НЕКСУС

Или «Мир Свечей», как его ещё называют… Мадоцуки шагнула в новый мир, и сразу же её уши наполнились звуком постоянного жужжания. Пчелиный Улей, или, как его ещё называли, Мир Свечей, встретил её сиянием янтарных тонов. Казалось, этот мир был соткан из золота, мёда и мягкого света. Стены, потолок и даже пол вокруг переливались оттенками жёлтого и оранжевого, напоминая гигантский витраж, созданный природой. Повсюду висели светящиеся свечи, которые были живыми — у каждой был маленький огонёк вместо лица, и они передвигались, покачиваясь из стороны в сторону, словно от ветра, которого здесь не было. Запах в этом мире был таким сладким, что казалось, он липнет к коже. Медовый аромат смешивался с лёгкими цветочными нотками, и это создавало ощущение сказочной теплицы. На полу, в застывших лужах мёда, виднелись необычные предметы: золотые монеты, статуэтки, покрытые плотной медовой коркой, старинные каменные таблички с неизвестными письменами. Всё это выглядело как следы давно забытых путешественников, чей путь закончился здесь. Мадоцуки осторожно обошла один из таких застывших артефактов, стараясь не наступить на липкий пол. Вокруг неё кружили огромные пчёлы — их тела переливались, словно выполненные из полированного янтаря, а крылья были прозрачными, как тончайшее стекло. Они не обращали на неё внимания, полностью занятые своей деятельностью. — Пыльца из Небесного Сада… — мелькнула мысль у Мадоцуки. Эти пчёлы, вероятно, трудились над сбором пыльцы для своих свечей, а может, даже для огромных восковых структур, украшающих улей Вскоре она заметила диван. Он стоял в углу, в стороне от суетливых свечей и пчёл. Современный, мягкий, будто из другой реальности. Его чистота резко контрастировала с медовой липкостью окружающего мира. Но её внимание привлекло не это. Вдали виднелся гигантский панцирь Королевы Улья. Она неподвижно лежала в центре огромного зала, окружённая пчёлами, которые словно охраняли её. Панцирь был огромным, переливающимся золотистыми и серебряными оттенками, а вокруг него, как тень, сновал крошечный человечек. Мадоцуки приблизилась и разглядела мальчугана. Это был Элав — маленький, но чрезвычайно проворный эльф. Его синевато-бирюзовые волосы ярко выделялись на фоне медовых стен. Он бегал вокруг Королевы, что-то выкрикивая и энергично размахивая руками, как будто приказывал пчёлам. — Ты здесь главный? — сухо спросила Мадоцуки, подходя ближе Элав резко остановился и, гордо выпрямившись, посмотрел на неё. — Конечно! — ответил он с гордостью. — Я, Элав, управляю всем, что ты видишь! — Тогда дай мне один эффект. Эффект «Микрочелик». — Мадоцуки не любила тратить время на лишние разговоры Элав насупился, будто размышлял, стоит ли это делать. Затем его лицо прояснилось, и он с горделивой улыбкой достал из кармана маленький сверкающий шар. — Вот. Но помни: это редкая штука. Она позволяет тебе стать такой же маленькой, как я, и делать копии себя! Он протянул эффект, и Мадоцуки аккуратно взяла его, убирая в карман. — Ты не думаешь, что всё это… просто сон? — тихо спросила она, почти не глядя на него Элав на мгновение задумался, но потом рассмеялся. — А разве это имеет значение? Главное, что это мой сон! Мадоцуки ничего не ответила. Она отошла, не спеша покидая зал. Она получила то, что искала, но ощущение, что в этом мире скрыто нечто большее, снова преследовало её. Звуки жужжания становились всё тише, когда она шагнула обратно в Нексус.