Мордрэйдские истории

От лица Эдмонда Эверса (Первого Генерала Мордрэйда, Министра Войн) Забаррикадировавшись в кабинете и выждав, пока озлобленная мамаша Торна, ожесточенно топая каблуками, наконец-то отбыла в какие-то дальние дали, злобно бурча на весь особняк что-то о тупых поганых мордрэйдских недоделанных мужчинках, которые, как не мужики, прячутся от собственной жены в кабинете, я отправил срочный Зов моему Высшему Демону. Но ответа я так и не получил, ни отказа, ни согласия на встречу, как будто мой Зов ушел в пустоту, что привело меня в состояние полного ступора. Ладно, хорошо, терпение, Эдмонд, только терпение. Возможно, Демон занят или просто решил показать характер и наказать меня так, что при его появлении я буду на коленях униженно просить о снисхождении, обещая отдать ему за возвращение в мой привычный мир нормального Мордрэйда всю коллекцию антиквариата. Значит, у меня есть немного времени до ужина, о котором этот странный вариант Торна что-то там пробубнил в задумчивости. Нужно воспользоваться этой возможностью, внимательно ознакомиться с ситуацией в этом мире, мало ли сколько мне тут еще проторчать придется. Не надо мне, чтобы кто-то догадался, что я – совсем не привычный для них Эдмонд Эверс, повелитель, сука, блядских корнеплодов. Ну, это ж надо было так низко пасть! О каком вообще сельском хозяйстве в Мордрэйде, в столице покрытой вечными льдами может идти речь? Уселся за рабочий стол. Вроде и мой стол, а в тоже время и не мой. На столе, блядь, да я чуть весь обед не выблевал, фотография стоит, на которой мы с Марлен Моран-Торн страстно обнимаем друг друга и радостно, с широченными улыбками пялимся в кадр. Это ж надо было так лохануться моему тёзке! Сметаю фотку с мерзкой рожей хозяйки боевой сумки в ящик стола. Уж что-что, а никогда до такой пошлости, как фоточки на рабочем столе, я не опускался. Даже фото дорогого Ларри мне бы и в голову не пришло на стол рабочий водрузить. Внимательно осматриваю кабинет, пока комм подгружает на большой экран сводку последних новостей из мира высшего света разных цивилизаций. И тут, к моей величайшей радости, я вижу на стене пейзаж, ту самую чудесную картину, первую картину, которую мой дорогой Ларри нарисовал в этом доме. Подхожу к ней ближе, и замираю в настоящем шоке. В этот момент я понимаю, что Демон слишком жестоко надо мной подшутил. Картина-то совершенно, до малейшего оттенка и последнего штриха идентична той, что я помню, только вот подписана она не «Дорогому Эдмонду от любящего Ларри Торна», а «Эдмонду Эверсу от Зейндэна Ауриса Лэнтэра III». Пиздец, приплыли. Мне стоило огромных усилий остаться стоять на ногах. Быстрее света несусь к комму с новостями. И уже через полчаса мне кажется, что небеса упали мне на голову. Хронология событий последнего тысячелетия такова, что мне становится очевидным, что я попал в мир, совершенно и полностью противоположный моему привычному и уютному Мордрэйду. Его Величество, Повелитель Мордрэйдской Империи Зейндэн посвятил себя искусству, уйдя практически полностью в тень от общества и выполнения обязанностей первого лица государства, закрыв себя дома, и выбираясь в свет только или на обязательные политические мероприятия типа ежегодного бала аристократов, или на художественные вернисажи и выставки предметов искусства. В браке на сей момент не состоит и никогда не состоял. То есть не было у него ни женушки, которую я своим собственными ручками сплавил на тот свет, ни убиенного мной второго супруга Рэймонда, ни адмиралишки ормондского Николаса Торна. Отшельник, зануда, педант. Художник, творческая, блядь, личность, а не Император Империи завоевателей! Всем в этой версии Мордрэйдской Империи заправляет Первый Министр – Рэймонд Лэннерт, волею судьбы и при моем непосредственном участии вступивший в брак с (мать же твою, где ж торновы мозги-то потерялись) не отличающимся особыми талантами, но ослепительно красивым наследником престола Ормондской Империи, единственным внуком Императора Авинна Морана (а не Ирвина Ордвела) Николасом Торном. Как говаривали слухи и сплетни, таким образом вышеупомянутый Первый Министр Мордрэйда решил прибрать к рукам ещё одну Империю, ибо его прекрасный супруг, помимо того, что был красив, иными талантами, кроме умения тусоваться по клубам, кабакам и иным увеселительным заведениям был не одарён. Ларри Торн… О, нет, в этой вселенной не было никакого милашки Ларри! В этой вселенной одной из самых значимых фигур в бизнес-сообществе был почивший десять лет назад ормондский эспарт-бизнесмен Лоурэнс Джеймс Кэйэрт Торн. Именно так, полным именем и никак иначе. Основатель самого крупного промышленного концерна-гиганта, распространившего своё влияние на все цивилизации Межпланетного союза. Умер господин Торн в достаточно зрелом возрасте, около восьмидесяти лет, предварительно вступив в брак с единственной дочерью Ормондского Императора и сделав ей ребёночка в лице вышеупомянутого Николаса. Кстати, надо провентилировать этот вопрос, в этом-то мире, кто же отец этого вышеупомянутого Николаса – глуповатого прожигателя жизни. Не мог же я, который не я спать с собственным сыном! А вот дальше история вообще весьма и весьма лихо закручена. Погиб Лоурэнс Торн в аварии, виновником которой достаточно долгое время считали меня, ошибочно считали, правда, потом обвинения с Эдмонда Эверса были сняты, как подозревала парочка пронырливых журналюг, потому что наследник огромного состояния в моём лице заплатил огромные взятки, чтобы замять ситуацию. С Николасом же Торном я, или точнее, моё вот это странное местное я познакомился как раз во время этих судебных разбирательств. И на тот момент, поскольку Торну-младшему исполнился уже двадцать один год, мы с ним начали нашу громкую и долгую дружбу, длящуюся по сей день, которая заключалась в том, что мы были патологическими бездельниками, прожигателями жизни, тунеядцами и попросту дебилами, дураками и тупицами, а то и аморальными дегенератами. Не работали по сути и вели разгульный образ жизни, как два богатеньких аристократа, имеющих достаточно средств, чтобы их попросту просрать или спустить в трубу. Далее, я каким-то образом случайно в компании познакомил Николаса с Рэймондом, и тот, конечно, не упустил возможности прибрать к рукам красивого, но абсолютно не приспособленного к мыслительной деятельности наследника Ормонда. На момент их знакомства, а-а-а, о-о-о, мама, роди меня обратно, космос, дай мне сил! Я был на момент их знакомства министром самого замшелого мордрэйдского министерства МЗД – Министерства Ззбачьих Дел, которое в народе часто называли «ЗаДэ», вся деятельность которого состояла в необходимости составить один раз в год отчет о численности ззбак на мордрэйдских планетах. Стоит ли говорить, что и эту должность в задэ я получил в свое время, потому что больше идиотов-аристократов, желающих её занять не нашлось, а меня, как представителя древнейшей фамилии, все члены которой имели много заслуг перед Империей, надо было куда-то красиво пристроить. А так – ну министр и министр. И, похоже, меня не выперли в провинцию не только потому, что кое-какие денежки у меня водились, а потому, что Демон у меня, вероятно, имелся. Своим, твою ж мать, вот позорище-то, повышением в должности до министра сельского хозяйства я был обязан, как правильно сказал Торн, его связи с Рэймондом и последующим браком. Общественность решила, что поскольку никакого сельского хозяйства в столице нет и по определению быть не может, а торговые контракты с Ормондом и Бентоном не меняются столетиями, то двух неприспособленных к труду ментальных инвалидов проще держать в одном месте. Так Торн и стал моим помощником, или попросту говоря - секретарем министра. Да мне по должности даже заместитель был не положен, мать ж твою! А Торн, похоже, был в итоге настолько туповат, что ему даже должность министра по ззбакам не предложили. В последние годы наш с Торном дружеский тандем, иногда разбавляемый моим приятелем по университету (ага, то есть где-то я всё же получил высшее образование) в лице Рэрдона Коннора, управляющего Лэнтэрэйда, постоянно мелькал в светской хронике, и я имел отличную возможность налюбоваться на наши пьяные рожи, проигрыши в казино и даже совместные с блондинистой тварью танцы на крышке клавира в самом дорогом ночном клубе Бентона. Чем, судя по восторженным отзывам многочисленных зрителей, мы с моим белобрысым приятелем и занимались пару дней назад. Ну и дела! Мировая общественность подозревала годами, что у нас с Торном-младшим тайный роман, а не просто искренняя дружба, посему мне пришлось вступить в брак, дабы не привлекать к себе лишнего внимания. Насколько я понял, о заключении этого брака меня попросил вовсе не Николас, а старина Рэймонд, опасающийся, что с кем-то более приличным и склонным к нормальной семейной жизни овдовевшая мадам Торн сможет завести ещё и другого ребеночка, который мог бы получиться более качественным и который впоследствии сможет наравне с тупеньким Николасом претендовать на трон Ормонда, что в планы Рйэмонда совсем не входило. В своих убеждениях Рйэмонд был настолько убедителен, что в качестве свадебного подарка перевел на мой счет весьма красивую, приятную и совершенно неприлично большую сумму, скрытую мной от глаз моей дорогой женушки. Видимо, я всё же был не совсем идиотом, раз мозгов хватило Марлен о дополнительных деньгах в известность не ставить. И, как вишенка на торте, состояние моих счетов в результате отсутствия любой коммерческой активности постепенно уменьшалось, ибо по брачному договору я оплачивал немалые траты Марлен на… сука еблищенская, благотворительность! Да как так-то? Где Марлен и где благотворительность! Что ж, во всей этой ситуации меня радовал один факт, что вонючка-Рэймонд, Первый Министр зависит от меня и моего брака с очаровательной богатенькой вдовушкой. Состояние моих счетов настроило меня изначально на унылый лад, но я решил, пока я тут и в нормальной ментальной форме, надо помочь моему второму я, пусть и недалекому, но все ж самому себе улучшить финансовое положение. В общем, как вы понимаете, время до ужина пролетело быстро, незаметно и с огоньком. Демон мой так и не отозвался, и у меня не было иного выбора, как заставить себя выйти из кабинета, дабы принять приличествующий нормальному аристократу адекватный внешний вид до прихода дорогих гостей. От Николаса прилетело сообщение на комм, что они с дорогим супругом будут у нас через полчаса, аналогичное я получил и от Рэрдона. В общем, осталось теперь прояснить в каких на самом деле отношениях я состою с этими моими новообретенными друзьями. Разобрав баррикады, охраняющие мой кабинет от неадекватного ормондского натиска сумасшедшей ненавистной бабы, пусть и выпущенной в этой вселенной в иной версии, аккуратно высовываю нос в коридор, вспоминая свой последний опыт общения с милой Марлен, опасаясь за свою несговорчивость получить боевой сумкой прямо в расстроенное еблище. Ну, в общем, я почти угадал. Белобрысая беда поджидала меня на лестнице, правда, к счастью без оружия массового поражения в руках. - Спрятался в домике, как ребенок, ты бы ещё под стол залез и глаза закрыл, - Марлен презрительно кривит губёшки. – Знаешь, Эдмонд, соглашаясь на этот брак, я думала, что выхожу замуж за взрослого мужчину, руководителя Министерства, а ты по поведению – ну просто копия Николаса. Такое чувство, что вы копируете поведение друг друга от недостатка интеллекта. Ты – такое же сущее дитя, как и мой сын. - Мадам, я просто молод в душе, обладаю отлично развитым чувством юмора, пусть и в весьма своеобразной манере, и имею склонность к ролевым играм и приключениям, чего и вам настоятельно желаю. Знаете ли, как тот, кто отлично осведомлен о полезных свойствах растительной пищи, чтобы в организме не было застоя желчи и иных неполезных веществ, настоятельно рекомендую вам вкушать побольше сладких фруктов. Весьма полезно для уже не первой свежести ормондского организма. - Марлен подобного ответа от муженька в лице министра корнеплодов явно не ожидала, и по мере произносимого мной бреда её физиономия вытягивалась в удивленную, не побоюсь этого слова, колбасу, ух, ну хоть на ком-то за день душу отвести! – А сейчас прошу прощенья, уберите свой не первой свежести организм, пожалуйста, с моего пути, мне необходимо предстать перед гостями в максимально представительном виде. - Ты что там делал, ты, ты… - О, и эта копия Марлен тоже умеет легко впадать в ярость и не менее противно вопить. – Ты там наркотиками баловался! Опять, да, Эдди, сколько же можно! - Мадам, не судите общественность по себе, и запомните, а если с памятью проблемы, то запишите себе на лбу, чтоб зеркало вам напоминало: я – не Эдди, Эдичка и прочие ззбачьи клички, я – Эдмонд. Эдмонд, запомнила, как мужа зовут? - И слегка подвинув в сторону охреневшую от удивления и стоявшую с отвисшей челюстью мою, ну то есть почти мою драгоценную супругу, я торжественно вплываю в супружескую спальню и… И, твою ж мать, да я уже устал материться за весь сегодняшний день. Где хороший вкус? Моя! Моя спальня – полностью в розовых тонах, у меня от обилия многообразия розовых оттенков зубы свело. Ну, уж нет, спать я тут не буду, пусть думает, что хочет, но я здесь не усну. Слегка прикрыв глаза и стыдливо отводя взгляд от бархатных кислотно-розовых штор, проникаю тенью в свою ванную-гардеробную зону. И выдыхаю уже с облегчением. Шмотки, представленные, правда, не столь большим ассортиментом, к которому я привык, выглядят вполне пристойно. Выбираю костюмчик на вечер, решаю поразить общественность и остановиться на парадно-вычурном смокинге и самых элегантных ботиночках коллекции, приняв душ, быстренько переоблачаюсь и спускаюсь вниз как раз в тот момент, когда в дом заходят Рэймонд и Николас. И тут я понял, что напялить смокинг, да и вообще выглядеть прилично в присутствии этой версии Торна – огромная ошибка и политически опасный шаг. Увидев меня, Николас впивается в мою фигуру влюблено-пошлым взглядом и разве что не начинает раздевать меня совершенно блядскими глазищами. Честное слово, выглядит он при этом с учетом моего знакомства с оригиналом того Торна, к которому я привык, слегка устрашающе. Торновы откровенные разглядывания не остаются незамеченными его супругом и моей благоверной. И тут я традиционно решаю идти ва-банк. Да пошли бы вы все, клоны моего мира, сегодня я буду самим собой, таким, каковым я всегда был в своей сущности Первого Генерала, Министра Войн и хозяина этого гостеприимного дома. И чхать мне на топчущуюся на месте с удивленной рожей в рядовом платьишке Марлен, да и на сраного выбрядка Рэймонда мне тоже фиолетово и положить болт. Мой дом – мои правила! - Рад приветствовать вас, господа, будьте моими гостями, прошу вас, проходите. Предлагаю, пока мы ждем остальных приглашенных, проследовать в малую гостиную, там вас ждут сигары и коньяк, - легкий вежливый кивок в сторону гостей, приглашающий жест. Я вижу, как на глазах глуповатое лицо Торна становится более задумчивым, ну просто вылитый Ларри в те редкие моменты, когда он решал поработать мозгами. – Марлен, дорогая, у нас всё готово? В этот момент становится очевидным, что лидером-то, похоже, в этом доме была эта неуемная дамочка. Всё, дорогуша, закончилась твоя сладкая жизнь. Получи и выкуси, пора бы тебе понять, кто в доме хозяин и где твое место, младшая супруга. Марлен согласно кивает, видимо, даже в этой ипостаси у меня всегда в малой гостиной был непременный запас сигар и коньяка. - Проследи, дорогая, что роботы всё делают правильно, - и я слегка подталкиваю ненавистную женушку в сторону кухни, она, ошалев от изумления, послушно топает в том направлении, куда было указано. – Прошу за мной, господа. Рэймонд с Торном переглядываются, Торн как-то странно пожимает плечами, но оба послушненько топают за мной. Отлично, мальчики, сейчас разберемся, кто есть кто, и у кого яйца круче. В малой гостиной разливаю коньяк в три бокала, надеясь, что моя женушка не догадается притащить сюда свою задницу, у нас тут намечается, похоже, мужской разговор. Торн берет свой бокал и мелкими шажочками отползает к окну, уставившись задумчивым взглядом в заснеженный мордрэйдский пейзаж. Судя по его напряженной физиономии, он продолжает обдумывать ту самую, единственную посетившую его за сегодняшний день мыслишку. Непривычно видеть его тупеньким, но… Из состояния, подобного торновской глубокомысленности, меня выводит голос Рэймонда. - Что ж, господа, - не очень-то доброжелательно он выглядит, да и тон ничего хорошего не предвещает, - уж коль так удачно мы все трое оказались без посторонних ушей, я хотел бы получить ваши объяснения по поводу этого видео. Ваши объяснения, вас обоих. Будьте любезны, объяснитесь. На экране своего комма Рэймонд открывает уже виденное мной сегодня видео, где мы с Торном явно в пьяном угаре танцуем на крышке огромного клавира под одобрительные возгласы не менее пьяной толпы довольных зрителей. Бросаю мимолетный взгляд на лицо сына, о, кстати, так и не забыть бы проверить, кто он мне в этом мире – сын или нет, а то, судя по его страстным взглядам... Фу, даже додумывать эту мысль не хочу. На физиономии Торна разливается румянец, губы начинают дрожать, как будто это глупое существо собирается заплакать. Приходится брать ситуацию в свои руки, хорошо, что я после утренних слов Торна про тройничок с Коннором, досмотрел это видео до конца. - И? Что не ясно-то, Рэймонд? – Я делаю удивленное лицо. – Ночной клуб. Я с Николасом. Мы оба нажрались в дерьмо и нам приспичило потанцевать. И, судя по одобрению аудитории, наша с ним пластика заслуживает настоящих похвал. Потом к нам присоединился Рэрдон, известный тебе Коннор, и мы пошли продолжать попойку вдали от глаз общества, дабы ещё сильней не привлекать к себе внимания, ну в номера пошли, проще говоря. Бухать, да. Так в чём вопрос? Рэймонд корчит недовольную мину. Нет, всё же в моей вселенной он был посимпатичней, или память меня уже подводит. - Мне надоели постоянные смешки за спиной, что мой супруг, который в перспективе должен занять трон Ормонда, ведет себя неподобающим образом и его постоянно видят в твоей компании, Эдмонд, - Рэймонд ну просто на дерьмо исходит, его разве что не рвет на части от злости. – А ты, между прочим, Эдмонд, женат на его матери, на дочери императора! Ну, всё. Меня достала эта жизнь и моё в ней положение. - Снизь накал страстей, дружок, а то смотри, как бы от напряжения пукан твой не порвался, мне тут ошметков дерьма на стенах не надо, - парирую я в своей излюбленной манере, не теряя времени даром. И теперь челюсть уже отваливается у господина Первого Министра. – Ревнуешь, что ль? Так вот, напоминаю, я с твоим драгоценным супругом знаком дольше тебя, было б что у нас, так я б на нём, а не мамаше его женился. Так что хлебальничек свой прикрой, а мозги наоборот навостри для вливания в них полезной следующей информации. Рэймонда теперь уже не просто разрывает от злости, он ещё похоже прихуел от искреннего изумления. Ну, так погоди, дружок, это ещё не самое страшное, что ты услышишь сегодня. Сегодня с тобой не учетчик ормондских корнеплодов диалог вести будет, а Первый Генерал, Министр Войн Мордрэйдской Империи, Зло во плоти в моём лице. - Так, а вот теперь послушай-ка ты, друг мой дорогой, совет умудренного жизнью мужчины, - аккуратно подхватываю Рэймонда под локоток, ласково так, почти нежно, как того самого Рэймонда, с которым мы часто в одной кроватке просыпались, как в наши с ним лучшие времена, и усаживаю его на диван рядом с собой. Бедняга настолько охренел, что даже не возражает и не вырывается. – Я, конечно, мужчина любвеобильный, но за твоим дорогим младшеньким и моим не только другом, а ещё и пасынком, приглядываю по настоятельной просьбе его мамочки. Так что, если вопросы есть – иди, мил друг, поболтай с ней в уголочке, как ревнивая девочка… Торн все это время стоял не дыша, хлопая своими огромными глазищами, на фоне прослушанной моей проповеди совершенно утратившими изначальное блядское выражение. Рэймонд застыл как изваяние, эх, только б успеть всё задуманное высказать до прибытия новой партии гостей. - Итак, а уж если кажется тебе, что слишком много времени твой драгоценный маленький ормондский супруг проводит с друзьями и просто посторонними мужчинами, так ты уж возьми на себя ответственность-то. Скучает мальчик, коротка ормондская жизнь, и любое нормальное существо этой цивилизации хочет прожить отпущенный им век не в страданиях, ожидая, когда же, наконец-то, дорогой законный любимый и единственный супруг снизойдет до оказания внимания страждущему оного, а весело и с огоньком. – Итак, провокация удалась, осталось лишь закрепить урок. И уже голосом Первого Генерала, как в пункте управления полетами я рявкаю на нынешнего Первого Министра. – Дошло, друг мой, или разжевать надо? Ну, вижу, по глазам вижу, что не зря ты себе в супруги-то выбрал тугодума, чтоб с ним на одной волне быть и на его фоне смотреться выигрышно, чтобы тебя в таком грешке, как отсутствие интеллекта, никто б не заподозрил. Хочешь, чтоб при тебе супруг был – так дома появляться для этого надо. Внимание ему уделять, радовать не только подарочками и деньгами на счет переводимыми, а ночными забавами, да и по утрам не мешало бы результат регулярно закреплять. Чтоб так утомлялся младшенький от физических упражнений, что помимо работы и дома ни на что другое сил у него не оставалось. А коль жалко тебе на подобные глупости время тратить, так пусть гуляет существо и развлекается, и тебе не мешает Империей рулить и делами важными заниматься. Усёк? Рэймонд захлопал глазами, как заправский ормондишка, отповедь мою страстную прослушав. И в этот момент, весьма надо заметить, кстати, в гостиную заглядывает Рэрдон и о, счастье, без женской половины наших гостей. Надо окончательно и бесповоротно поставить жирную точку, чтоб Торну не нагорело подзатыльников, да и если уж ему действительно так дорог Рэймонд, хоть какого-то супружеского внимания перепадало, чтоб не скакал он по чужим кроваткам, репутацию будущего Императора Ормонда хороня в ворохе чужого постельного белья. - Рэрдон, приветствую, - киваю очередной заблудшей душе из нашего теплого тройничка. – Вот господин Рэймонд интересуется, много ли коньяка мы в тот памятный день уговорили, когда сначала на клавире отожгли, а потом в номер добирать алкоголем настроение отправились? Рэрдон весьма понятливый и в отличие от местных Эверса и Торна, похоже, и в этой параллельной истории оказался далеко не дураком. - Прилично, Эдмонд, основательно вы потом приложились, - вежливый кивок в сторону обиженного жизнью старшего супруга. - Вы не беспокойтесь, господин Лэннерт, я честь по чести приятелей своих по домам развез, я, как вы знаете, никогда до и во время полетов не употребляю алкоголь. Ни с кем по дороге не подрались, не поссорились, все чинно-прилично было. А танец, ну, так бывает, это ж ночной клуб, туда за танцами и приходят. Там же с нами, кстати, ещё и сын мэра Бентона отдыхал. Судя по всему, моё второе я и несчастный Торн так накидались, что про алиби в виде мэрского сыночка просто забыли. А может быть, эта версия Рэрдона научилась качественно сочинять истории и отлично врать. Кому-то ж на фоне министерства сельского хозяйства Мордрэйда надо и умом блистать. В общем, совместными усилиями скандал был замят, что судя по всему спасло торнову жопу от наказания ремнем, а то и чем похуже. Добротой и мягкостью, похоже, и эта версия Рэймонда не отличалась. - И если все в сборе, добро пожаловать к столу, господа. С этими словами я встаю со своего места, а за мной и мужская половина сегодняшнего мероприятия. Спускаясь по лестнице, я чувствую, что взгляды гостей пристально сверлят мою спину, спину того, кто впервые показал себя нормальным мужиком и настоящим хозяином дома, и я собираюсь провести весь этот прием в том же духе.