Вселенная против нас

– Мы…Кхм! Мы потеряли ключи от машины, – я растерянно развела руками, забыв про наручники. Благо, Габриэла подстраховала. – Боже, вам помочь? – незнакомка распахнула багажник «нашего» «форда» и погрузила туда покупки. – Не затруднит подбросить нас? – тон напарницы изменился до неузнаваемости. – Дома лежат запасные. Мы были бы так признательны. – А в какую вам сторону? – Финдли, – я с трудом поднялась в полный рост. Кажется, спину потянула. Незнакомка улыбнулась. – Запрыгивайте, девочки. Эскобар затолкала меня в салон, а затем полюбовно взяла за руку, маскируя проблемную зону. – Ну вы изгваздались, – незнакомка опустилась на водительское кресло и завела мотор. – Давно ищете? Я перевела взгляд на напарницу. Судя по её виду, она искала эти дурацкие ключи месяцами. В любую погоду – в снег, дождь, град, жару. Днём и ночью. Отбиваясь от троллей. И всё равно оставалась непередаваемо прекрасной: волны тёмно-каштановых волос, гордо вздёрнутый нос, идеально ровные брови. Мне никогда не надоест любоваться ей. Надеюсь, мы сможем стать друзьями несмотря на то, что я не поговорила с ней о мусоре. Когда в меня угодила упаковка салфеток, поняла, что прослушала часть разговора – лишь бы ничего важного. Я провела пару раз бумажным платочком по лицу: стало очевидно, что это не поможет. – Знаете, мы ведь росли совсем в другой среде, – задумчиво пробормотала женщина за рулём. – Нам твердили одно – это не угодно Богу. И мы верили ведь. Понимаете? Наши с Габриэлой головы закачались со знанием дела. – Вы уж не обессудьте, если какая-нибудь старая кошёлка, вроде меня, чего обидного скажет, ладно? – незнакомка обрывисто хохотнула. – Трудно меняться. Ох, как людям трудно меняться. Ведьм на кострах больше не сжигаем. Уже хорошо! Двигаемся потихоньку, да? Эх, я так люблю на праздники в церковь ходить. С мамой. Ей в этом году исполнилось восемьдесят лет, а держится бодрячком. Уж простите за любопытство, а ваши мамы как отнеслись к тому, что вы… ну… вместе? Я закашлялась. Не уверена, что нас приняли за закадычных подружек. – Она ещё переваривает, – холодно отрезала напарница, отворачиваясь к окну. Пейзаж за стеклом не изменился – поля и почти безоблачное небо. – Надеюсь, на ближайшее Рождество вы все соберётесь за одним праздничным столом. По-семейному, – водительница обернулась к нам с ласковой улыбкой. – Как же вы познакомились? – Мы соседки, – мне даже врать не пришлось – неплохо. – Весьма символично! – милой даме понравилось услышанное. – По-библейски. – Простите, можно попросить у вас телефон? – вмешалась Эскобар. Незнакомка покопалась на передней панели и протянула кнопочный телефон. Теперь нужно было умудриться поддерживать светскую беседу, одновременно с этим подслушивая. –Алло?.. ¿Puedes oírme? ¡Dios bendiga!.. Она обрадовалась! Значит, всё хорошо? …– – Estoy en la mierda… – Дорогая, чем вы обе на хлеб зарабатываете-то? – водительница обращалась ко мне. Судя по всему, не в первый раз. …– – No es mi teléfono… «Не» + «телефон» = это не мой телефон. Отлично. Полная концентрация творит чудеса. – Ну, я помощница патентного поверенного, – скрестила пальцы, лишь бы не пришлось объяснять, что это значит. …– – No, no conozco a este tipo. Tenía una ID de oficial de policía. «Нет» + «Нет» + «Полиция» = учитель испанского явно был слишком мягок, поставив мне тройку в аттестате. – Что там надо поверять? – женщина с розовыми волосами задорно захохотала. – Ты уж прости. Я человек простой. Но любознательный! Я одобрительно промычала. …– – Intentaré llegar a Findlay y llamarte desde allí, ¿de acuerdo?.. – Спасибо, – Габриэла нажала отбой и уставилась на меня. – No entiendes una palabra de lo que digo. ¿Verdad? – Si, – появилось смутное ощущение, что смогу дать правильный ответ на её вопрос. Если, конечно, это был вопрос. Она ткнула меня под рёбра трубкой. – Будешь кому-нибудь звонить? Не отказалась бы услышать голос мамы напоследок. Но точно разрыдаюсь. – Ты тоже поверенный помощник? – напомнила о себе незнакомка. Напарница деловито поправила пиджак. Локоть у него протёрся. – Я менеджер в ночном клубе. В основном, участвую в организации мероприятий. Связываюсь с кавер-группами и всё такое. Мой восхищённый вздох здорово рассмешил водительницу. – Ха, у меня муж так ахал, уплетая за обе щеки пироги моей мамы. И только её пироги! Кто из вас, красавицы, лучше готовит? Итак. Если предположить, что мы с Габриэлой страстно влюблены друг в друга, и вот поехали вместе за покупками, но я, чёрт возьми, конечно же, именно я, потеряла ключи от нашей тачки; она немного сердится, хоть и не подаёт вида, тогда кто из нас при данных переменных лучший повар? Её мама работает на кухне, но, возможно, из-за этого миссис Эскобар была слишком строга к стряпне дочери, и та перестала подходить к плите. В порыве бунтарства. Тогда логично предположить, что мои эксперименты с начинками для сэндвичей не что иное, как кулинарное искусство. Вдобавок, у меня не так уж и часто подгорает еда, а ещё умею делать обалденное мороженое – перемалываю фрукты в блендере и замораживаю с шоколадным драже. Я подняла руку. – Ахаю вообще над всем, что она делает, ага, – напарница насмешливо фыркнула. – Наслаждаюсь каждым словом. Вдруг не доживём до завтра, да, дорогая? Мои щёки воспламенились. Ну что же, я заслужила шпильку в свой адрес. – Ой, всему приходит конец, – милая дама покачала головой, будто отгоняя тяжёлые мысли. – Верно всё говоришь! Надо радоваться тому, что Бог послал. Сегодняшний день не повторится. – Надеюсь, – сквозь зубы процедила Эскобар, так что услышала её лишь я. – Милая, как дела у нашего дорогого Хесуса? – просто не сдержалась, в конце концов, мы всё ещё закованы в наручники; имею право знать, что она задумала, и взаправду ли у меня есть номер телефона известного на берегах Великих озёр короля угонщиков. – Хесус Эскобар – действительно твой крёстный отец? Она промолчала, но ответ был очевиден – я держу за руку крестницу огайской мафии. – Тот самый угонщик? – удивилась незнакомка. – Это всего лишь раздутые слухи, – напарница крепче сжала мои пальцы. – Он перегонял тачки по стране, и одна из них оказалась краденой… – Теперь вижу – вы с ним похожи, – женщина развернула салонное зеркальце к Габриэле. – Видела фотографию в газете. Усы так ему идут… Ох, да, вы очень похожи. – Хрена с два! Мы с ним абсолютно разные, – возмутилась Эскобар, прикрывая ладонью верхнюю губу. У меня снесло башню. – Пожалуйста, можно тоже ему позвоню? Напарница наклонилась вперёд к водительнице. – У вас есть топор? – Ха! Давненько так не хохотала, девчонки. Аж жалко с вами расставаться. Наши с Габриэлой взгляды врезались, как монстр-траки на арене. Тонуть в нефритовой ярости моей соседки оказалось совершенно не страшно. Будь мы сейчас в романтической комедии, я бы её поцеловала. Коснулась бы волевого подбородка и притянула к себе. Ещё парочка крошечных деталей о её жизни, всё что угодно – и меня не спасти. Через час я окончательно и бесповоротно влюблюсь в Эскобар. Это закончится плохо. Мы въехали в Финдли – не в Сан-Джуниперо. Вы же смотрите кино, значит, понимаете, чем обычно заканчиваются такие истории. Одна из нас должна умереть. – Может, как-нибудь заглянете в гости? – на глазах женщины с розовыми волосами выступили слёзы. – Мы с мамой побалуем вас стряпнёй. Меня, к слову, Долорес зовут. – Приятно познакомиться! – сквозь салон я протянула Долорес свободную руку, чтобы скрепить наш союз. – Эйприл Кац, а это Габби…риэла. Напарница учтиво пожала руку нашей милой даме. Мне вот она чуть палец не вывихнула. – Спасибо, что подвезли, мэм. – Простите, что не заплатим вам, – мне стало до одури неловко от прощальной сцены. Я распахнула дверцу «форда» и замерла в нерешительности, размышляя о людях вокруг и их судьбах. Сколько же историй за каждым поворотом. С ума сойти. Габриэла вытолкнула меня на улицу. – Девчонки, а что с вашей обувью? – Долорес высунулась из окна. – Расскажем в следующую встречу за чаем, – я по-приятельски хлопнула крышу машины. – Отлично! Мой номер у вашего Хесуса сохранился, не потеряйте. Пока-пока!