Ночь в ужасе

      — Камиль Лозалиф, — громогласно объявил голос у входа в главный зал замка великого короля ада Баеля. — Демон третьего порядка под руководством Ларейе, пройдите.       Мальчишка легкой походкой направился вдоль огромных, около пяти метров высотой ворот, украшенных змеиными головами по бокам, к трону короля. На него уставились десятки красных глаз с черной радужкой, которыми был украшен этот самый трон. Баель же, в человеческом обличье с четырьмя рогами на голове, два из которых были завернуты назад, а два располагались вертикально, скучающе взглянул на демоненка. Он едва не засыпал. Черная мантия раскинулась у его ног, и никто не смел приближаться ближе, чем на десять метров, чтобы случайно не задеть это произведение чистого искусства, инкрустированное брильянтами с вплетёнными серебряными нитями в ткань высочайшего качества.       Вперед вышел старший секретарь с огромным сувоем в руках. Взглянул внутрь на содержимое, и его лица не было видать, когда глаза снова возникли над свитком, он судорожно поправил очки средним пальцем левой руки и заговорил.       — Камиль Лозалиф, демон случайного возгорания мягких предметов, — по залу пошли тихие смешки, — правда ли, что ты не убил ни одного человека? — тонкая бровь секретаря скептически приподнялась. Даже король Баель удивленно перевел на него взгляд. Камиль вжал голову в плечи от всех тех пар глаз, что уставились на него.       Мало того, что тридцать суток он простоял в очереди, чтобы дождаться плановой ежегодовой аудиенции у короля, мало, что в зале было около двухсот приближенных, что все слышали, так еще сам король посмотрел в его сторону. Могло ли все быть еще хуже? Наверняка, что нет.       Камиль едва заметно рвано кивнул.       Шепотки стали громче, кто-то даже испуганно ахнул, явно одна из тридцати восьми жен короля, что также присутствовали за ширмой.       — Камиэль, — обратился король. Забудьте, что его звали Камиль, отныне он — Камиэль, — мальчик мой, не ты ли двести первый сын Асмодея, от которого он отказался?       Лозалиф снова судорожно кивнул.       — Так точно, мой король, — низко поклонился демонический парнишка.       — Что же за дела, это срочно нужно исправлять, — посетовал на него старик Баель. — Чем же ты питался все это время? — истинно удивился владыка.       — Немного перебивался, то тут, то там, мой король, — уважительно ответил Камиэль.       — Ясно, — Баель бросил красноречивый взгляд на секретаря, и тот продолжил вместо него.       — Камиль Лозалиф, — очевидно секретарь имел свои взгляды на его имя, на удивление независимые от владыки. — Твое поручение на этот год: убить одного человека, — по залу снова пошли шепотки, о том, как несправедлив мир, почему так мало, и что за особое отношение? Камиль это особым отношением не считал, ведь и одно убийство много для демона, что за свои триста лет не убил ни души. Баель же согласно кивнул на высказывание своего секретаря. Тот продолжил: — Сигри, подайте печать.       Из толпы вышел худощавый эльф с длинными белыми волосами и черными глазами. Эльфы ада была мастерами печатей и замков, любой, кто имел с ними дело знал о том, что если условия печати не были исполнены, она срабатывала как часики. Вот ты есть, а вот тебя уже нет. Часики бомбы замедленного действия.       Эльф достал из кейса прямоугольную печать, Камилю только и оставалось, что повиноваться. Он вытянул вперед руку. Печать обожгла предплечье, и его хвостик рефлекторно закрутился от боли. Особенность печатей была в том, что они использовали тот элемент, что противостоял врожденному, в данном случае — это была голубая водная печать. Сигри шепотом огласил условия контракта, в котором его будут заливать водой, пока огонь его души не погаснет, если он не убьет одного этого человека. Многие боялись эльфов, ведь те были в большинстве случаев вестниками смерти, но Камиль чувствовал себя на удивление спокойно. По крайней мере непосредственно этот эльф выглядел очень профессионально в своем белом костюме с деловым кейсиком под рукой. И почему только их все боялись?       Камиль рефлекторно кивнул, когда Сигри перестал оглашать, и печать активировалась, множество водяных игл впились в его тело, поражая точки меридиан. Он замер, когда боль сковала каждый миллиметр кожи, точки коротко засветились голубым и погасли. Сигри с каменным выражением лица пронаблюдал за этим, и перестал уже казаться Лозалифу таким уж неплохим парнем.       — Ждем тебя через год, Камиль Лозалиф, — глаза секретаря за очками изогнулись в два полумесяца.       — До следующей встречи, спасибо за ваше время, — низко поклонился Камиль и направился к выходу из зала. Тем временем глашатай звал следующего беднягу на приём.       Лозалиф же поплелся к ближайшему порталу. Вместо того, чтобы тянуть быка за рога и ждать конца года, Камиль решил действовать прямо сейчас и прямо здесь, иначе же это грозило превратиться в бесконечную тягомотину мыслей о смысле бытья, важности каждой человеческой жизни и выбора среди них наиболее подходящего злого кандидата. Лучше было выбрать случайного прохожего в мегаполисе и покончить со всем быстро, что он и намеревался сделать.       Камиль приложил id-карточку к терминалу считывания у ворот с надписью: 351-телепорт, здесь была наименьшая очередь по непонятным причинам, ноль демонов на квадратный метр, устраивало идеально, и Лозалиф без раздумий использовал его.       Немного в отдалении разговаривали двое демонов с головами коровы и петуха соответственно.       — Он собирается отправиться на «территорию 153»? Он вообще в своем уме? — говорил демон с коровьей головой.       — Ха, да посмотри, этот же наверняка самоубийца, такой худенький, — покачал петушиной головой второй демон, что габаритами был раза в два больше Камиля.       Вот только больший размер, еще не значит больше сил. Самые грозные демоны выглядели весьма неприметно с вида, но их аура поражала.       Пройдя через портал, Лозалиф оказался посреди Сибуйи, множество машин и людей проносились мимо, но никто не обращал внимания на незваного гостя. Никто просто не видел его. Камиль же наоборот выискивал, он имел возможность оценить ауры каждого человека, чтобы выбрать наиболее подходящего. Его большие выразительные глаза с оранжевыми радужками скользили по толпе в поисках своей жертвы.       Облегающий белоснежный костюм, прозрачная вуаль на спине, узкие брюки и лакированные туфли, завитые назад блондинистые волнистые волосы и хрупкое телосложение. Он выглядел, как молодая звезда или актер, но объёмные белоснежные перепончатые крылья и острый хвостик указывали на то, что это был не человек. Мужчина, стоящий на крыше двадцатиэтажного дома внимательно наблюдал за внезапным нежданным гостем. Прошло около трехсот лет с того времени, как на его территорию потыкался кто-то из демонов, и вот — этот смельчак, решил заглянуть в «квадрант 153».       Тем временем Камиль обнаружил свою жертву. Парень в невзрачной одежде, сгорбленный, шел призраком между разноцветного потока людей. Он постоянно оглядывался по сторонам, будто что-то выискивая или кого-то опасаясь. Его аура была кроваво-серой, так что с большой вероятностью, этот тип недавно кого-то грохнул. Так почему бы и ему не грохнуть убийцу?       Лозалиф внимательно проследил за парнем, и его осенил внезапный план. Он пронаблюдал, как парень прошел к пешеходному переходу. Загорелся красный свет, и человек остановился у края дороги. Демон возник за его спиной и протянул руку вперед. По дороге как раз проезжал грузовик. Это был идеальный шанс, и даже никто не заподозрит неладное.       За секунду до того, как его рука коснулась чужой спины, Камиля схватили за запястье и дернули вверх.       Они взлетели в воздух, словно стрелы, и демон пораженно уставился сначала на свою руку, схваченную другим, а потом и на разрушителя его плана.       Это был высокий стройный «мужчина» с белоснежной кожей, правильными опрятными чертами лица, короткими черными волосами и в черном строгом костюме с такого же цвета галстуком под самую шею.       — Отпусти меня сейчас же. Ты что делаешь? — поразился Камиль и попытался вырвать свою руку, но чужая ладонь будто приросла к его коже.       Они остановились на крыше многоэтажки, и взгляд холодных черных глаза, похожих на две иголки булавки, пришпилил его к земле, словно ничтожное насекомое.       Камиль замер, внезапно не в силах пошевелить и пальцем. Черная густая аура опустилась на его тело и придавила сверху следом за пронзающим взглядом.       — К-кто ты такой? — выдавил тихо, вдруг испуганный демоненок, которому разрушили все планы.       — Мое имя — Скард, третий под руководством Самаэля, правителя Пятого Неба, одного из семи регентов мира, ангел смерти 153 округа Японии, — глубоким низким голосом заявил тот, и его темные глаза прищурились, становясь еще более леденящими. — Но тебе ли не знать об этом, демонический самоубийца, Камиль Руо Лозалиф, триста семи демонических лет отроду, демон мягкого огня Аутодафе и пламенного сожжения Ульриха.       — Откуда ты?.. — пораженно спросил Камиль.       — Это отчеканено на твоей душе, демон, — холодно сообщил тот. — Если с вопросами покончено, тогда приступим к казни? — спокойно осведомился Скард дальше.       — Казни кого? — невинно поинтересовался Лозалиф.       Хватка на руке стала сильнее, худые жилистые пальцы впились в персикового цвета нежную кожу. Камиль выглядел как подросток, ему нравился такой облик, и он не менял его обычно. Такой себе пай-мальчик, что больше был похож на нежного ангелочка, чем на гнусного демона. Ему нравилось вводить всех в заблуждение, это было отдельным видом удовольствия, только вот этот чмырь, кажется, на это вестись не собирался.       — Демона, что находится прямо передо мной, который посмел вторгнуться в подконтрольный мне округ, находящийся в моей личной юрисдикции, — подчеркивал ангел, — зная о последствиях, и при этом едва не испортил сценарий смерти обычного хикикомори.       — Хики-кого? — светлые брови метнулись вверх.       — Ты собирался убить невинного.       — Почему тогда его аура была кроваво-серой? — возразил тот. — Он не может быть невинным.       — Его мать, что являлась единственной семьей для Юдаиши Кэнскэ, умерла около полугода назад, перерезав себе в ванной вены, с того времени парень отгородился от всего мира на этот же срок, виня себя в её смерти, и только сегодня решился выйти из дома, чтобы встретиться со своей подругой детства, которая в будущем станет его женой и вытащит парня из того ада, в котором он сейчас находится. Все еще думаешь, что ты был прав, мелкий демон?       Камиль пораженно уставился на ангела.       — Но я…       — Уже давным-давно стало неактуальным оценивание поступков людей только посредством ауры, есть более надежные способы, например, отслеживание социальных акаунтов в интернете и другие новшества, вроде моих считывающих линз, купленных всего за триста миллионов небесных иен, — милостиво просветил его Скард.       «Триста миллионов, это же сколько душ ему пришлось сопроводить для этого, если в среднем цена за одну колебалась от 0,5 до 1,2 иены? — мысленно поразился Камиль. — Вот это трудоголик, однако. Впервые встречаю подобного ангела, обычно они более просвещенные и расслабленные, что ли…» — он еще раз взглянул на строгую линию черных бровей. Ангел продолжал неконтролируемо хмуриться, глядя на него.       — Хорошо, я понял, — если хочешь уйти на своих двух, всегда соглашайся, так говорили его демонические инстинкты. Светлый хвостик с острым наконечником в виде пики мельтешил из стороны в сторону, выдавая нервное настроение своего хозяина. — Тогда давай, я уйду, и мы сделаем вид, будто ничего такого не было, и нога моя сюда больше не ступит, ок, Свард?       — Скард. И нет, не ок.       — Ну почему? — скривился Камиль, надув свои пухлые губки. В ход пошла тяжелая артиллерия. Он захлопал своими густыми белоснежными ресницами, и они отбросили нежную тень на его персиковые, в тусклом освещении, глаза, будто покрытые влажной пеленой.       — На мне не подействуют силы, что передались тебе от отца, — холодно сообщил тот. Его тело напряглось еще больше, а высокая фигура стала выглядеть все более угрожающей, буквально нависнув над демоненком. — Почему ты решился на свое первое убийство сейчас? — спросил он в том же тоне.       — Откуда ты?.. — Лозалиф замолчал, когда тонкий палец впился в его солнечное сплетение в центре тела, где собирались все меридианы и создавали ядро его демонической силы и ауры.       Камиль же в ответ протянул вперед свободную правую руку. Немного выше запястья и края манжеты красовалась голубая печать.       — Печать темных эльфов, — узнал Скард. — Уничтожение одной человеческой души за один демонический год, — прочел он.       — О, ты даже древнеэльфийские глифы знаешь! — искренне удивился Камиль. — А есть что-то, чего ты не знаешь?       — Я компетентен в своей работе, так же, как и любой другой из нас, — холодно ответил тот. — И ты пришел ко мне? — темная бровь скептически метнулась вверх.       «Все же не зря там не было очереди…» — подумал Лозалиф и сохранил молчание. Даже ангел смерти понимал, что этот демон достаточно неудачлив, чтобы попасть на единственного в своем роде, самого строгого охранника человеческих душ. А еще это значит, что он не контактирует с другими, ведь тогда наверняка узнал бы заранее.       Отщепенец, значит, как и он…       — Может, мы могли бы договориться? Ни тебе, ни мне нет никакой пользы от нашего конфликта, — попытался предложить компромисс Камиль.       — За уничтожение души среднестатистического демона ангелу смерти насчитывается от пяти до пятисот обычных оплат душ.       — Ох, — только и выдохнул Лозалиф. — Тогда почему другие не столь заинтересованные?       — Потому что не уверены на сто процентов в своей победе, в отличие от меня. Для них лучше сохранить спокойную жизнь, чем внезапно потерять ту в стычке за каких-то пять небесных иен, и это вполне разумно.       — Значит, ты любишь рисковать? — улыбнулся демоненок, показав свои тонкие острые клыки.       — Значит, я знаю, что ты умрешь, если я захочу этого, — почти в самое лицо с устрашающе холодным тоном.       — Но ты не то чтобы хочешь, — увидел в его словах лазейку Камиль.       — Сегодня две тысячи семьсот тридцать пятая годовщина рождения первого небесного императора, мне бы не хотелось портить такой день.       — Тогда почему бы тебе в такой день, — Лозалиф понятия не имел, что это за первый император, но был ему искренне благодарен, — не помочь бедному заблудшему демону, м-м, Сард?       — Скард, — сухо исправил тот, все еще раздумывая над его словами. — Это возможно, но тогда тебе придется предложить мне что-то веское взамен, маленький демон аутодафе.       Камиль судорожно проглотил эту информацию.       — Что ты хочешь?       — А что может мне предложить маленький демон, вроде тебя, соизмеримое его собственной жизни? — задал встречный вопрос ангел смерти.       — Может, деньги? У меня есть с собой немного, и еще я могу выписать чек, — засуетился Камиль.       — Для ангелов демонические деньги не несут никакой ценности. Ты должен отдать то, что дорого тебе самому.       Лозалиф поднял на него свои выразительные глаза теплого оттенка, и в них не было ни намека на прежнюю веселость. Сейчас он уже не выглядел, как тот ребенок, которым он притворялся все время. Камиль встретился с прямым строгим и несколько заинтересованным взглядом глубоких черных глаз, похожих на дно бездны больше, чем глаза любого знакомого ему демона.       — Я все еще могу сбежать. Не слишком ли о многом ты просишь, ангел? — белые крылья за спиной заструились лентами, превращаясь в множество шипящих белых огней, его волосы вспыхнули и поднялись вверх, а глаза засветились ярким оранжевым пламенем.       Ангел оставался незыблемым.       — Ты не сбежишь, пока я держу тебя. Но если ты хочешь сразиться, я отпущу, но тогда речей о компромиссах больше не жди, — решительно отрезал тот, даже не изменившись в лице. Не то чтобы Камиль боялся, но он в самом деле слишком мало знал об ангелах смерти, и факт того, что тот знал его полное имя и происхождение, совсем не играл ему на руку. Не было ничего хуже, чем стать ручным псом ангела. Он слышал жуткие истории об этом и совсем не хотел себе подобного исхода.       — Ты же хочешь что-то конкретное, говори, — нахмурился демоненок.       — Осколок демонической души, говорят, они очень красивые, — довольно прищурился ангел, и, хотя его лицо все еще выглядело безразличным, глаза цвета обсидиана испускали неестественный темный свет.       — Хм, те, кто говорит, что демоны коварные, явно не встречали такого гнусного ангела, — меланхолично сообщил Лозалиф. Ангел смерти ждал его ответа, не отводя взгляда. — Я согласен.       На лице Скарда появилась нежная полуулыбка. Камиль замер, внимательно уставившись на этого ангела с демонским нутром. Он был на удивление очаровательным.       — Хорошо, — почти нежно протянул Скард.       — Веди, — фыркнул демон, силой отведя взгляд в сторону.       — М-м, куда?       — К себе, в отель, мне в принципе все равно.       — Если все равно, тогда можем и здесь?       — Умом тронулся? Мы же цивилизованные существа, имей совесть, ангел, — осуждающе посмотрел на него демоненок.       — Это настолько важно?       — О, есть и то, чего ты не знаешь, ангел смерти? — самодовольно прищурился Камиль.       — Идем, — скомандовал Скард. Огромные черные крылья выросли и расправились в воздухе, несколько взмахов, и они опустились вдоль прямой ровной спины ангела. Лозалиф завороженно пронаблюдал это. В последний раз он видел такое, когда мельком узрел Люцифера, что спускался с Верхних Небес. Это было красиво. Ангел притянул его к себе и укрыл крыльями. Сердце демоненка затрепетало, и щеки покрылись румянцем, когда его прижали к большому твердому телу ангела.       В следующих миг они испарились, растворившись в воздухе, словно их там никогда и не было.       Они оказались в просторных апартаментах с видом на хранилище Мейдзи. Камиль осмотрелся, это было такое жилище, что часто рекламировали в модных человеческих журналах. Этот старый демон, ой, ангел оказался на удивление продвинутым.       Он стоял напротив и с ожиданием смотрел на демоненка, все еще держа его руку для подстраховки. Черные крылья за его спиной исчезли. Лозалиф только тихо хмыкнул, позабавленный серьезным видом ангела, а потом сделал шаг навстречу и, немного подлетев, поцеловал его в губы.       Глаза ангела в удивлении расширились — это было самое яркое его проявление эмоций от начала их знакомства. Он рефлекторно отпустил руку демона и отпрянул к дальней стене комнаты, упершись спиной в окно от потолка до пола. Такая реакция позабавила Камиля.       — Что ты делаешь?.. — пораженно выдохнул ангел.       — Ха-хах, а ты оказывается и вправду не знаешь, — ухмыльнулся дьяволенок, его глаза цвета огненного опала в полумраке довольно сверкнули. Ангел молчал. Ему не нравилось чего-то не знать, но и информацией, что могла осквернить его душу он также не увлекался. Это была просто внезапная прихоть из-за слов, услышанных однажды, о том, будто он был не способен получить осколок, всегда просто уничтожая ядра демонов. Лозалиф тем временем продолжил: — Чтобы получить осколок души демона, Сарт…       — Скард.       Они встретились глазами, и демоненок продолжил:       — Так вот, ангел, для этого есть парочка способов: первый, — он оттопырил указательный палец, расхаживая комнатой, пока говорил, из стороны в сторону, планомерно сокращая расстояние между ними, медленно и незаметно. Черный взгляд ангела следовал за ним. — Это довести демона до полусмерти и намеренно разбить его ядро, но скажу сразу, мне такое не нравится, и второй, — оттопырил средний палец, — это поймать демона в момент слабости и прикоснуться к ядру. В тот момент часть добровольно отколется, это будет менее болезненно и не так ударит по силе, — пояснил он и остановился перед высокой фигурой. Его нисколько не смущала их разница в росте. — Одним из того, что делает нас беззащитными — есть любовь, и чем выразительней она проявляется, тем легче достать ядро, но кто полюбит демона? — наклонился он к самому лицу ангела, снова немного подлетев в воздухе. — Потому можно банально использовать секс, и без сопротивления с моей стороны, это возможно провернуть, — сообщил он и щелкнул ангела смерти по кончику носа. — Я удивлен, что ты никогда не слышал об этом.       — Я не интересовался подобным.       — По тебе видно, — окинул его взглядом с ног до головы демон, — само воплощение невинности. — Ангел нахмурился, ему не нравилась дискриминация по чему бы то ни было. Демоненок же тихо добавил: — Так что я позволю украсть тебе часть себя, а ты взамен притворишься человеком и позволишь тебя разочек убить, хорошо? — он легонько убрал своим пальчиком со лба темные прямые волосы, открывая больше бледное лицо.       Скард раздумывал некоторое время, то погружаясь в свои мысли, то встречаясь с невинной улыбкой дьяволенка в ангельском обличье. Он молча кивнул, а после наклонился ближе к нежному лицу демона.       — Только из-за того, что сегодня праздник, — сухо сообщил ангел, а после прикоснулся к мягким пухлым губам своими тонкими и напряженными.       Он почувствовал улыбку демона сквозь поцелуй.       Сначала они слились губами, после их языки переплелись, и Камиль научил его глубокому поцелую. К его удивлению этот строгий ангел хватал все на лету и ни секунды после принятого решения не сомневался в своих действиях. Он яростно исследовал его рот, сплетаясь внутри языком, скользя по нему, сминая губы, а после, когда они чудесным образом переместились на кровать, и демоненок, нежно обняв его, стал покрывать поцелуями лицо и шею ангела, тот и вовсе будто сошел с ума. Лозалиф в который раз засомневался, кто из них демон, когда этот строгий рот ангела стал покрывать поцелуями его обнаженную кожу, а жилистые руки свободно и с нажимом заскользили по его коже. Он исследовал его тело и покрывал следами любви. Он сжимал и мял. Удивительно, но этот ангел правда наслаждался происходящим. Его черные глаза больше не были холодными, а испускали черных темный свет, что был поразительно глубоким и манящим. Бархатный голос тихо шептал, спрашивая о том, чтобы Камиль направлял его, и это смущало даже больше, чем демон мог себе представить.       Он остановил его за секунду до того, как едва не излился от слишком выразительного взгляда ангела. Это было просто до невозможности сексуально.       Лозалиф отодвинул его, и тот ожидающе замер, смотря на него сверху вниз, сидя на своих ногах с идеально ровной осанкой, точно ронин. Под костюмом и рубашкой оказалась точенная фигура, и Камиль не мог прекратить смотреть на него. Его щеки краснели раз от раза из-за этого. Он сел, а после опустился на колени перед ангелом. Его небольшая ладонь скользнула к поясу брюк, и он вопросительно посмотрел на Скарда. Тот неотрывно смотрел в ответ, будто запечатлевая все в своей памяти, но не выказывал и доли сопротивления или неприятия происходящего, наоборот, он был необычайно вовлечен.       Пальцы опустились на пах, Камиль ощутил и увидел, как увеличивается выпуклость под ними. Он судорожно сглотнул и расстегнул ширинку. Плоть ангела была такой же красивой, как и он сам: идеально сбалансированный по размерам и форме, слегка розоватого оттенка головка сочилась смазкой и так и влекла к себе. Камиль плотно обхватил её губами, облизал несколько раз языком, прощупывая самые чувствительные места, а после заглотил глубже и стал двигаться. Пальцы ангела сжались на белых простынях, почти сливаясь с ними цветом. Другой, свободной рукой, Лозалиф скользнул к своей дырочке и стал медленно массировать её, растягивая себя для этого строгого ангела его собственной смерти.       Он увидел, как на коже Скарда высыпали мурашки, а пресс напрягся прямо перед его глазами, член увеличился во рту, и брать глубже стало тяжелее. Он поиграл с ним еще некоторое время, не позволяя кончить, пока подготавливал себя.       Когда все было готово, Камиль опрокинул его на спину, а сам забрался сверху. Его глаза тлели багряным тихим огнем и нежно светились в темноте. Они встретились взглядами, и Лозалиф задержал дыхание на мгновение. Он никогда прежде не встречал никого похожего, никто не смотрел на него так, будто не просто желал, это было что-то намного глубже, намного темнее и долговечнее, будто на него глядела сама бездна и поглощала внутрь себя.       Камиль опустился на его напряженный член с томным сладким стоном, глядя на ангела, не отрывая своих глаз. Он замер на мгновение, позволяя себе привыкнуть, а после стал двигаться, медленно раскачиваясь тазом, то немного выпуская, то поглощая плоть ангела внутрь себя. Это было необычайно хорошо, он заполнял его достаточно плотно, соприкасался со всеми чувствительными местами, и Лозалиф правда не мог вспомнить, когда ему было так хорошо просто от того, что в него кто-то входил.                   Холодные пальцы скользнули по его напряженных бедрах, поглаживая и обхватывая на пробу, будто прося молчаливого разрешения.       — Ты хочешь попробовать? — спросил, наклонившись демоненок, прошептав прямо в холодные губы и коснувшись их следом. Он едва подразнил и прикоснулся губами к уху, проведя языком внутри, тихо продолжил: — Скажи мне, Скард, ты хочешь хорошенько трахнуть меня, так, как тебе нравится, правда? Только попроси, и я позволю тебе всё, хочешь, м-м?       — Хочу, — хриплый голос прозвучал через некоторое время. Камиль отстранился, упираясь руками в твердую грудь и заглядывая Скарду в глаза, все еще слегка раскачиваясь на его напряженном органе. — Позволь мне, маленький дьяволенок, — нежная улыбка озарила лицо ангела, и демон застыл, будто громом пораженный. Его сердечко громко колотилось в груди, а вся кровь внезапно хлынула к лицу, окрасив то ярким румянцем.       Ангел оценил это, как утвердительный ответ и не ошибся. Он приподнялся, обхватил Камиля обеими руками за бедра и стал насаживать на свой член, ритмично двигаясь ему навстречу. Дьяволенок схватился за его плечи, не удержав равновесия, и уткнулся носом в его шею, вдыхая свежий запах леса снежной зимой. Эта картина так ярко возникла перед его глазами в один миг, что ему показалось, будто именно там они и встретились впервые.       Возможно, этот ангел мог бы рассказать ему больше об этом видении, но он был слишком занят тем, что в прямом смысле вытрахивал из него душу. Самозабвенно и ритмично, будто вел в танце, соприкасаясь из его самыми нежными местами.       Он уложил Камиля на кровать и склонился над ним, закинув его стройные ножки себе на плечи. Скард наслаждался милой картиной того, как этот огненный демоненок сладко стонет под ним, поглощая его член в свои глубокие и влажные, горячие внутренности, согревая его тело и нутро таким мягким жаром. Тонкий хвостик оплел его бедро и сжимал то каждый раз, как ангел пытался покинуть тугую дырочку. Скользил вдоль кожи, когда тот довольно тянулся ему навстречу. Он исцарапал ногтями его спину, искусал клыками губы, но при этом все равно оставался сладким и нежным, буквально тающим в его объятиях.       Лозалиф не знал, сколько это продолжалось, в какой-то момент ему просто стало казаться, что он неотделим от этого демона в ангельской плоти. Они наслаждались друг другом достаточно долго для того, чтобы абсолютно забыть о том, для чего с самого начала это задумывалось. Никому уже не было до этого дела.       В конечном итоге Скард оставил на нем свой след, а значит, никто другой не мог больше лишить его жизни. Эльфийская печать испарилась, будто её никогда там и не было. Это было не сравнимо с тем, что этот ангел смерти оставил по себе.       Скард прикоснулся к ядру Камиля, когда тот попросил его об этом в приступе томного блаженства, но только облек то в еще одну оболочку, панцирь из мощной печати бога смерти, ибо решение уже было принято, и никто больше был не в праве прикасаться к жизни и смерти этого демона.