Ночь в ужасе

      В чертогах красивого города Кенджу, в котором находится Хваннёнса, когда-то располагалось одно поселение. Люди там имели одинаково ласковый и стойкий нрав, из-за того, что с одной стороны их защищали горы, а с другой, им приходилось время от времени противостоять морской стихии. Каждый пятый день первого лунного месяца местные жители устраивали праздник Ённаль, где посредством танцев и подношений просили местного дракона благословить их источники.       Этот год выдался особо засушливым, и старосты собрались для того, чтобы обсудить то, как же задобрить дракона в этом году, чтобы он послал им проливные дожди. Когда один из старейшин подал голос и заявил о том, что, возможно, дракон разозлился на них за то, что ему как уже больше десяти лет не даровали человеческую жертву. Другие согласились, понимающе кивая головой. Казалось, после долгого обсуждения, они наконец нашли идеальное решение проблемы. Когда же дело пришло до обсуждения подходящей кандидатуры, каждому из старейшин нашлось что сказать в защиту молодых одиноких женщин, они были, если не чьей-то сестрой, то племянницей или хорошей подругой их дочери, потому выбор пал на того, кого не было кому защитить — круглого сироту, что выживал, подрабатывая то тут, то там с малых лет и ни дня не имел своего собственного пристанища.       После тайного заседания старейшины провели публичное выступление перед всем честным народом поселения, где предложили им свой способ решения возникшей проблемы. Устроили честное голосование, на котором жертву нужно было выбрать из числа: дочери главы селения, старшей незамужней дочери многодетного семейства и мальчишки-сироты. Выбор был более чем очевиден.       В результате в обед накануне пятого дня первого лунного месяца, в час собаки, после танца и воспевания хвалебных благодарственных песен, мольбы о защите, мальчишку нарядили в традиционных наряд и на голову водрузили специальную «жертвенную корону», что обычно укладывалась в гроб заслужившего почести погибшего воина или же значимого культурного деятеля.       Му Сон Ги стоял посреди площади в направлении дороги, что поднималась к горе Мунбоксан. Именно там по словам старейшин обитал дракон. Ему выделили лучший шелковый ханбок, что удалось отыскать, он был белого цвета с вышивкой красными лентами на рукавах и принадлежал дочери местного шамана. Жертвенная корона состояла из полудрагоценных камней различных оттенков. Его длинные волосы заплели в косу и завязали также красной нитью. Сон Ги смотрел на все это с некой долей скептицизма. Он понимал, что не мог отказаться, но, если бы он был на месте дракона, то даже нюхать такое подношение не стал бы. Несмотря на то, что его выкупали в ванне с лепестками и долго чистили загрубевшие ступни, он все равно выглядел довольно болезненно и грубо, его было трудно спутать с полной жизни и нежности девушкой. Но ему ли что-то решать. Он просто прятал грубые мозоли в подол чистой струящейся ткани и опускал взгляд в землю, чтобы были меньше заметны синяки от постоянного ночного дежурства на берегу. Когда все было готово. Старушка-шаманка дала ему пару напутствующих слов:       — Сон Ги, слушай меня внимательно, когда доберешься до подножья горы, тебе нужно будет низко поклониться три раза и, пустив себе кровь, призвать господина дракона. Его имя… — она едва слышно прошептала то. Мальчишка понимающе кивнул. — Хорошо, тогда иди, дорогой, и попроси у него воды на следующий год. Дракон обязан исполнить желание своей жертвы перед смертью.       Сон Ги повернул голову в сторону морщинистого лица старухи и встретился с ней взглядом.       — Прости нас, мой дорогой, и спасибо тебе, — ответила шаманка на его взгляд и поклонилась. Следом склонились и другие. Парень пребывал в смешанных чувствах. Он увидел старика Пок Джо, которому помогал на лодке, Сен Мана, что был главой побережной охраны и старушку перед ним, что часто приносила ему еду. Он понимал, что они неплохо ладили до этого момента, но несмотря ни на что, он все же был и остался для них чужим дитём, которое было нежалко отдать на съедение зверя.       Посмотрев прямо перед собой он мелкими шагами пошел дорой, укрытой снегом, что вела прямиком в лес у горы Мунбоксан. Он почти одолел две трети дороги, когда оказался у входа в лес. И хотя на улице все ещё было довольно светло, в лесу же помалу начали опускаться сумерки. Сон Ги прибавил шаг и направился прямиком в лес, отринув и малейший страх. Парень знал, что за ним тайком следят, чтобы он не сбежал, потому молча следовал указанному пути. Свежее горячее мясо вкуснее, но голодный и холодным не побрезгует.       Сон Ги остановился у подножия горы, где протекал небольшой горный ручей, его еще называли вратами в Мунбоксан, когда на улице стало серым-серо, и только белизна снега делала происходящее более или менее различимым. Он не чувствовал своих ног и пальцев рук, даже его лицо замерзло, но волноваться ли о холоде тому, кто собрался в могилу?       Мальчишка сделал все так, как ему и говорила старушка шаманка: поклонился на коленях три раза, разрезал руку маленьким кинжалом по средине ладони и протянул её вперед.       — Хваннен, приди же, прими свою жертву в дар, и выслушай её последнее желание, милости прошу, — тихо пробормотал парень, не надеясь абсолютно ни на что, кроме того, что на запах его свежей крови, что тонким ручейком стекала на снег, сбегутся все голодные звери в лесе.       Старушка строго-настрого запретила поднимать голову, что он послушно исполнял, ведь спугнуть великого дракона было себе дороже. Вот уж чего он точно не ожидал после некоторого времени ожидания в снегу, так это того, что впереди послышится странный звук, будто шуршание одежд. Звук все приближался к нему и остановился не более чем в полуметре от него, учтиво преклоненного на снегу.       Сверху послышался тяжелый вздох. Сон Ги и подумать не мог, что древние существа могут так бесцеремонно вздыхать.       — Ну что за головная боль, — он присел на корточки и приподнял человеческое лицо одним пальцем, бесстыдно разглядывая. — Пару дней осталось до окончания цикла, а тут это. Подумать только, парня нарядили в девичьи шмотки и отправили ночью в лес, ну и чудаки. Мальчишка, для чего ты говоришь, пришел сюда?       У Сон Ги отняло дар речи. Он то ожидал огромного древнего зверя, с длинной бородой и рогами, а перед ним оказался человек? Да еще и какой, по виду, император не меньше: длинные черные волосы струились темным водопадом по спине на землю, халат был распахнут, а под ним только штаны и обнаженное тело, даже ноги — босые?.. Будто его оторвали ото сна, не иначе. Только глаза со странным золотым оттенком не выглядели человеческими и вертикальный зрачок на них.       — Жертва в дар, чтобы исполнить просьбу… Так вы господин Хваннен? — не удержался и спросил мальчишка, до глубины души пораженный происходящим.       — Оу, точно. Хваннен что-то оговорил об этом, — задумался вслух человек. — И я, не он, — посмотрел на парня, — мое имя — Хыннен, властелин черных северных земель, я его кровный старший брат, прилетел в эти земли, чтобы подменить братца, пока тот оправился на отдых в Чеджу. Тц, сказал, что ему видите ли холодно здесь быть в эту пору, уж ты нежный какой, — пробормотал он едва слышно куда-то в сторону. Глаза Му Сон Ги величиной напоминали две серебряные монеты от этой информации. — А тебя как зовут, мальчишка? — спросил дракон в облике человека.       — Му Сон Ги…       — Угу, а почему тебя нарядили в девчачьи одежды, Му Сон Ги, это на юге такая мода, или как? — наклонил он в сторону, все еще недоумевая с происходящего.       — Без понятия, — покачал головой мальчишка. — Это часть ритуала.       — Жертвоприношения?       — Точно. Так вы съедите меня, господин Хыннен? — задал горячо интересующий его вопрос парнишка.       Дракон внимательно смотрел на него какое-то время, его черные глаза переливались разноцветными бликами, и это действительно завораживало и пугало, учитывая, что светились они в густой темноте леса.       — В некотором роде… Или ты можешь подождать Хваннена и услышать его вердикт, — предложил ему выбор черный дракон. — Возможно, он, как истинный защитник этих земель предоставит тебе лучший шанс.       — А сколько его придется ждать?       — Возможно, до мая, или вообще начала лета, в зависимости от погоды. Он у нас большой ценитель тепла. Но тогда пройдет пятый день первого лунного месяца, и уговор нельзя будет исполнить в полной мере, как и заключить контракт, — пристально посмотрел он на мальчишку.       — … — этот дракон очевидно был не так прост, каким пытался казаться. — Какой контракт?       — Тот, о котором ты просил, даруя свою кровь, — указал он на руку, и когда его длинный черный коготь коснулся раны, кровь впиталась в него и исчезла, а рана полностью затянулась.       Сон Ги поражено пронаблюдал это.       — Я укладу его с вами, господин, Хыннен, — сказал парень.       — Хорошо, — довольно кивнул дракон, и его глаза засветились немного ярче. — Но перед этим тебе придётся пройти небольшое испытание. Не знаю, как ведет дела Хваннен, но у меня свои правила, ты не против? — спросил он, и мальчик утвердительно кивнул. — Обычно ко мне никто не осмеливается прийти зимой, во время, когда победить меня невозможно, но раз уж так сложилась ситуация, я не буду слишком подвергать тебя опасностям, прося переплести горную реку, а взамен ты должен будет взобраться на вершину Мунбоксан за эту ночь, — серьезно сказал Хыннен, глаза его светились ровным голубым отсветом.       Мальчишка поднял голову вверх, не видя ни конца, ни края этой горе, сокрытой во мраке, но зная её, как свои пять пальцев, он согласно кивнул.       — Хорошо.       — Я даже предоставлю тебе в помощь один предмет: кинжал, — он взял тот, что был в его руке и увеличил в размерах, — или огонь? — дракон создал небольшое пламя нежного голубого цвета у себя на ладони.       — Огонь, — без сомнений выбрал мальчик. Кинжал был удобным, чтобы освобождать путь от корней и веток, но огонь сможет защитить его от диких зверей, тогда как с кинжалом ему придется сражаться с ними врукопашную.       — Хорошо, — дракон взял его маленькую мозолистую ладонь в свою, с длинными пальцами и жилистыми венами под почти прозрачной кожей нежного молочного оттенка, и поместил туда огонь. — Он не погаснет и не обожжёт, чтобы ты не делал, — пояснил тот, — а теперь отправляйся, я буду ждать тебя на вершине.       Хыннен поднялся, напоследок бросив изучающий взгляд на человеческого мальчишку, сидящего в сугробе, а потом направился к реке, вошел в нее и бесшумно исчез, будто никогда здесь и не появлялся. Только огонь, что светил, но не обжигал и тихо потрескивал в его ладони, говорил о том, что парнишке это не привиделось.       Му Сон Ги поднялся на ноги и направился через мост к подножию горы. Он шел по знакомой дороге и никуда не сворачивал, что бы ему не виделось в темноте, и какие звуки он не слышал бы. Парень хорошо знал о том, насколько опасным может быть горный лес в ночи, да еще и зимой, когда путь был не столь ясен, как обычно. Если бы он не бывал здесь так часто, в поисках ягод, грибов или лечебных растений, то не смог бы пройти и трех ли, не заблудившись, или не попав в какую-нибудь ловушку. А так он медленно, но уверено продолжал свой путь с расчетом того, что к утру должен был добраться к вершине так или иначе.       Но все было бы слишком просто, если бы не возникло никаких преград на пути. Когда Сон Ги увидел из-за деревьев светящиеся глаза волков, что тихо подвывали друг другу, его сердце застыло на мгновение в страхе. Но потом он взглянул на огонь в своей ладони. Тот был таким же маленьким, каким его и вручили, и Сон Ги не знал, как можно его увеличить и возможно ли вообще. А волки тем временем окружали его, готовые наброситься любой момент. Зимой хищники становились более агрессивными, ведь погодные условия становились тяжелее, а добычи появлялось все меньше. Возможно, летом они и не приблизились бы, но сейчас не могли оставить его просто так.       Му Сон Ги слышал, как рычание появилось слишком близко, и когда он медленно развернулся, огонь на его ладони вспыхнул под легким воздействием ветра. Волк был всего в двух шагах от него. Он изучал свою добычу. Сон Ги же понял, как работает его оружие, он подул на свою ладонь, и огонь вырос в стену, что мигом заставила зверя отойти прочь.                   Парнишка медленно развернулся в другую сторону и сделал также. Волки снова отступили. Несколько десятков раз ему пришлось проворачивать этот трюк, чтобы дождаться того, что волки окончательно ушли, скрывшись в глубине леса.       Выбери он кинжал и кровавой расправы было бы не избежать.       Му Сон Ги казалось, что прошло не так много времени, но, когда он снова отправился в путь, мрак понемногу начинал рассеиваться, и он понял, что приближался рассвет. Мальчишка сорвался на бег. Огонь тихо колыхался в его ладони, и дракон тем временем внимательно наблюдал за лицом человеческого дитяти.       Когда Сон Ги добрался вершины, солнце показало свои первые лучи, окрасив небо на восходе в яркий оранжевый свет. Он увидел это, выбравшись из сумрачного леса, и его сердце болезненно упало на землю. Все же он не успел, и теперь все это было бесполезно…       Черный дракон в облике человека послушно ждал его там, где они и договаривались встретиться, присев на один из камней, спиной к восходу солнца. Его лицо и волосы приобрели более теплый оттенок из-за его оранжевого света.       — Ты не успел, Му Сон Ги, — сказал дракон, — что же ты теперь будешь делать? — он оперся головой на свою руку, выглядя даже немного скучающим драконом.       Сон Ги смотрел на него пристально какое-то время, а потом опустил взгляд ниже, о чем-то задумавшись. Ступни дракона были босыми и опирались на снег, не оставляя там следов, тогда в голову парня пришла мысль, странная догадка, но он хотел ухватиться за неё.       — Господин Хыннен, но я ведь успел, — посмотрел он снова на дракона, подойдя немного ближе. Сидящий напротив увидел, как были исцарапаны его руки, ноги и лицо, обморожены пальцы, а платье разорвано.       — Но солнце ведь уже взошло, Сон Ги, — улыбнулся дракон.       — Вот только испытание я проходил у господина Хыннена, дракона северных земель, а насколько я знаю, на севере солнце еще не взошло, — улыбнулся Сон Ги, впервые за эти сутки, и его персиковые глаза нежно изогнулись в улыбке.       Дракон отзеркалил её, в глазах феникса виднелись искры веселья.       — Ты прав, Сон Ги, — он поднялся и подошел впритык. Только тогда парнишка смог оценить разницу в их росте и телосложении. Мощный узкий торс и широкие плечи уходили вверх и максимум, куда он доставал, это была грудь дракона. Сон Ги поднял голову вверх. — На севере солнце не взошло, ведь там все еще бушует метель, и оно не взойдет больше нигде иначе, потому Желтый дракон есть хранителем восходящего солнца, а Черный — глубокой ночи, — мягко договорил он. Сон Ги довольно улыбался. — Поздравляю тебя, ты успешно прошел все мои испытания.       — Все?       — Умение сделать правильный выбор, руководясь опытом и острым умом, умение найти ответ там, где его не увидеть на первый взгляд, и сильная воля с закалённым сердцем — вот, что ценит прежде всего Черный дракон, — пояснил он.       — Я рад, что именно господин Хыннен услышал мои слова, — учтиво поклонился Сон Ги, принося ему свое уважение.       Дракон смотрел на тощую фигуру парня и не мог не поразиться человеческой жестокости, пока это дитя, блуждало в ночи и боролось со зверями, жители его деревни веселились и распевали песни, а после уснули в своих теплых кроватях, и не вспоминая о том, кто поставил ради них на кон собственную жизнь.       — Так вы исполните мое желание? — спросил доверительно мальчик.       — Какое именно, огласи его.       — Я желаю, чтобы в Кенджу было вдоволь воды и в этом году уродил богатый урожай, — огласил он всеобщую просьбу вслух.       — Я исполню твое желание, мальчик, — серьезно сказал дракон, — а сейчас пойдем со мной, тебе нужно залечить раны, и наконец избавимся от этого невыносимого женского платья, оно совсем тебе ни к лицу.       — С вами? — удивился Сон Ги.       — К людям тебе путь заказан.       Мальчишка поджал губы и согласно кивнул.       — Я понимаю.       Дракон кивнул, а после подошел к краю скалы. Ветер развевал его свободные одежды, а бледная кожа слегка переливалась, точно змеиная чешуя на солнце. Сон Ги удивленно наблюдал за этим.       — Следуй за мной, — сказал дракон и сделал шаг вперёд, резко опускаясь вниз, в воду, и там исчезая.       Сон Ги стоял на месте, как громом пораженный всего мгновение, а потом сделал шаг следом. Ему в любом случае не было что терять. Даже если это будет его последний шаг, его жизнь так или иначе теперь принадлежит этому дракону. Он напоследок взглянул на разноцветное небо, густой туман над лесом, далекое прекрасное море, что золотилось светом и сделал шаг в пустоту.       Вода приняла его в себя, будто во влажный саван, мягко окутав и выпустив из другой стороны.       Он оказался среди снежного сада, что уходил в бамбуковые зарасти. В нем цвели сливы и кусты камелии, сбоку протекал пруд и было небольшое озеро с красными лотосами и золотыми карпами в нем. Сон Ги поднял голову и увидел дворец с несколькими пагодами вокруг. Хыннен ожидал его впереди.       — Ты выглядишь удивленным, — с улыбкой сказал дракон. — Не каждый день увидишь такое, правда?       Сон Ги утвердительно кивнул.       — Тебе нравится?       — Это красиво, — отозвался мальчишка.       — Пошли, я проведу тебя к горячим источникам, чтобы ты исцелился. Духи тем временем подготовят новую одежду.       — Для меня? — пробормотал парень больше к себе, нежели к дракону. Ему было непривычно от того, что кто-то делал что-то лично для него.       — Да, идем, — он повел его, идя впереди. Сон Ги же следовал позади, наблюдая за тем, как мягкие волосы дракона струятся в воздухе над землей, как и его шелковые одежды.       Он старался не разглядывать внутреннее убранство дворца, ведь никто не разрешал ему этого сделать, да и было немного страшно. Сон Ги будто попал в другой мир, где все было высочайшего качества, он никогда не видел подобного. С его видом, он не подошел бы даже чтобы работать здесь прислугой, разве что в виде одноразовой закуски.       Прислугой оказались различные духи животных полупрозрачные и чем-то напоминающее людей. Ему хотели помочь с одеждой, но Сон Ги смущенно отказался от этого и сделал все сам, погрузившись следом по грудь в воду. Он не распускал свою косу, а завязал её в пучок и просто оперся о стенку тёплого водоема. Парень удивленно наблюдал, как его раны затягиваются на глазах, кожа становится здоровее и даже дышать ему стало легче. Когда с противоположной двери вышел Хыннен, парень поднял свой взгляд к нему. У водоема дракон позволил слугам убрать его черную накидку и следом погрузился в воду. Из-за влаги его испытующий взгляд и острые правильные черты лица немного смягчились.       — Вы тоже… — Сон Ги замолчал, когда их глаза встретились. Он быстро отвел взгляд смущенно в сторону, пока дракон вольготно расположился у края источника.       — Ты хотел что-то спросить? — сказал тот через какое-то время, и тон его был мягкий и более расслабленный, чем прежде.       — О конце какого цикла вы говорили в начале? — спросил парень, внезапно вспомнив об этом. Он искоса посмотрел на дракона, что внимательно глядел в ответ, не отводя взгляда. Его черные волосы расплылись темными ленточными змеями по водной глади, немного извиваясь на поверхности.       Дракон слегка улыбнулся.       — Тысячелетний цикл дракона, ты пришел в девятьсот девяносто девятый год, в предпоследний день последнего лунного месяца в цикле, — сказал он, — я был удивлен и озадачен твоим появлением одновременно, — доброжелательно пояснил Хыннен.       — Что тогда должно случиться завтра? — заинтересовано спросил мальчик.       — Перерождение, — ответил дракон после долгой паузы.       — Кого? — не понял сначала Сон Ги.       В его понимании дракон был бессмертным божественным существом.       — Мое, — через некоторое время он продолжил: — В канун этого дракон отправляется в поисках смертного с чистым сердцем, что сможет охранять его девять дней и девять ночей… Очевидно, что наша встреча была предопределена Небесами, Му Сон Ги, еще задолго до твоего рождения. Наверное, именно по этой причине на твою долю выпало так много потерь и страданий, закаляя твое молодое сердце в камень, — сочувствующе сказал дракон.       — А что случится после этого? — его не интересовала та скучная человеческая жизнь, намного интереснее было узнать о жизни бессмертного.       — После я вновь вернусь к жизни и одарю тебе такими подарками, что то желание даже не будет стоить и малейшего упоминания, — улыбался Хыннен.       — Мне это не нужно, я просто исполню то, что должен. Я так понимаю, что перед этим, чтобы набраться сил, дракон должен насытиться? — смиренно спросил Сон Ги.       Лицо Хыннена выглядело серьезным всего мгновение, пока там не появилась ласковая улыбка.       — Ты верно думаешь, — согласился дракон.       — Знаете, господин Хыннен, я всегда представлял Черного дракона строгим и хмурым, но, глядя на вас, я понимаю, что ошибался.       — Мой нрав соответствует собеседнику и ситуации. Если ты отнёсся ко мне с чистым сердцем, зачем мне перед тобою темнить? — мягко сказал он и приблизился к парнишке. — Так ты позволишь мне скушать тебя? — с искорками в черных бездонных глазах спросил дракон. Они напомнили Сон Ги звездное небо темными длинными зимними ночами.       Му Сон Ги согласно кивнул, прикрывая следом глаза. Он даже не дрожал, ведь Черный дракон совсем не пугал его, особенно в этом обличии величественного императора.       — Хорошо, я с удовольствием слопаю тебя, — ухмыльнулся дракон, а следом Сон Ги ощутил, как его губы сминают в нежном поцелуе. Его персиковые глаза широко раскрылись в удивлении и встретили игривый взгляд напротив. Дракон углубил поцелуй, обняв его за шею одной рукой.       «Вот, о какой «трапезе» шла речь!» — поражено осознал мальчишка, только слышавший о подобном, но и помыслить не мог, что это произойдет именно с ним.       — Теперь ты понял, что я имел ввиду? — ласково спросил Хыннен, отпустив на время мальчишку.       Сон Ги утвердительно кивнул, он наблюдал за тем, как дракон, спрятав свои когти, нежно разминает его ладонь, на которой исчезли все мозоли и рубцы. Он поднял взгляд, смотря в румяное и здоровое лицо парня.       — Как хорошо, что они отправили именно тебя, — нежно прошептал Хыннен. Он поцеловал его в щеку, после прижавшись своим лбом к его и положил чужую руку на сердце. — Драконы выбирают тебе пару раз и на всю жизнь, ты должен знать об этом, Сон Ги, ты все еще можешь отказаться, и я отпущу тебя к людям, не взирая на то, как бы грустно не чувствовал себя от этого.       Му Сон Ги смотрел в это звездное небо перед собой и не мог отвести взгляда.       — Я не хочу туда возвращаться, там нет места для меня, — тихо ответил парень. — Я хочу быть там, где я нужен, исполнить свое предназначение, как и говорил господин Хыннен, — мягко ответил он.       Нежная улыбка, что расцвела на его губах напоминала лепестки весенней розовой вишни.       — Спасибо тебе, Сон Ги, — дракон нежно провел ладонью по его щеке, погладил пальцами возле уха и распустил пучок черных волос, что заструились вдоль плеч и сделали облик парня более уютным и соблазнительным. Он ласково провел по ним и поднес одну прядь к своим губам, целуя. — Я запомню твою доброту и верну эту услугу сторицей, — его глаза выглядели решительно, тогда как взгляд Сон Ги стал нежным и влажным, покрытым вуалью теплого тумана.       Дракон снова поцеловал его, и в этот раз парень ответил ему взаимностью.