Совершенный вид

…И стал Икар тестировать созданное отцом антигравитационное устройство, да забыл инструкцию по эксплуатации.

(«Собрание мифов Древней Земли». Издание CXLII, файл 74)

      Уже и слух на нервах подводит. Забавно.       — Что ты сказал? — повысил голос Джекс, чтобы точно ничего не пропустить.       — Лежит. Мёртвая, — послушно повторил собеседник.       Фыркнув, гид запустил пальцы в собственные кудри. Учить полиморфа юмору было плохой идеей.       — Ты имеешь в виду, она в обмороке?       — Нет. Она упала с высоты и разбилась.       — Это же не значит, что она мертва!       — Тело повреждено. Признаков жизни нет.       Травяной ковёр встал на дыбы и едва не ткнулся в лоб. В попытке защититься Джекс выставил ладонь. Трава прошла насквозь… нет, всего лишь просочилась между пальцами. Какая жёсткая.       Над виском нарастала тянущая боль. Через несколько мгновений Джекс сообразил, что вцепился в волосы слишком крепко. Ослабить хватку не вышло. Рука не слушалась.       — Где? — хрипло выдохнул он.       — Я провожу, — отозвался поко.       Перед глазами вспыхнул яркий блик. Перламутровый жучок длиной с фалангу большого пальца завис в воздухе, часто трепеща крылышками-веерами. Джекс с трудом поднялся и сфокусировал взгляд на сверкающей точке.       Правая нога, левая нога, правая, левая. Шаг, второй, третий, четвёртый, десятый, сотый. Механическое движение, в котором так просто раствориться и не думать. Мозг слишком занят: следит за расположением камней и веток, предупреждает о ямах и рыскающих поблизости животных. Это важнее всего. Для остального не хватает места.       Дорога вывела к крутому склону, поросшему мелким кустарником. Накануне они прошли восточнее, по более удобному и безопасному маршруту. Жучок вспорхнул вдоль стены и завис в проломе между невысоких скальных пиков. Туда? Зачем? Помедлив, Джекс всё же ухватился за ближайший куст и подтянулся к малозаметному выступу. Без разницы, зачем. Надо.       После нелёгкого подъёма ждал не менее коварный спуск. Протиснуться в узкую щель между каменными зубьями. Не съехать ненароком по бугристому откосу. Кому в здравом уме понадобится сюда лезть? Тут ни любопытных растений, ни тропы, ни барьеров.       Гид так сильно сосредоточился на деле, что заметил Ива (человеческую морфу) только когда достиг относительно ровного участка. Помощник ждал у кромки обрыва. Когда Джекс приблизился, он учтиво отступил в сторону.       — Она там.       Разлом оказался неглубоким — роста три-четыре. Если упасть отсюда, можно отделаться ушибами, максимум переломами. Но Дита, похоже, сорвалась с самого верха.       Тиара не успела подняться над горами, и в ущелье царил полумрак, но фигурка в чёрном комбинезоне была видна отчётливо. Прочности данга на полноценную защиту от повреждений не хватило. Плотно сомкнутые стены сдавили тело с двух сторон: одно плечо вывернулось до самого уха, другое сложилось почти параллельно рёбрам. Грудь неестественно торчала вперёд — сломан позвоночник. Окровавленные, спёкшиеся комом волосы прилипли к бледному лицу, но не скрыли глаза. Они продолжали смотреть на небо. Светлые, широко распахнутые. Пустые.       Джекс медленно опустился на колени. Не из почтения — просто ноги не держали. Может, и к лучшему? Ещё одно падение в пропасть решило бы все проблемы…       Он слишком хорошо помнил это чувство: когда опора, казавшаяся нерушимой, разваливается в одно мгновение. Из-за одной ошибки.       «Джекс? У нас тут проблемка нарисовалась… точнее, у тебя. Твои клиенты всё узнали. Обратились к какому-то «специалисту» за перерасчётом, прикинули наценку за материалы… Да, схема была моя, но мы все участвовали, а попался именно ты. Я бы на твоём месте валил из студии прям сегодня, пока не привлекли за мошенничество. Сдавать не будем, но и прикрывать тоже. Без обид».       Он свалил сразу после звонка, забыв в модуле половину вещей. Подгонял не только страх, но и стыд, и запоздалая злость на самого себя. Повёлся, дурак, на аппетитную прибавку к зарплате начинающего дизайнера, на «всегда прокатывало»… Не прокатило. И сейчас не прокатит.       Сквозь белёсую муть в глазах Джекс умудрился разглядеть рядом с Дитой неподвижного десятилапого варана. Шипастая светло-коричневая чешуя почти сливалась со скалой. Варан нависал над запрокинутой головой девушки, вполне осмысленно изучая раны. Ив.       — Как? — Вопрос царапнул горло.       — Следы указывают, что Дита пыталась спуститься со скалы, но поскольку страховки не…       — Я не об этом. Как ты это допустил? — процедил Джекс, выпрямился и уставился на напарника в упор. Кулаки сжались. — Я просил тебя следить за ними. Просил тысячу раз!       — Четыре.       — Заткнись!       Пальцы стиснули ворот чужого данга и грубо тряхнули. Ив безвольно качнулся вперёд, не меняясь в лице. Туманная дымка перед глазами Джекса налилась краснотой.       — Ты… — Слова с болью проталкивались через напряжённые связки. — Ты… Охранять группу — твоя работа, тжоп с глазами на заднице! Ты хоть представляешь, что теперь будет?! Что сделают со мной?!       — Семья Бонид-Брило относится к тебе благосклонно.       — Ненадолго! Как только они узнают, нас просто уничтожат — и меня, и заповедник заодно! С них станется повесить на меня убийство и упечь в тюрьму!       — Ты не убивал Диту, — проговорил Ив всё с тем же невыносимым спокойствием.       — Думаешь, их это волнует?! О, прости… Не думаешь! — прошипел Джекс, встряхивая напарника снова. — Тебе же без разницы, кто там лежит, она или я! Тебя последствия не коснутся! Обернёшься очередным клопом, и всё, только тебя и видели! Удобно, когда тебя не существует, а расхлёбывать дерьмо должны другие!       Светлый каменный склон и розовые облака смешались в радужке Ива, окрасив её в грязно-палевый. Плоский, некрасивый цвет. Но взгляд плоским не был — глаза смотрели прямо, пронзительно. Искали на искажённом яростью и отчаянием лице Джекса ответ на вопрос: «Что я сделал не так?»       Пальцы резко разжались. Гид отступил на шаг и вновь опустился на корточки, обхватив плечи руками. Желудок ныл, как от ушиба.       Что сказать семье викграфа? Как сказать? Послать сообщение на поко и дать дёру? Бежать всё ещё некуда — билеты на межпланетку продают только в отеле. Служебные катера для воздушных туров не рассчитаны на открытый космос. Попытка угнать личный транспорт окончательно запишет его в преступники.       Нет, он не должен убегать, только не снова. Но тюрьма… За что? Он Диту и пальцем не тронул, она самовольно покинула лагерь, а перед этим открыто игнорировала технику безопасности. Фосод поймёт… Да, тот самый Фосод, что просил «не доводить». Фек.       Думай. Думай. Думай. Думай…       — Достать труп?       По языку разлилась тошнотворная кислота. Трупы сами по себе Джекса не пугали. Пугало то, что произойдёт, когда один конкретный окажется на поверхности.       — Понимаю, тебе насрать, — глухо бросил гид, не поднимая головы. — Но она была живым человеком, а теперь её нет. Хотя бы не называй её «трупом»… таким тоном.       Краем глаза он видел пару чёрных ботинок, замерших на пятачке сочно-зелёной травы. Носки покрыл неровный слой каменной пыли. Помолчав, Ив изменил вопрос:       — Что мне сделать?       Прозвучало беспомощно. Вернее, в это хотелось верить. Хотелось, чтобы хоть кто-нибудь разделил с Джексом эмоции, выворачивающие наизнанку его нутро… Жаль, некому. Иву не дано понять, что означает смерть для человека, особенно чужая.       Острый каменный выступ ткнулся в плечо. Дышать ровно и медленно не получалось, воздух покидал грудь рывками.       За шесть циклов работы Джекс ни разу не терял клиентов в походах. Будь это рядовой турист, хватило бы стандартного протокола: немедленно сообщить руководству, вызвать помощь и ждать, успокаивая остальных. Здесь не тот случай.       Тело можно спрятать, но это лишь отсрочит неизбежное. Пропажа — тоже вполне весомый повод для скандала. Эсти с удовольствием выделит на это целый прямой эфир. Как насчёт заголовка: «Жалкие оправдания гида-неудачника, потерявшего мою сестру в лесу»? Звучит.       Плана нет. Выбора тоже. Дита Бонид-Брило мертва, это уже не исправить. И участь гида-неудачника немногим лучше…       — Я могу заменить её, — тихо сказал Ив, и когда Джекс поднял недоумённый взгляд, пояснил: — На оставшееся время тура. Она вернётся в отель невредимой и исчезнет оттуда. Это будет уже не твоя ответственность.       — Мы подставим персонал отеля.       — Дита покинет его самостоятельно и сядет на шаттл до Магмы. Будут свидетели. Они решат, что это её личная инициатива.       — Твоя морфа сможет вылететь с планеты?       — Я не пробовал. Полагаю, кратковременное разделение не будет иметь последствий.       — А с телом что делать?       — Мы уберём его в герметичный чехол.       Так вот почему полиморфы объявлены вне закона… Рассуждать о сокрытии улик с таким хладнокровием способны только они. Затылок оброс мурашками. Совесть громко потребовала отыскать в плане какой-нибудь изъян. Любой.       — Уверен, что сможешь полностью скопировать её? — недоверчиво поморщился Джекс. — Разницу сразу заметят.       — Комплекс привычек Диты ограничен. Она предпочитает уединение и не привлекает к себе лишнего внимания, — возразил Ив.       — А рисование?       — Я наблюдал за её работой. Смогу повторить.       Джекс со стоном вдавил кулаки в глазницы, и под веками завихрились цветные узоры. Времени не осталось, надо решаться.       А что, если всё обойдётся? Лероф ведь сам призывал детей соблюдать предписания контракта. Быть может, если просто рассказать правду, викграф встанет на сторону проводников… а если не встанет? Отмотать назад уже не получится. Гид честно спросил себя, готов ли он к силовым наручникам. И честно ответил: нет.       — Ладно… Хуже не будет, наверное. Попробуем, — сдался он, не открывая глаз.       Прости, Дита. Твоё мнение больше не учитывается.       Шелест. Перестук каменной крошки. Джекс обессиленно уткнулся лбом в сведённые колени. Утренний воздух давил на плечи и затылок, холодил мокрую шею. Сердце отчаянно металось по грудной клетке, но спрятаться было негде. Вот бы стать таким, как Ив, у него сердца вообще нет. Или проснуться в палатке и обнаружить, что это был всего лишь кошмар. Глупый, мерзкий, несбывшийся сон…       Висок больно кольнуло. Вздрогнув, Джекс смахнул назойливое насекомое ладонью и поднял голову. Когда мерцающая дымка рассеялась, он увидел рядом с Ивом Диту Бонид-Брило.       На волосах ни следа крови — гладкие и блестящие, они свободно лежали на узких плечах. Взгляд холодный и слегка рассеянный, как всегда. Затуманенное сознание возликовало: нашли! с ней всё в порядке! Но тут над краем пропасти показалась голова варана с поко настоящей Диты в зубах. Реальность вновь нещадно хлестнула по почкам.       Браслет обнял хрупкое запястье двойника, закрепляя сходство с оригиналом. Все трое — напарник, девушка и варан — одновременно взглянули на Джекса в ожидании указаний. Плечи стиснуло паническим ознобом. Как же всё это неправильно… Но что ещё остаётся?       Он встал, опираясь на каменный склон — ноги успели онеметь. Заставил себя смотреть только на Ива.       — Подстрахуешь меня?       — Да.       Варан юркнул обратно в разлом с чехлом в пасти — убирать тело. Остальные пустились в обратный путь, слишком длинный и в то же время чересчур короткий.       Ступни цеплялись за каждый камень. Тело сопротивлялась движению. Ещё не поздно остановиться, прекратить этот фарс… но хотя бы себя можно не обманывать. Решение принято. Придётся терпеть до конца тура. При наилучшем исходе почтенное семейство просто улетит, и они больше никогда не встретятся. Изломанное тело в ущелье останется страшным секретом, который точно лучше хранить на свободе, а не за решёткой. Джекс не убивал Диту. Это несчастный случай.       В просвете между листьями папоротников мелькнул бок палатки. Спасаясь от паники, Джекс торопливо раздвинул кусты и шагнул на полянку.       — А вот и мы! — Голос сочился фальшивой бравадой. От улыбки сводило скулы. — Прошу прощения за ожидание, леди Дита успела далеко забрести. К счастью, всё в порядке.       Почтенное семейство по-прежнему восседало на пуфах вокруг костра. Эсти с Эфом нависали над холографом, Тал — над любимым поко. Викграф с супругой скучающе смотрели в разные стороны.       Возвращение блудной девицы не вызвало бурных восторгов — её удостоили лишь парой мимолётных взглядов. Только Врида бесстрастным тоном уточнила:       — Где Дита? Почему этот апс принял её облик?       Всё, хоть сколько-нибудь напоминающее связные мысли, мгновенно улетучилось у Джекса из головы. Гости смотрели на лже-Диту, а гид смотрел на них и потерянно молчал. Возможно, стоило воскликнуть «как? это не она?!», но до такого он не додумался бы даже под дулом бластера.       Что их выдало? Дита выглядела в точности как Дита, ещё ни слова не успела сказать. Распознать полиморфа на глаз не способен даже другой полиморф. Невозможно.       — Где Дита? — повторил за женой Лероф — пока ещё терпеливо. Они ведь не знают, что случилось на самом деле. Джекс бездумно раскрыл рот (извиниться? сознаться?), но Ив опередил:       — Поиски ещё ведутся. Мы не хотели, чтобы вас тревожило её отсутствие.       Тупейшая отмазка, в которую поверит только умственно отсталый. И она сработала.       Лероф откинулся на спинку пуфа и царственно взмахнул рукой.       — Весьма любезно с вашей стороны. Тогда продолжайте. Вернёмся к экскурсии.       Что?       Каждая фраза, услышанная Джексом за это утро, грозила свести его с ума — но это… Вы и такое проглотите, милорд? Уже и апсы вас не смущают? А что бы вы сказали, если бы увидели тело вашей дочери на дне разлома? «Пусть лежит, лишь бы никого не задерживала»?       Кровь неистово забилась в висках — ещё немного, и хлынет из ушей. Лоб вспыхнул жарче, чем при лихорадке. На долю мгновения Джекс даже не представил — увидел, как его кулак врезается в ямку под скулой Лерофа, как опрокидывается пуф и взмывают вверх длинные ноги викграфа…       — Апс останется? — цепко уточнила Эсти, взирая на двойника сестры. — Если Дита перестанет мелькать в кадре, у моих подписчиков возникнут вопросы.       Лероф задумчиво поджал губы, затем кивнул.       — Да, это разумно.       Приступ ярости схлынул быстрее, чем накатил. Всё зашло слишком далеко, осмысливать происходящее уже не было сил. Оставалось покориться течению.       — Я помогу поисковой группе в лесу, — вдруг заявил Ив. Джекс безучастно покосился на помощника, пытаясь вспомнить, договаривались ли они в пути о чём-то подобном. Вроде нет.       — Можешь остаться. Пусть сходит твой коллега, — позволила Врида, не желавшая расставаться с единственным интересным лично ей экспонатом тура.       — Джекс — опытный специалист. Вы можете доверять ему.       Объект обсуждения еле сдержал истерический смех. Из всех шуток, что когда-либо выдавал Ив, эта — самая отвратительная. Или не шутка, а месть за безобразную истерику возле ущелья? Но в глазах напарника не было ни следа насмешки — одна прохладная утренняя зелень. Заметив чужой взгляд, Ив едва заметно кивнул. Подбадривает. Так он всерьёз?       Стоило чёрному дангу скрыться за кустами, как Джекс почувствовал себя брошенным. Да, рядом осталась фальшивая Дита, которая технически всё тот же Ив, но это совсем другое. Она в его сторону даже не смотрит…       — Мы готовы! — вскочил Лероф. — Что дальше? Шиповник?       — Да. Соберу лагерь, и отправимся, — рассеянно ответил Джекс. В сознании царила лазерная перестрелка.       Обман раскрылся — наполовину. Теперь семья Бонид-Брило в курсе, что Диту заменил полиморф, но не догадываются о судьбе настоящей Диты. Ещё, судя по всему, они не сообразили, что полиморф — это помощник гида. С Ивом они говорили как с человеком. Наверное, это неплохо.       Но почему, вакуум их раздери, они все так спокойны?! Пропажа младшей дочери и появление подставной копии — недостаточная причина для волнений? По поведению Диты можно предположить, что подобные отлучки не редкость, но всё же…       А если это проверка? Аристократы ведь прилетели на Турмалин не просто так. Наверняка хотят оценить работу сотрудников, в том числе в критических ситуациях. Труп гостя — вполне годный вариант. Можно инсценировать смерть, подбросить тело в ущелье и посмотреть, как гиды будут выкручиваться. Но Ив же не тупой, он точно смог бы отличить муляж от реального мертвеца и сообщил бы об этом. Он чётко заявил, что погибшая — Дита. Никто не стал бы убивать собственную дочь ради какой-то там проверки…       Стоп. Убивать?       — Всё в порядке? — обдал спину холодом голос Лерофа. Замерший с файропилом в руках Джекс поспешно сгорбился над рюкзаком.       — Да… Прошу прощения, ещё немного.       — Мы ждём, — ненавязчиво поторопил викграф. Любезный, сдержанный… властный. Не терпящий возражений.       Врида. Безучастная, оживающая в те редкие моменты, когда чему-то удаётся её увлечь.       Эсти. Шумная, назойливая. Предпочитающая мир по ту сторону объектива реальному миру.       Тал. Замкнутый, вечно напряжённый, ненавидящий.       И Дита… Дита, готовая убежать куда угодно, лишь бы не быть рядом с ними. Неужели за это и поплатилась?       В мирном заповеднике, где удобство клиентов — высший приоритет, не так сложно отвести девушку в безлюдное место и столкнуть с обрыва. Камер нет, никто ничего не докажет, а если попытается, не сможет противостоять влиянию викграфа. Это объясняет его спокойствие — ему в любом случае ничего не грозит.       Но кто именно? Лероф? Врида? Или они объединились ради такого случая? Семья может знать… покрывать их. Фек, и думать жутко. Но даже будь это правдой, доказательств нет. Если Джекс попытается обратиться в комитат системы с обвинениями или хотя бы подозрениями, ему никто не поверит. Всё равно упекут за решётку или похоронят вместе с Дитой, чтобы не мешал.       Лероф всё ещё стоял позади, давил взглядом между лопаток. Застегнув рюкзак дрожащими руками, гид выпрямился и натянул на плечо лямку, а на лицо — очередную притворную улыбку.       — Готово. Вперёд!       Не думать. Не. Думать. Иначе можно свихнуться.       Они шли куда-то. Джекс что-то рассказывал, гости слушали. Животные появлялись на предписанных маршрутом участках. Дита неторопливо осматривалась и изредка делала беглые наброски. Идиллия. Словно ничего не случилось.       Может, и правда ничего? Если переешь астерии на ночь, всякое может померещиться. От такого простого объяснения дышать стало легче. Джекс обернулся, чтобы поделиться соображениями с напарником, но не увидел его рядом, и фантомное облегчение испарилось. Точно. Ив ушёл. Значит, всё по-настоящему.       Интересно, чем он занят? Прячет тело в более надёжном месте? Вызывает настоящих спасателей? Скорее, просто скрылся с глаз Бонид-Брило, чтобы имитировать процесс поисков, пока его морфы кружат над группой в виде жуков и птиц. Гид машинально проводил глазами пёструю бабочку, но так и не смог вспомнить, отмечал ли её на карте трассы.       А Ив изворотливый, кто бы мог подумать. Составил план, соврал в лицо викграфу. Раньше он таким не был… впрочем, раньше ему и не доводилось становиться соучастником невольного преступления. Полиморфы — приспособленцы, они стремятся выжить любой ценой. Абсолютно любой.       Но куда больше, чем полиморф-преступник, пугала мысль о потенциальных преступниках-аристократах. Джекс настороженно сощурился, наблюдая за семейством, что увивалось вокруг очередного цветка. Объектив холографа тыкался в мясистые лепестки, а клыкастый вьюн сердито свивал и развивал стебли. Никто не переживает, все развлекаются. Хотя… не все.       Эф пытался сосредоточиться на съёмке, но выглядел бледным и поникшим — больше обычного. Перехватив взгляд Джекса, оператор как-то странно пригнул голову, будто избегая встречаться с ним глазами. Подозрительно.       Улучить момент для разговора удалось на вечернем привале. Эсти, Врида и Лероф удачно разошлись по палаткам, и гид занял место на освободившемся пуфе рядом с Эфом, просматривающим отснятый материал.       — Не устали? — кивнул Джекс на холограф.       — Что вы. Это моя работа.       — Работа? Я думал…       — Что в такой семье, как наша, работать не обязательно? — проницательно улыбнулся Эф. — Работа — это ведь не только прибыль.       Помедлив, Джекс кивнул. Прибыль — это хорошо, но нельзя сказать, что решает всё она одна.       — Значит, вам нравится снимать?       — Верно. Помогает отвлечься.       — От чего? — ухватился за предлог гид, надеясь, что звучит не слишком напористо. Для баланса он тут же изобразил глубокое сочувствие. — Волнуетесь за Диту, да?       Тонкие губы Эфа дрогнули и напряглись. На страх разоблачения не похоже — скорее, вопрос натолкнул его на неприятные размышления.       — Разумеется, как и все, — вяло отозвался он, ссутулившись над камерой.       — Все хорошо держатся. Даже не скажешь, что ребёнок потерялся, — ввернул Джекс.       — Дита сильная девочка. Предпочитает справляться со всем одна.       — И часто она пропадает?       Оператор дёрнул уголком рта. Вышло неожиданно цинично.       — А вы бы как поступили на её месте?       Не удивлён. Не напуган. Будто знает…       — Простите, — моментально спохватился Эф и прижал холограф к груди, заслоняясь от собеседника. — Мне не стоило… мне не стоило.       — О чём болтаете? — врезался в затылок звонкий голосок Эсти. Фек, прервала на самом интересном! Её супруг поднял глаза и покорно доложил:       — О Дите.       — Есть новости? — оживилась она, плюхнулась на соседний пуф и уставившись на Джекса в ожидании. Неужели хоть кто-то волнуется за исчезнувшую девушку?       — Нет… пока нет. — Почти не соврал. — Поиски ещё ведутся.       — И часто у вас пропадают туристы на экскурсиях?       Начинается. Несмотря на грызущий изнутри стыд перед Дитой, гид не удержался:       — Правила безопасности существуют не просто так, я неоднократно об этом упоминал.       — Раз упоминал, чего нервничаешь? Боишься, что влетит? — как-то очень просто, почти по-дружески осведомилась Эсти. На сей раз он решил не отпираться.       — Волнуюсь, само собой. Я ведь отвечаю за поход.       — Это же заповедник, что может произойти? — повела плечами журналистка. Да, Джекс тоже так считал. Пока Ив не привёл его к ущелью.       Не сводя с него глаз, Эсти вдруг выпрямилась и подалась вперёд. Понизила голос почти до шёпота:       — Ты что-то знаешь, верно? Что случилось?       Это ничуть не напоминало допросы, которые она учиняла на прошлых привалах. Блестящие, карие с золотом глаза переполняла настороженная тревога. Смена тактики? Или искреннее беспокойство?..       — Не сходи с ума, — вмешался в обсуждение новый голос. Проходивший мимо Тал задержался за спиной сестры, покосился на лже-Диту у костра и добавил: — Ничего с ней не случится. Никогда не случалось.       — Мы не можем знать наверняка, — нахмурилась Эсти.       — Надо же, какая ты заботливая. Я и не знал, — процедил Тал с нескрываемой издевкой, и продолжил путь через лагерь, не дожидаясь ответа возмущённой сестры.       — Куда вы, лорд Тал? — опомнился Джекс, когда юноша почти скрылся за палаткой. В ответ послышалось неохотное:       — Позвонить.       Серьёзно? Он сваливает в лес на глазах проводника и рассчитывает на приватность? Ну уж нет. Ещё одной пропажи не хватало.       Торопливо извинившись перед Эсти и Эфом, Джекс вскочил и ринулся за Талом. Вообще следить за ним должны морфы Ива, но полагаться на это нельзя. За одной уже не уследили.       Тал прислонился спиной к упругому стволу папоротника, держа поко на уровне глаз. При виде постороннего он лениво вскинул брови.       — Чего тебе?       — Пришёл напомнить, что за пределы лагеря лучше не уходить. Особенно сейчас, — многозначительно отозвался Джекс. Парень фыркнул.       — Из-за Диты? Кому сдалась эта грёбаная идиотка. Все слишком сильно с ней носятся.       «Завидуешь?» — мысленно предположил гид, но озвучил другую версию:       — А ты, значит, не носишься?       Сын викграфа растерянно моргнул. Внезапная фамильярность сбила его с толку. На то и был расчёт. Джекс приготовился к бурным протестам, но их так и не последовало. Тал равнодушно мотнул головой.       — Она ни в чьей заботе не нуждается. Особенно в моей.       — Поссорились, что ли?       Это может быть мотивом. Брат и сестра, прогулка в опасном месте, семейный конфликт. Вспышка злости, толчок… Нет, после случайного убийства так себя не ведут, а после намеренного — тем более.       — С чего бы? — закатил глаза юноша. — Нам нечего делить. Мы разные.       — Заметно, — не сдержался Джекс. — Тебе, в отличие от неё, явно не нравится поход. Почему ты вообще здесь?       Грубо, но кажется, с Талом это работает лучше всего. Без привычного слуху «лорда» он словно расслабился, даже позволил плечам чуть опуститься. Отведя взгляд, он бросил безразлично:       — Ты не поймёшь.       — Да где уж мне.       — Ты не сможешь, — повторил Тал с неожиданной настойчивостью. Шелковистая чёлка упала на лоб, и зрачки совершенно скрылись в густой тьме радужки. — Твоя жизнь не была расписана по секундам ещё до твоего рождения. Тебя не окружала толпа нянек и учителей, без которых даже поссать не отпускали. Тебя наверняка спрашивали, куда ты пойдёшь учиться, кем хочешь стать… А меня — нет. Слово «хочешь» существует только для отца, для остальных — для меня — есть «нужно» и «нельзя».       — Я думал, Эсти занимается тем, что ей нравится, — заметил Джекс. — Да и Дита вроде не жалов… не жалуется.       — Они девчонки. И трансляции Эсти собирают кучу просмотров. Только поэтому отец позволил ей вести канал. Что смешного?       — «Позволил»… Как будто он мог что-то запретить взрослому человеку, тем более Эсти, — хмыкнул гид, но под тяжёлым взглядом Тала смеяться резко расхотелось. — Реально? Это же тупо. Лероф сам говорил, что вы должны быть самостоятельными, и всё такое.       — От него ещё и не такое можно услышать, — буркнул юноша и резко вскинул голову. Взгляд заметался вдоль зарослей. Опасается слежки? На всякий случай Джекс ответил расплывчато:       — Выбор есть всегда.       — Да? Ну так сделай его. — Тал кивнул в сторону лагеря. — Подойди к нему и выскажи всё, что думаешь. Иногда тебе этого хочется, правда? Послать его. Вот и проверим, какой ты смелый.       Беседа приняла совсем нежелательный оборот. Вновь мелькнула мысль о проверке. Сглотнув, гид отозвался:       — Это другое. Он мой клиент. Я не имею права…       — Ясно. Не можешь. Значит, должен понимать, — отрезал Тал и прикрыл глаза. — Он мечтал об этом дурацком туре. Хотел собрать всех вместе, как раньше. Никто не посмел отказать, даже мама. И… А вообще, кто ты такой, чтобы я перед тобой отчитывался?       Старый добрый викграфский сыночек. Вовремя, а то этот серьёзный, вдумчивый и прямолинейный парень начал слегка пугать. Джекс успокаивающе вскинул ладони.       — Никто. Случайный тип с другой планеты, который исчезнет из твоей жизни через пару оборотов. — По крайней мере, хотелось на это надеяться. — Но всё равно спасибо, что поделился.       Тал заслонил лицо голографическим экраном поко — несколько суетливее, чем требовала ситуация.       — Свали уже, мне нужно позвонить.       — Свалю вон туда, чтобы ты был на виду, — указал гид на тугой клубок стеблей неподалёку. Выдержав паузу, решился добавить: — Так ты считаешь, что Дита сбежала нарочно?       — Если так, она умнее, чем я думал, — чуть слышно откликнулся юноша, запустил межпланетный звонок и улыбнулся. — Привет! Да, извини, меня тут… задержали. Как ты?..       Подслушивать Джекс не стал. Терпеливо дождался, пока Тал наболтается с подружкой, приглядывая одновременно за ним и за лагерем. К счастью, больше никто не порывался его покинуть.       Перед сном Джекс настроил форто-барьер таким образом, чтобы свободно проходить через него могли исключительно гиды. Хватит с него чужих ночных прогулок. Покончив с делом, он закрылся в палатке и свернулся клубком на прохладном матрасе. Лежак был одноместным, но сейчас ощущался слишком большим даже для него, рослого и широкоплечего.       Где воплуны носят Ива? Ни одного звонка, ни одного сообщения за целый оборот. Джекс пытался намекнуть фальшивой Дите, что неплохо было бы поговорить, но морфа безупречно вжилась в роль и игнорировала его.       А может, дело вовсе не в роли. Джекс так орал на Ива возле ущелья… Фек, он столько гадостей наговорил, а Ив стоял и слушал. Затем хладнокровно предложил решение проблемы — циничное, зато эффективное, всех в итоге устроившее. Человек бы поступил иначе. Человек смог бы обнять, посочувствовать, но не помочь. Просто истерика случилась бы у двоих, а не у одного.       Вместо благодарности Джекс обвинил Ива в отсутствии эмпатии. Полиморфы не испытывают человеческих эмоций, новость тысячелетия! Он знал об этом с первой встречи. Знал, что Ив не станет жалеть его, утешать. Защищать…       «Это будет уже не твоя ответственность».       «Джекс — опытный специалист. Вы можете доверять ему».       «Ты не убивал Диту».       «Что мне сделать?»       Никто не учил Ива этому. Он знал наизусть должностную инструкцию, но вне её рамок часто терялся. У него не было ни одной причины втягиваться в возню с телом Диты, ведь ему самому ничего не грозило. Он не умел спасать, не испытывал потребности, но всё равно пошёл на это. Ради Джекса.       Затылок пекло. Липкая тяжесть распирала нос, подступая к уголкам глаз. Джекс перекатился на спину и зажал лицо в сгибе локтя. Полная темнота.       Что ты творишь, Ив? Зачем? Тебе всё это не нужно. Не нужно так сильно стараться, быть покорным, понимающим и внимательным. И зацикленный на своих проблемах эгоистичный придурок, который не ценит то, что имеет, тебе не нужен тоже…       — Ив…       — Что? — тихо откликнулась тьма.