Останься на ночь

      Намджун все-таки поел. Юнги заметил пустую тарелку на подносе, когда вернулся его забрать. Маленькая победа в войне с упрямым альфой.       Снаружи окончательно стемнело. Дождь усилился, превращая крышу магазина в импровизированную барабанную установку. Старые стены отрезали их от внешнего мира, создавая иллюзию, что они застряли в безвременье. — Значит — желудок? — голос Намджуна прозвучал с издёвкой, заставив омегу подпрыгнуть на месте. — Так ты меня обозвал? — Твою мать! Напугал! — Юнги прищурился, разглядывая альфу. К его удовлетворению, мутная поволока в глазах Намджуна рассеялась. — И вообще, подслушивать — признак плохого воспитания. — Я не специально, — в голосе альфы проскользнули тёплые нотки. Их постоянные пикировки начинали его забавлять. Омега Юнги был острым на язык и колючим, как дикобраз. Это пробуждало в Намджуне желание увидеть его другим — мягким, открытым. — Пора менять повязку, — Юнги выудил аптечку из-под стола, заваленного новыми поступлениями. — И прекрати так пялиться, я не собираюсь тебя пытать. Хотя соблазн велик.       Настольная лампа залила комнату янтарным светом, превращая всё вокруг в декорации старого нуарного фильма.       Намджун хмыкнул, но покорно приподнялся, позволяя омеге размотать бинты. Его кожа пылала — температура после кровопотери не спешила отступать. «Все альфы такие твердолобые, или этому особенно повезло с генами?» — Юнги старался игнорировать предательскую дрожь в пальцах. — Рана чистая, — пробормотал он, обрабатывая длинную борозду антисептиком. — Пуля прошла по касательной, хоть и разорвала бочину. В твоём безумном везении есть своя логика — умудрился выжить даже с такой раной в боку.       Намджун не отрывал от него глаз. Юнги физически ощущал этот взгляд — тяжёлый, изучающий, прожигающий насквозь. От него по спине разбегались электрические импульсы, а в животе скручивалась тугая спираль. «Соберись, идиот, — мысленно приказал он себе. — Ты не герой сопливой драмы». — Спасибо за помощь, — хриплый голос альфы прозвучал неожиданно интимно.       Юнги вздрогнул, едва не выронив бинт. Поднял глаза и… зря. В тёмном взгляде Намджуна плескалось что-то опасное, затягивающее, как болото. — Ага, — он попытался спрятаться за привычной иронией. — Труп в магазине — такое себе украшение интерьера. Распугает всех приличных покупателей. А у меня тут, между прочим, культурное заведение.       Тишина в комнате загустела, как смола. Только старый радиатор потрескивал в углу, да дождь выстукивал свой бесконечный ритм. Юнги с пугающей ясностью осознал их близость — достаточную, чтобы ощущать жар чужого тела. Запах дождя смешивался с древесными нотками и чего-то дикого, первобытного… «Хватит, — одернул он себя. — Ты не в мелодраме категории Б». — Почему отказался от свидания? — Намджун провёл пальцами по тыльной стороне его ладони. Юнги не отдернул руку, и это наполнило альфу необъяснимым удовольствием. — Не люблю эту чушь… — Юнги напрягся, втянув голову в плечи. — Тебе какое дело? — Неудобно. Я стал причиной срыва твоих планов, — их взгляды снова встретились. — Как могу загладить вину? — Никак. Просто выздоравливай и исчезни, — Юнги отвернулся, чувствуя, как предательски горят щёки.       Намджун сжал его ладонь сильнее. — Точно? Я умею быть… признательным, — его голос упал на октаву ниже, нарушая все нормы приличия. Что-то внутри Юнги отозвалось на этот тембр помимо воли. — Поздно уже, — Юнги выпрямился, пытаясь говорить равнодушно.       Намджун вскинул бровь, и его губы тронула усмешка. Он читал омегу как открытую книгу, и это… нервировало до чёртиков. — Вот, — Юнги дёрнул на себя приготовленное одеяло, игнорируя волну дрожи, накатившую на тело. — Надеюсь, не замёрзнешь. — Спасибо, Юнги. Ты такой заботливый, — альфа и не думал отпускать его руку.       Юнги сглотнул, чувствуя, как сердце выбивает чечётку о рёбра. — Я просто хочу… чтобы ты отдохнул и…       Намджун притянул его ближе. — О, я отдохну, — его губы почти коснулись щеки омеги. — Особенно если не буду один.       Юнги дёрнулся как от удара током, мгновенно обрастая иголками и вскакивая с дивана. — Я останусь в магазине. Исключительно чтобы ты тут не устроил локальный апокалипсис. С меня хватит приключений на сегодня. — Мне лечь на полу? — Намджун продолжал улыбаться, наблюдая, как омега превращается из тёплого зефира в ежа. — Нет. В зале есть диван, — Юнги махнул в сторону двери, пятясь к выходу. — Если что нужно — зови. Но лучше не надо. Правда!       Он выскочил за дверь, прикрыв её за собой. Прислонился к стене, пытаясь успокоить дрожащие колени.       «Возьми себя в руки, размазня, — приказал он себе. — Это всего лишь раненный альфа. Очередной странный день в жизни скромного букиниста».       Он запер входную дверь магазина, опустил жалюзи и включил старую настольную лампу. Достал потрёпанный томик Брэдбери — всё равно не уснёт. Не когда за стеной этот невозможный, опасный, притягательный альфа.       А дождь продолжал отрезать их маленький мир от спящего города.

***

      Ёнхо мрачно смотрел на последнее сообщение от Намджуна, нервно сжимая в пальцах сигарету. Его всепоглощающее беспокойство было написано в каждой черте его красивого лица. Прошли сутки с тех пор, как связь с боссом оборвалась, и Ёнхо никак не мог успокоиться.       Он был правой рукой Намджуна, его верным соратником и другом. Эти двое знали друг друга почти всю жизнь и прошли вместе через многое. Ёнхо был тем, кто помог альфе встать на ноги после смерти родителей и принять бразды правления опасной семейной империей. Именно он тщательно обучал молодого Кима всем тонкостям их темного бизнеса, чтобы тот мог успешно им управлять.       И теперь, когда Намджун внезапно исчез, Ёнхо был вне себя от беспокойства. Что-то пошло не так, это было очевидно. Если с его другом что-то случилось…       Дверь с грохотом распахнулась. — У нас проблема, — начальник охраны замер на пороге, бледный как полотно. — Да ты что? А я думал, у нас тут корпоратив намечается, — Ёнхо затушил сигарету о хрустальную пепельницу. — Ну? — Потеряли его след в районе Парка. Камеры вырубились, машина исчезла.       Ёнхо медленно поднялся из кресла. В его движениях читалась грация дикой кошки, готовой к прыжку. — Ты хочешь сказать, что целая служба безопасности не может найти одного человека в этом сраном городе? — его голос источал арктический холод. — Что ж, видимо, придется искать нового начальника охраны. Вместе с новой охраной.       Альфа сглотнул, попятившись к двери. — Мы прочёсываем каждый метр… — Десять километров в радиусе. Каждый дом, каждый подвал, каждую собачью будку. Если Сон Юн доберется до него первым… — Ёнхо не закончил фразу. — Пошел вон.       Оставшись один, бета достал из сейфа глок и проверил магазин. Старший Ким когда-то научил его двум вещам: никогда не доверять важные дела другим и всегда иметь запасной план. Что ж, пришло время воспользоваться обоими советами.       Двадцать лет назад никто бы не поверил, что какой-то бета станет помощником главы клана Ким. Ёнхо усмехнулся, в свои двадцать два он был тем еще засранцем — дерзким, наглым, но чертовски умным. Старший Ким, светлая ему память, разглядел в нем не просто смазливую мордашку для своей постели, а острый ум и железную хватку.       Намджун, конечно, бесился поначалу. Еще бы — папочка притащил в дом не только любовника, но и нового советника. Ёнхо до сих пор помнил, как юный альфа сверлил его злым взглядом на семейных ужинах. А теперь… Теперь этот гордый мальчишка вырос в опасного хищника, альфу, босса. Теперь он понял, что перед ним не любовник его отца, а невероятно сильный и преданный союзник. Тот самый человек, что поможет ему не только управлять легальной частью бизнеса, но и умело вести темные, криминальные дела.       Ёнхо стал для Намджуна наставником и другом — человеком, которому он мог доверять бесконечно. Годы, проведенные бок о бок, крепко связали этих двоих. Ёнхо ценил в Намджуне силу, упорство и целеустремленность, в то время как сам Ким восхищался умом и хладнокровием своего верного соратника. Они дополняли друг друга, становясь практически неуязвимыми.       Ёнхо накинул кожаную куртку и вышел в промозглую осеннюю ночь. Он найдет альфу сам. И упаси бог тех, кто встанет у него на пути.

***

      Утро вломилось в сознание омеги безжалостной болью в спине и настойчивым молоточком в висках. Юнги с трудом разлепил глаза и, матерясь сквозь зубы, отодрал себя от продавленного диванчика. «Вот тебе и доброе дело, Мин Юнги», — пробормотал он, шлёпая босыми ногами по ледяному полу. Каждый шаг оставлял на старом паркете теплый след, мгновенно испаряющийся в прохладном утреннем воздухе.       Разум все еще плавал где-то между сном и явью, когда рука потянулась к дверной ручке. В следующий момент дверь распахнулась, и Юнги впечатался носом в обнаженную грудь альфы, покрытую россыпью мелких шрамов. — Чтоб тебя! — выругался омега, отшатываясь. — И тебе доброго утра, котик, — в глазах Намджуна плескалось неприкрытое веселье. Он окинул взглядом взъерошенного омегу, отмечая забавное сходство с серым котом, который с самого утра крутился возле дивана, всем своим видом намекая на незаконный захват его территории       Юнги только фыркнул, протискиваясь мимо альфы в ванную. От случайного прикосновения кожа загорелась, и омега поспешил захлопнуть дверь. Утро, раскалывающаяся голова, ноющая спина… да еще этот подстреленный красавчик разгуливает полуголый. Что в этом может быть доброго?       Горячий душ постепенно привел мысли в порядок. Юнги с наслаждением втянул носом любимый аромат кедрового геля, чувствуя, как расслабляются напряженные мышцы. Натянув припрятанный в магазине мягкий спортивный костюм, он вышел в подсобку, уже не такой колючий и даже с намеком на улыбку.       «Точь-в-точь как Кардинал», — умилился про себя Намджун, наблюдая за преображением омеги. — Я немного похозяйничал и приготовил кофе. Ты не против? — альфа приподнял две дымящиеся кружки, и его лицо на мгновение исказила гримаса боли. Каждый шаг к дивану, где уже по-хозяйски развалился Кардинал, а рядом, сложив ноги в позе лотоса, примостился омега, давался с трудом. — Угу… — Юнги лениво потянулся за кружкой, и рукав костюма съехал, обнажая тонкое запястье.       Сделав несколько глотков на удивление вкусного кофе, омега повернулся к окну. Мелкие капли дождя барабанили по стеклу, превращая мир за окном в размытую серую акварель. Он поёжился, плотнее закутываясь в теплую ткань. — Похоже, дождь зарядил надолго. Эх… Прощай выручка…       Намджун не сводил глаз с профиля омеги, любуясь, как тот морщит нос, наблюдая за непогодой. — Дождь… старается оставить нас наедине. Ты так не думаешь? — голос альфы прозвучал слишком низко и интимно в уютной тишине подсобки.       Юнги искоса глянул на альфу, отмечая, как тот небрежно откинулся на спинку дивана, явно игнорируя боль в боку. — Полагаю, тебе лучше? — он прочистил горло. — Раз начал подкатывать… но я предупреждаю, меня твои альфьи причиндалы не интересуют.       Уголки губ Намджуна едва заметно дрогнули в улыбке, а голос стал еще ниже, посылая мурашки по коже омеги. — О, я даже не собирался. Я имел в виду, что дождь смывает все следы, освежает воздух… Создает уютное уединение.       Юнги почувствовал, как щеки заливает предательский румянец. Пальцы крепче сжали горячую кружку. — Ну если так… — он нервно облизнул пересохшие губы, не замечая, как потемнел взгляд альфы. — Идеальная погода, чтобы остаться дома. — Именно так, Юнги, — в глазах альфы появилась опасная глубина. — Идеальная… погода.       Намджун аккуратно и слегка шипя развернулся, продолжая исподтишка разглядывать омегу. Вчерашняя колючая язвительность сменилась домашней мягкостью, от которой пальцы сводило желанием прикоснуться. Влажные выбеленные волосы в беспорядке падали на лоб, глаза превратились в очаровательные полумесяцы, а щеки все еще алели румянцем после душа — от этого зрелища сердце альфы замедлилось и его звук превратился в глухое уханье. Юнги осторожно дул на горячий кофе, прежде чем коснуться кружки припухшими со сна губами, а Намджун ловил каждое его движение, тяжело сглатывая.       Кардинал смерил альфу насмешливым взглядом и, кажется, даже покачал головой. Потянувшись всем телом, он грациозно перетек на колени омеги, немедленно получив свою порцию ласки — тонкие пальцы привычно зарылись в серую шерсть между ушей. Во взгляде кота читалось явное: «Вот как надо действовать. Учись!» — У меня есть потрясающая коллекция романов о мафии. — Юнги нарушил уютную тишину, рассеянно поглаживая кота и разглядывая книжные полки. — Хочешь ознакомиться? — С удовольствием, — Намджун растянул губы в легкой улыбке, от которой на щеках появились очаровательные ямочки. — Я всегда ценил редкие экземпляры. — Хм… Ценил он! — в голосе прозвучало куда меньше яда, чем можно было ожидать.       Кардинал недовольно мяукнул, когда Юнги аккуратно подвинул его, поднимаясь с дивана и направился в читальный зал. — Прости, дружище, но этот омега занят, — шепнул коту Намджун, придерживая рукой повязку и следуя за Юнги.       Кот только моргнул и вальяжно растянулся на диване, всем своим видом показывая: «Ты мне не конкурент, двуногий». — Здесь столько интересных историй, ждущих, чтобы их раскрыли и прочли, — голос Юнги потеплел, выдавая в нем истинного ценителя книг. — Я уверен, что ты сможешь раскрыть передо мной каждую из них. — Взгляд альфы откровенно блуждал по фигуре омеги, спрятанной в объемной ткани костюма. И Намджун понимал, что остановиться не может. — Прочтешь мне одну из них?       Омега замер, кожей ощущая тяжелый взгляд. — Я… я… — он нервно закусил губу, мысленно отчитывая себя. «Соберись, Юнги, ты чего поплыл? Это просто альфа!» — Не уверен, что мой голос придется тебе по душе. — А я уверен, что найду его восхитительным. — Пальцы Намджуна невесомо коснулись запястья Юнги, вызывая электрический разряд. — Спасибо за твою заботу. — Я… — хрупкий момент разбила трель телефонного звонка. — Оу… это Тэхён… мне нужно ответить.       Омега практически сбежал, оставляя альфу наедине с теплой улыбкой и парой очаровательных ямочек на щеках. — Мне кажется, что меня только что ранили куда серьезнее… — прошептал Намджун, прослеживая взглядом исчезающую фигуру омеги.