Останься на ночь

      Намджун с трудом разлепил глаза и тут же об этом пожалел — мир вокруг кружился в странном танце, а тело прошивали острые вспышки боли. «Твою мать, как же хреново», — мысленно выругался он, пытаясь сфокусировать взгляд на потолке. Потолок, кстати, был совершенно незнакомый — с облупившейся местами краской и какой-то странной трещиной, напоминающей профиль Элвиса.       Рана под ребрами пульсировала в такт сердцебиению, методично напоминая о том, что без квалифицированной медицинской помощи он скоро станет главным героем некролога в утренних криминальных новостях. Но к врачу нельзя — там его найдут быстрее, чем он успеет сказать «антибиотики». Намджун поморщился, осторожно ощупывая повязку. Мокрая. Просто замечательно. — О, очнулся наконец! — раздался где-то сбоку язвительный голос. — Я уж думал, придется искать в интернете «что делать, если у тебя в магазине сдох подозрительный тип».       Намджун скосил глаза и увидел омегу — невысокого, с растрепанными светлыми волосами и недовольным выражением лица. Тот стоял, опираясь плечом на книжный стеллаж, и сверлил Намджуна таким взглядом, что впору было проверить, не появилась ли дырка во лбу. — Прости, что на «ты», но на вежливость у меня лимит и на сегодня ее запасы исчерпаны, — Намджун удивленно моргнул, а омега продолжил. — Может объяснишь, какого черта ты решил забраться в мой магазин? — омега скрестил руки на груди. — Знаешь, я привык, что люди обычно заходят через дверь и покупают книги. А не истекают кровью в подсобке.       Намджун попытался сесть, но тело предательски не слушалось. Проклятая слабость. Он, альфа, валяется тут беспомощным мешком, пока какой-то омега саркастически над ним издевается. — Я ухожу, — процедил он сквозь зубы, делая еще одну попытку подняться. — Да неужели? — омега закатил глаза. — И далеко собрался? До ближайшей канавы? Там тебя и найдут дворники. Прекрасный план, просто блеск.       В его голосе звучала издевка, но в глазах мелькнуло что-то еще — беспокойство? Намджун замер. Он привык не доверять никому — жизнь научила, что каждый норовит всадить нож в спину. Но этот омега… В его взгляде не было ни страха, ни расчета. Только искреннее, хоть и очень хорошо замаскированное сарказмом, беспокойство. — Лежи уже, горе-герой, — омега отлепился от стеллажа и подошел ближе, поправляя сбившуюся повязку. — Я сейчас принесу поесть. А то помрешь еще, и будешь приходить ко мне полупрозрачным призраком. — Призраков не существует, — буркнул Намджун, против воли расслабляясь под осторожными прикосновениями. — Расскажи это мужу моей соседки! Помер год назад, а раз в месяц, как по часам является, требует вернуть одолженную дрель, — хмыкнул омега, отходя к небольшому столику. — Кстати, я Юнги. И ещё… ты теперь мой должник — угробил любимый ковёр!       Намджун прикрыл глаза. Ситуация была паршивая — он ранен, беззащитен, в чужом месте. Все инстинкты кричали об опасности. Но что-то в этом ворчливом омеге, в его колких замечаниях и заботливых жестах, заставляло израненное недоверием сердце пропускать удары.

***

      Намджун смотрел на дверь за которой скрылся омега и думал о том, как иронична жизнь — он, человек, державший в кулаке половину криминального Сеула, застрял в захудалом книжном магазине под присмотром странного омеги. Отец бы точно оценил шутку. Ким Вонхи всегда говорил, что судьба любит преподносить сюрпризы тем, кто слишком уверен в своей неуязвимости. — Так и будешь изображать умирающего лебедя? — омега появился в поле зрения, держа в руках поднос. — Я, конечно, понимаю, что драматическое возлежание на диване — это очень по-альфовски, но тебе нужно поесть. — Ты всегда такой…? — Намджун приподнялся на локтях, морщась от боли. — Только когда ко мне в магазин вваливаются подстреленные мафиози, — омега невозмутимо поставил поднос на столик. — О, не делай такое удивленное лицо. Я может и продаю книжки, но не идиот. Костюм от Brioni, часы Patek Philippe, и дырка от пули — не сложно сложить два и два.       Намджун напрягся. Чон Ёнхо всегда предупреждал его — самые опасные люди часто прячутся за самыми безобидными фасадами. Кто знает, может этот омега работает на его врагов? — Расслабься, — Юнги закатил глаза, протягивая ему тарелку с чем-то, напоминающим домашнюю лапшу с бульоном. — Если бы я хотел тебя сдать, уже давно бы позвонил в полицию. Или твоим врагам — уверен, награда была бы больше. — Тогда почему не позвонил? — Намджун отставил тарелку, отмечая, как вкусно пахнет еда, хоть этот запах сейчас и раздражал. — Потому что я идиот, очевидно, — Юнги плюхнулся в потрепанное кресло напротив. — И у меня есть дурацкая привычка подбирать всяких подранков. Вон, видишь этого облезлого кота? — он махнул рукой в сторону окна, где на подоконнике дремал серый котяра. — Тоже приблудился. Теперь ворует у меня еду и считает себя хозяином магазина.       Намджун невольно усмехнулся, но тут же поморщился от прострелившей бок боли. — Значит, я теперь твой новый подранок? — Ага. — Значит ты любишь котов. — Люблю. Только, вот ты не кот, и в отличие от него, наверняка принесешь мне больше проблем, — омега вздохнул. — Слушай, я не спрашиваю, кто в тебя стрелял и почему. Но если твои… эм… коллеги заявятся сюда, они разнесут мой магазин. А я только что получил редкое издание «Маленького принца» — было бы обидно, если бы его изрешетили пулями.       «Странный он», — подумал Намджун, наблюдая за омегой. Большинство людей, узнав, кто он такой, либо пытались использовать ситуацию в своих интересах, либо бежали без оглядки. А этот… этот, кажется, больше беспокоился о своих книгах и коте, чем о том, что приютил опасного преступника.       Намджун машинально потянулся к карману пиджака — там должен быть телефон. Нащупав пустоту, он чертыхнулся. Видимо, выронил во время погони. Прекрасно, теперь он не только ранен, но и отрезан от внешнего мира. Ёнхо наверняка с ума сходит, пытаясь его найти. — Ищешь это? — Юнги помахал разбитым телефоном. — Валялся на пороге. Экран вдребезги, но можешь попробовать позвонить, своим… друзьям.       В последнем слове явственно читалось «бандитам», и Намджун невольно усмехнулся. Проницательный омега. — Не нужно, — Намджун поморщился, пытаясь устроиться удобнее на узком диване. — Телефон все равно прослушивается. — О, так мы ещё и в шпионов играем? — Юнги фыркнул, но в его глазах мелькнуло понимание. — Знаешь, когда я открывал книжный магазин, в бизнес-плане не было пункта «предоставление убежища раненным мафиози». — Я не… — Да ладно. Расслабься, — Юнги небрежно махнул рукой, прерывая поток мрачных мыслей. — Но все-таки, — Юнги присел на край дивана, внимательно глядя на Намджуна, — может, позвоним кому-нибудь? Не в полицию, — он поднял руки, заметив, как напрягся альфа. — Но у тебя же есть… доверенные люди? Которые могут помочь, не наделав шума?       Намджун задумался. Ёнхо мог бы организовать безопасную транспортировку, но связываться с ним сейчас слишком рискованно. Телефонные линии наверняка прослушиваются, а среди его людей может оказаться предатель — иначе откуда убийцы узнали о вчерашней встрече? — Нет, — он покачал головой. — Ладно, — Юнги вздохнул. — Раз ты — самый одинокий мафиози на земле, придется тебе побыть моим гостем пока не поправишься. Только учти — если что-то произойдет в моем магазине, ты оплатишь все повреждения, включая моральный ущерб Серому Кардиналу. — Кому? — Намджун моргнул, не уверенный, что правильно расслышал. — Коту, — Юнги кивнул открывая взгляду длинную шею, от вида которой у альфы в груди защемило. — А ты думал он не стрессанул, когда ты взломал дверь и ввалился сюда?       Намджун хмыкнул. Его репутация только что была размазана комком серой шерсти. Ирония судьбы — годами он выстраивал образ безжалостного главы криминальной империи, а какой-то мяукающий «Серый Кардинал» все разрушил. — И!.. — Омега строго поднял вверх указательный палец. — Ковёр! Он тоже в списке! — Идет, — Намджун почувствовал, как уголки губ против воли поползли вверх. — Но учти — я очень привередливый гость. — О, неужели? — омега изогнул бровь. — Прости, но сервис у нашего заведения на полторы звезды, поэтому могу предложить только лапшу быстрого приготовления и обезболивающие.       В этот момент с улицы донесся звук полицейской сирены, и оба замерли. Но машина проехала мимо, и Юнги заметно расслабился. — Кстати об обезболивающих, — омега потянулся к аптечке.

***

      В маленькой подсобке книжного магазина тепло разливался желтый свет, укутывая все в свою золотую пряжу, а за окном моросил типичный для октябрьского Сеула дождь, превращающий улицы в зеркала. Запах домашнего рамена, наполняющий помещение, был приятен, но альфу от него почему-то мутило. — Надо поесть, — Юнги снова протянул чашку альфе, стараясь не расплескать бульон. — Знаю, что выглядит так себе, но ждать от меня чего-то лучшего не нужно. Готовка не моё.       Намджун смерил еду взглядом, его бледное лицо исказила гримаса. — Я правда не голоден, — отрезал он, стараясь быть мягче. — Началось, — Юнги картинно поднял глаза к потолку. — Может, тебе еще и фуа-гра подать? Или икорки? Прости, но ближайший мишленовский ресторан закрыт. Там, знаешь ли, перестрелка была. Не слышал?       Намджун дернулся, как от пощечины. В его глазах мелькнуло что-то опасное — тот самый взгляд, от которого у барменов дрожали руки, а деловые партнеры начинали заикаться. Но Юнги только фыркнул. — Не надо на меня так смотреть. Я в этом районе семь лет работаю — навидался всякого. И альф покруче тебя встречал. Уверен никто из них не отказался бы от еды в твоей ситуации.       Омега взял ложку и зачерпнул бульон. — Либо ты ешь сам, либо я кормлю тебя с ложечки. И поверь, второй вариант испортит репутацию нам обоим, — Юнги приподнял бровь. — Выбирай.       Их взгляды столкнулись. Намджун впервые встречал омегу, который не боялся смотреть ему прямо в глаза. Который вообще его не боялся. Это… интриговало. — Я не беспомощный, — процедил он сквозь зубы, но в голосе уже не было прежнего запала. — Разумеется, — кивнул Юнги. — Ты просто альфа с дыркой в боку, который решил поиграть в несгибаемого героя. Очень разумно.       Он поставил тарелку обратно на поднос и направился к двери. У самого выхода обернулся: — Когда закончишь изображать из себя мученика, позови. Я буду в зале, разбирать новые книги. И да, — добавил он с ехидной усмешкой, — я видел тебя без сознания в луже собственной крови. Хуже уже не будет.

***

      Юнги устроился на мягком кожаном диванчике в книжном зале, поджав под себя ноги. Старые фолианты на массивных деревянных стеллажах действовали как успокоительное и создавали особую атмосферу, которую не могли нарушить даже звуки вечернего города за окном. Телефон в руке завибрировал — звонил Тэхён. — Хён, как твой желудок? — голос Тэхёна звучал обеспокоенно. Младший всегда такой — заботливый до мозга костей, прирождённый родитель, чтоб его.       Юнги поправил очки и снова бросил взгляд на дверь подсобки, проверяя спит ли альфа. — Тэхёни, всё в порядке, — омега говорил вполголоса. — Желудок накормил бульоном, дал лекарства. Сейчас все тихо, не беспокоит. К утру, наверное, будет огурцом. — Ох, хён… — Тэхён шумно выдохнул. — Я перепугался до чёртиков. Хорошо, что у тебя не кишечный грипп. — Тэхён явно расслабился. — Слушай, у меня новости — завтра иду на свидание! Альфа из отдела продаж позвал в кино. — Газовый баллончик не забудь, — Юнги машинально потёр шрам на запястье. — Вообще-то я хотел тебя с собой позвать… — Тэхён-а, я, конечно, экспериментатор, но групповушки — это не моё. — Фу, хён! — возмущённый писк был таким громким, что Юнги пришлось отодвинуть телефон. Он живо представил, как у Тэхёна краснеют кончики ушей. — Это Минхо предложил. Он берёт с собой младшего брата. — Вам няня нужна? Я что похож на кого-то из пансиона благородных омег? — Да брось, Юнги! — Тэхён фыркнул. — Его брату двадцать пять. По словам Минхо — огонь-альфа. Только одинокий. — И в чем подвох? — Юнги снял очки и уставился в потолок. — Если такой идеальный, почему до сих пор за ним очереди нет? — Ботаник. Минхо говорит, что он в работе по уши. Лингвист между прочим. — Альфа с мозгами? — Юнги усмехнулся. — Это как единорог. Все о них слышали, но никто не видел. — Ну вот и проверишь! — в трубке пискнуло уведомление и Тэхён замолчал, скорее всего проверяя сообщение. — Так что, хён, идешь?       Юнги заметил, как на диване шевельнулась фигура под пледом. — Извини, тигрёнок. Не хочу подводить, но… — он понизил голос. — Желудок может преподнести сюрприз в любой момент. — Эх… — разочарование в голосе Тэхёна можно было черпать ложкой. — Не кисни. Оттянись как следует. Своди альф на какую-нибудь романтическую муть. Они на таком отключаются через пять минут. — Минхо не такой! — в голосе Тэхёна прорезались кошачьи нотки. — Ну конечно, конечно… — Юнги закатил глаза. — Твой Минхо — прям альфа всея Кореи.