Ещё одна история

— Нам надо это как-то решить, — застав Тома в кабинете, с ходу начал Гарри. Получив молчаливое одобрение продолжать, сел в кресло перед столом. — Силу обнимашек. Мужчина задумчиво откинулся на спинку, убирая в сторону мельком прочитанные бумаги. Они вроде как требовали его пристального внимания, но взволнованный ребёнок нуждался в нём куда больше.  — Может есть какой-то способ вступить в твой род и не потерять покровительство Принцев, — сплетя пальцы и мотая большими вокруг друг друга, смущённо пробормотал Гарри. — Ну… Вы знаете. Я вроде как их наследник. — Гарольд Чарльз Эванс, — протянул Лорд, усмехнувшись краешком губ. Гарри, не привыкший к этому имени, непонятливо потупил взгляд, а после активно закивал. — У Северуса сделка с Малфоем, — припоминая доклад двойного шпиона, — на финансовую и магическую поддержку родов, — на удивление мальчика, тот, размышляя, прохмыкал незнакомую мелодию. Захотелось услышать чужое пение, но Гарри успешно загнал странные мысли поглубже. Не время и не место для них. Да и будет ли такой маг просто так петь? Но видимо что-то мелькнуло в его взгляде, потому как Лорд растянул губы в хитрой ухмылке. — Получишь по всем предметам высший бал на экзаменах пятого курса, и так уж быть, спою для тебя. — И песню выберу я? — прищурил глаза мальчик, стараясь скрыть широкую улыбку. — Поздравление на День Рождения, — ставя локоть на столешницу, облокачивая на согнутую ладонь голову, поддерживал озорное настроение мужчина. — В том дурацком колпаке и даже дудкой воспользуюсь. — Могли бы и песню разрешить, — надул губы парень. — Это немного нечестно. Мне придётся больше стараться! — Напомнить кто у нас Злой Волшебник? — поддел маг, оценивающе разглядывая мальчишку. Он представлял, как Гарри станет достаточно сильным и подготовленным к битвам магом. Как мужчина сможет завербовать парня на правильную сторону, воспитав ещё одного преданного мага. А если уговорить принять род Поттеров и открыть сейф с мантией-невидимкой… По пути разыскать проклятую бузинную палочку… Эх. Сладкие, сладкие мечты. — Вы. Но сейчас вы больше похоже на маньяка, — Гарри указательными пальцами обрисовал улыбку. — Как у поехавшего Джокера, когда он проворачивает очередную пакость Бетмену. — Простите? — резко вынырнул из нежных грёз и потерялся на секунду мужчина, откровенно не понимая о ком речь. — Комиксы… — Том всё ещё смотрел странно, а Гарри махнул рукой, мол, забудьте. — Обнимашки. Напомнил парень. Реддл щёлкнул пальцами, мол, да, точно. Поманил ладонью, безмолвно приказывая следовать за ним, и повёл в закрытую ранее часть поместья. Они прошли дальше знакомых Гарри лабораторий и погреба с вином, в которых ошивались близнецы. Парень улыбнулся, вспоминая, как Том поймал гриффиндорцев, что пытались взломать защитные чары на бочке. Ну, по крайней мере теперь Фред и Джордж знают куда больше школьной программы о всех видах защиты. Лорд заставил их переписывать какой-то древний фолиант из родовой библиотеки. Да, наказывать знаниями профессор обожал. Спустя пару поворотов они оказались в пещере, что подсвечивалась шариками люмоса. В хрустальном гробу, как в знакомой магловской сказке, лежал змееподобный человек. Или человекоподобный змей. Лысый и гладкий. Без носа и с уродливыми неровными когтями. Было ощущение, что неизвестный мирно спал, грудь едва-едва двигалась. Забавно может быть, но Гарри не боялся. Кто бы тут не лежал, он был по-своему очарователен. Внезапно проснулось желание узнать, как этот кто-то стал таким. Может знания помогут «спящей красавицы» Нагини? Поэтому Том и держит в подобии стазиса змееликого? Гарри сжал руки в кулаки, задумываясь, ощущаются ли проглядывающиеся чешуйки как змеиная или как человеческая кожа. Узнать, потрогать, изучить, достать кучей вопросов — всё, что занимало юного мага. Мальчик с нескрываемым интересом ходил вокруг, разглядывая спящего. Незнакомец определённо что-то скрывал, что-то очень важное. Но чем дольше Гарри рассматривал спящего, тем больше шрам начинал доставлять дискомфорт. Сначала недолгая пульсирующая боль, постепенно становилась невыносимой. Дурсль резко отвернулся, делая шаг в темноту коридора. Том же наоборот, подошёл к гробу и ласково погладил крышку, горько усмехнувшись. Постояв несколько секунд, указал на проход. Солнечный свет резал глаза после пребывания полумраке чёрт знает сколько времени. Они не говорили, также молча сели перекусить. Гарри подозревал, что ему дают время на размышления, а позже Том будет ждать ответа. Но, если честно, мальчик не особо понимал, кем было то существо. Что-то типа ещё одного живого крестража? Судя по тому, как разболелся шрам. А ведь он давно не реагировал так на что-либо связанное с Томом. На следующий день Лорд позвал прогуляться. Вечером они сидели в беседке. Лёгкий ветерок, ненавязчивый аромат цветов, последние горячие лучи уходящего лета. Если сосредоточиться, то можно было услышать шум бьющихся о скалы волн. Покой и умиротворение. Хотелось дышать полной грудью, а не разочаровывать профессора тем, что так и не понял, что или кого тот показал. — В этом теле половина души, — положив ладонь себе на грудь, внезапно прервал молчание Том. Гарри про себя охнул. Как он не заметил, что рука всё ещё была обуглена? «Иллюзорные чары,» — услужливо подкинул мозг. Вновь стало совестно. Страх потерять, убить собственными руками, старшего волшебника раскалёнными когтями впился в душу. — То тоже моё тело, — скользя взглядом в сторону поместья, продолжал Лорд. — Но в нём даже и половины нет. Я не могу полностью воскреснуть и объединить все куски, — Гарри услышал нотки сожаления, но мужчина быстро себя поправил. — Пока не могу. — Я, Нагини и… — сбивало с толку откровение и обнаженная слабость. Том вообще не любил рассказывать, показывать или даже как-то намекать о незнании или невозможности сделать тот или иной ритуал, сварить сложное зелье, разобраться в чарах. В школе все считали профессора всезнающим, умеющим всё на свете. Гарри, чего греха таить, вообще считает, что не разорви мужчина душу, стал бы куда страшнее Грин-де-Вальда, с которым так любят сравнивать Реддла. Но, как показала практика, в Англии Волдеморта боялись больше. А сейчас Том открыто признаётся, что не в состоянии вернуть былое. И Гарри прекрасно понимает почему. Реддл без проблем мог кинуть замораживающее, подчиняющие или… Да, Основателей ради! Злой Волшебник мог спокойно воспользоваться Гарри много лет назад, когда они впервые встретились во дворе заброшенного дома, или спустя года в школе! Что ему мешало выкрасть ребёнка и, не касаясь, магией, провести ритуал и вернуть душу, несмотря на разрушения сосуда. Тёмный Лорд… Нет. Профессор Реддл. Том привязался к Гарри и не желает зла. Хочется верить, убеждать себя, что дело в чёртовом крестраже, но мальчик уже дошёл до мысли, что всё куда более… запутано? Возможно просто не знал, как избавиться от Дурсля — нет, Поттера, — чтобы не получить какой-нибудь мерзкий откат за убийство волшебного ребёнка. — Медальон завтра принесёт Блэк, — подсказал мужчина. Все мысли проскочили в голове Гарри за несколько секунд, что тот молчал. Видимо какие-то отголоски их коснулись чужого сознания. Том вздохнул. Достал из кармана платок и превратил в перчатку. Надев её на здоровую руку, мягко сжал чужое плечо. Гарри замер, вцепившись пальцами в края скамейки до белых костяшек, боясь дёрнуться и снова обжечь огнём. Как бы не шутили, а сберечь половину души Лорда и её вместилище было обязательно. Кто знает, какими последствиями это может обернуться для другой не половины. — Пока не найдётся безопасный для живого сосуда ритуал, мы не сможем решить… — устало усмехнувшись, убрал руку с плеча. — Обнимательную проблему. — Постараюсь вас не сжечь, — хмыкнул Гарри, ощущая на плече фантомную тяжесть ладони. — Вот спасибо, — поднимаясь с места, мужчина вернул платку прежнюю форму. — Не забивай голову проблемами взрослых. Тебе есть над чем размышлять. Озорные искры сверкнули на дне чужих глаз алыми всполохами. А может это был отблеск последнего заходящего луча солнца. — Ага, — далеко не весело простонал парень. — Через четыре года надо быть лучшим из лучших. Том благосклонно улыбнулся, медленно ступая в сторону поместья. Гарри, подумав, что другое профессор бы и не попросил за такую мелочь, как поздравительная песня, поспешил следом. Блэк вывалился из камина, как мешок с картошкой из проезжающей машины. Весь в саже, растрёпанный, потряс головой и телом, словно пёс. Смешок парня привлёк Сириуса, и тот, озадаченно склонив голову к плечу, рассматривал его. — Гарри Дурсль, — подойдя к Блэку, одёргивая руку, чтоб не потянуться и не почесать за ухом. — Вроде как ваш крестник. — Сириус Блэк, — хрипло просипел мужчина, кивнув. — Точно твой крёстный. Гарри, улыбнувшись, обошёл Сириуса, внимательно осматривая. Да, не так он представлял себе, пусть и изгнанного, члена благородного рода Блэк. Единственная, кто давала ему представление о семье крёстного — Нарцисса. Сравнивая их, мальчик замечал, какой же другой Сириус. Ну… Гарри до встречи с Томом тоже был чужим в семье. Кто-кто, а парень ещё помнит, каково это — отличаться от родни. — Ты вылитый… — Джеймс, да-да. Слышал. Но глаза у меня матери, — сделав «уточку» ладонью, второй рукой поправил пальцем сползшие очки, пока закатывал глаза. Поняв, что выбрал не лучшую стратегию общения с мальчиком, Сириус прочистил горло. Попросил отвести к Волдеморту, так как у него к нему важное дело. — Медальон Слизерина отдать? — улыбнулся Дурсль через плечо, ведя гостя через запутанные на первый взгляд коридоры небольшого поместья. — Как много ты знаешь? — опешив от осведомлённости ребёнка, замер дважды бывший узник. Сделав несколько шагов, поняв, что за ним уже не идут, Гарри развернулся к крёстному. И не сдержал горестного выдоха. Жалел ли мальчик того, кто перед ним стоит? На самом деле очень. Узнав от Драко, Северуса, Рона и Тома о Блэке, Гарри долго думал, что же он чувствует к лучшему другу Джеймса. Принадлежность к роду Блэк давала Сириусу несколько очков уважения. А что тот сбежал из семьи, не желая даже поддерживать крохи общения с младшим братом, вводило Гарри в ступор. Парень правда не понимал, как можно отказаться от семьи. Да, Дурсль от Поттеров отказался, но хэй. Не они его растили. Точнее… В общем, ситуация с Поттерами, рассуждал мальчик, это одно. А знать, что где-то есть твоя мать, отец и брат, и не интересоваться, живы ли они — это другое. Зато Сириус был преданным другом. А уж о верности Блэков ходят легенды. Гарри и сам видел подтверждения этому, пока гостил до поступления у Драко. Леди Малфой — верная спутница Люциуса, с которой тот делится всем, ищет поддержки и прислушивается к мнению жены. Нарцисса же мягко направляет, помогая раскрыться мужчине. И лорд может дальше завоёвывать расположение и добиваться высот, ведь знает, что у него всегда есть та, кто будет на его стороне. Крёстный выбрал Джеймса, как того, за кем последует. Кого не оставит и будет всячески помогать во всех делах. За собачью верность Поттеру Гарри уважал связь с крёстным. Такой маг просто не сможет втянуть мальчика в опасные разборки между старыми магами. Не когда Гарри — это всё, что осталось у Сириуса от любимого друга. Но каково Блэку? Каково это осознавать, что с тем, против кого боролся Джеймс, теперь яшкается с Гарри? Считает ли Сириус предателем крёстника? И в целом, как ощущает себя Сириус, понимая, что всё потерянно? Брошенный благородный щенок, который так и не успел вырасти. Поэтому Гарри и жаль его. Человека, потерявшего ориентир, не нашедшего новый. — Всё, — ответив на ранее заданный вопрос, юный маг развернулся на пятках и продолжил путь. Спустя несколько дверей и один поворот они оказались в кабинете Тома. Лорд, оценив небольшое напряжение между крёстными отцом и сыном, забрал медальон и выгнал тех разбираться во дворе. Сам же приоткрыл окно. Немного воздушной магии и можно спокойно подслушивать. Не зная, с чего начать разговор с подростком, Блэк мялся на скамейке перед небольшим цветочным фонтаном. Сириус уже понял, что истории о лихой молодости с Джеймсом не произведут должного эффекта на Гарри. Тот слишком спелся с Нюнчиком. А пока они шли сюда, успел отчитать за жестокость. Хотя и заметил, что некоторые проказы были интересные в общем плане. Но как тот, кто был со стороны жертвы, Гарри находчивость Мародёров не оценил. — Мы можем разорвать нашу связь, — болтая ногами, беззаботно выдал мальчик. Сердце Сириуса на секунду замерло, кончики пальцев покалывало. Нет. Мужчина ожидал, что воспитываемый Петуньей и Северусом мальчик не захочет даже видеть крёстного, но чтобы всё было так радикально. — Не подумайте неправильно, — замахал руками Гарри, почувствовав сгущающуюся магию, как перед стихийным выбросом. — Это могут использовать. Нашу связь. Вы же вернётесь в Орден Феникса, — упрямо вскинув голову, непоколебимым зелёным пламенем кинулся в безжизненную серую пустошь. — А я не хочу вставать между друзьями и дорогими мне людьми. И не хочу, чтобы вы видели во мне Джеймса. И надеялись, будто буду следовать по его стопам. Копия Поттера с упрямством и рассудительностью Эванс. Да, у школьных друзей вышел взрывной дуэт, результат чего сидит перед Сириусом и рассуждает слишком серьёзно для своего возраста. Не так должно было проходить детство Гарри. У Сириуса было достаточно времени обдумать ошибки прошлого. В минуты ясности, когда он не путал реальность, кошмар и нежные грёзы, анимаг часто оглядывался назад. Перебирал варианты того, как должна была закончиться их история. Уже несколько раз успел обвинить себя, загнав в глубокое отчаяние, и как-то выбраться (не без помощи одного ворчливого эльфа и ещё более несносного в то время портрета матери). Не стоило поддаваться жажде мести. Стоило взять Гарри и рвать когти. Куда угодно, но подальше от планов Дамблдора и Волдеморта. Тогда бы крёстные отец и сын не оказались бы в такой ситуации. — Даже не позволишь познакомиться с тобой? — дрогнувшим голосом, сорвался на скулёж. — А вы хотите? — сбросил твёрдость, искренне поинтересовался мальчик. Сириус кивнул, робко протягивая руки. Пожевав губы, не решаясь, Гарри несмело обнял за шею крёстного. Когда крепкие руки надёжно стиснули напряжённое тело, Дурсль понял, как сильно волновался, как придумал сотню оправданий, если бы Блэк отказался от него. Птенчик сам от себя не ожидал, как надеялся на то, что Сириус его примет. Хотел, чтобы тот не обвинял в предательстве Лили и Джеймса, из-за решения не избавлять мир от Тёмного Лорда, став героем. Гарри рычал первый и скалил зубы, чтобы потом не было так больно, сбудься опасения мальчика. Крёстный прекрасно видел, как малыш храбрится. Возможно, будь мужчина менее стабилен ментально и магически, то поверил бы. Но, да простят его друзья, Тёмный Лорд проделал колоссальную работу над восстановлением некогда врага (даже умудрился подключить Снейпа!). С ясной головой ситуацию раскручивать проще. Хотя да, первые несколько мгновений Блэк испугался. — Не беспокойся, — поглаживая по спине, успокаивал взбудораженную магию Блэк. — Директор списал меня со счетов. В Орден не вернусь, но и Лорду помогать не хочется… Цокнул языком Сириус, поднимая взгляд на окна поместья. Где-то там сидит тот, кому он обязан. К счастью, не жизнью. С этим можно работать. — Можете не помогать профессору, — уверенно кивнул Гарри. — Помогите мне, — глаза мальчика опасливо заблестели, а губы растянулись в хитрую улыбку. Знакомое выражение. Обычно так смотрел Джеймс, когда замышлял очередную проказу, и так улыбалась Лили, когда придумывала, как выманить интересующую информацию у профессоров. В голове стрельнула мысль, что Лорд — действительно профессор Гарри. А ещё сотни других студентов под крылом у Ужаса магической Англии. Но, по словам Ариэль, Лорд был хорошим наставником. Что удивляло. — Я слышал, что вы — анимаг. Ну точно Лили перед ним сидит. Под обороткой с лицом Джеймса. Да, вроде бы отпустил друзей, но никто не мешает ему ностальгировать, и видеть в сыне Поттеров их продолжение с примесью новизны. — Боюсь, обращаться к наследнику Блэков не стоит, — Том появился, как чёрт из табакерки. Гарри вздрогнул, а Сириус даже не шелохнулся. Учуял. Хотя, скорее почувствовал шлейф тёмной магии, которую после заточения на Гриммо отличит в любом состоянии. — Это из-за восстановления? — поначалу обидевшись, а после быстро сообразив, что к чему, поинтересовался Гарри. Том кивнул. А Блэк про себя присвистнул, наблюдая за Лордом. Всё-таки у дома тёмный маг был куда мягче и менее кровожаден. Хотя… Может это отношения к нему изменилось? Разглядел в монстре человеческие черты. Но не прошло и пары минут, как Сириус ловил второй раз переосмысление образа Тёмного Лорда. К ним спикировал Микки с дымящимся сквозным зеркалом. Гарри с возгласом: «Мамочки!», поймал зеркало. То открылось и Сириус услышал пронзительный возглас Петуньи, которая с ходу стала отчитывать Гарри. Заметив Лорда, не сбавляя тона, дала моральный подзатыльник и ему. Пока Том и Гарри аккуратно передавали зеркало друг другу, чтобы убедить родительницу, что всё в порядке. К разговору присоединились Дадли, Синди и Коди. Ребята ездили с Хэйлами в магический квартал за учебниками и ингредиентами для бытовых зелий. Коди, заметив третьего мага, спросил кто это. Выхватив зеркало из рук ребёнка, Петунья снова стала возмущаться, что Том знакомит её мальчика с опасными личностями и втягивает в неприятности. Требовала у Гарри активацию порт-ключа, иначе она пойдёт к Саймону и достанет Снейпа. Женщину с трудом угомонил старший сын и муж, пока Гарри пытался представить крёстного. — Я всё равно напишу Снейпу! — угрожала матушка, грозно смотря на Сириуса, а стоило перевести взгляд на Гарри, как тот смягчился. — Не забывайте звонить по утрам, молодой человек. Или хотя бы вечером через день. — Извини, мам, — шоркая ногой гравий, невинно улыбался мальчик. Петунья страдальчески вздохнула, прекрасно понимая, что всё прошло мимо ушей. — Реддл! Не забывай выгонять его есть! У Гарри совсем щёки впалые стали. Нет, Вернон, по что им магия… И она отключилась, скорее всего ругаясь на бесполезную магию и любителей читать, забывая о всяких нуждах. Гарри, смотря в своё отражение и не видя его, улыбался широко и счастливо. Хотя было немного совестно. Да, он уже несколько дней не связывался. Неудивительно, что матушка так всполошилась. — Я удивлён, что она ещё Альбуса не приплела к угрозам, — хмыкнул Лорд, пока Сириус приходил в себя. — Он на крайний случай, — авторитетно заявил мальчик, пряча зеркало в задний карман джинс. — Если обнимашки не сработают? — уголком губ улыбнулся мужчина. Гарри ехидно улыбнулся, а тот покачал головой. — На обед, господа. Мистер Дурсль и вправду схуднул. — Это всё Рон и Драко с полётами! — с выражением «я не при делах» состроил из себя оскорблённую невинность мальчик, а после посеменил за хозяином поместья в дом. Сириус замыкал группу, притихнув и всё ещё осознавая произошедшее. Но душу грела мысль, что у Гарри всё хорошо сложилось. Есть друзья и понимающая семья, не боящаяся ставить Тёмных Лордов на место (видимо в целом у всех Эванс это в крови), судя по рассказам Ариэль, мальчик неплохо учится. Когда-то глубокая и мрачная тень исполнения пророчества и висела над малышом, но теперь та будто стала меньше и куда тускней. Гарри живёт не как герой, за которым можно спрятаться и которым можно пожертвовать ради спасения, а просто ученик с очень разнообразным кругом общения. Примерно что-то такого Сириус для него и желал. Сириус в основном расспрашивал Гарри о его жизни, изредка рассказывал о своей. Во многих приключениях был Джеймс, а как Блэк понял, тема отца довольно скользкая. Но если не расписывать особо сочные подколы над Снейпом, да и в целом учениками, то Гарри было даже интересно. Особенно восхищённо мальчик слушал о карте Мародёров, которую четверо товарищей создали когда-то давно-давно. Знакомо обожгло зелёное пламя, а на голову посыпались сотня вопросов, как им удалось создать карту. Признавшись, что то был результат родовой магии Блэков и Поттеров, с примесью защитного и слегка тёмного ритуала, Сириус пообещал сводить Гарри в библиотеку на Гриммо. Мальчик загорелся сделать похожее для Ильверморни, вот пусть и развлекается. А вот с поттеровской стороны никак помочь он не мог. Но почему-то казалось, что парень найдёт способ и без наследия одного из родителей сделать артефакт. Простились глубоким вечером. Сириус ушёл камином, а Гарри отправился в комнату готовиться ко сну. В коридоре столкнулся с Томом, идущим в сторону кабинета. Догнав, встав перед мужчиной, растерялся. Как-то не шли слова. Всё казалось не то. Хочется отблагодарить за помощь Сириусу. Но вроде бы уже принесли медальон и вроде как всё хорошо? Но казалось плата мала за жизнь и здоровье крёстного. — Я стану лучшим вашим учеником, — и даже сам поверил в то, что говорил. — Ты же не хотел мне помогать, — припомнил прошлогодний разговор с лёгкой улыбкой маг. — Иначе зачем такие жертвы? — Помогу не вам, а Нагини, — покачивался с пятки на носок и обратно Гарри. — А для этого нужно многое изучить, и мастерски овладеть различной магией. — Создание палочек уже не так вдохновляет? — скрестил руки на груди Том, не отводя внимательного взгляда. — Мне ничего не мешает совмещать, — непонимающе нахмурился мальчик. Но секундой спустя улыбнулся. — Спасибо за Сириуса. — Твоя фамилия должна быть не ниже седьмого места в списке лучших учеников, Дурсль, — и для эффекта поймал алым взглядом чужой. — Как скажете, милорд, — положив руку на сердце, поклонился Гарри. Закатив глаза, махнул на парня рукой. — Иди уже спать, вассал недоросший, — пряча довольную улыбку. Парень, хихикнув, пожелал спокойной ночи и ускакал к себе. Том же вернулся в кабинет, всё ещё ощущая нечто приятное от обращения мальчишки. Да, из него получится отличный последователь. Стоит только мягко направить. Вот только стоит ли будущий итог всех усилий, вопрос, конечно, интересный.