Ночь в ужасе

      Норман Келли шел улицей, высматривая знакомую рыжую шевелюру, но среди пестрых цветов, что мельтешили перед глазами, рыжего и оранжевого было столько, что в его глазах рябило. Маленькие и большие тыковки, привидение, оборотни, вампиры, Франкенштейны, зомби, полицейские, кого только не мелькало перед глазами, но среди всего этого народа не было того, кто был нужен ему.       Сам Норман был в костюме Джека Потрошителя: в черном растрепанном пальто, старых потертых джинсах с дырами на коленях и в полосатой вытянутой кофте, красной в белую полоску. Бита в руке придавала его образу перчинки. Парень остановил свой выбор на ней, ведь, расхаживай он с настоящим холодным оружием по улицам, пусть и в Хэллоуин, его бы уже повязали.       Дети бежали по дороге под присмотром старших, и их белые простыни развевались в разные стороны. Корзинки с конфетами были переполненными, но всегда можно было оставить сладости дома и продолжить пугать, делая всякие гадости.       Норман направился к школе, где должна была состояться вечеринка, и, хотя он был уверен, что Хави там не должен быть, его могли затащить туда силком Тара и Уорен, его близкие друзья. Вот только те не были с ним постоянно, а зная Хавьера, с почти сто процентной вероятностью, он найдет на свою рыжую голову проблемы, или же они найдут его, что вернее.       Хави был заучкой и зайкой, и это не нравилось многим, особенно тем, которые на его фоне выглядели не шибко умными. Вот только умными они не выглядели в принципе, и это были чистой воды придирки и издевательства. Норман же недавно узнал о том, что Ройс, местный футболист и одноклассник Хави, собрал своих друзей для того, чтобы посмеяться (насмехаться) над ним. Именно, чтобы предотвратить это, он и искал парня.       Норман увидел, как группа людей выходит из здания школы и направляется к спортивным залам. Между хохочущими парнями виднелась яркая макушка. Не задумываясь и секунды, Норман также направился туда. Он не успел догнать их ранее, чем они скрылись в спортивном зале. Когда Келли влетел в зал, то увидел, как Хави падает в воду, а после послышался громкий всплеск. Его ярость стала ощутимой на ощупь, он до треска дерева сжал в руках биту, а после резким шагом подошел к тому, кто столкнул парня. Хотя они все были, как один, одетые в форму команды, тоже мне фантазеры, этот стоял на месте преступления ближе всего.       Подойдя ближе, Норман заметил, что вода в бассейне легкого красноватого оттенка. Резкий железный запах крови смешался с хлоркой, создавая просто невыносимо токсичное сочетания. Он поморщился еще сильнее.       Взмах биты, и с громким криком боли и всплеском, обидчик упал сам в воду, куда столкнул другого.       — Хави, ты в порядке? — спросил парень и все, включая Хавьера, повернулись к нему. Футболисты настороженно покосились на биту, Хави же смотрел на него круглыми глазами, они мигом наполнились слезами. Норман слабо улыбнулся ему. — Вылезай оттуда.       Хави стал протирать свои глаза, не веря происходящему.       Норман же развернулся и прокрутил биту по кругу.       — Ну, кто будет следующим? — спросил он с хищной улыбкой.       — Да что ты можешь, — сказал нагло один из них. — Парни, давайте покажем ему силу команды, — зазывал он товарищей по травле.       — Ты-ты… — один из них, стоящий немного поодаль, ткнул в него пальцем, трясясь всем телом, не в силах вымолвить и слова больше.       Другие члены команды непонимающе посмотрели в его сторону. Потом тот же, что говорил прежде снова подал голос.       — С этим трусом мы разберемся позже. А сейчас, пошли! — он первым накинулся на Нормана вместе с другими. Всего на мгновение им удалось ограничить его движения, но в следующее — они разлетаются в стороны, точно кегли на дорожке. Некоторые, не удержав равновесия, попадали на землю, другие же все-таки удержали равновесие. Они с удивлением и неверием стали коситься на слишком сильного противника. В общем человек семь, восьмой же стал креститься и что-то бормотать себе под нос, молился, не иначе. Тем временем Хави выбрался из воды, как и их главарь. Первым делом Норман помог встать на ноги Хавьеру и накинул ему на плечи свой плащ, а потом заехал подошвой тяжелого ботинка между глаз Ройсу, что как раз хотел вылезть из кровавого бассейна, подплыв к его краю.       Из носа хулигана пошла кровь, что быстро сделала воду возле него еще более кровавой.       — Подожди еще немного, хорошо? — Норман нежно положил руку на голову парня, убрав ту в следующее мгновение, и с разворота заехал по животу битой первому, кто подбирался к нему со спины. Следующему прилетело по бедру. Еще двое получили переломы костей плеча, и теперь качались на земле, плача и скуля сквозь зубы. Трем последним нападавшим повезло не больше — они получили прицельные удары по ногам.       Норман остановился, поправляя свои черные, слегка волнистые, короткие волосы, убирая те с лица. Он выпрямился и посмотрел в сторону восьмого, что застыл, как вкопанный на одном месте.       Когда их взгляды встретились, парень быстро затараторил.       — Они меня заставляли, я правда и пальцем не тронул Хавьера, честное слово, прошу, пощади меня.       — Ты же снимал? — спросил Норман, подойдя к нему и нависнув сверху. Тот судорожно закивал. — Сейчас же сливай на сайт школы, так, чтобы все увидели их издевательства своими глазами, и позаботься о том, чтобы лица Хавьера не было видно, или же будешь следующим, — приставил он биту к его животу, точно дуло пистолета. Парень явно соображал туговато после увиденного. — Ты меня понял? Отвечай.       — Да-да, я понял, сейчас все сделаю, — быстро ответил тот, выйдя из ступора. — Тогда я смогу уйти?       — Ты сначала сделай, — с нажимом в ответ.       Тот снова закивал. Пока ждал, что все будет завершено правильно, Норман подошел к Хави и заглянул ему в глаза.       — Так ты в порядке?       Большие голубые озера сразу же наполнились слезами. Он отрицательно покачал головой из стороны в сторону.       — Холодно? — Норман плотнее закрыл края пальто. — Сейчас мы уйдем отсюда, подожди еще секундочку, хорошо?       Хави вместо слов только сглотнул комок слез в горле. Он боялся, что если заговорит, то рыдания уже невозможно будет остановить. Парень протянул руку и коснулся бледного лица напротив, нежно проведя по щеке пальцем. Норман прильнул к нему, касаясь губами ладони. Губы Хави тряслись от сдерживаемых эмоций, что грозили разрушить его в следующий же момент.       — Я сделал, — прозвучало за спиной.       Нормал убрал руку Хави, сжав на секунду в своей ладони. Футбольная команда продолжала корчиться на земле в муках. Прыгать и бегать они не смогут еще очень долго после этого.       «Восьмой» парень подбежал с телефоном в руках и показал Норману выложенное видео. Келли удовлетворительно кивнул.       — Можешь идти.       Тот убежал сразу же после этих слов. Норман же подошел к Ройсу, что стоял на четвереньках возле бассейна, пытаясь остановить кровь из носа. Келли врезал ему ногой в живот. Ройс скрутился червем, застонав сквозь зубы. Норман развернул его на спину толчком носка ботинка и надавил на горло.       — Слушай, сюда, Ройс Андерсон, если ты или твои собачонки еще хотя бы посмотрят в сторону Хавьера, информация о взятках твоего отца-депутата, будет лежать прямо у прокурора на столе, ты меня понял?       Тот материл сквозь зубы, пытаясь сдвинуть неподъёмный груз. Норман нажал сильнее.       — Ты слышишь меня? Моргни три раза, если да. — Парень быстро заморгал. Келли слегка ослабил давление, когда лицо парня стало сильно краснеть, позволяя ему вдохнуть. — Так ты все понял, Ройс?       — Д-да…       — Что ты понял? — спросил Норман, не убирая свою ногу.       — Ч-что нельзя трогать хорька… Кха, — удар прилетел на этот раз битой в бок. После болезненной паузы, парень исправился. — Хавьера, мы не будем ни трогать, ни смотреть в сторону Хавьера Ли, — затараторил испугано парень, наконец понимая, какими серьезными травмами и неприятностями это грозит ему и его семье.       — Рад, что мы поняли друг друга, — выдохнул зло Норман и еще раз пнул его под ребра для профилактики.       Хави все это время внимательно смотрел на Нормана, боясь пропустить даже малейшее проявление эмоций с его стороны.       — Теперь мы пойдем домой, подождешь еще немножечко? — улыбнулся ему Келли. Хави сильно прикусил нижнюю губу и кивнул. Он ждал год, так что сможет продержаться еще десять минут.       Они покинули спортзал и отправились к дому Хавьера. Его мать вместе с младшей сестрой уехали к тете в гости, ведь у той был день рождение. Хави также предлагали, но тот ожидаемо отказался.       Ли держался всю дорогу, стойко проглатывая свои вопросы и огорчения. Норман же молча шел рядом с ним. Когда они подошли к белому дому, украшенному маленькими тыковками и разноцветной паутиной, он заговорил:       — Такой же, как я и помню.       Хави посмотрел на него с непередаваемым выражением лица, а следом схватил за руку и потащил в дом. Когда двери за их спинами закрылись, Хавьер замер перед ними, стукнувшись о них лбом. Норман подошел к нему.       — Хави, — позвал он, пытаясь рассмотреть лицо парня.       Тот развернулся на зов и из его глаз катились большие капли слез.       — Как так вышло? — выдавил он, смотря прямо на лицо парня перед собой и не веря тому, что видел. — Это правда ты?       Ты, с которым мы провели половину жизни; ты, что всегда был на моей стороне; ты, что защищал меня, невзирая на собственную безопасность; ты, что признался мне в любви, когда я меньше всего этого ожидал; ты, который горячо любил меня, и которого я любил в ответ… Ты, который оставил меня одного, не сказав ни слова на прощание…       — Ночь ведь особенная, — грустно улыбнулся Норман. — Даже такие, как я, могут прийти в гости, — развел он руки в стороны.       Лицо Хави скривилось от рыданий, а подбородок затрясся.       — Ну же, не плачь, дорогой, иди ко мне, — он подошел вперед, и Хави что есть сил вцепился в одежду парня, крепко обнимая, так, словно боялся, что тот внезапно просто растворится в воздухе. И несмотря на никакие уговоры, он продолжал плакать, пока не выплакал все свои слезы. Норман же послушно ждал, ласково и успокаивающе поглаживая его по спине и бормоча слова утешения.       — Я так скучал по тебе, Норман, — Хави взял его ладонь в свою и поцеловал пальцы. — Я думал, что больше никогда тебя не увижу…       Перед его глазами стояла другая картина, где Норман лежит на дороге, побитый, истекая кровью, а он, сидя на земле, в безопасности, смотрит на него в шоке. Норман оттолкнул его в последний момент, когда увидел, как на них несется машина. Пьяный водитель не справился с управлением и также получил сильные травмы, он вскоре умер в реанимации. Но у Нормана не было даже этого шанса, он умер мгновенно из-за сильного удара головой. Увидев машину, он мог попытаться спасись сам, но вместо этого…       Когда Хави думал об этом, на глаза снова наворачивались слезы, хотя те уже и так жгли огнем.       — Я тоже безумно скучал по тебе, — печально улыбнулся ему Норман, вытирая вновь появившиеся на щеках слезы. — Не плачь, пожалуйста, мне грустно видеть тебя расстроенным.       Хави притянул его лицо к себе, так как был ниже где-то на полголовы, и поцеловал в губы, щеки, в его нос и глаза.       — Ох, извини, от меня, наверное, запах ужасный, — резко пришел в себя парень.       — Все хорошо, — улыбнулся Норман, придерживая его ладони на своих щеках. — Но тебе лучше согреться, руки совсем замерзли.       Хавьер согласно кивнул. Он промолчал о том, что руки Нормана были ледяными на ощупь.       Они поднялись на второй этаж, где Ли взял чистую одежду. Он остановился перед дверью ванной, посмотрев на Нормана, что стоял в метре от него.       — Я дождусь тебя, не волнуйся, — весело улыбнулся Норман, читая его мысли на лице. Он был так счастлив видеть Хави, иметь возможность разговаривать с ним, и чтобы тот видел его также.       — Нет, пойдем со мной, — смущенно, но уверено сказал Хавьер.       — Я правда… — Келли не хотел ставить его в неловкое положение.       — Я в самом деле хочу этого, пойдем, — он протянул к нему руку.       Норман поменялся в лице, он был пораженный красотой и соблазнительностью своего парня, пусть его волосы спутались, а одежда испачкалась, тот обладал таким неповторимым шармом, перед которым Норман никогда не мог устоять.       — Хорошо, — он подошел и поцеловал пальчики протянутой руки Хави.       Они вместе приняли ванну, где вновь вспомнили и исследовали тела друг друга. Хави все продолжал льнуть к нему, так что Норману пришлось вынести его из ванной на руках. Келли уложил парня на кровати и укрыл теплым одеялом. Он спустился на кухню и заварил чай, а после вернулся с ним, одной чашкой, и поставил ту возле изголовья, на тумбочке.       Хави посмотрел на это и осознал, что его счастье очень мимолетное.       — Иди ко мне, — он открыл одеяло, и Норман с улыбкой забрался к нему. Хави прижался, обнимая парня. Ли вспоминал все бесконечные моменты одиночества и печали, что ему пришлось пережить после смерти Нормана и в груди снова начинало щемить от тупой ноющей боли. — Сколько времени ты сможешь пробыть здесь? — Хавьер задал вслух вопрос, который больше не мог игнорировать в своей голове. Он понимал, что это ненадолго, но все же безумно страшился услышать точный ответ.       Норман молчал, его взгляд упал на их совместною фотографию, что стояла на той же тумбочке возле кровати Хави. Пар от чашки поднимался и кружил, смазывая очертания двух людей на ней.       — Только эта ночь, — тихо произнес Норман и взглянул в лицо Хавьера.       — Нет никакого способа, чтобы ты остался дольше?       Келли ощущал, как тонкие пальцы парня сильнее прижались к его обнаженной спине. Он отрицательно покачал головой.       — Только одна ночь в году. Преодолеть границу между миром живых и миром мертвых, это на самом деле почти невозможно в любой другой час, сегодня же — это просто стеклянная преграда, хочешь проходишь, хочешь нет, — пояснил ему Норман. — Я очень хотел, — грустно улыбнулся парень. Его темно-карие глаза выглядели мягкими и теплыми, будто горячий шоколад, и Хави не мог поверить, что человек с таким живым взглядом может быть на самом деле мертв.       — А если я приду к тебе? — предложил Ли, и Норман нахмурился.       — Даже не думай. Это не какое-то хорошее место. Я не позволю тебе это сделать, Хави, — серьезно сказал парень. — Ты должен прожить долгую и счастливую жизнь, обрести семью и новую любовь… — Келли замолчал, будто в самом деле заглядывая в будущее.       Хавьер же неотрывно смотрел на него. Он думал о том, что каким бы плохим не было то место, если там есть Норман, то его все устраивает.       — Я понял, дорогой, — Хави потянулся и поцеловал парня. — Ты такой холодный, почему бы тебе немного не согреться, — заглянул он ему в глаза и добавил тише: — Я хочу согреть тебя, Норман.       — Это может сработать, ведь мой Хави самый горячий из всех.       Келли нежно улыбнулся своему малышу, и их губы слились в глубоком поцелуе. У него было множество возможностей, куда пойти в эту ночь, но он копил свои силы весь год, чтобы в эту ночь выглядеть как можно более человечным для Хави, чтобы не испугать его, чтобы он не видел тех глубоких не совместимых с жизнью ран, чтобы он не расстраивался слишком сильно. Он так хотел просто увидеть его и обнять как сейчас…       Они занимались любовью так, как никогда до сих пор, медленно и сладко, растягивая удовольствие, точно патоку. Наслаждаясь друг другом, ловя каждый вздох, каждое прикосновение губ. Хави тихо стонал, так сладко, как умел только он. Норман же внимательно и жадно наблюдал за тем, как он изгибается в его руках, как поддается давлению, как двигается ему навстречу и поглощает в себя. Он хватался за его плечи и постоянно тянул к себе, чтобы подарить очередной глубокий или смазанный поцелуй. Он шептал слова любви. Он скользил руками по его телу, стараясь вспомнить каждую мелочь и запечатлеть в своей памяти. Они не могли насытиться друг другом и, наверное, уже никогда не смогут сделать это сполна, но из-за того, что за окном стало неприятно сереть, им пришлось остановиться, замереть в своих чувствах, будто перед большой катастрофой, переполненные до краев эмоциями и терзаниями, они неотрывно смотрели друг на друга, и ни один из них не хотел, чтобы это заканчивались. В конце концов Норман не выдержал и оставил свой след на его теле, множество следов, поцелуев и слабых укусов. Он хотел, чтобы Хави знал, что это все было настоящим, даже если ему самому придется вновь исчезнуть.       Норман сидел, прислонившись спиной к изголовью кровати, а Хави был в его объятиях, и он знал, что большего ему не было нужно для счастья. Он прислонился к его волосам и вдыхал знакомый неповторимый вкусный аромат чужого тела и тепла, за которым так сильно скучал. Это было болезненно. Его сердце ныло, словно то разрезали на части перед этим невыносимым скорым расставанием.       Хави зашевелился и повернулся к нему лицом.       — Ты будешь присматривать за мной? — доверительно спросил, заглядывая в теплые карие глаза. Норман утвердительно кивнул. — И приходить ко мне во снах? — снова кивок. — И любить меня, даже находясь в другом мире?       — Мне не нужен никто, кроме тебя, — ответил парень и поцеловал его в мягкую щеку.       — И мне тоже, — мягко улыбнулся Хави, и Норман видел, как тяжело ему сдерживать слезы. Он наклонился и в последний раз коснулся его губ своими, прежде, чем исчезнуть.       Не совсем исчезнуть, он просто стал невидимым и не способным сделать что-либо, абсолютно бессильным, с первыми лучами восходящего солнца. И он видел, как Хави, скрутившись на кровати, горько плачет, и его мертвое сердце также обливалось кровью от боли, но он не мог даже утешить его, ведь между ними снова выросла эта непреодолимая стена границы двух миров.       Норман думал, что сделает Хави счастливым, если придет к нему, но теперь, наблюдая за тем, как тот страдает из-за его ухода, не мог не терзать себя обвинениями. Он сделал только хуже…       Хавьер винил себя в том, что и в этот раз не успел поблагодарить Нормана, попросить у него прощения, ведь это из-за него он умер, и не успел попрощаться… Все было также, как и в прошлый раз…       Следующий год прошел для него как в тумане. Он долго и тщательно думал о том, чем бы им заняться вдвоем в ту ночь, сколько всего он хотел бы показать Норману, как бы хорошо они могли провести время вместе в путешествии или просто за просмотром фильма, но после всех размышлений он приходил лишь к тому, что в то короткое, выделенное им двоим время… Невозможно успеть ничего из этого. Он не хотел тратить так просто те драгоценные несколько часов, потому ближе к новому Хэллоуину, Ли пришел к заключению, что так, как провели они ночь в прошлый раз, в самом деле было их лучшим выбором.       В этот раз Хави никуда не шел и не поддавался ничьим уговорам. Весь год было спокойно, благодаря стараниям Нормана, больше никто не издевался над ним, и он даже нашел еще парочку неплохих знакомых, но все это меркло перед встречей с любимым. Как же глубоко было огорчение Хавьера, когда к утру ночи мертвых он так и не увидел Нормана. Он не знал, что ему делать и просто продолжал смотреть в одну точку. Он понимал, что для этого было несколько причин, но, зная Нормана, предугадывал главную из них. Из-за их прошлой встречи, потому что он так расстроился, Норман решил заставить отпустить его, так же? Он огласил ему этот вопрос вслух, но встретило Хави только эхо его собственного голоса.       Он снова горько плакал над своим бессилием, что он не мог взять и просто насильно объединить эти миры. В конце концов Ли пришел к мысли, что Норман хочет для него такой жизни, потому решил принять её и прожить дальше это время до следующей встречи, думая, что дальше он будет просто обязан появиться.       Дни шли, но ничто его не радовало. Он механически исполнял свои человеческие обязанности, но внутри него все разрасталась пустота, такая нечеловеческая и густая, что грозила вскоре поглотить его с головой. Он часто смотрел их совместные фото, пытался вспомнить время, проведенное вместе, но картины больше не были такими же ясными, как когда все происходило в первый раз, и это расстраивало его, это бесполезная память, что имеет возможность забывать… Он исхудал, ведь не хотел есть. Он много читал, но не видел окружающего мира. Он больше не встречался с друзьями, ведь те не могли заменить ему Нормана. Он не принимал ничьей помощи и решил жить только на том минимальном уровне, чтобы продержаться до следующего Самайна.       Вот только Норман снова не пришел. Солнце восходило, и Хави молча наблюдал за этим. Его глаза выглядели тусклыми и пустыми. Все это время Норман был рядом, но не давал о себе знать, решив твердо стоять на своем и дать Хави шанс начать свою новую жизнь без него. Вот только этого ли хотел сам Ли?       Парень тихо сходил на кухню, взял нож, а после покончил с жизнью.       Когда он открыл глаза в следующий раз, Норман стоял прямо перед ним и плакал. В этот раз Хави пришлось утешать его.       — Ты не хотел прийти ко мне больше, потому я пришел к тебе, любимый мой Норман, — это был первый раз, когда Хави улыбался за последние три года. В его улыбке читалось облегчение и счастье, а глаза излучали чистую любовь.       — Это моя вина… — выдавил Норман.       Хави обнял его, прильнув всем телом.       — Нет, Норман, с самого начала мы должны были умереть вместе. Я все время думал об этом, с того времени, как ты впервые оставил меня. — Норман поднял на него мягкий расстроенный взгляд, смотря в его глаза и видя, что теперь его Хави выглядел более живым, чем когда был жив на самом деле. — Прости, что задержался так долго, — Ли беззвучно плакал от счастья и грусти в одночасье, а брови Нормана сошлись домиком из-за переполняемых его эмоций.       Он обхватил руками лицо Хави, притягивая к себе.       — Ты поступил неправильно, и неправильно думать так, но я все равно безумно рад, что ты снова стал частью моего существования. Я так люблю тебя, я так скучал, я так хотел прийти к тебе, но, и чтобы ты жил полной жизнью, тоже хотел… — его глаза лихорадочно горели, когда он говорил это.       Хави хитро улыбнулся ему, а после втянул своего парня в глубокий поцелуй, ведь вместо слов и мыслей, он теперь мог быть рядом с ним, и даже смерть теперь не разлучит их.