и заметно повеселел.       — На самом деле не так-то просто родиться сразу взрослым, да ещё с этой электроникой в мозгах, — сказал, как бы оправдываясь, Электроник. — Я сам себя не всегда понимаю… — он тяжело вздохнул, проглотил конфету и отрезал по паре кусков хлеба и колбасы. Сложил их стопками и один бутерброд протянул Серёже. — Но зато с внешностью мне повезло! — он опять подмигнул и потрепал его по голове. — Нам! Повезло.       Серёжа вспомнил про Мика, который сейчас должен был их слушать, и громко и отчётливо произнёс:       — Да, Эл, ты прав! Мы красивые! И… значит, нас все должны любить!       Электроник отложил недоеденный бутерброд и с удивлением посмотрел на Серёжу:       — Ты думаешь, это связанные вещи?       — Ну… не знаю. А разве нет?       — Хм, — Электроник задумался. — Должны быть связанные… Как мне кажется. Но не уверен, что так однозначно. Вот ты кого любишь? Ну, кроме папы с мамой?       — Я? — Серёжа почесал макушку. — Никого… наверное. Вот, с Майкой тут познакомился… Может, её? Она красивая.       — Ладно, — Электроник снисходительно улыбнулся и махнул рукой. — Не мучайся. Наверное действительно пока никого. Тебе повезло, что я могу сказать!       Серёжа хотел было спросить почему, но Электроник отчего-то нахмурился и его опередил:       — Потому что очень тяжело и больно любить человека, который не может ответить на твои чувства. Не спрашивай, откуда я это знаю, это просто ощущение… Оно сидит во мне, — он приложил к груди руку и с трудом сглотнул, как будто в пищеводе у него застрял комок. — Если хочешь, я родился с ним. Ну или можешь считать это ошибкой в системе… А ещё я починил твой мопед, — неожиданно сменил тему Электроник.       — Мопед? — Серёжа так и ахнул. — И сцепление сделал? — Электроник кивнул. — Ну, ты мастер! Ну, спасибо!       — И заправил, — вновь принялся за свой бутерброд Электроник. — У тебя тут канистра бензина нашлась. Вообще, Серёж, колёсная техника всегда должна быть на ходу — сел и поехал, случись что, — сообщил он ни с того ни с сего. — Но имей в виду, долго он не проездит, там кое-что под замену идёт. Так что особо не благодари. Ну и, сразу предвосхищая твой следующий вопрос: нет, ремонтом мопедов до этого я никогда не занимался, но эта модель с полным описанием нашлась у меня в базе данных. А вот мотоциклы… мотоциклы, такое чувство, что знакомы мне лучше. Правда не современные, старые.       — Круто, Эл! — с чувством высказался Серёжа. — Ты вообще крут! — И тут его взгляд упал на школьную сумку. — Только вот…       Он достал дневник, раскрыл его на странице с текущей неделей и протянул Электронику.       — Почему двойка?! — на лице Электроника отразилось такое неподдельное возмущение, что Серёжа на секунду усомнился, правильно ли вообще сделал, что ему это показал. — Ведь решение было правильное!       — Правильное, — вздохнул Серёжа. — Только я его объяснить не смог. И учитель подумал, что я списал. Не, Эл, я не в претензии, сам виноват — тебя не спросил, даже задание не прочитал… Просто… — Серёжа замялся. И правда, что он теперь от Электроника хочет?       — Так в чём же дело? — Электроник сдвинул брови и склонил голову набок.       — Эти интегралы… Я их не понимаю. Ещё и оговорился так глупо сегодня. Я теперь для всех «определённо интриган». Век не забуду, как они все надо мной ржали! Теперь хоть в школу не ходи! — последнюю фразу Серёжа так вовремя ввернул, что сам себя похвалил — ловко вырулил на нужную тему! — Двойка, Эл! В конце года! Мать меня теперь съест! — он патетически воздел руки к небу и незаметно покосился на близнеца.       — Как это съест? Глупость какая! — фыркнул Электроник, но по глазам его было видно — расстроился. — Из-за двойки?..       — Ну, пилить будет… — проныл Серёжа заискивающе. — У меня ж и в четверти пара вырисовывается.       Электроник с минуту молчал, сосредоточенно комкая фантик от конфеты, потом сказал:       — Знаешь, я подумал… Ну, раз уж я виноват… Что тебе не объяснил и вообще…       — Ты не виноват! — перебил его Серёжа. Всё же Электроник понял его неправильно.       — В общем, если я виноват, — хлопнул ладонью по столу Электроник. — Пускай меня и пилит. Приду к тебе домой и выслушаю все жалобы в твой адрес. А ты тут посидишь. Идёт?       Серёжа так рот и раскрыл. В принципе, такой ход вполне укладывался в сценарий профессора Громова, но вот прямо сейчас отправлять близнеца к родителям Серёжа готов не был. Сначала киборг должен был адаптироваться среди людей, которые не настолько близко знают Серёжу. А то слишком уж лояльное отношение к его странностям со стороны родителей может навести Электроника на ненужные подозрения.       — Слушай, ты, кажется, учиться любишь, Эл? — осторожно поинтересовался Серёжа.       — Узнавать новое, — поправил его Электроник.       — Ну… Да.       — К чему ты это, Серёж? — Электроник сидел, подперев кулаком щёку, и пристально на него смотрел.       — Иди завтра в школу вместо меня! Как тебе идея? Может, двойку исправишь, если повезёт… — выпалил Серёжа и, затаив дыхание, стал ждать.       По всем дядиным прикидкам отказаться от предложения пойти в школу Электроник не мог. Он же хотел жить жизнью настоящего человека? А настоящие люди его биологического возраста все где-то учатся. Но Электроник молчал…       — Эл?.. — дрогнувшим голосом позвал Серёжа. — Я тебе денег на столовку дам. И буфет у нас хороший… Эл!.. Ну… Я не смогу сам двойку исправить. Выручай, братишка!       — Я… просто думаю, как тебе помочь, — серьёзно сказал Электроник. — Я бы и сам рад пойти, Серёж… Но есть одна проблема.       — Какая?! — Серёжа вытер о штаны вспотевшие ладони. — Обещаю, я все твои проблемы решу!       — Ты свои не можешь! — скептически хмыкнул Электроник. — В общем, как ты знаешь, Серёж, я не могу так просто взять и соврать — за этим последуют большие сложности с системой, — он постучал пальцем себе по виску. — А в отличие от твоего дома, в школе мне скорее всего придётся не просто откликаться на твоё имя, но и самому называть себя Сергеем Сыроежкиным. Понимаешь теперь?       — Чёрт! Одни неприятности с твоей этой электроникой! — в сердцах воскликнул Серёжа и стукнул кулаком себе по колену. — Ой!.. Чего ж придумать-то? А то наставили условий, погромисты хреновы! — и тут Серёжа вспомнил, что Мик, возможно, тоже входит в число дядиных программистов, а плохо говорить он о нём совсем не хотел! — Ну, просто, что не придумаешь — то не так, это не эдак…       Электроник, который всё это время флегматично, но с пониманием наблюдал за его истерикой, согласно кивнул. И Серёжу осенило:       — Ну-ка, подожди-ка!.. Кажется, я знаю способ обойти все твои флаги! — он достал из сумки листочек в клетку и шариковую ручку. — Смотри сюда, Эл! — и диктуя себе, стал писать: — «Справка. Дана Электронику в том, что он заменяет ученика 44 средней школы 9 класса «Б» Сергея Сыроежкина на уроках и во внеурочное время. С правом использовать его имя, где это необходимо». — Ну, вот! Классно же, да? — обрадовался Серёжа. — И врать ничего не надо.       Электроник взял справку, несколько раз её прочитал, потом аккуратно сложил и спрятал к себе в карман.       — Что ж, признаю, был не прав, — он довольно улыбнулся и положил руку Серёже на плечо. — Ты можешь решать проблемы. — Серёжа гордо расправил плечи. — По крайней мере мои. А я постараюсь решить твои, братик!       На радостях, что всё складывается так удачно, Серёжа отдал Электронику все свои оставшиеся карманные деньги, чтоб он завтра в буфете ни в чём себя не ограничивал, а потом сбегал домой за учебниками, запасным комплектом школьной формы и ещё плюшек к чаю по дороге купил. Но главное, Серёжа принёс свой школьный фотоальбом. Потому что надо было не только расположение кабинетов в школе Электронику объяснить, но и со всеми учителями и одноклассниками заочно познакомить.       — Рассказывай о каждом всё что посчитаешь нужным, — сказал Электроник, открыв общую фотографию класса. — Я всё запомню. И кто с кем дружит, а с кем наоборот — тоже говори. Это важно.       — Ну… начнём с Гуся! — собрался с духом Серёжа. — Тем более ты его уже как бы немного знаешь. Так вот, Эл, Гусь, он…       Через полчаса Серёжа заметил, что Электроник как-то странно на него смотрит, и остановился:       — Ой, ты, наверное, устал, да? — Серёжа подвинул близнецу последнюю конфету. — Столько информации сразу…       — Вовсе нет, — Электроник с аппетитом хрустнул конфетой. — Мне это не составляет никакого труда — особенность кибернетического организма. Просто ты тридцать минут потратил на рассказ только об одном человеке. А впереди ещё двадцать восемь плюс учителя. Так ты не успеешь и к утру.       — Твою ж налево, Эл! — схватился за голову Серёжа. — Я и не заметил, что столько времени прошло! Но… Ладно. Дальше пойдем по алфавиту и, я думаю, кроме имени фамилии, пары друзей и средней успеваемости, там больше ничего интересного не будет.       И как бы это ни было удивительно, но управился Серёжа и правда быстро. Так что в девять вечера был уже дома и даже подумывал лечь спать — день у него выдался насыщенный, и он здорово устал.       Уже лёжа в постели, Серёжа вспомнил про жучки. Не только школьная форма, которую он оставил Электронику, была снабжена передатчиками. Его комната тоже! И Серёжа, чисто на удачу, ведь неизвестно что именно слышит сейчас Урри, сказал:       — Мик! Ты меня слышишь, Мик? А давай завтра вместе за Элом следить? А то мне ужас как интересно, как он меня в школе изображать будет! В общем, я буду напротив окон кабинета математики, за берёзой прятаться. Придёшь?       И, поставив себе будильник на полчаса раньше обычного, Серёжа с чистой совестью уснул.