ПолуМертвый

В тот же день Рон и Гермиона сидели возле кровати Гарри Поттера — в палате больницы Мунго. Гарри впал в глубокий магический сон на похоронах Драко Малфоя — упал прямо на гроб, над которым рыдал. И вот уже почти полгода ничего не менялось: день ото дня Гарри неподвижно лежал, почти не дышал, его тело было окружено защитным коконом, медики заботились о том, чтобы он не умер от истощения, колдосестры следили за гигиеной тела, — но это и всё. Разбудить Поттера не могли — что бы ни делали. Врачи только руками разводили, и даже профессора-волшебники и те оказались бессильны. Рон рассерженно покачал головой, глядя на друга. — И всё из-за Хорька… — он тяжко вздохнул. — Ну сдох он и что?.. Что тут… — Гермиона опалила его осуждающим взглядом, и Рон втянул голову в плечи. — Ну ладно, — смирился он. — Смерти-то я Хорьку не желал. Я не это имел ввиду, а то, что… чего так убиваться-то? — он показал руками на Гарри. — Еще бы рядом с ним в гроб улегся — во весело было бы… Девушка прицокнула языком. — Хорошо, что так не случилось. Я тебе уже говорила, что Гарри как-то странно стал смотреть на Малфоя после последней битвы. Будто теплее что ли… Вот в такое и вылилось, — она кивнула на лежащего друга. — Помнишь, когда Хорек появился, чтобы помочь восстанавливать Хогвартс? У Гарри прямо глаза засветились… — Еще бы не помнить, — Рон усмехнулся. — Все рты поразинули. Ни один слизеринец не прибыл, а Малфой нате вам, явился само раскаяние… Гермиона кивнула. — Вот-вот. Он тоже тогда посматривал на Гарри как-то не так. — Ну это и я заметил. Втрескался в него, как пить дать. Будто принцесса в принца, когда Гаррик спас его из огня… — Ну знаешь ли, — девушка пожала плечом. — Я его понимаю. Сама бы влюбилась. Во всяком случае, была бы глубоко благодарна этому человеку. Рон громко фыркнул и рассмеялся. — Слушай, Герми, а как ты думаешь, Гойл теперь тоже неравнодушен ко мне? Ведь его вытянул я… Гермиона резко повернулась к другу, желая выразить возмущение, но глянув в его хитрые глаза, не выдержала и прыснула. — Дурак, — отвернулась она. — А че? — Рон выпятил грудь. — Я еще тот красавчик. И тоже спаситель всяких придурков, решивших поджечь себе задницы. Вот пойду к Гойлу и… — в этот момент Гарри зашевелился. — Ох! — Рон тут же про все забыл, вскочил и уставился на него. Гермиона тоже встала, и оба вперили в друга взгляд, полный надежды. — Гарри! — хором сказали они. Именно в этот момент в магловском мире Драко выхватил у злой тетки ребенка. А Поттер пришел в себя. — А? — он сел на кровати, огляделся по сторонам ошалевшим взглядом, его качнуло в сторону с непривычки держать вертикальное положение. — Малфой! — позвал он. — Где ты? Где Малфой?! — Вот драконье дерьмо… — Рон покачал головой, придерживая друга за плечи, чтобы тот не скатился с кровати. — Гарри, дружище, ты только в себя пришел, и первое слово, которое ты произнес — «Малфой»? «Малфой», демон дери?! Гарри уставился на друзей непонимающим взглядом. Он опять осмотрелся, потрогал Рона, потом Гермиону. — Вы тут… — констатировал он. — А Малфой?.. Он возле платформы 9¾, нам нужно спешить… Поттер попытался слезть на пол прямо в пижаме, едва не свалился, взгляд его рассеянно плавал. Но он явно решил исполнить свое намерение отправиться на вокзал. Рон удержал его и осторожно, но настойчиво усадил на кровать. — Гарри… — он тяжко вздохнул. — Малфой умер, дружище… Вспомни… Вокзал, похороны… Поттер испуганно помотал головой, немного смахивая на сумасшедшего. — Нет… Быть не может, — он начал копаться в своей памяти, и образы услужливо всплыли: письмо, где сообщалось, что Драко нашли мертвым на вокзале Кингс-Кросс, с магловской стороны; Гарри сразу примчался на место, долго тряс Малфоя за грудки, пока не вмешалась полиция. К счастью, служака оказался агентом волшебного мира, поэтому не удивился бессвязным речам Поттера о слишком жестоком приговоре Визенгамота и о том, что погибший — волшебник. Вызвали авроров. Те забрали тело, а заодно и Гарри в полубессознательном состоянии, приведя пространство в порядок и очистив память окружающим маглам. По дороге в морг Гарри все еще пытался разбудить Драко, хотя тот уже околел. Слезы лились рекой, авроры только вздыхали, глядя на горькое зрелище, — но они и не такое видали. Потом было вскрытие, Гарри сначала не позволял этого делать, — он совершенно замучил медика, требуя снова и снова проверить, не ожил ли пациент. В итоге Гарри упал в обморок прямо под дверью операционной, когда нож воткнулся в мертвое тело Малфоя. К похоронам он еще оклемался, а когда плакал над гробом, упал и больше не встал. Все эти события полугодичной давности промелькнули в голове Поттера в один момент. Он плакал, пока вспоминал, подбородок дрожал, плечи тряслись. Заплакала и Гермиона. И только Рон продолжал вздыхать. — Гарри, дружище, нельзя так… — Нельзя… — тот помотал головой, слезы капнули на простыню. — Нельзя, ты прав, так нельзя! Поттер имел ввиду, конечно же, Малфоя. Слишком строгий приговор всей его семье, — на фоне того, что остальным Пожирателям сделали послабления: сократили сроки, позволили выплатить компенсации пострадавшим. Никого так не гнобили, как Малфоев. Люди будто с цепи сорвались. И судьи тоже. В итоге Драко вышвырнули в магловский мир, родителей его упекли в тюрьму пожизненно. Поттер решил, что наймет лучшего адвоката, — деньги теперь имелись и очень немаленькие, — и подаст апелляцию. Он уже нашел нужного человека, но вдруг получил письмо о смерти Драко на вокзале Кингс-Кросс чуть ли ни в первый же час после того, как приговор привели в исполнение. Привели раньше, чем нужно! Проклятье… Гарри снова сел на кровати, — его уже так не качало: он приходил в себя. Явилась колдосестра с успокоительным, но Гарри ее отослал, даже не думая пить. — Я спокоен, — сказал он твердым голосом, и Рон ему поверил. Уж он-то знал друга, как самого себя, — а тот пока обратился к нему: — Где бумаги? — Чего? — Письмо где, которое мне прислали? О смерти Малфоя. — А, — Рон понимающе покивал и выудил из внутреннего кармана скомканную бумагу. Поттер сжал зубы, взглянув на нее. — Почему так помято? — он выхватил бумажный комок из рук друга и стал распрямлять его. — Ну, слушай, дружище, — Рон развел руками. — Я полгода его в кармане таскал, сам не знаю, зачем… Извини… — Правильно делал, — Гарри развернул полученную пол-года назад подозрительную записку. Жаль, подозрительной она показалась ему только сейчас. И вообще — всё, что случилось, было каким-то странным, неестественным. Гарри прочёл: «Уважаемый Главный Герой войны! Ваш возлюбленный найден мертвым на вокзале Кингс-Кросс, возле платформы Хогвартского экспресса. С магловской стороны. Поспешите!» — и подписи нет. Возлюбленный? Но кто знал об этом? Гарри никогда никому не показывал своих чувств. Он от себя-то их прятал, а понял, что они есть, только когда увидел Малфоя мертвым. Вот тут его прорвало. Он не хотел верить. И сейчас тоже не верил. Но реальность была непреклонна… Гарри захлопнул лицо смятой запиской и опять зарыдал. Рон расстроенно отвернулся, глянув на Гермиону, — та тоже закрыла рот ладонью, по ней потекли слезинки. — Лучше уж так, — Рон покивал. — Пусть лучше плачет. А тот как каменный был на церемонии. Вот и слег, — он кивнул на постель, на которой сидел Поттер. А тот смял письмо, все еще плача, потом снова его развернул, вытер глаза, оглядел бумагу, даже понюхал ее, немного подумал. — Я в аврорат, — вдруг выдал он, вскочил и двинулся к выходу. — Эй, дружище! — Рон схватил его за плечо. — Оденься хоть, черт бы побрал. И вместе пойдем…

***

Конечно, вначале Рон привел Гарри в Нору — почти что насильно. Миссис Уизли схватилась за сердце, когда их увидела, — радостно запричитала, заплакала и крепко расцеловала Гарри в обе щеки. Потом накормила его, — а куда же без этого? — и не спускала с него сочувственного взгляда все это время. Гарри поел немного, говорил еще меньше, он будто ушел в себя и что-то обдумывал. И наконец-то спросил: — Почему Малфоев так ненавидели? Во время процесса… Что тут не так? Рон глубоко вздохнул, — с ним миссис Уизли и Гермиона. Отвечала последняя. — Мы тоже об этом думали… Странно все это. Но в то время в газетах появились отвратительные статьи, обличающие Малфоев. Пока мы хоронили своих мертвых, пока приходили в себя и спасали Хогвартс, кто-то за один месяц настроил против семьи Малфоев весь магический мир. Мы даже не поняли, как… А потом было поздно. Ты же помнишь, как мы удивились, когда Драко забрали прямо из Хогвартса, когда он нам помогал. Причем только его… Ни с того, ни с сего. А после — всего один день, и уже вынесли приговор. И ему, и его родителям. Гарри в сердцах долбанул кулаком по столу. — Но должна была неделя пройти, прежде чем приговор приведут в исполнение! Почему же так сразу?! — Никто не знает, — Гермиона положила ладонь Гарри на руку. — Прости, мы потом не вдавались в подробности: слишком беспокоились о тебе, пока ты лежал в магическом сне. — Нда, — Гарри кивнул, глаза его вновь увлажнились, но он снова стал злым. — Газеты! Где они?! — он протянул руку к Рону и к миссис Уизли попеременно. — Где газеты, в которых крапали эти статьи?! Все сразу засуетились. — Сейчас принесу, — Молли вскочила со стула. — Артур никогда не выбрасывает листки и складирует их на чердаке. Но поскольку год еще не закончился, стопка должна быть в гостиной. Гарри покачал головой, в который уж раз справляясь с подступающими слезами. — Принесите… Через пару минут он получил, что просил. Быстро найдя нужные номера и просмотрев подозрительные статьи, Поттер поднялся. — Я в аврорат… Немедленно… — и теперь его никто не держал.