shadow

      

***

       — Ну ты где, Хëн? — спросил Бомгю, на ходу натягивая на голову нелепый ободок с рожками. Признаться, он совсем забыл о приближении Хэллоуина, а потому совершенно не успел подготовиться. Чëрная рубашка, узкие джинсы и доморощенный чертëнок готов. Он слышал, что для вечеринки, Ëнджун подготовил себе какой-то нереально грандиозный костюм, и теперь сгорал от нетерпения увидеть его. Кто бы что не говорил, а старший облагал не только завидным уровне креативности, но и бешеной харизмой.        Невольно, Бомгю представил его в толпе. Высокого, уверенного, с выкрашенными в яркий, синий цвет волосами. Бомгю улыбнулся самому себе. Он не любил произносить это в слух, так как хëн достаточно быстро начинал зазнаваться, но он искренне считал Ëнджуна очень красивым.        Невольно, Бомгю представил его среди ярко ряженной толпы. Он представил возгласы восхищения, слетающие с чужих губ. Он представил полные жадности взгляды. И его опалило сразу двумя полярными ощущениями: ревностью и самодовольством. Просто Бомгю чëтко знал, что их с Ëнджуном связывает нечто особенное, словно внеземное, и это знание сглаживало все углы.        Интересно, тем он будет? Вампир или зомби? Пират? А может Франкенштейн? Мумия? Нет, его хëн точно придумает что-нибудь абсолютно особенное. Но что же? Бомгю сгорал от нетерпения. Он хотел как можно быстрее оказаться в клубе. Хотел ощутить, как громкая музыка бьëт по вискам, хотел выпить свой незаконный алкогольный коктейль, хотел танцевать, танцевать, танцевать, пока не откажут ноги.        Сегодня, Бомгю хотел всего.        Запретного.        Яркого.        Хотел страсти. Хотел опасности. Хотел ощущения полной и необъятной свободы. Он хотел броситься Ëнджуну на нею и поцеловать на глазах у все. Наплевав на пол, наплевав на неправильность ситуации, на чужое мнение, на собственный едва ощутимый страх. Бомгю не до конца понимал, что происходит с ним сегодня, но отчего-то казалось, что море было ему по колено. Он был словно заранее пьян. Готов был броситься в любой возможный омут.        — Бом-а, я опоздаю немного, — у нас в квартире пробки выбило, Юджин боится оставаться в темноте одна, не могу же я притащить на вечеринку ребëнка, — голос Ëнджуна в трубке был одновременно недовольным, с нотками ворчливости, и нежный, любящий. От этого контраста Бомгю вело окончательно. Границы допустимого связывались в голове. Бомгю усмехнулся.        Ему вообще сегодня отчего-то постоянно хотелось смеяться. Да только поводов не было. Бомгю наигранно недовольно фыркнул в трубку.        — Воу, Мамочка, не пропусти всë веселье, — в своëм воображении Бомгю живо представил, как Ëнджун закатил глаза и от этого глупо рассмеялся прямо в трубку. Голос Ëнджуна стал чуть серьëзнее.        — Ты точно в порядке?        — Всё пучком, Хëн, позвони как доберëшся.

***

       Бомгю рывком распахнул тяжëлые металлические двери и вольной птицей впорхнул в клуб. Как он и ожидал, тяжëлые биты тут же ударили по ушам. В воздухе пахло алкоголем, потом и немного тыквой. Бомгю осмотрелся. Праздничный антураж был здесь повсюду. Жуткие оранжевые мордочки зияли пустыми глазницами изо всех углов. Гирлянды со светящимися в темноте скелетиками оккупировали всё воздушное пространство комнаты.        Содержание адреналина в крови резко подскочило, Бомгю почувствовал, как учащается пульс, и бросился с головой в омут. Ему было странно и жарко. Парень расстегнул несколько верхних пуговиц, но это не помогло. Нездоровое перевозбуждение завладело им настолько сильно, что он полез целоваться к какой-то миловидной ведьмочке. Она явно была не против, на щеке и в уголке губ остались следы её ярко-красной помады, возможно, они могли бы зайти дальше, если бы песня не сменилась.        Шакира оказалась любимой её исполнительницей, а потому они с Бомгю обошлись лишь несколькими жаркими танцами. На танцполе Бомгю никогда ещё не чувствовал себя так уверенно. Он считал себя без малого королëм. Ему казалось, что каждый в клубе смотрит на него в этот момент, и Бомгю упивался этим чувством. Было так хорошо...        Так хорошо, что Бомгю почти не замечал течения времени. Ноги гудели от диких танцев, парень упал на ближайший диванчик, хватая со стола случайный напиток. Очень хотелось пить. Алкоголь обжëг горло но не утолил жажду. А потому Бомгю без особых раздумий опрокинул в себя ещё несколько стаканов, прежде чем наконец остановиться.        Хотелось целоваться. И спать. И пить. И кричать.        Бомгю поддался. Сегодня всë казалось таким лëгким и естественным. Он оглядывал толпу внимательным взглядом, пытаясь разыскать кого-нибудь подходящего. Кого-нибудь высокого и уверенного. Невозможно красивого и...        Зазвонил телефон. Бомгю ответил не глядя.        — М?        — Ты уже там?        — Угу... Как там пробки? — по мыслям расползался приятный туман. Из динамиков орала какая-то попсовая песня чëрного кота, Бомгю покачивался в такт, почти не слушая того, о чëм говорил Ëнджун. Ему не было стыдно. Мысли не желали задерживаться в голове.        — Ничего у нас не выбивало, просто какие-то придурки, видимо, решили пошутить. Им хватило мозгов перерезать провода в подъезде, оказывается свет в половине квартир вырубило. В любом случае, электрик почти закончил, так что я скоро буду... — Бомгю промычал что-то утвердительное в ответ, потом понял, что его ни о чëм не спрашивали, стало смешно, и Бомгю не нашëл причин сдерживаться. Его взгляд наткнулся на фигуру в ярко-красном вампирском плаще. Высокую, статную.        То что нужно. Человек о чëм-то разговаривал по телефону.        — Ну я пойду, Хëн        — Бом-а..? — но Бомгю сбрасывать недослушав. Впервые в жизни, наверное. И ему впервые в жизни не стыдно. Просто алкоголь, музыка и безумие момента растекаются по венам вместе с кровью, отравляя.        Просто Бомгю отчего-то очень хо-ро-шо...