Вселенная против нас

– А хорошая ли идея садиться к первым встречным? – этот вопрос я озвучивала, пока Эскобар запихивала меня внутрь. – Мы должны быть непредсказуемыми. Твои слова, Кац. Она реально слушает, о чём говорю? Дела плохи. Из полумрака постепенно проступали фигуры. Добродушные лица. Выпирающие трицепсы, бицепсы, косые и прямые мышцы живота, икроножные. Полный набор для изучения анатомии. Шесть полуголых мужиков, истекающих потом. На любой вкус. Седьмой залетел следом за нами. – Ди, у нас вторая смена? – удивился темнокожий незнакомец, что пристроился в уголке с планшетом. Он единственный был в очках. Ох, как я ему завидовала. – Дамы в беде, – коротко пояснил парень в топике. – Харви догонит нас позже. Бемби, вынеси ему телефон и футболку, лады? Самый молодой пассажир недовольно вздохнул, но сделал всё, как просили. Автобус тронулся, когда Бемби вернулся. Только в этот момент осознала, что застыла посреди прохода с распахнутым ртом. Удрать от одного сверхчеловека получилось, но что делать, если их целый отряд? Габриэла завалила меня на обсыпанный блёстками диванчик. Нам по очереди пожали руки все присутствующие. – Я Патрик, – сказал обладатель блондинистой шевелюры и выразительных голубых глаз. – Эмиль, – кивнул темнокожий мужчина, не отрываясь от гаджета. – Тео, – представился Бемби, умудрившись три буквы произнести с британским акцентом. – Адам Янг, – улыбка расплылась по щетинистому лицу полноразмерной копии Симу Лю. Не забыть бы взять у него автограф. – Диего, – нехотя выдавил из себя недоверчивый парень в топике. – За рулём Димитрий. – Хе-е-ей! – добродушно откликнулся водитель – тоже был без рубашки. Все выжидающе уставились на нас, а я на торчащий в центре салона шест. – Можно позвонить? – Эскобар не спрашивала, она требовала. Ей протянули шесть телефонов. Я затаила дыхание. Однажды, когда проходила собеседование в штат аэропорта, двое крепышей из службы безопасности угостили меня сладостями: первый дал клубничный бисквит, а второй шоколадный батончик. Это был тест, конечно же. Очередной тест, который провалила, но лучший из всех. Матрица во всей красе, смекаете? Женщина выбрала Диего. Закатав мой рукав, напарница обнажила номер Иисуса. Уже и забыла, каким богатством обладаю. Она перепробовала каждый из предложенных телефонов. Зов Габриэлы оставался без ответа снова и снова. По автобусу расползалось её разочарование, утаскивая за собой всех, кто находился в радиусе поражения. – Ха, простите, – я решила разрядить напряжённую обстановку плохой шуткой, – вы словно с конференции стриптизёров возвращаетесь. Парни переглянулись, прежде чем разразиться хохотом. – В яблочко, – отрезал Эмиль. – Мы и есть стриптизёры. – Разбирали тему «Девичник как инициация женщины в современном мире», – серьёзным тоном добавил Адам. – А вот вы с какой конференции? – Ди указал на наручники, которыми мы с Эскобар были скованы последние несколько часов. Женщина внезапно загорелась энтузиазмом. – Не найдётся топора? Болтореза? – Или водички? – пить мне сейчас хотелось ощутимо сильнее, чем сепарации. Пить и опустошить мочевой пузырь. Как иронично. – У нас остался блок пива, – Тео суетливо вскочил с места. – Правда, тёплого. – Сойдёт, – смирение Эскобар сопровождалось громким пыхтением. Она ловко поймала брошенную ей банку. Одной рукой, чёрт возьми. Нельзя же абсолютно всё делать так идеально. Это необходимо запретить Конституцией, чтобы кое-кто мог спокойно спать по ночам. Я начала думать, что Габриэла – плод моего воображения. А потом из реальности мне в лицо прилетела банка тёплого пива. – Боже! Пожалуйста, прости! – младший стриптизёр ринулся с утешениями. Стоило мне оторвать ладони от лица, как он шарахнулся назад, неловко рухнув на колени к Эмилю. – Всё так плохо?! – я слегка испугалась. Да, моя одежда чем только не перепачкана и страшно представить, где именно порвана. Очевидно, от меня несёт тиной, потом и мусором, в придачу вряд ли я когда-нибудь смогу прочесать волосы. И всё же, надежда на то, что я выгляжу хотя бы приемлемо, грела душу. С первым впечатлением у меня всегда были проблемы. Приходилось налегать на второе и дальше по списку. Напарница заглянула мне в лицо. Её холодные пальцы дотронулись до моего носа. – Ну, хуже не стало. – Вы упали с коня? – полюбопытствовал Тео, но тут же закашлялся, словно подавившись словами. Проследив за его взглядом: бедолага попал под влияние ауры Эскобар. Понимаю, с непривычки тяжеловато усваивается. Патрик фыркнул от смеха. – Какой к херам конь, Бемби? – Они украли коня, – вмешался Диего. – А Харви вызвался его вернуть. – Хотели перепродать на eBay? – Эмиль продолжал всматриваться в сияние на экране планшета. – Вы заигрались в «правда или действие»? – иную версию выдвинул Адам Янг, устраиваясь на диванчике поближе к нам. – Им нужна аптечка? – крикнул Димитрий из-за руля. – Наш Дима – дипломированный педиатр, – с гордостью заявил Адам. – Но не здесь! – уточнил водитель. – В Беларуси. Я повернулась к Эскобар. – Как твои рёбра? Вместо ответа она отхлебнула пива. Через секунду меня обдало брызгами хмеля из её рта. – Безалкогольное?! – Габриэла сердито вернула банку Тео. – Безалкогольный девичник, – пожал плечами Адам. По моей спине ручьём побежал пот. – Здесь и вправду душновато. Мысли распаривались. Щёки горели. Я принялась обмахиваться подолом толстовки, в то время, как напарница просто стащила с себя пиджак. Выхватив пиво из рук юного британца, сделала глоток – несусветная гадость. – Ужасно! – поддержал беседу Патрик. – Жаль, мне уже нечего снимать. И вправду, мужчина сидел перед нами в одних трусах, будто в сауне. – Двигатель старый, вот и жарит, – извиняющимся тоном добавил Димитрий. – Поделитесь аптечкой? – Эскобар закатала рукава рубашки. Перед тем, как передать ей коробку, Диего вынул оттуда ножницы, пинцет и термометр. На лице женщины блеснула короткая улыбка. Всё понятно. Между ними искра. Незримая связь. Я с достоинством принимаю этот поворот судьбы. – Ауч! – вместо душевной боли меня настигла физическая. На самом деле, каждая клеточка тела ныла, словно после шестичасового похода по магазинам в разгар распродаж. Но тут жалящее пламя полоснуло по левому уху. – Терпи, Крошка Енот, – Габриэла зажала мою голову, орудуя ватным тампоном. – У тебя, блять, тут всё в кровище. – Кхм, так что с вами случилось? – будь у Диего допросная лампа, прожёг бы в нас дыру. Варианты следующие: a) вывалить всю правду от начала до конца. Если со всеми подробностями, то, может, и до Кливленда доедем. b) избранно выдать часть того, что произошло на самом деле, чтобы не пугать ребят. Хватит примерно до Финдли. c) красиво соврать, чтобы одновременно объяснить наш внешний вид и предотвратить лишние расспросы. Я выбрала последний. – Сумасшедшая была вечеринка. – Попали в аварию, – напарница тоже выбрала ложь. – Мы попали в аварию, а потом отправились на вечеринку, – произнося слова, я уже ощущала на себе её испепеляющий взгляд. – Наоборот, – поправила Эскобар. – Вас кто-то обидел? – взволнованно поинтересовался Тео. – Или вы кого-то обидели? – Ди ухмыльнулся. – Мы оборонялись, – я поспешила оправдаться. Габриэла прижала руку к глазам. Наверное, мигрень замучила. Не мудрено, в такой-то парилке. Мы же как в джунглях. Дышать уже нечем. Из уголка раздался голос Эмиля. – Простите за бестактный вопрос, зачем вам наручники? – Это социальный эксперимент, – часто я жалею, что нельзя остановить ход времени и подумать над следующим шагом, например, в такие мгновения, как сейчас. – Потому что Финч – грёбаный мудак, – напарница гневно выругалась. Думала, они старые добрые друзья-приятели. С милыми прозвищами и тысячами историй об их совместных приключениях. – Мудак? – И то, что он мёртв, делает его ещё большим мудаком! Габриэла не проронила ни слезинки, но стало очевидно – чувства начали подтапливать её трюмы. Нельзя было дать этому кораблю затонуть. Я в панике схватила женщину за руку. И вдруг отчётливо осознала – ничего не могу сделать. Мне не перемотать плёнку назад к той дурацкой ссоре на лужайке, не воскресить офицера Симпкина. Всё так, как есть. Никаких лазеек или перебросов игровых костей. В моих архивах не обнаруживались подходящие слова. Лишь всякий хлам, от которого вряд ли кому-либо станет легче. – Кто-то умер? – Адам придвинулся ближе, словно готовился протянуть платок. – Короче, – я сделала самый глубокий вдох в моей жизни. – Один мужик убил другого мужика у нас на глазах, правда, мы не видели, кто стрелял, мы видели только того, кто пытался прикончить нас, потому что, скорее всего, он думает, что мы видели вообще всё. Мы удирали на тачке, к слову, угнанной полицейской тачке, затем сидели в тюрьме, затем Борода грохнул милого Чеда. Мама Габриэлы накричала на нас в «Жареном счастье», офицер Нельсон, судя по внезапному исчезновению, тоже мёртв или серьёзно ранен, хотя я надеюсь, что он просто сбежал, так что мы вылезли в крошечное окошко, а потом прыгнули с моста, чтобы Борода не вышиб нам мозги. Мы зашли в сексшоп, влезли в чужую квартиру по пожарной лестнице, попали в автомобильную аварию, потеряли Хассана и его крутого босса, выпрыгнули из машины на полном, ну, ладно, почти полном ходу, сели в автобус, украли единорога и вот – мы здесь с вами. Пожалуйста, помогите.