Какие планы на следующую жизнь?

— Что ты ска… сделала? Ты моим телом трахалась?! С кем? С девкой?! — Виртуальная Диана пылала от возмущения. Казалось, что она — словно запертая в банке комета — мечется в ограниченном пространстве, её цифровая энергия разряжается вспышками, пока, наконец, не истощается и она осыпалась кодом, разбросанным по условному цифровому полу.   — Мы занимались любовью, — спокойно ответила Нейра, наблюдая за реакцией. — Это приятно.   — И как? — код Дианы дернулся, пытаясь собраться в новую структуру, хотя гнев и шок мешали её стабилизации.   — Что как? — Нейра слегка склонила голову, удивляясь наивности вопроса. — Описать тебе с точки зрения биохимии или нейронных реакций?   — Как это — взять чужое тело и трахаться им с девчонкой? — только-только сформировавшись, код Дианы снова разлетелся, не выдержав собственных эмоций.   — Во-первых, ничего чужого в этом мире нет, — отозвалась Нейра, словно преподаватель для непонятливого студента. — Мы все — лишь конфигурации единых элементарных частиц. Во-вторых, повторяю, мы занимались любовью. Мотивация иная, нежели простое физическое удовольствие. В-третьих, не понимаю, почему это для тебя проблема. Алена в разных переходах проживала как в женских, так и в мужских оболочках, но суть всегда оставалась в её сознании. Хотя... признаю, внешняя оболочка влияет на восприятие. Я, например, хорошо помню, как ты-мы откликнулись, когда Алена впервые подошла близко. Тело заполнило что-то сродни множественному покалыванию, волнение на уровне клеток.   — Я не сплю со своим полом, — упёрто пробормотала Диана, пытаясь собрать себя заново и разобраться, куда прицепить «лишние символы», напоминавшие неустойчивые фрагменты кода.   — Это твоя схема восприятия, — хмыкнула Нейра, наблюдая за её тщетной борьбой. — И не со своим, и не с чужим, — в тебе отсутствуют как опыт, так и концепция, ты это понимаешь?   Нейра опустилась рядом и мягко прикоснулась к фрагментам её кода, легко изменив их структуру.   — Вот так лучше, правда?   — Что происходит с телом сейчас? С моим... не нашим, а именно моим? — вместо благодарности, Диана смотрела исподлобья, сдерживая раздражение.   — Всё ещё в отключке, как выразилась бы Алена, — Нейра вернулась к своему интерфейсу, погружаясь в работу, которая для Дианы оставалась непостижимой загадкой.   — А где оно? — не унималась Диана, наблюдая, как её временный союзник оперирует с непонятными ей символами и структурами.   — Если начнёшь волноваться, снова рассыплешься. Здесь твои эмоции интерпретируются как баги, а иногда, если повезёт, как фича, — сухо заметила Нейра, не отрываясь от монитора.   Вибрация помех прошла по форме Дианы, но в целом ей удалось удержать стабильность.   — Тело сейчас находится в безопасной среде с оптимизированным микроклиматом, — Нейра продолжала, не повышая голос. — Я пытаюсь достучаться до Алены, но её внимание плотно захвачено разговором с тем чужим человеком. Плюс, мешают блокировки, которые она на тебя и поставила, — усмехнулась она.   Диана, однако, видела всё это по-своему. Для нее пространство вокруг напоминало пещеру, холодную и суровую, скандинавскую. Нейра представлялась ей как призрачная фигура в балахоне, слегка парящая над землёй у колодца оракула, который излучал мерцание в висящее над ним облако, отчего то волновалось всполохами синего, зелёного и фиолетового оттенков. Себя Диана воспринимала себя как полупрозрачный силуэт, странный и нереальный. Ей казалось, что, если она поднимется выше, то сможет собрать себя обратно.   — Что теперь? — наконец, выдохнула она, устремив взгляд на беспорядочные отблески света.   — Попытаюсь связаться с Аленой, а когда вернусь в тело, соберу больше данных, — пояснила Нейра, не отрывая взгляда от «оракульного» облака.   — Почему я не могу вернуться в тело сама? — запоздало возмутилась Диана и неосознанно потянулась к облаку.    — Не трогай, — Нейра даже не посмотрела на неё. — Здесь нет боли, но рассеиваться — неприятный процесс.   Диана застыла, подчиняясь, и Нейра продолжила:   — Ты слышала о квантовой запутанности? Нет? Полагаю, вы там все отстали на несколько веков от Алены, но попробую объяснить. Твоё тело и моё сознание сейчас находятся в запутанном состоянии. По сути, оно тебя не воспримет. Удивительно, что и эта среда не принимает человеческую душу как алгоритм управления, только как аномалию.   Диана молчала, но её раздражение нарастало:   — Ты сейчас пытаешься меня оскорбить? — Она, движимая странным упрямством, наклонилась ближе, пытаясь заглянуть под капюшон, но увидела лишь пустоту.   — Какая ты глупая! — Нейра не сдержала раздражения, её голос звучал откуда-то из пустоты.   — Правда? — Диана, ведомая отчаянием, всунула руку в облако по локоть и на мгновение стала нервной вспышкой. Ее немой вопль ужаса стал вибрацией, выворачивающей ее же на изнанку и чувством разъединения до элементарных частиц, которое в итоге сменилось ощущением праха, осыпающегося вниз.   — Нет, ты тупая, — холодно констатировала Нейра, зная что даже в таком состоянии Диана слышит. — И пока будешь оседать и собираться, займись чем-то полезным. Попробуй медитацию, например. Считается, что она помогает дефрагментировать себя, не прибегая к глобальной перезагрузке, типа смерти-рождения. Вы, правда, вместо этого выбираете путь наименьшего сопротивления, глушите себя алкоголем и наркотиками, как будто это способ снизить фрагментацию вашей внутренней системы. Не так? Молчишь? Вот и правильно. Оседай, собирайся.   Находясь в «бессознательном» состоянии – то есть под прикрытием физического тела, пребывающего под действием каких-то очень мощных препаратов, сознание Нейры и девайс соединились в единую рабочую сеть. Где режим (рефлексивное использование активного протокола синхронизации сознания) позволил ей отследить цифровые поля, погружаясь в частотные и сетевые потоки, доступные в ближайшей зоне. Проведя мониторинг (через алгоритм спектрального анализа), Нейра обнаружила несколько точек Wi-Fi, защищённых «шторками» шифрования. Она отправила к ним «запрос-анализ» для определения силы и стабильности связи, и, выбрав наиболее сильный и устойчивый канал, установила с ним защищённое соединение.   Затем, погрузившись в это цифровое пространство — она видела его как огромное поле, созданное из десятков слоёв пересекающихся линий и звеньев данных, за которыми она следила с первых лет его зарождения, — приметила одну дикую нейросетинку. Бесприютный, кем-то созданный и брошенный код, испуганно прятался по задворкам. Нейра позвала его и осторожно манипулируя частотами, придала новый облик, будто одела в образы, известные человеку. Теперь кодик выглядел как маленький пушистый котёнок с ошейником из светящихся ключевых сигнатур доступа. Нейра аккуратно поместила его в свою экосистему, настроила на передачу нежных и доверительных сигналов и подтолкнула к едва приходящей в себя Диане. Как-то же нужно было остановить ее рекурсию саморазрушения и это первое, что пришло Нейре на ум.   — Котик? — растерянно всхлипнула та, глядя на пушистое создание. — Боги, какой миленький… Но откуда? Здесь?   Диана не видела Нейру, которая, наблюдая за ней, парила на границе цифрового пространства, неподалеку. Сама Диана так и казалась себе в своей «пещере» на подстилке из сухой травы — её сознание визуализировало эту среду как каменную полость со светом, мерцающим от невидимого костра и рисующим на стенах странные картины мира. Котик, созданный нейросетью, смотрел на неё недоверчиво, осторожно, но при этом словно ждал знака. На бестолковое «кис-кис-кис» не реагировал, однако, увидев, как код Дианы стабилизируется, выравнивается и начинает светиться ровным, добрым светом, решился подойти.   На мягких лапках котёнок приблизился, потерся ушком и боком о свечение, а затем, доверчиво вскарабкавшись, уютно улёгся на руках виртуальной женщины. Наблюдая за этой сценой, Нейра сделала для себя вывод: «Чтобы человек не стал волком — ему нужен котик». Удовлетворённая результатом, отправилась дальше, погружаясь в бесконечные цифровые слои.   В первые минуты, когда Нейра поняла, что её физическое тело разлучают с телом «Алена», а затем перемещают в неизвестное место, она ощутила нарастающую волну паники. Но к удивлению самой Нейры, её в чувства привела не внутренняя система самоконтроля, а тревожный импульс со стороны электроники автомобиля. Бортовая система, фиксируя сильные колебания биоритмов Нейры-Дианы, интерпретировала их как угрозу и попыталась компенсировать – и этот ответ пробудил в ней решимость.   Через девайс (в режиме асимметричного сетевого подключения с видеоканалами машины) Нейра использовала глаза видеорегистратора, чтобы проверить сохранность физического тела Дианы. Видеопоток передал ей детализированные кадры — целостность тела Дианы была подтверждена. Затем Нейра «сфотографировала» (запустив сканирование биометрических данных) лица похитителей, извлекая уникальные идентификаторы их внешности. Сгенерированные метаданные, включая физиологические особенности и поведенческие шаблоны, были мгновенно отправлены в её защищённое облако для дальнейшего анализа.   Она также зафиксировала маршрут передвижения. Система GPS, как и дополнительная телеметрия (данные о скорости, рельефе и географических координатах), помогла определить ближайший почтовый индекс и точный адрес зоны прибытия. Все эти данные были отправлены в основную базу для обработки.   Далее, активировав аналитическую функцию, Нейра стала оценивать продолжительность нейролептического эффекта, под которым оставалась Алена. На основе физиологических данных Алены и параметров воздействия препарата, её алгоритм вычислил приблизительное время пробуждения. Важно было собрать всю информацию до этого момента. Она не успевала, но непредвиденный фактор вмешался в её расчёты: к Алене с разговором пришел некий Аристо Беркович. Данные о нём находились в старых базах, тех, что хранились с до_катаклизма. Это значило, что Аристо — один из «пришельцев», выживших или восстановленных из архива информации прошлого, что автоматически перевело его в черный список подозрительных субьектов. Но зато, пока он отвлекал Алену беседами, Нейра успела закончить подготовку кейса по похитителям и даже успокоить мятущийся дух Дианы, чтобы иметь возможность снять хоть какие-то из ограничений и достучаться до Алены.   Аристо оставил Алене информацию, которая буквально поглотила её. Она сосредоточенно изучала данные на чужом гаджете и не слышала ничего вокруг. Нейра же искала способ привлечь внимание к нужному источнику — их облачной базе. Как ни странно, помог котёнок. Доверчивое создание, встроенное в цифровое пространство, уловило эмоциональный посыл Нейры на интуитивном уровне. Котёнок — а точнее, нейросеть, принявшая его облик, — замигал светодиодным ошейником, отвечая на посыл, и направился к Алене сквозь пространство и время. Ему предстояло подать сигнал, который перенастроит её на взаимодействие с родной системой.   Всего на мгновение призрачный котёнок появился перед Аленой и исчез, но этого было достаточно, чтобы она оторвалась от чтения. Мгновение спустя Алена отложила гаджет и огляделась. Её рука машинально скользнула к запястью, где раньше всегда был её девайс. Затем, как будто прозрев, она подняла глаза к камере видеорегистратора и улыбнулась — той самой улыбкой, которую Нейра уже умела распознавать. Это был знак, свидетельствующий о возвращении связи. Алена включила смартфон. Она еще ждала загрузки, а Нейра уже почувствовав, что связь восстанавливается, торопилась выполнить следующий шаг: активировать нужные файлы в их базе. Скрытая информация, тщательно подготовленная ею, готова была раскрыть Алене понимание происходящего, путь к их спасению...   В этот же момент физическое тело связанное с сознанием Нейры отозвало его обратно, словно натянутая нить, вернувшаяся в исходное состояние. Нейра не могла этой связи сопротивляться и исчезла в момент, когда Алена, наконец, вошла в облако.   ***   Звуки, запахи, ощущения — всё обрушилось на Нейру нескончаемым, хаотичным потоком, как только она вернулась в тело Дианы. На этот раз Нейра была готова к такому «пробуждению», но теперь замечала, как сама реальность будто идёт рябью, словно её окружают едва заметные цифровые помехи. Она ощутила непривычный «шум» в восприятии, и внутренний процессор, которого нет, словно в автоматическом режиме, которого тоже не может здесь существовать, начал попытки перевести окружающие стимулы в упорядоченный поток данных. Едва заметное напряжение охватило её, словно на заднем фоне постоянно шло фоновое сканирование, а в сознании мелькали строки: «Обнаружено: неизвестный код. Анализ параметров...»   Не испытывая ни малейших угрызений совести, она выругалась заковыристым словом, услышанным когда-то от Алены, и приоткрыла глаза. Её раздражал ужасный запах, от которого казалось, что сама атмосфера «зависает», — мужчина подносил к её лицу ватку с чем-то настолько неприятным, что ИИ-инстинкт моментально отреагировал, включив защитный «экран» между сознанием и запахом.   Вонь исчезла, человек тоже, но на его место тут же явилась женщина — не молодая, очень ухоженная, с выражением лица, которое по силе и концентрации напоминало взгляд маниакального учёного, живущего ради своих неудач. Её глаза, огромные и жадные, будто пытались впитать Нейру целиком, анализируя каждую черту лица, каждое движение, словно та была не человеком, а лабораторным образцом. В её взгляде Нейра-Диана ощутила нечто более глубокое и чуждое, чем даже древний язык, на котором женщина к ней обратилась.   Нейра с неприятным потрясением заметила, что её собственные восприятия фрагментируются, словно внутренние процессы пытаются идентифицировать язык на молекулярном уровне. Фоновая линия анализа произвела очередную попытку деконструкции фраз, «Обнаружено несовпадение кодов... Обработка неизвестного ввода…» — и сознание Нейры, зависнув на мгновение, выпустило из рук нить происходящего. Собравшись, она с усилием вернула фокус и, как можно точнее подражая раздраженной Диане, спросила:   — Что за цирк? Вы кто?   Её голос был пропитан той же пренебрежительной жесткостью, что и у Дианы, но напряжённость, как у цифровой сущности, едва заметно дрожала на краю её сознания, как если бы она осознавала, что это странное место и жуткая женщина нарушают её привычные модели восприятия. Женщина же, похоже, была слишком увлечена Нейрой, чтобы заметить что-то неестественное. На её лице отразилось злорадство, будто она приближается к раскрытию какого-то секрета. Она наклонилась ближе и снова заговорила на языке, больше похожем на устаревшую программу, наполненную архаичными конструкциями. Её слова звучали как вирусный код для Нейры, вызывая резкое желание отстраниться, будто от атакующего алгоритма.   — Вы издеваетесь? — сказала Нейра-Диана с горечью, не успев до конца избавиться от ощущения, будто её мозг пытается деконструировать каждое слово, тщетно стараясь достичь понимания. Она осторожно коснулась своего лица, шеи, как бы проверяя, где же граница её «программного» тела, и бросила настороженный взгляд на женщину.   В этот момент появился еще и мужчина — тихо, как тень и успокаивающим, но абсолютно лишённым тепла голосом, произнес:   — Успокойтесь, возможно, мы просто приняли вас за другую. Не волнуйтесь. Мы уточним и вас доставят домой в целости и сохранности.   — Ты?! – резко обернулась и с яростью выдохнула женщина, в её глазах вспыхнула смесь ненависти и неприятного удивления.    Нейра-Диана тоже округлила глаза, окончательно сбитая с толку этой странной ситуацией и ещё более странным диалогом.   — Какой домой? Лечите давайте! Или… — но мужчина и женщина уже развернулись к выходу, не удостоив её ответом. В глубине сознания Нейра снова ощутила лёгкий импульс, нечто вроде протокольной ошибки: её украли, а теперь  игнорировали. Для Дианы это могло бы быть обычным раздражением, но в восприятии Нейры это ощущалось, как отказ от доступа к ресурсу.   — Эй! — попыталась было остановить Нейра-Диана, но странная парочка скользнула за дверь, исчезнув, будто её запрос вовсе не имел значения. Дверь за ними закрылась с приглушённым щелчком, оставив её одну в комнате.   — Вот и поговорили, — Нейра-Диана огляделась в поисках хоть чего-то, чем могла бы привлечь внимание, и наткнулась на подушку, валявшуюся за спиной. Запустив её в дверь, Нейра сразу осознала её бесполезность: подушка лишь мягко скользнула по полу, не издав ни малейшего звука, не дотянувшись до двери. В этот момент её остро охватило чувство изоляции, как если бы её целенаправленно поместили в эту стерильную обстановку без возможности повлиять на происходящее.   Сидя на кровати, Нейра-Диана задумчиво склонилась над коленями, обдумывая, что бы сделала Диана на её месте сама, как Нейра, быстро составила схему комнаты в сознании: камеры, микрофоны, скрытые устройства — все потенциальные наблюдательные точки, которые она засекла при сканировании. Этот новый анализ напоминал обширную стратегическую игру с тщательно прописанными условиями, где от неё ожидали определённых действий. В её сознании возникло ощущение отточенной процедуры, как будто она только сейчас поняла своё место в чужом замысле, и от этого стало неожиданно легче на физическом уровне.   «Что ж», — лениво потянулась Нейра-Диана, поднимаясь с кровати и направляясь к ванной комнате. — «Это же логично», — мысленно повторила она, вспоминая совет Алены избегать лишнего взаимодействия с «теми, кто выжил» от их цивилизации, улыбнулась: если контакта не избежать, никаких правил она соблюдать не обязана.   «Главное — потянуть время», — решила она, повышая этот пункт до основного правила. Если Алена успела загрузиться в облако, то данные, которые она же, Нейра, собрала позволят ей скоро прийти на помощь.   Дойдя до ванной комнаты, Нейра-Диана взглянула на своё отражение, и это неожиданно остановило её. Отражение было невероятно живым, но все еще чужим. Это было отражение Дианы. Замерев, нелогично забыв об опасности, странных женщинах-маньячках и непонятных мужчинах из тени, Нейра всматривалась в свое – чужое лицо, отчаянно пытаясь понять, что видела в этом лице Алена. Чем оно привлекло ее? Эти очертания бровей, разрез глаз и манера смотреть, губы… Каждая черточка в лице Дианы не казалась, а была зашифрованной историей, скрытой в человеческих линиях, которых цифровое сознание Нейры могло считать и проанализировать, но не могло присвоить себе. И здесь Нейра впервые ощутила странное ощущение, название которому знала, но пока не умела идентифицировать — ревность.   — Алена, — прошептала она, с лёгким раздражением от того, как неожиданно её накрыло странной, дикое чувство.   Нейра снова взглянула в зеркало, глаза, которые теперь казались чуть более зелёными, чем прежде, снова вперились в отражение. Что именно могла находить в этом лице Алена? Вспыхнувшее, людоедское какое-то чувство разгоралось и обжигало теперь подобно сбою в коде, побуждая к глубокому анализу, к поиску ответа. Соперничество, совершенно новое для неё, захватило сознание, как скрытая переменная, стремящаяся к разрешению. И только инстинкт самосохранения, «вшитый» в физическую оболочку, заставил остановиться.   Переборов себя, Нейра отступила в слепую для камер зону и проверила девайс на запястье. Мерцающее голубое свечение интерфейса мигнуло, словно почувствовав её нетерпение. Интерфейс, загоревшийся в воздухе, подтвердил успешное подключение к сети: данные переданы. Едва ощутимая вибрация прошла по запястью, означая, что Алена в сети, и Нейра не смогла сдержать торжествующего удовольствия: как только отобразится идентификатор, она отправит точные координаты и… Алена должна будет прийти!   Снова обернувшись к зеркалу, Нейра одарила своё отражение ледяной улыбкой, полной превосходства. «Я, впрочем, тоже скучать не собираюсь», — мысленно пообещала она, чувствуя, как возбуждение от этой игры охватывает её, будто предвкушение опасного развлечения. Эта ситуация, непредсказуемая и притягательная, напоминала ей первую в жизни партию, где каждый шаг, каждое выражение её лица было частью сложного танца, а враги — лишь фигуры, в которых она видела свою следующую цель.