Путеводная звезда

Гермиона плохо спала, слишком много событий произошло вчера. В голове у неё звучала прекрасная музыка из только что прослушанного концерта, и тут же вспыхивали лучи заклинаний, которые летали рядом с ней во время короткой потасовки в венском переулке. Она даже не успела испугаться, и почему-то была уверена в надёжной защите со стороны Беллатрикс. Ей первый раз довелось своими глазами убедиться, как мастерски женщина ведёт бой с несколькими противниками. Она совсем немного помнила битву в Отделе Тайн в министерстве два года назад, тогда ей некогда было смотреть на Беллатрикс, приходилось отбиваться изо всех сил от других Пожирателей. Теперь она понимала, почему погиб Сириус, у него просто не было шансов против его кузины, как, собственно, и у любого волшебника. Ещё она размышляла о весьма интересных результатах анализа её крови. Значит, кто-то из её родителей был потомком сквибов? А, возможно, и оба? Но как это возможно? Гермиона копалась в своей памяти, пытаясь выудить оттуда какие-то данные о своём происхождении. Маминых родителей она помнила, они были респектабельными лондонцами, дедушка работал в нотариальной конторе помощником нотариуса, бабушка никогда не работала, она любила что-то готовить для мужа и вышивала бесконечные салфетки. А вот родители отца жили далеко, и он почему-то не любил говорить о них. Кажется, они были фермерами откуда-то с юга страны, кажется, из Кента, отец не захотел заниматься сельским трудом, и уехал учиться в Лондон. Да, точно, на этой почве он поссорился со своими родными, и после этого с ними не общался, Гермиона вспомнила, что эту историю ей по секрету рассказала мама, когда ей было лет девять или десять, и просила не выдавать её папе. Вот, собственно, все сведения о семье, которые ей известны. Конечно, никакого генеалогического древа в её семье не было, и о старших предках ей было неизвестно вообще ничего, а спросить сейчас было некого. Утром на улице пошёл дождь, и гулять с Полой они не пошли, она усадила девочку рисовать, и подумала, что надо бы напомнить Беллатрикс о том, что бумага для рисования у них заканчивается. Сама она сидела, как на иголках, ожидая, когда её позовут для разговора. Но Беллатрикс зашла в детскую, аккуратно причёсанная и со спокойным лицом, и стала общаться с дочерью, не обращая внимания на Гермиону. Девочка рассказывала матери, кого или что она пытается изобразить на своих рисунках. Чаще всего это были героини сказок, принцессы или русалки, ещё она любила рисовать дом, в котором они жили. Получались у неё пока кривые каракули, карандаши плохо держались в слабых пальчиках, но ребёнок старался, а это было главное. Когда девочке надоело рисовать, она принесла свои любимые книжки, и привычно сунула их в руки Гермионы, хотя её мама сидела рядом. Всё это время две женщины, находясь в одной комнате, как бы не замечали друг друга. Гермиона с большим облегчением ушла бы в библиотеку, но всё ещё ожидала обещанного разговора, поэтому сидела тихо в сторонке, иногда помогая ребёнку выбрать нужный карандаш или провести какую-то линию. Только когда Фрэнси пришла с обедом для Полы, Беллатрикс, выходя из комнаты и не глядя на Гермиону, коротко бросила ей: - Зайди! Девушка вскочила с места и пошла следом, они зашли в гостиную, хозяйка удобно расположилась в кресле, и также коротко сказала: - Сядь! Гермиона села в кресло напротив, подумав, что, судя по отрывистым фразам, Беллатрикс не в самом лучшем настроении, или просто не знает, что сказать. На столе стоял поднос с чайными чашками и печеньем. Беллатрикс разлила чай, добавила сахар и молоко, они обе сделали по глотку из своих чашек и поставили их назад. Женщина долго молчала, рассматривая лицо Гермионы, потом вдруг спросила: - Что это была за мелодия? Та, на которой ты плакала? Гермиона моргнула и озадаченно взглянула на волшебницу, такой темы разговора она не ожидала. - Это «Адажио» Альбинони, не знаю, почему, но слушая эту музыку, я всегда плачу. - О чём она? - Считается, что эта музыка провожает человека в последний путь, это как путь Иисуса на Голгофу, когда он несёт свой крест. То есть, если говорить аллегориями, каждый думает о своей жизни, потому что у каждого свой собственный крест, - объяснила Гермиона, стараясь вспомнить всё, что она читала раньше об этой музыке. - Откуда ты это знаешь? – удивленно спросила Беллатрикс. - Ну, как откуда? Вообще-то, это известные факты, - пожала плечами девушка. - И все магглы об этом знают? - Конечно, нет! Только те, кто интересуется, и кто любит классическую музыку. - А ты, стало быть, любишь? - Раньше очень любила, сейчас у меня нет на это времени, я была занята учёбой в Хогвартсе, - сухо ответила Гермиона, ей надоел этот глупый допрос. - Ну, последнее время ты была занята вовсе не учёбой в Хогвартсе, вы вместе с Поттером мотались неизвестно где, скрываясь от Тёмного Лорда, - заметила женщина, внимательно глядя на лицо Гермионы, - Что вы с ним делали? Что-то искали? - Мы скрывались от Тёмного Лорда! – чётко произнесла девушка, глядя прямо в лицо Беллатрикс Лестрейндж. Она по-прежнему боялась её, и понимала, что находится, по сути, в полной её власти, но не собиралась рассказывать ей про цели их поисков. - Ах, какая смелая грязнокровка! Дерзишь мне, и не боишься? – усмехнулась Беллатрикс, - Хотя вчера мы выяснили, что ты не грязнокровка… Она снова замолчала, собираясь с мыслями. - Собственно, об этом я и собиралась с тобой поговорить. - О чём? – не поняла Гермиона. - О том, что у тебя есть реальный шанс доказать родство с итальянским родом Бельвини, и вступить в наследство. Я могу тебе помочь. - Но зачем? – изумлённо воскликнула девушка, - Мне это совершенно не нужно, меня устраивает моя семья и моя фамилия! - Это сейчас, допустим, она тебя устраивает, хотя можно поспорить насчёт твоей фамилии, - с досадой возразила Беллатрикс, - Но ты должна думать о будущем. Как ты собираешься жить, когда война закончится? - Я пока не очень думала об этом, - в замешательстве пробормотала Гермиона, - Сначала мы должны победить Тёмного Лорда… - А ты точно уверена в том, что победит ваша сторона? – сузила глаза Беллатрикс, - Тёмный Лорд собрал вокруг себя сильную армию, его поддерживают не только чистокровные волшебники, на его стороне оборотни, великаны, несколько кланов вампиров, а их немало. После его победы таким, как ты, в магической Британии не будет места. - Я в это не верю! – запальчиво крикнула Гермиона, - Гарри найдёт и уничтожит все крестражи, а потом убьёт Волдеморта! Девушка в ужасе прижала руки к своим губам, увидев изменившееся лицо Беллатрикс. Мерлин, какая же она дура! Она же не должна была рассказывать про крестражи! Ведь Беллатрикс Лестрейндж их враг, один из самых злобных и опасных! - Крестражи? – медленно переспросила Беллатрикс, - Так вы с Поттером разыскивали крестражи Тёмного Лорда? И сколько нашли? - Значит, вы что-то знаете о его крестражах? – спросила Гермиона, не отвечая женщине. - Я задала вопрос: сколько крестражей вам удалось найти? – железным тоном спросила Беллатрикс, её правая рука сама достала палочку и наставила её на девушку. Гермиона молчала, не мигая, она смотрела на кончик палочки, ожидая, какое проклятье вылетит из неё. - Ты же знаешь, что у меня есть способы заставить тебя сказать правду, - вкрадчиво произнесла волшебница, и от её негромкого голоса Гермиона покрылась мурашками и задрожала, - Я жду ответ. - Один! Мы нашли всего один крестраж! – отчаянно крикнула девушка, ненавидя себя за слабость, - Один был уничтожен ещё на втором курсе, это был дневник, кольцо нашёл и уничтожил Дамблдор, а мы нашли только медальон Салазара Слизерина. Всего получается три… - И сколько ещё осталось? Говори! - Я не знаю! И Гарри тоже не знает! Мы просто искали и размышляли! Судя по уже найденным, Волдеморт делал крестражами артефакты основателей школы, и хорошо их прятал. Вот почему Гарри с Роном полезли в ваше хранилище в банке, там явно хранилось что-то ценное для него. Ведь так? Она не ждала, что Беллатрикс ответит ей, но та опустила палочку, и ответила почти спокойно. - Он давал мне на хранение кое-что, но сейчас, после идиотской попытки ограбления, забрал. Очевидно, спрятал в другом месте. Думаю, вряд ли Поттеру удастся добраться до остальных крестражей. Ваша миссия была провальной изначально, и Тёмный Лорд будет жить вечно! Девушка молчала, не глядя на волшебницу, она не могла простить себя за трусость, как она могла выложить все тайны ненавистной Беллатрикс Лестрейндж! - Как вы уничтожили крестраж? – снова задала вопрос Беллатрикс. - Нам пришлось долго носить медальон с собой, мы носили его на шее по очереди, не получалось ни открыть, ни уничтожить его. Получилось только мечом Гриффиндора, пропитанным ядом василиска… - А остальные? - Дневник был уничтожен клыком василиска, а кольцо, я не знаю, наверное, директор тоже воспользовался мечом. Вы расскажете об этом Волдеморту? – тихо спросила Гермиона. - Зачем? Ему об этом знать необязательно, а я и так об этом догадывалась. И потом, придётся ему сказать и про тебя, а мы же этого не хотим, мисс Грейнджер, ведь так? Или, может быть, всё-таки синьорина Бельвини? Подняв голову, Гермиона увидела знакомую ухмылку на лице Беллатрикс, и снова вздрогнула. Единственная мысль, которая утешала её, была та, что она пока нужна ребёнку, и эта страшная женщина не будет ей вредить физически. Но эта же мысль означала то, что её ни за что не отпустят, и ей придётся томиться в плену неизвестно сколько. - Можешь идти, - махнула рукой Беллатрикс, - Но помни, что наш разговор не окончен. Сегодня мне некогда, я должна вернуться. Гермиона промчалась по коридору в своё любимое убежище, в библиотеку, и только там, закрыв за собой дверь, смогла перевести дух. А Беллатрикс, улыбаясь своим мыслям, подумала, что Снейп был прав, и одна капля концентрированной сыворотки правды на дне чайной чашки, которую она приготовила заранее, прекрасно подействовала. Девчонка рассказала практически всё, что она хотела знать. Конечно, надо было бы спросить у неё, где найти Поттера, но это она вряд ли знает. Эта информация ей очень бы пригодилась, чтобы сдать мальчишку с потрохами и выслужиться перед Тёмным Лордом, а то он стал чересчур подозрительным в последнее время. Значит, три части его души уже уничтожены, три крестража это довольно много, достаточно, чтобы расколоть личность. Наверное, поэтому в нём сейчас нет ничего от того обаятельного мужчины, каким он был когда-то, когда создал вокруг себя первый круг сторонников, тогда они ещё не назывались Пожирателями Смерти. Она тогда училась в Хогвартсе, а вот её отец Сигнус и дядя Орион были уже в этом новом союзе. Сигнус и Орион были настолько сильно увлечены идеями нового лидера, что постарались втянуть в организацию своих детей, но так вышло, что из трёх сестёр Блэк только старшая Беллатрикс приняла метку Тёмного Лорда, она сделала это вместе со своим мужем Родольфусом. Вся семья Лестрейнджей, отец и два сына, были по сей день преданными сторонниками Волдеморта. Со средней сестрой Андромедой и кузеном Сириусом произошли семейные скандалы, в результате чего они ушли из семьи, и были вычеркнуты с родового гобелена. Младшие дети были послушны, Нарцисса вышла замуж за Люциуса Малфоя, который стал Пожирателем, также по настоянию отца, правда, Нарцисса так и не приняла метку. Младший кузен Регулус Блэк тоже вступил в организацию, преданно служил Тёмному Лорду, однако очень скоро пропал навсегда, и никто не знал о причинах и обстоятельствах его гибели. Семья Блэк, в которой родилась Беллатрикс, была известна всей магической Британии как могущественная семья тёмных волшебников, много поколений её предков занимались запрещёнными ритуалами, основанных на человеческих жертвах, и всегда тёмные ритуалы были связанны с кровью. Впрочем, запрещёнными ритуалы стали не так уж давно, а когда-то всю их семью очень уважали за умение, к примеру, вызвать из могилы мёртвых предков, или расщепить душу пополам, чтобы обрести бессмертие. Так что да, о крестражах она знала давно, в их семейной библиотеке были книги с описанием этого ритуала, отделение частицы души обязательно сопровождалось убийством. Но она хорошо запомнила предупреждение о том, что человек, создавший крестраж с частью своей души, теряет эту часть навсегда. Кажется, там говорилось о том, что максимальное число крестражей должно быть не больше шести. Жить вечно и иметь возможность возродиться после смерти заманчиво, с одной стороны, но потерять свою личность, расколов душу, как-то не хотелось. Девчонка права, Тёмному Лорду, видимо, нравились артефакты основателей Хогвартса, вот их и надо поискать, в том числе в школе. Там теперь директором Снейп, ему она и поручит эти поиски. Эти мысли о том, что пора кончать с Тёмным Лордом, давно бродили в её голове, нужно было как-то остановить его безумие, эти бесконечные убийства, эти рейды, в которых он заставлял участвовать всех Пожирателей Смерти. Ему, без сомнения, это приносило несравненное удовольствие, но вот всем остальным… Конечно, были среди них откровенные садисты или фанаты чистой крови вроде её мужа или его друга Барти Крауча-младшего, но большинство Пожирателей давно испытывали отвращение к беспрерывным акциям насилия и убийства по отношению к магглорождённым волшебникам и магглам. Беллатрикс могла доверить свои мысли только сестре Нарциссе, у них с самого детства сложились отношения полного доверия и взаимопонимания. Именно Нарцисса выхаживала её после Азкабана, помогла сохранить тайну рождения дочери, и любила девочку не меньше, чем она сама, им до сих пор удавалось хранить от всех этот секрет. Своим мужьям обе они не доверяли, у Беллатрикс с Родольфусом брак не сложился изначально, они ненавидели друг друга, а Люциус Малфой был труслив. Раньше Нарцисса любила его, в мирное время он был хорошим мужем и отцом, но оказался слишком слабовольным, когда принял метку Пожирателя, а самое главное, не смог защитить своего сына от этой метки, этого Нарцисса не смогла ему простить. Перебрав всё свое окружение, они с сестрой выбрали в союзники Северуса Снейпа, его предложила Нарцисса, она давно дружила с ним, он был крёстным отцом её сына. Беллатрикс часто видела на его лице муку и явное отвращение, когда приходилось участвовать в убийствах по приказу Тёмного Лорда. Серьёзный и трудный разговор состоялся через пару дней после возвращения Беллатрикс, Тёмный Лорд по-прежнему был в отъезде, и запретил беспокоить его, так что её отсутствия никто не заметил. Выслушав сестёр, Снейп с удивлением посмотрел на Беллатрикс, она всё-таки считалась буквально правой рукой Волдеморта. - Что вы предлагаете? – задал он осторожный вопрос. - Нужно узнать, какие цели у этого несчастного Ордена Феникса, и чем занимается Поттер со своими приятелями. - Вы же знаете, что я туда больше не вхожу, но точно могу сказать: Орден Феникса без Дамблдора, можно сказать, сдулся, у них нет сейчас конкретной цели, они просто стараются помогать магглам и волшебникам полукровкам, но сил у них немного, особенно чувствуется нехватка боевых магов. Да ещё им приходится скрываться и постоянно менять места своего штаба. А вот Поттер… Ему дал какое-то задание лично Дамблдор, и никто не знает, какое. Ясно только, что Поттер что-то ищет. - Но ведь директор доверял вам, Северус. Неужели он даже не намекнул вам об этом задании? – спросила Нарцисса. - Дамблдор всю жизнь вёл свою игру, он плёл интриги, и о целях своих никому не рассказывал, - с досадой ответил Снейп, и добавил с горечью, - Когда-то я доверился ему, и всю мою жизнь просидел у него на крючке… Нет, я не знаю, что именно ищет Гарри, но ему сейчас очень сложно, ведь он остался один: Уизли в Азкабане, а Грейнджер бесследно пропала. Ему очень туго приходиться без них, особенно без Гермионы, Грейнджер была его мозговым центром. - Вот как? – заинтересовалась Беллатрикс, - Что ты можешь сказать о грязнокровке Грейнджер? - А почему ты спрашиваешь, Белла? – Снейп подозрительно уставился на Беллатрикс, - Говорят, что это ты замучила девчонку до смерти. - Вот ещё! – фыркнула Беллатрикс, - Да, я пытала её, но вовсе не до смерти, всего-то несколько круциатусов, и я понятия не имею, куда она делась. Спросите Сивого и его свору! - Если она попала к ним в лапы, это всё… Жаль, она была умной девочкой, такой студентки больше давно не было в школе. - Ладно, что о ней говорить…, - Беллатрикс решила сменить тему, увидев, что Нарцисса делает ей большие глаза, - Что ты знаешь о крестражах, Северус? - Я читал об этом, - осторожно ответил Снейп, и с изумлением посмотрел на Беллатрикс, - Постой, ты хочешь сказать, что у Тёмного Лорда есть крестраж? И Поттер ищет его? - Да! К нашему сожалению, он расколол свою душу не один раз, и не два, поэтому и стал таким после своего возрождения…, ну, ты понимаешь, о чём я. На сегодняшний день найдено и уничтожено три крестража, сколько их ещё, мы не знаем. - Откуда у тебя эти сведения? – подозрительно спросил Снейп. - Я не выдаю свои источники, - хихикнула Беллатрикс, - считай, что это грязнокровка мне рассказала, под пытками. - Ну, допустим, а как они их уничтожили? - Меч Гриффиндора, пропитанный ядом василиска, или клык василиска. Кстати, что за кольцо нашёл Дамблдор? И почему у него чернела рука? - Он толком ничего мне не рассказывал, только попросил зелье, он очень страдал. Это было родовое кольцо Гонтов, на него было наложено какое-то сильное проклятие, его нельзя было надевать, но Дамблдор всё-таки это сделал. Сказал, что желание было непреодолимо. От этого проклятия он умирал, и попросил меня убить его, он понимал, что Драко не сможет это сделать, и не хотел, чтобы мальчик брал на себя такой груз. - Кольцо было одним из крестражей, ещё одним был медальон Слизерина. Есть предположение, что Тёмный Лорд выбирал артефакты основателей, что там ещё осталось? Диадема Кандиды Когтевран, чаша Пенелопы Пуффендуй… Постой, ведь Тёмный Лорд давал мне на хранение какой-то старинный кубок, может быть, это и была чаша? За ней глупые мальчишки и полезли в Гринготтс! Куда он её перепрятал, вот в чём вопрос! - Ты будешь смеяться, Белла, но он отдал её мне, - медленно произнёс Снейп, - Я спрятал её в своём старом доме в Паучьем Тупике, там наложено столько защитных заклинаний, что ни одна живая душа не проникнет. - Кто-нибудь об этом знает? – с горящими глазами спросила Беллатрикс. - Никто. - Сразу уничтожать нельзя, он почувствует. Нужно как-то заменить её на копию, и хранить рядом с клыками василиска, чтобы потом быстро уничтожить! Это удача! Но надо искать ещё, что насчёт диадемы? - Она давным-давно утеряна, - пожал плечами Снейп. - Но она может быть в Хогвартсе, там столько хлама, что можно спрятать что угодно. Скоро начнётся учебный год, кто там будет у тебя учиться из Ордена? - Только младшая Уизли и Луна Лавгуд, если родные отпустят их в школу. - Нужно им как-то подсказать направление поисков. - Интересно, как? Ты в курсе, что все ученики ненавидят меня, ведь это я убил Дамблдора! А уж мелкая Уизли готова разорвать мне глотку, она ведь подруга Гарри. - Придумай что-нибудь, Северус! - Допустим, я наведу на эту мысль Лавгуд, она и учится как раз на факультете Когтевран, она неглупая девочка, и мыслит очень нестандартно. Но ты же понимаешь, что если Тёмный Лорд о чём-то заподозрит, мне не жить, он скормит меня своей змее! - Ты же понимаешь, мой друг, что эта участь грозит каждому из нас, – насмешливо и грустно передразнила его Беллатрикс. - А что, если его змея – это шестой крестраж? – сказала вдруг Нарцисса, до сих пор сидевшая молча. - Разве крестраж может быть заключён в живом теле? – удивился Снейп. - Да, это возможно, - подтвердила Беллатрикс, обдумывая мысль сестры, - Поговаривают, что Нагайна была раньше волшебницей-анимагом, а Тёмный Лорд сделал так, что обратное превращение стало невозможно, она навечно осталась змеёй. Это проклятие Маледиктус. - То есть, она разумна? - Выходит, что так, и она предана ему до последнего зуба. - Как можно её убить? - Откуда я знаю? – огрызнулась Беллатрикс, - Давайте пока сосредоточимся на чаше и поисках диадемы. Хорошо бы ещё поймать Поттера, чтобы задобрить Лорда, а то он стал очень уж злым! - Белла, я прошу тебя, не трогай Гарри, - попросил Снейп. - С чего это ты так о нём заботишься? - Он сын Лили Эванс, эта девушка была…, очень дорога мне. - Мерлин великий! Ты из-за этого сидел на крючке у интригана Дамблдора? – догадалась Нарцисса. - Да… Он обещал спасти её, когда завербовал меня к себе, а когда Лили и Поттера убил Волдеморт, сказал, что у него не получилось… А потом поручил присматривать за Гарри. - Вот же старый мерзкий манипулятор! – в сердцах сказала Беллатрикс, и деловито добавила, - Северус, у тебя есть зелье-противоядие от укуса змеи? - Есть, конечно. - Будем носить его с собой, на всякий случай.