Вселенная против нас

– Реально сумасшедшая вечеринка, – с восхищением прокомментировал услышанное Патрик. Эмиль отложил планшет в сторону. – Тебе бы сценарии писать. – Это правда? – Ди захотел проверить достоверность моих слов через Габриэлу. Она кивнула. Парни взволнованно загалдели. – Вы обращались в полицию? – Янг вытащил из кармана шорт телефон и принялся ловить сеть. – Борода из полиции, – я с торжеством положила вишенку на торт. – Народ, за нами хвост – чёрный внедорожник, – оповестил Димитрий. – Простите! – оцепенение принялось медленно подкрадываться ко мне. Самое время помолиться, чтобы никто из семерых доброжелательных стриптизёров не покалечился, заодно попросить у Главного прощения за то, что испытываю затруднения в вере. На всякий случай я соблюдала кашрут и иногда не работала по субботам. – Ебать! – Эскобар бросилась к водителю – со мной на привязи. – Какой максимум выжимает этот драндулет? – Хей, повежливее, – белорусский педиатр прибавил скорость. Из открытого в потолке люка подул приятный ветерок. – Мы все сдохнем, если не оторвёмся! – выкрик женщины здорово так испугал присутствующих. – С ним наш Харви, – Тео рассмотрел коллегу в зеркале заднего вида со стороны пассажирской дверцы. Нам настойчиво сигналили. – Что будем делать?! – Патрик вооружился ножницами из аптечки. Семеро мужиков уставились на нас с напарницей, будто мы способны по щелчку пальца разрешить все глобальные кризисы. Раздался телефонный звонок. После недолгих раздумий Диего ответил на вызов. – Бро, как жизнь? Ха… Так это ты! Круто. Мы уж подумали, что автобус преследует какой-то ассасин… Эм, девушки? – Здесь есть, где спрятаться? – я осмотрела салон: причудливые кресла по периметру, шест, бар и неоновые лампы. Даже полочек для багажа нет. К своему ужасу, обнаружила, что Габриэла смотрит вверх. Квадратик голубого неба поэтично отражался в её глазах. – Я тебе не Индиана Джонс! – всему должен быть предел: в мои компетенции не входит каскадёрство, а лимит удачи на сегодняшний день явно исчерпан. – Скажи, что мы вышли на предыдущем повороте, – велела женщина, натягивая пиджак. Ди повторил её слова, прежде чем передать трубку Димитрию. Эх, разговоры за рулём до добра не доводят. Эмиль вместе с Адамом подхватили Эскобар и вознесли к потолку, словно египетскую царицу. Мною занялись Патрик и Диего. Автобус начал медленно тормозить. Подтянувшись через люк, женщина выбралась наружу. Всё это выглядело настолько легко, что на мгновение тревога отпустила. А зря. Раскалённый солнцем металл обжёг мои пальцы. Глаза защипало от пыли. Или от необузданного страха перед падением с огромной, чёрт её дери, высоты. Рука Габриэлы потянула меня за толстовку. – На животе ползи. Не высовывайся! Ценные указания я пропустила. Не специально. Люк захлопнулся раньше, чем успела найти точку опоры. Я соскользнула к краю. Как раз в тот момент, когда автобус окончательно остановился. От траурного марша спасла железная хватка напарницы. Она, конечно, меня сюда и затащила, но, как говорится, «критикуешь – предлагай». Хлопнули дверцы внедорожника. Попыталась вжаться в крышу, вжиться в неё. Я больше не человек. По моим жилам течёт прочная сталь. Мою оголённую поясницу ничего не греет. Эскобар не продавливает мне ключицу. Нога в лонгете не зависла в половинке дюйма от бездны. Мышцы не трясутся от перенапряжения. Мне абсолютно не хочется блевать. Всё в полном порядке. Я сталь, любующаяся облаками днём и созвездиями ночью. Борода зашёл внутрь салона. Знаете, о чём первым делом я подумала? Кому придёт в голову закрывать люк в такой неимоверной духоте? Повернувшись к Габриэле, я поняла – она уже в курсе, что мы попались. – Очень высоко? – Около тринадцати футов, – она судорожно вздохнула и приподнялась на локтях. Встать в полный рост у меня духу не хватило – поползла на коленках. Перед автобуса не был плоским. Наверное. Вероятность 70%. Позади нас распахнулся люк. На проверку гипотезы времени не осталось. Свесила ноги и оттолкнулась. Моё бедро с грохотом врезалось в ноускат, а Эскобар упала сверху. Я вцепилась в дворник, чтобы удержаться, – не помогло. Мы кубарем скатились прям на асфальт. Плавание в реке всё ещё в топе. Свирепый рёв мотора заставил прижать к себе все конечности. Запах бензина ударил в нос. Мгновенно стало темно. Раздался выстрел, а затем автобус рванул вперёд по шоссе. Можно расслабиться и подслушать, что хорошего скажут обо мне на похоронах? Возможно, младший кузен прочитает рэп в честь его любимой, но не единственной кузины. Свет полоснул по глазам. Лик Габриэлы на фоне бескрайней синевы завораживал. Вы когда-либо видели нечто столь прекрасное, что хотелось плакать от восторга? Она в порядке. Смотрит на меня, как на идиотку. Самую малость обидно. Да, я не подарок, но вот расшиблась, спасая её – можно и посочувствовать. Драматичный момент всё-таки. Помните фильм «Город ангелов»? Музыка, обмен трепетными признаниями. Неужели прошу так много? Вокруг всё слишком пыльное и горячее. А как копчик болит – жесть. – Чего разлеглась?! Бегом! Давай! – женщина трясла меня за грудки. Пришлось послушаться, иначе не отстанет. Прощальный рэп откладывается. Мы сползли с обочины во вспаханную землю. Поле выглядело непреодолимым. Огайо во всей красе. Если верить приложению на телефоне, в день делаю примерно четыре с половиной тысячи шагов. В них включены две прогулки с Кукурузкой и вылазки до туалета через офис. Сейчас же впереди весь путь Фродо до Мордора. Моя пожизненная пешеходная доза. Если реально доберёмся к линии горизонта, то свалимся с края. – Выше ноги, Кунг-Фу Панда, – скомандовала напарница, давая отсчёт «раз-два-раз-два». – Ты… Кхм… Из гёрлскаутов?.. Ох! Армейский резерв? Что мне было известно об Эскобар на данный момент? Ничего, кроме её страсти к кофеину, качественному нижнему белью и нецензурной лексике. Искала ли я её в соцсетях? Раскаиваюсь. Нашла ли? Нет. Возможно, она не желала быть обнаруженной. Её выдающиеся физические навыки наталкивали на мысль, что она ловит наркобаронов, прикрываясь работой в ночном клубе. Если это так, у меня не было ни шанса на свидание. Дважды не было. Трижды. В любом случае, жить с ней на соседних улицах уже запредельно ошеломляющее событие для моей обыденности. Когда вся эта кутерьма закончится, буду с гордостью здороваться с ней в супермаркете. Если женщину не перекинут на другое спецзадание. Она толкнула меня во вспаханную колею. – Больно же! Женщина навалилась сверху и зажала мой рот. – Слушай, – её тихий шёпот растворился в шуршании. По шоссе пронеслось несколько авто. Никто не затормозил. Габриэла грубо потянула за собой. – Вставай. – Ох, пожалуйста, прекрати разговаривать со мной глаголами, – я вдруг почувствовала, что не могу подняться на ноги. Ни одна из попыток не увенчалась успехом. Мышцы не слушались. Из меня наружу полезла горькая желчь. – Это наш шанс! – напарница закричала. – Поднимай задницу, Кац. – Прости. Она нависла, как грозовая туча – вот-вот шарахнет молнией. – Осталось две трети от того, что мы уже прошли, – женщина догадалась, что вижу я не дальше своего носа. – Да ты гонишь! Схватившись за толстовку, Габриэла поволокла меня по земле, чуть не раздев. Я опустила взгляд на послание Олафа. Растаять – самое простое решение насущной проблемы. К сожалению, недоступное. Напарница плюхнулась в траву и спустя мгновение принялась шнуровать на моей стопе её кроссовок. – Ещё парочка глаголов, по рукам? – она закинула мою руку себе за шею. – На счёт «два» встаём.