Путеводная звезда

Всю ночь Гермиона читала дневник своей мамы и плакала. Собственно говоря, он был предназначен для неё, мама вспомнила её. Она вспомнила, что у неё есть взрослая дочь по имени Гермиона, но где она, и почему она не живёт со своими родителями, она не знала. Папа этого не помнил, он говорил, что мама всё выдумывает, потому что у них нет детей, и настоял на рождении позднего ребёнка. Но мама решила записать свои мысли и всё, что с ними происходило в Австралии, обращаясь к Гермионе. Она рассказывала, как забеременела, и как обрадовался папа, а потом у них родился чудесный мальчик, и папа считал, что она должна прекратить думать о несуществующей дочери, но мама продолжала верить, что Гермиона когда-нибудь их найдёт. Они долго спорили насчёт имени ребёнка, папа решил назвать его именем своего лучшего друга, а маме почему-то нравилось имя Гарри, и в конце концов договорились, что второе имя мальчика будет Гарольд. Мама писала, что потом вспомнила, откуда взялось имя Гарри, так звали лучшего школьного друга Гермионы, они видели его всего один или два раза. Джонни рос, и всё больше становился похожим на своего отца, такие же голубые глаза и тёмные волнистые волосы. А мама вспоминала всё больше и больше, она уже вспомнила Лондон, и то, что дочь училась в закрытой школе, куда уезжала почти на весь год. Совсем скоро мама должна была вспомнить, что Гермиона была волшебницей. Папа, к сожалению, так ничего и не вспомнил. Утром Гермиона с опухшими красными глазами положила букет цветов на могилу своих родителей, она думала о том, как много не успела им рассказать, и теперь никогда уже не расскажет. Они не узнают о том, как много потеряла их дочь в войне против Волдеморта, и неожиданно приобрела родных и друзей там, где совсем не ожидала. Они никогда не приедут к ней в Италию, не познакомятся с маленькой Полой, с Беллатрикс и Нарциссой… При мысли о Беллатрикс в сердце как-то кольнуло, она что, скучает по ней? Памятник был очень простым, явно каким-то казённым, Гермиона повернулась к мистеру Грэйсону. - Скажите, а можно заказать другой памятник? Я оставлю денег. - Конечно, мисс Грейнджер, я покажу вам похоронное бюро, где вы можете выбрать и заказать любой памятник. - Хорошо, а теперь едем в приют. Соседний город был на самом деле недалеко, они доехали туда за двадцать минут. В приюте директриса долго выяснял её личность, прежде чем показать ей мальчика. - Он всё время плачет, никак не может привыкнуть, что мамы нет, но сегодня ведёт себя спокойнее, - сказала женщина, которая была с детьми. Она показала на малыша, который тихо сидел один в уголке закрытого манежа, опустив голову. - Это Джонни? – дрогнувшим голосом спросила Гермиона, - Могу я взять его на руки? - Возьмите, - с сомнением сказала женщина, - Но он снова будет плакать. Гермиона подошла к мальчику, присела возле манежа и тихонько позвала его, протянув руку. Ребёнок вздрогнул от незнакомого голоса, поднял голову и посмотрел на девушку испуганными голубыми глазами, лицо его искривилось, и он тут же заплакал. - Не плачь, Джонни, посмотри, что я тебе принесла, - Гермиона протянула мальчику мягкую игрушку-медвежонка, - Хочешь ко мне на руки? Мы с тобой погуляем, поиграем, я расскажу тебе сказку про принцессу и рыцаря. Ласковый и негромкий голос Гермионы, видимо, понравился мальчику, он перестал плакать, слушал её, и даже взял в руки игрушку, но пойти к ней на руки отказался. Она сидела возле него целый час, что-то рассказывая, занимая его внимание кубиками и другими игрушками, а потом детей унесли кормить. Девушка пошла к директрисе и заявила ей о своём желании забрать ребёнка к себе. - Это не так просто, - ответила та, - вы хотите усыновить его? - Я его ближайшая совершеннолетняя родственница, хочу оформить опекунство, - ответила Гермиона. - Вы должны подать заявление в органы опеки, там будут проверять ваше благосостояние, состав семьи, и потом вынесут решение. - Но он же мой родной брат, какие органы опеки! – возмутилась девушка. - Если найдётся семья более подходящая для опеки или для усыновления, ребёнка отдадут им, - пожала плечами женщина, ей было всё равно. - Хорошо, я приду завтра, хочу, чтобы он ко мне привык. Чтобы быть ближе к брату, Гермиона перебралась в этот городок, и каждый день ходила в приют, мальчик понемногу привыкал к ней. Она попыталась обратиться, как положено, в органы опеки, но там потребовали такую кучу справок о её месте проживания, о её состоянии и составе семьи, что она поняла, что это нереально. Она незаметно наложила на этого сотрудника «Обливиэйт», чтобы её никто не помнил. Такую же процедуру пришлось проделать и в самом приюте, стерев память о мальчике и о ней самой. Директриса своими руками отдала ей документы на Джонни, и Гермиона с ребёнком на руках навсегда покинула Австралию. Домой ей пришлось лететь маггловским самолётом, мальчик был слишком мал для аппарации, но места в бизнес-классе были вполне комфортными, и ребёнок спокойно проспал большую часть полёта. Самолёт летел до Флоренции, оттуда пришлось взять такси, и уже в темноте они приехали в Карреру, Гермиона остановилась в отеле, потому что не знала, как доехать до поместья, и смертельно устала, ей и Джонни необходим был отдых. Утром её разбудил Джонни, он уже привык к ней, и даже пару раз назвал её «ма». Это слово болезненно отзывалось в сердце, но Гермиона не поправляла мальчика, ему нужна была мама, и она готова была заменить её. Потом опять было такси, Гермиона вспомнила название соседней деревушки, и местный таксист быстро довёз их туда, сказав, что его мать и сейчас живёт где-то рядом. Гермиона не разобрала название, она вообще плохо понимала быструю речь таксиста. Потом уже девушка показывала, куда нужно ехать, так они добрались до ворот поместья. - О, я знаю эти ворота, они всегда были заперты, там заброшенное поместье какого-то графа, - сказал таксист, - мы мальчишками хотели туда пробраться, но не смогли. Так вы здесь живёте? - Да, у графа есть наследники, и теперь это поместье не заброшено. - Интересно было бы посмотреть, что там внутри! – сказал любопытный таксист, ему явно хотелось пообщаться ещё, - Если вам нужна будет машина, могу помочь, вот моя визитка с номером телефона, меня зовут Марко. - Спасибо, Марко, - вежливо сказала Гермиона, она взяла визитку и расплатилась. Разговорчивый таксист утомил её, он болтал всю дорогу, - Я как-нибудь обязательно вас приглашу. Дождавшись, когда машина уедет, она достала свою палочку, и открыла ворота. Из вещей у неё был небольшой рюкзачок с чарами расширения, там были её вещи и нехитрые вещички Джонни, на руках сидел проснувшийся ребёнок, который осматривал незнакомое место, прижимаясь к своей сестре и сжимая в руках подаренного медвежонка. Пока они шли к замку, Гермиона говорила с ним тихо и ласково, рассказывая, в каком чудесном месте он теперь будет жить. Наконец показался великолепный белый дом, и девушка сказала мальчику: - Видишь, Джонни, это наш дом, он очень красивый, правда? А вокруг ещё есть парк, и много интересных мест. О, посмотри, вон навстречу нам бежит Пола, это твоя сестрёнка, а с ней бабушка и дедушка. Встречающие во все глаза смотрели на похудевшую и осунувшуюся Гермиону с незнакомым ребёнком на руках. Первой рот открыла, конечно, Пола. - Мина, кто это? – с любопытством спросила девочка. - Это мой брат Джон Грейнджер, - тусклым голосом ответила Гермиона, понимая, что следующим будет вопрос про родителей. - Что с Фрэнком? – спросила побледневшая бабушка. - Они с мамой…, погибли три месяца назад, в автомобильной аварии, - Гермиона с трудом проглотила комок в горле, - а это их сын. Бабушка заплакала, спрятав лицо у мужа на груди, дед обнимал её за плечи, он заморгал, сдерживая слёзы, и нашёл в себе силы улыбнуться Гермионе и сказать: - Добро пожаловать домой, тебя все очень ждали… Все вместе они пошли к дому, возле крыльца стояли Беллатрикс и Нарцисса, рядом был Снейп, они с удивлением смотрели на Гермиону с испуганным ребёнком на руках. Остановившись перед ними, она сказала: - Я рада всех вас видеть, и рада видеть мисс Беллатрикс на ногах. Но я очень устала, и Джонни тоже, мы бы хотели отдохнуть. Потом я обязательно всё расскажу. - Ваше сиятельство! Вы вернулись, - приветствовал её Толли, как только она зашла в прохладный вестибюль. - Толли, я тоже рада наконец оказаться дома. Этот маленький мальчик – мой брат, его зовут Джонни. Он будет пока со мной в комнате, принесите ему тёплое молоко с печеньем, и я уложу его поспать. Конечно, Толли принёс не только молоко и печенье, для мальчика была ещё жидкая сладкая кашка и паровая котлета, а для неё вкусные равиоли со шпинатом. Джонни немного поел, но глазки у него слипались, хоть он и спал почти всю дорогу, сказывалась разница во времени и усталость от путешествия. Устроив малыша на огромной кровати, она сама без сил свалилась рядом и заснула. Она была дома. Проспав остаток дня и всю следующую ночь, утром Гермиона проснулась от детского голоса, приоткрыв глаза, она обнаружила, что на её кровати расположилась Пола в пижаме с какими-то игрушками, и она играет с Джонни, а он, как ни странно, слушает её болтовню и даже что-то отвечает ей отдельными возгласами. Протерев глаза, девушка села на кровати и улыбнулась детям. - Доброе утро, Пола, привет, Джонни! Что вы делаете? - Я показываю Джону, как правильно складывать пирамидку, - важно сказала Пола, на правах старшей сестры. - О Мерлин, где ты её взяла? Разве мы не выбросили твои старые игрушки? - Это пирамидка Вики, она дала мне на время… - Понятно. Ты уже умывалась, Поли? Беги в свою комнату, и позови мне Марси, пожалуйста, мне нужна её помощь с Джонни. Пришедшая Марси ловко поменяла памперс мальчику, умыла его и унесла кормить в комнату Полы, а Гермиона стала думать о том, где лучше поставить кроватку для нового члена их семьи. - Ваше сиятельство, завтрак подать сюда или вы спуститесь в столовую? – спросил Толли. - Я сейчас спущусь. Она быстро умылась и оделась в повседневную одежду, то есть в лёгкие брюки и футболку, и спустилась в малую столовую, где обычно был накрыт завтрак. Её уже все ждали, и она с радостью отметила, что Беллатрикс сидит за общим столом рядом с сестрой. Собравшиеся ждали её рассказа о поездке, она это понимала, и, отпив из чашки вкусный кофе, начала рассказывать. Бабушка снова не могла сдержать слёз, остальные слушали историю молча, выражая сочувствие девушке и её погибшим родителям. - Ну, а теперь расскажите, какие новости дома? – бодрым тоном спросила Гермиона, - Я вижу, что у мисс Беллатрикс всё хорошо? Она не могла отвести от женщины взгляда на протяжении всего завтрака, и отмечала каждую мелочь. Белла уже довольно уверенно обращалась со столовыми приборами, но чашка с кофе немного дрожала в её руке, а ещё она была непривычно тихой, и не участвовала в общем разговоре, иногда говорила несколько слов Нарциссе, но так, что её слышала только сестра. И только глаза были живыми и яркими, и загорались иногда знакомым огнём, когда она смотрела на Гермиону. - Да, дела у Беллы движутся в сторону выздоровления, - с гордостью подтвердил Снейп, - скоро она у нас будет бегать. - Очень хорошо, после завтрака я хотела бы поговорить с мисс Беллатрикс и мистером Уизли о проведении ритуала. - О каком ритуале идёт речь? – спросил Билл. - Ритуал введения в род, я бы хотела дать фамилию Бельвини двоим детям, и этим самым ввести их в род. - Ты говоришь про Полу? И … Джонни? – уточнил дед, - А если он не волшебник? - Это неважно, он мой родной брат, и будет носить эту фамилию. Беллатрикс что-то беспокойно шепнула Нарциссе, та кивнула и сказала Гермионе: - Мисс Грейнджер, то есть, прошу прощения, леди Бельвини, моя сестра хочет поговорить с вами наедине. Но прошу разрешить мне присутствовать, так просит Белла. - Хорошо, сразу после завтрака. И называйте меня, пожалуйста, просто Гермионой. - Тогда я зайду попозже, - кивнул Билл, - Мне тоже надо с тобой поговорить. Устроившись в кабинете, Гермиона спросила. - Так о чём вы хотели поговорить? - Мисс Гермиона, как вам известно, моя сестра овдовела, и это даёт ей право вернуть фамилию Блэк, а также официально признать Полу своей дочерью и дать ей эту фамилию, - сказала Нарцисса, Беллатрикс кивнула, - Поэтому нет необходимости вам давать ей свою фамилию и вводить в род Бельвини. - Мисс Беллатрикс, вы помните, как я дала вам обещание дать этому ребёнку свою фамилию? – вздохнув, сказала Гермиона. Беллатрикс снова кивнула, удивлённо посмотрев на девушку. - Я люблю эту девочку, как будто она мой собственный ребёнок, и я выполню своё обещание. Если вы настаиваете на фамилии Блэк, пусть будет и эта фамилия тоже, я не возражаю. Я всю жизнь прожила с фамилией Грейнджер, и мне она тоже нравится, в конце концов… Но, хочу вам напомнить, что вы находитесь вне закона в Англии, и это может создать проблемы для Полы, когда она повзрослеет. Пусть лучше она будет Бельвини-Блэк, вы согласны? По беспокойному лицу Беллатрикс было понятно, что она не совсем согласна с предложенным вариантом, о чём попыталась сказать, но издавала что-то невнятное, её не понимала даже Нарцисса. - Белла, успокойся, пожалуйста, - заволновалась женщина, - Мисс Гермиона, мы пойдём, Белла ещё подумает. Они ушли, а Гермиона покачала головой: как же она скучала по резкой, стремительной Беллатрикс, по её насмешливым и острым, как лезвие, словам, даже по её издевательствам. Конечно, женщина уже не лежит в кровати, но сколько ещё должно пройти времени до её полного выздоровления… Снейп рассказал, что пригласил целителя, который занимается восстановлением речи у больных, и теперь Беллатрикс два раза в день выполняет определенные упражнения, по много раз повторяет отдельные звуки, и несложные слова. Потом пришёл Билл, и долго ей рассказывал про развернувшиеся дела на каменоломне, добыча мрамора там шла полным ходом, и продавался он по хорошей цене, Билл заключил очень выгодные договора с мастерскими. Гоблины работали на совесть, конечно, платить им тоже приходилось немало, но доход был, и очень хороший. Билл рассказывал, что эти деньги они, посоветовавшись с дедом, пустили на модернизацию маслобойни, винодельни, молочной фермы, и на обустройство поместья. Билл был по-настоящему увлечен всеми этими делами, и Гермиона почувствовала, что наконец-то может скинуть эту тяжесть со своих плеч. - Билл, ты бы согласился на официальную должность управляющего? Разумеется, с хорошим жалованием, - спросила она его. - Да, мне это нравится, и моей семье здесь хорошо, - легко согласился Билл. Они ещё обсудили кое-какие дела, потом Билл спросил: - Так что насчёт ритуала введения в твой род детей? - Беллатрикс пока думает, она хочет, чтобы у Полы была фамилия Блэк, а я предложила двойную фамилию, Бельвини-Блэк, и они с Нарциссой ушли думать, - пожала плечами Гермиона. - Но ты же понимаешь, что будет означать эта двойная фамилия? – Билл пристально посмотрел на девушку. - Во-первых, я выполняю своё обещание дать девочке свою фамилию, а во-вторых, это позволит ей учиться там, где она захочет, - твёрдо ответила Гермиона, - Я делаю это ради детей. - Хорошо, это твоё решение. Следующие несколько дней Гермиона отдыхала, осматривала всё, что показывал ей Билл, с гордостью демонстрируя новенькие бочки и баки для вина, которые ждали новый урожай винограда. На молочной ферме привели в порядок зимние стойла для коров и купили новую маслобойку. Джонни на удивление быстро привык к жизни в поместье, за это надо было благодарить бабушку и Полу. Через неделю Гермиона увидела маленького мальчика, который ковылял по садовой дорожке, держась за руку бабушки, впереди них прыгали Пола и Вики. - О, Мерлин, он уже ходит? Почему вы мне не сказали? – ахнула девушка. - Пока только за руку, - улыбнулась бабушка, - Но скоро пойдёт сам. - Ма! – улыбнулся мальчик Гермионе, она тоже улыбнулась ему, присев рядом и целуя. - Он называет так всех женщин, и меня, и Флёр, и Нарциссу с Беллатрикс, - пояснила бабушка, вздохнув, - Ему нужна мама… Как-то вечером, выйдя на балкон из библиотеки, где продолжала разбирать архивы семьи, Гермиона услышала громкий плач мальчика. Она подумала, что рядом никого нет, и побежала в сад. Но, пока она выходила из дома, плач прекратился, и она увидела Джонни, сидящего на коленях Беллатрикс. Малыш сидел, доверчиво уткнувшись ей в грудь, а она тихо ему что-то шептала, обнимая и ласково перебирая мягкие тёмные волосы. Рядом на скамейку присела бабушка, но и она решила не беспокоить такую идиллию, а просто улыбалась. Постояв поодаль, Гермиона пошла назад в библиотеку. Время шло, на календаре была осень, но погода долго стояла тёплая, даже жаркая, и была самая пора сбора винограда и оливок. Билл целыми днями пропадал на виноградниках, следил за ходом работ, ему очень хотелось, чтобы у них получилось первоклассное вино. Он не оставлял надежду узнать секрет изготовления настоящего эльфийского вина, которое так ценилось в аристократических кругах Британии, но пока они решили делать обычное красное вино хорошего вкуса, которое можно будет продать. Такая же картина была с оливковым маслом, нужно было правильно и вовремя собрать урожай из созревших оливок и отжать из них масло. Доверив все дела мужчинам, Гермиона больше сидела дома, нужно было заниматься детьми, она старалась читать им книги и играть. Джонни исполнился год, он уверенно встал на ножки, и ел с большим аппетитом, к большой радости бабушки и Толли. Домовой эльф старался почаще накормить ребёнка вкусными десертами и выпечкой, но Гермиона пристально следила за правильным питанием малыша. У Полы появились новые интересы, этим летом она серьёзно увлеклась ботаникой, ей очень нравилось что-то выращивать, она пропадала в теплицах вместе со Снейпом. Девочка росла, ей уже не так интересно было играть в куклы, её больше увлекали книги, и лучше, если они были про растения. Специально для неё Драко присылал из Англии детские издания справочника по магическим травам, и книгу по уходу за магическими существами, по этой книге они учились в Хогвартсе. Сначала Пола требовала, чтобы ей читала эти книги Гермиона или бабушка, но потом девушка заметила, что девочка сама листает эти книги, а её глаза явно бегают по строчкам. - Пола, ты что, читаешь? – спросила Гермиона, не поверив сама себе. - Нет, я же не умею, - девочка посмотрела на неё честными глазами, - Просто мы с тобой читали эту книгу много раз, вот я и запомнила. - Ладно. Давай посмотрим, что тут нам прислали, - Гермиона взяла новую, только что полученную книгу сказочных историй про Малыша и Карлсона, и открыла её на первой странице. Она начала читать её вслух, а потом закрыла и встала с места, сказав, что вспомнила про неотложное дело, пообещав почитать в следующий раз. Она ушла, оставив книгу обиженной Поле, и стала смотреть в полуоткрытую дверь, что девочка будет делать. Девочка вздохнула, открыла книгу, и начала читать, водя пальцем по строчкам. Она явно читала! С тех пор Гермиона заставляла Полу читать вслух, в том числе для Джонни и Вики, и часто спрашивала её, из каких букв состоит то или иное слово. А вот этих вопросов Пола не любила, буквы она запоминала плохо, но Гермиона заставляла её учить. - Раз ты умеешь читать, то должна учиться писать слова, а каждое слово состоит из букв. В школе тебе придётся много писать, ты же это понимаешь? Девочка тяжело вздыхала, но учила буквы, а потом училась их писать. Составлять из букв слова у неё тоже почему-то долго не получалось, и Гермиона не могла понять этот парадокс: ребёнок научился читать, не зная букв! Она выписывала из Англии специальную литературу по детской психологии, читала про отклонения у детей, и пришла к выводу, что это какая-то разновидность дислексии, но у детей такого возраста это может быть преодолимо со временем. Она решила не заставлять Полу мучиться с буквами, это можно будет сделать и позже, пусть ребёнок наслаждается детством.