Красный Капюшон и его ведьма

Готэм. Два месяца спустя. Хоуторн шагала по промокшим улицам города, мимо стремительно снующих прохожих, прячущихся от дождя под зонтами — а кто-то просто прикрывался газетами. Повернув налево, она свернула в безлюдный переулок и направилась к своему убежищу. Пройдя ещё несколько шагов, остановилась у неприметной двери. Засунув руку в карман куртки, достала ключ, вставила в замок и, повернув, осторожно отворила старую дверь. Войдя внутрь, она убедилась, что дверь снова закрылась на замок, и начала подниматься по деревянной лестнице. На верхней площадке стояла ещё одна дверь. Хоуторн постучала в определённой последовательности, затем вставила второй ключ в замок и вошла. Это место уже два месяца служило им с Джейсоном в качестве базы. Квартира располагалась в самом сердце Криминального переулка. Скромная, но удобная — всё, что было нужно. Кухня занимала угол у окна, через грязное стекло, затянутое сеткой, можно было наблюдать за переулком, почти не рискуя быть замеченным. В небольшую боковую комнату вела дверь в ванную. В углу стояла двуспальная кровать, рядом — книжная полка, на которой покоилось несколько томов классической литературы вперемешку с современными книгами. В центре комнаты стоял выцветший красный диван, идеально расположенный напротив входной двери, а перед ним — старый кофейный столик, уравновешенный поваренной книгой под одной из ножек. Хоуторн сняла чёрную кожаную куртку и повесила её за дверью. Прошлась к ванной, включила свет, сняла одежду и включила душ. Струи воды приятно обволакивали тело. Она протянула руку к полке, выдавила немного яблочного шампуня на ладонь и втерла в волосы, пока те не покрылись густой пеной. Затем взяла мыло с ароматом кокоса и тщательно вымылась. Закончив, смыла пену с тела и волос, убедившись, что волосы чисты от шампуня. Выключила воду, взяла полотенце и вытерлась насухо. Надев короткие шорты для сна, она натянула одну из маек Джейсона — мягкую, уютную, чуть спадающую с левого плеча. Волосы она промокнула полотенцем, а затем, расчёсывая влажные пряди щёткой, убрала последние узелки. Завершив рутину, Хоуторн вышла из ванной. Волосы слегка покачивались за спиной. На секунду она остановилась, вглядываясь в тишину комнаты, потом направилась на кухню. Открыв шкаф, достала банку соусa, полупустой пакет с макаронами, а из холодильника — упаковку сосисок. Две штуки она выложила на сковороду и включила слабый огонь. Затем наполнила кастрюлю водой наполовину, поставила её рядом на конфорку и включила нагрев, изредка переворачивая сосиски. Тук-тук-тук… щёлк. Хоуторн подняла голову и слабо улыбнулась, услышав знакомые шаги. Джейсон вошёл в комнату, захлопнул дверь, стянул с головы капюшон и снял маску. Его облик немного изменился: та же коричневая кожаная куртка, чёрный костюм и армейские ботинки — но вместо красного шлема теперь была полумаска, закрывающая нижнюю часть лица, и чёрная домино-маска на глаза. А ещё — красный капюшон, зачарованный Хоуторн, чтобы не спадал в бою. Улыбка медленно потускнела, когда она заметила — у Джейсона рана на правом плече. — Хоуторн, принесёшь аптечку? — спокойно попросил он, уже снимая куртку и рубашку, направляясь к дивану. — Конечно, — отозвалась она, убавив огонь под сковородой. Подошла к раковине, тщательно вымыла руки и вытерла их. Взяла небольшую миску, наполнила горячей водой, затем дотянулась до аптечки, стоявшей на верхней полке. Поставив всё на столик, она открыла коробку и вытащила необходимые материалы. Намочив чистую ткань в воде, аккуратно приложила её к ране, очищая кожу от засохшей крови. Убедившись, что всё чисто, она присмотрелась к порезу: не такой глубокий, как показалось сначала. Понадобится несколько швов, но ничего критичного. Она взяла иглу с нитью и, пока готовилась, спросила: — Что произошло? — Возвращался с вылазки, собирал информацию для дела, — начал Джейсон, не морщась от боли. — Услышал крики в переулке. Оказалось, трое придурков нападали на женщину. Когда я укладывал последнего, один из них на бегу выстрелил. Повезло ему. — А с пулей что? — Выковырял и выбросил в море по дороге. — Готово. Только не перегружай себя, ладно? Швы не из титана, — сказала Хоуторн, приклеивая повязку. Она аккуратно убрала лишние материалы обратно в коробку, закрыла её и уже собиралась вернуться к кухне, когда Джейсон перехватил её руку и мягко потянул к себе, усадив на колени. Обняв за талию, он притянул её ближе и откинулся на спинку дивана. Его губы коснулись её шеи, потом медленно поднялись выше… Прямо перед тем как он поцеловал её, Хоуторн слегка отстранилась, всё ещё улыбаясь. — Если ты хочешь ужин не угольного цвета — лучше отпусти меня, — шепнула она. Джейсон молча отпустил руки, и Хоуторн поднялась. Она знала, что он не сводит с неё глаз, пока она возвращалась к раковине. Вымыла руки от крови, тщательно вытерла. Кастрюля уже кипела. Она засыпала макароны в воду, а сосиски переложила на доску, быстро порезав. Открыла банку с соусом, вылила в сковороду, добавила нарезанные сосиски и включила сильнее огонь, чтобы всё было готово к моменту, когда сварится паста. Открыв холодильник, Хоуторн достала упаковку апельсинового сока и налила его в два стакана — один для себя, другой для Джейсона. Закончив, она протянула их ему, а он, молча кивнув, отнёс стаканы к кофейному столику. Развернувшись к плите, она выключила конфорки. Подняв кастрюлю с макаронами, подошла к раковине и, придерживая крышку, аккуратно слила кипящую воду. Всё происходило почти на автомате — точно, уверенно, привычно. Закончив, Хоуторн разложила макароны по тарелкам и сверху выложила ароматный соус с кусочками обжаренных сосисок. Взяв обе тарелки, она подошла к дивану и поставила их на столик. — Спасибо, — сказал Джейсон, беря вилку. — Пожалуйста, — отозвалась Хоуторн, отламывая кусочек сосиски. Они ели молча, наслаждаясь редким моментом покоя, пока за окнами город продолжал своё шумное, вечное движение. Первой заговорила Хоуторн: — Ну, как прошла твоя разведка? — спросила она, отпив немного сока и взглянув на Джейсона. — Неплохо. Наш мистер Гриммли меняет распорядок каждую неделю, но одно неизменно — по субботам он бывает в клубе «Леди Готэм». Место дорогое, людное. — А телохранители? — Всегда при нём. Почти. В субботу он их отправляет домой пораньше. Наверное, чувствует себя особенно уверенно. — Значит, суббота — наш шанс. Что ты предлагаешь? — Думаю, на этой неделе мы оба пойдём в клуб. Осмотрим всё: входы, охрану, залы. А уже оттуда составим план. — Идея хорошая. Пойдём туда в понедельник, будет время подумать и подготовиться. — Согласен. Но, — Джейсон отставил пустую тарелку в сторону и придвинулся ближе, обняв Хоуторн за плечи, второй рукой взял её ладонь, — хватит о работе. Как прошёл твой день? Ты же собиралась в музей. Хоуторн мягко улыбнулась и устроилась поудобнее, позволив ему притянуть себя ближе. Она положила голову на его плечо, заглядывая в его глаза: — Было здорово. Я сходила в музей искусств — экспозиция старых готэмских художников, много атмосферных полотен. Потом немного прошлась по торговому центру, просто прогуляться. И вот — дома. Джейсон улыбнулся, склонился ближе и коснулся её губ лёгким, почти невесомым поцелуем. Его рука соскользнула с плеча в волосы, пальцы нежно коснулись прядей. Хоуторн развернулась к нему всем телом, прижалась ладонями к его груди и ответила на поцелуй. В её теле вспыхнули искры, когда он осторожно углубил поцелуй, а его рука, будто случайно, скользнула под край её майки. Сердце застучало быстрее, дыхание стало прерывистым. Но всё это длилось лишь мгновение — Джейсон отстранился, давая обоим возможность перевести дух. Он убрал пряди волос с её лица и посмотрел на неё, глаза полные нежности и чего-то ещё, более глубокого. — Что? — тихо спросила Хоуторн, заметив его задумчивость. — Ничего… просто… — он на секунду замолчал. — Просто думаю, чем я вообще заслужил твою любовь? Хоуторн мягко улыбнулась, провела пальцами по его щеке. — Тем, что ты — это ты. Этого достаточно. Джейсон лишь кивнул, на его лице появилась спокойная, почти детская улыбка. Он притянул её ближе и подарил ещё один короткий поцелуй — на этот раз почти ленивый, домашний, тёплый. Затем потянулся к книге, лежавшей на подлокотнике дивана, открыл её, не отпуская Хоуторн из объятий. Она устроилась рядом, положив голову ему на грудь и подтянув ноги на диван. И пока за окнами медленно шёл вечер, а страницы книги шуршали под пальцами Джейсона, Хоуторн просто дышала рядом, чувствовала, как ровно бьётся его сердце, и позволяла себе быть счастливой — хотя бы на мгновение, хотя бы здесь.

***

Хоуторн медленно открыла глаза. Она не заметила, как задремала на диване, и теперь перед ней стоял Джейсон, осторожно положив книгу на столик. — Прости, что разбудил, любимая, — сказал он, встречаясь с ней взглядом. — Не беспокойся, всё в порядке. Хочешь чаю перед сном? — спросила она, бросив взгляд на часы. 21:45. — Чай — было бы отлично, спасибо. Я быстро в ванную, — отозвался он, протягивая ей руку. Она вложила свою ладонь в его, и он мягко поднял её на ноги, после чего исчез за дверью ванной. Потягиваясь, Хоуторн направилась на кухню. По пути включила радио и настроила его на новостную волну. Наполнив чайник водой, вернула его на подставку и включила. Открыла шкаф, достала пачку с чаем, положила пакетики в любимые кружки, которые всегда стояли на рабочей поверхности, готовые к использованию. Когда чайник закипел, она залила пакетики кипятком, добавила молоко и немного сахара. В этот момент Джейсон вышел из ванной, уже в тёмных штанах для сна. Она протянула ему его синюю кружку, и он, кивнув в благодарность, взял её, сделав глоток. Они стояли рядом, прислушиваясь к фоновому гулу радио, когда голос диктора внезапно заставил их обоих повернуть головы к приёмнику. — Добрый вечер, Готэм. Час назад, после месяцев отсутствия, Джокер появился на благотворительном мероприятии, которое он атаковал вместе с Харли Квинн. По последним данным, девять человек ранены, семнадцать — погибли. Эти цифры, скорее всего, возрастут — многие до сих пор считаются пропавшими. Джокер пока не пойман. Комиссар Гордон призывает граждан не приближаться к нему, а сразу искать укрытие и звонить в полицию. По последним данным, Джокера видели направляющимся в сторону гавани Готэма. Мы будем держать вас в курсе событий… Хоуторн медленно перевела взгляд от радиоприёмника к Джейсону. Он уже смотрел на неё. Ни слова. Только молчаливое понимание. Он поставил кружку на столешницу, развернулся и направился к комоду, где они хранили снаряжение. Хоуторн выключила радио, ещё мгновение стояла в тишине — а затем последовала за ним. Тихо, быстро, слаженно. В эту ночь они не лягут спать. В эту ночь будет поставлена последняя точка. Сегодня Джокер покинет сцену навсегда. Сегодня Джокер умрёт.