Четырёхцветный клевер

Сразу по возвращению из Хогвартса отец отправил их с мамой во Францию. Они ездили туда навещать родственников каждое лето, но в этот раз всё произошло чрезвычайно быстро, если не сказать торопливо. Люциус будто бы хотел отослать их подальше от поместья, мама определённо что-то знала, но Драко не решался спросить. Он всё ещё помнил разговор с отцом на Пасху. В Бретани их встретили Леферосы, чрезвычайно древний французский род, который имел крепкую кровную связь с Малфоями. У четы Леферос было три дочери, родившихся с разницей в два года, очаровательные брюнетки с тёмно-голубыми глазами, которых практически невозможно различить между собой. Взрослые часто шутили, что на самом деле это один ребёнок разных возрастов, а сёстры на это активно кивали и улыбались. Девочки всё делали одинаково и вместе, будто действительно были одним человеком. Драко немного завидовал их сплочённости и единомыслию. Вот бы у него тоже были брат или сестра... Британь с её зеленью и морскими побережьями быстро наскучила мальчику, и он вместе с кузинами уговорил родителей взять их в Париж на несколько дней. Взрослые, как всегда, отправлялись туда по делам, а вот детям не терпелось попасть в новый магазин сладостей "Шоколадная лапка", открывшийся на Рю Шар. В первые секунды пребывания в магазине дети просто стояли, ошеломлённые его размерами и ассортиментом. Сотни видов шоколада, огромные банки, наполненные движущимся мармеладом, лягушки из шоколада, глазури, пряного имбирного теста, ровные ряды сладкой шипучки, от которой из ушей шёл дым и из горла вырывался львиный рык, дражже Берти Боттс, даже дорогие подарочные издания, в которых отсутствуют противные вкусы, пчёлки, бабочки и стрекозы из карамели и мёда, и, естественно, эмблема магазина - шоколадные лягушачьи лапки, которые при прикосновении к ним человека превращались в тот вид шоколада, который он любил больше всего (действует всего один раз). Всё было оформлено в ярких красно-жёлтых тонах, десятки консультантов услужливо рассказывали детишкам о тех или иных сладостях, леветируя товар с полок, чтобы потенциальные покупатели могли посмотреть его поближе. Девочки тут же убежали к миловидной пушистой сладкой вате, а Драко, поразмыслив, решил купить шоколадных лапок. Но консультант, который показывал действие этих сладостей, оказался настолько обаятельным и умелым, что блондин и не заметил, как из его мешочка с деньгами пропало не меньше двадцати галлеонов, а в руках появилось пять пакетов, доверху набитых сладостями. — Кузен! Ты не видел Ниту? — старшая кузина - Либерта, подошла к нему, беспокойно оглядываясь по сторонам, — Мы с Эгелитой отвернулись всего на секунду - а её и след простыл. — Нет. Может, она пошла в другой магазин? — Может быть... С тех пор, как она пошла в Шармбатон, она стала отдаляется от нас, — печально сказала девушка, — не понимаю, в чём проблема. Может, она думает, что она нам не нужна? Но она всегда для нас любимая младшая сестричка! Драко вспомнил семейство Уизли. Те, несмотря на свою бедность и тупость, всегда держались вместе, даже их занудный брат Персей или как там его. В чём же их секрет? — Поможешь нам найти её? — прервала его мысли девушка, — Лита осматривает второй этаж, а мы займёмся первым. — Может продавцы или консультанты видели её? — предположил он после пяти минут поисков по магазину. — Давай спросим, — ответила Либерта с нарастающим волнением в голосе. Но никто не видел миниатюрную девочку лет одиннадцати на вид (хотя на деле она была одного возраста с Драко). Небольшое волнение сменилось почти всепоглощающей паникой. — Фламель, отец меня прибьёт! — заламывала руки старшая сестра. — Не видать мне новых туфель... — вторила ей средняя, уже без особого энтузиазма плетясь следом. Они обыскали весь магазин и даже несколько близлежащих, но Фратенита словно мантии-невидимку надела. Через полчаса они, окончательно разбитые и печальные, вернулись обратно в Шоколадную лапку ни с чем. Сотрудники к тому времени проверили все подвальные помещения магазина, но их старания тоже не увенчались успехом. Продавцы тщетно пытались задобрить их сладостями и скидками, но что могут сделать полукровки и грязнокровки перед представителями двух чистокровнейших семей? Печаль и обречённость потихоньку превращались в гнев, и минут через двадцать в магазине обещал произойти настоящий шторм. — Что произошло? — Фратенита, нагло улыбающаяся и прижимающая к груди какой-то свёрток, показалась в дверях. — Нита! Какого Мерлина?!? — разъярённой мантикорой накинулась на неё Берта. — Да! Ты хоть представляешь, что бы устроили родители, если бы мы тебя не нашли?! — присоединилась к ней Лита. — Да ничего бы они не сделали. Ну что, пойдём? — Фратенита! Тебя ожидает серьёзный разговор. — Как-нибудь потом, сестра. У меня тут важное дело, — она сильнее прижала к себе свёрток, — Драко, отсыпешь мне потом немного шоколадных лапок? Она сняла с головы маленькую золотую шпильку, являющуюся портключом, разломала её в пальцах и, крутанувшись на месте, исчезла. — Об этом я и говорила, — вздохнула Берта, — она нас ни во что не ставит. — Ещё и компанию себе в Шармбатоне сколотила из одних мальчишек, — бубнила под нос Эгалита, тоже доставая шпильку из волос, — домой? — Ты же хотела зайти в бутик, разве нет? — Да ну их. Всё настроение испортилось, — и она исчезла, активировав портключ. — Тебе больше ничего не нужно, кузен? — Нет. Использовав портключ, они отправились в парижское поместье Леферосов. Домовики взяли их покупки, кузина отправилась к сёстрам, а Драко к маме. Когда он подходил к её комнате, то услышал приглушённые голоса родителей. Он хотел было открыть дверь и бросится в их объятих, но тут услышал странное: — Подумай о Драко! — воскликнула Нарцисса, — Что, если это вскроется? Ты хоть представляешь, каким издевательствам он подвергнется в школе? Он затаил дыхание и прижался ухом к двери. — Ничего не вскроется, я об этом позаботился. Всё будет хорошо. А теперь пойдём к Драко, нужно сказать ему, что мы скоро уезжаем. Он отпрянул от двери и побежал к себе в комнату, чтобы мама ничего не заподозрила. — Звёздочка? — приоткрыла она дверь, — Ты тяжело дышишь, всё хорошо? — Н-нет, просто играл с кузинами в догонялки, — соврал он, пряча глаза и чувствуя, как шея краснеет, благо его рубашка была с высоким воротником. Да, он слизеринец и Малфой, ложь у него в крови, но лгать собственной матери - это слишком. — Твой отец прибыл, мы возвращаемся в Британию вечером. Тебе помочь собрать вещи? — Нет, я управлюсь с эльфами. --- Гарри после целого дня подстригания живой изгороди Дурслей устал как марафонец, и сил не оставалось даже на поход в душ (который так любезно предоставляла ему тётя Петунья раз в десять дней). Несмотря на то, что было лишь шесть вечера, он хотел упасть на кровать и тут же заснуть, желательно, на целый день. И его сонливость не согнала даже незнакомая тонкая чёрная книга. Букля яростно кричала и билась в клетке. Гарри секунд пять смотрел на это, пытаясь сообразить, что происходит, а потом кинулся к сове. — Букля, что такое!? Успокойся! — Заткни свою гадкую птицу, мальчишка! — послышался возмущённый ор Вернона с первого этажа, — Ты хочешь ещё поработать?! — Ну пожалуйста, Букля! — взмолился он, — Я знаю, ты злишься, потому что я не выпускаю тебя на улицу каждую ночь, но если я это сделаю, дядя поставит на окна решётки, и ты вообще не сможешь летать! Сова замолчала и, нахохлившись, отвернулась. Мальчик вздохнул и перевёл взгляд на незнакомую книжку. Простой кожаный переплёт чёрного цвета и почти незаметная серебряная защёлка, ничего примечательного. Может, это Дадли ему подкинул? Или тётя? Нет, Дурсли и листка для него пожалеют. Но откуда тогда она? Любопытство победило усталость и он, подойдя к столу, открыл книжку. 1 января 1943 года. Т. М. Реддл. — гласила первая страница. Так это дневник? Гарри пролистал его до конца, но страницы были пусты. Видимо, им ни разу не пользовались. Вопрос того, как дневник попал к нему в комнату, оставался открытым. Тем более, такой давний. Он повертел книжку в руках, но не заметил никаких повреждений, даже самой маленькой царапинки. Ужасно странная книжка. Стоить рассказать об этом Гермионе. Он пожил дневник в стопку учебников под кроватью и забрался под одеяло, быстро проваливаясь в сон.