Ревность

***

  Торину понравился Беорн. Оборотень чем-то напоминал его самого: такой же осторожный, недоверчивый, подозрительный, с убитой Азогом семьёй и глубокой раной на душе.   И Бильбо понравился Беорн. Ему вообще много что нравилось в этом мире, и пусть это прозвучит несколько цинично, но медведь-человек почти на другом краю земли, конечно, не мог не понравиться полурослику из далёкого Шира, который в жизни ничего подобного не видел. Ещё Беорн был добрым, честным, по-своему ласковым и справедливым, насколько это слово было уместно к проявленному хозяином радушию.   А вот то, что Бильбо и Беорн понравились друг другу, Торину не понравилось. - Я не люблю гномов. Они алчны... И слепы. Они не видят ценность жизни тех, кто слабее их.   И как бы Бильбо ни привязался к гномам, как бы гномы ни привязались к нему, нельзя было не признать, что Беорн прав. Гномы грубы, они сделаны из камня, а камень не жалеет травы, лежащей под ним. И Бильбо в глубине души с горечью признавал, что он здесь именно трава. - Ты нравишься мне, полурослик, - услышал Бильбо позади себя голос хозяина. Рано утром хоббит вышел в сад, чтобы умыться, а заодно решил осмотреть хозяйство Беорна. Он не помял ни одного цветка, не обидел ни одной пчелы, случайно врезавшейся в него, и, видно, оборотень это заметил. - Я никогда в жизни не видел хоббитов. Но во времена, когда я и моя семья жили в горах севера, ветер часто доносил до нас слухи об этих чудесных созданиях. - Чудесных? - переспросил Бильбо и с искренним удивлением обернулся на хозяина. Беорн сложил наколотые дрова в поленницу. - Почему чудесных? - Хочешь сказать, что это не так? - удивился в ответ Беорн. Кажется, он действительно находил хоббитов какими-то волшебными существами. - Спокойный запад - благословенный край... В такой земле не стали бы жить недостойные, не находишь?   Бильбо грустно усмехнулся и опустил взгляд на цветы у ног. - Пожалуй, и так. Шир - это рай на земле. Там вечная тишь, и жизнь в Шире пуста, как бы грустно ни было это признавать. В такой край отправляются на кораблях могучие воины, павшие в жестоких битвах, чтобы наконец-то обрести покой. Но родиться там... Нет. Теперь я это понимаю. Это место, куда хорошо приходить после трудного пути, но откуда плохо уходить. Во всех смыслах этого слова.   Беорн чуть нахмурился и внимательнее вгляделся в лицо полурослика. - Ты говоришь так, будто потерял дом.   Бильбо, не ожидавший такой проницательности, вскинул на него удивлённый взгляд, но тут же потупил его и пояснил: - В каком-то смысле так и есть. Мы проделали всего половину пути, но я уже не знаю, как буду чувствовать себя, когда вернусь домой. Там будет пусто. Жизнь поблекнет, потеряет краски. Мне будет не хватать... Их. Всего этого, - Бильбо запнулся и обеспокоенно покусал губу. - Хоббиты сильно привязываются, это их проблема, поэтому и общаются только с теми, кто их никогда не покинет, или общаются лишь вполсилы, чтобы было не больно расставаться. А я дурак. Привязался. Знаешь, Беорн, плохая, чёрная мысль, но в глубине души я надеюсь, что не вернусь.   Беорн тепло улыбнулся и осторожно погладил своей большой ладонью Бильбо по плечам. - Я много кого видел в своей жизни, но никогда не видел хоббитов. Однако ты самое чудесное создание, которое я когда-либо встречал. Поверь мне... Стоит лишь начать узнавать мир за порогом дома, где всё знакомо и привычно, как сразу понимаешь, насколько мало на свете добрых людей, - Беорн окинул Бильбо задумчивым взглядом. - У тебя доброе сердце. А доброта - самая лучшая храбрость на свете.   Бильбо тепло улыбнулся, Беорн тоже. А вот Торину, слышавшему весь их разговор от начала до конца, было не до улыбок. Проснувшись и не обнаружив рядом с собой Бильбо, он отправился на его поиски и очень быстро наткнулся на него во внутреннем дворе, где стоял умывальник. Он уже было набрал в лёгкие воздух, чтобы поздороваться, но слова так и остались на губах: за шумом воды послышались чужие голоса. Про себя Торин подумал, что у него появилась плохая привычка подслушивать и подсматривать, однако в тот момент его больше занимали полурослик и оборотень, мирно размышляющие о смысле жизни. Стиснув от досады зубы, Торин отступил в тень. Его отряду было отведено в этих стенах три спокойных ночи, но отчего-то Торин уже был готов сократить и это без того небольшое время.   Так что да, Торину не понравилось, что Беорн и Бильбо понравились друг другу. - Доброе утро, Торин! Как завтрак? - лучезарно поинтересовался Бильбо пару часов спустя. Им так и не довелось переговорить до этого; виделись они только, собственно, на самом завтраке, но обмолвиться словом не пришлось. Торин был мрачнее тучи. Впрочем, на взгляд Бильбо, с того момента, как они впервые встретились, ничего не изменилось. - Прекрасно, - Торин честно хотел сказать это довольно дружелюбным тоном, но вышло это с огромным добавлением сарказма. Судя по ощущениям, добавили эдак сразу несколько тонн. - Что-то не так? - тут же всполошился Бильбо. Солнечная улыбка немедленно померкла - так солнце мгновенно скрывается за облаками в ветренный день. - Торин, что случилось? - Ничего, - фыркнул Торин и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, быстрым шагом направился прочь с крыльца, где они говорили. Бильбо растерянно захлопал глазами. - Тебе что-то сказал Беорн? - не получив ответа, Бильбо неуверенно продолжил Торину вдогонку: - Или Гэндальф? - Я же сказал - НИЧЕГО! - рявкнул Торин и круто развернулся к хоббиту, который замер на ступеньках. - Научись понимать с первого раза! А ещё, будь так добр, запомни, что поход, где каждый встречный - это враг, не самое лучше место, чтобы вести светские беседы с кем попало налево и направо! - Ты... Ты из-за того, что я разговаривал с Беорном? - догадался Бильбо, подняв брови. - Но, Торин, мы просто обсуждали... - Не надо с ним ничего «просто обсуждать»! Нас в отряде четырнадцать, уж есть с кем поговорить, если тебе так не терпится почесать язык. - Извини меня, Торин, но, если ты вдруг не заметил, этот оборотень приютил нас! - возмутился Бильбо и закинул полотенце, которым до этого вытирал руки, себе на плечо. - Он накормил нас, пустил на ночлег и пообещал дать своих пони, чтобы мы добрались до леса хотя бы просто живыми, без «невредимыми». Он отогнал стаю варгов, чтобы мы могли провести время в тишине и спокойствии. И, знаешь ли, мне очень странно, что из всего отряда только двум пришло в голову поблагодарить его за это, и эти двое - не гномы! - Бильбо возмущённо поджал губы, но потом как-то ехидно усмехнулся. - Хотя, о чём это я? Вы же не умеете благодарить. - Не смей оскорблять мой народ, полурослик! - взревел Торин, стремительно вернувшись к крыльцу. Бильбо стоял на верхних ступенях, Торин - у нижних. - Гномы умеют быть благодарными и щедро одаривают тех, кто был с ними добр. - Да плевать мне на твоё золото, Торин! - на удивление твёрдо заявил Бильбо, наклонившись к гному. - Большинству простых смертных, не ослеплённых блеском богатства, гораздо дороже будет простое человеческое «спасибо». Выучи это слово и постарайся использовать почаще - пригодится.   С этими словами Бильбо развернулся и ушёл в дом, посчитав, что разговор закончен. Торин в гневе задохнулся от такой наглости. - Тогда со спокойной душой оставайся с Беорном и волшебником, раз мы такие неблагодарные! - крикнул Торин ему вдогонку. - Здоровее будешь!   Торин так не думал. Конечно, не думал. Но тогда на подсознательном уровне он хотел как-то задеть Бильбо, чтобы тот прекратил своё общение с этим оборотнем. Вышло, естественно, просто отстойно. - Ревнует, - шепнул с лёгкой улыбкой Фили брату. Они и ещё несколько гномов благополучно находились в саду Беорна неподалёку от крыльца. Вообще-то, они ничего не подслушивали и не подсматривали, они просто отдыхали: Балин с братом сидел на скамье под большим раскидистым дубом, Фили и Кили, чтобы отблагодарить хозяина за проявленное радушие, взялись наколоть дров, Бофур сосредоточенно поливал грядки, пытаясь сконцентрировать на этом нелёгком для гнома занятии всё своё внимание. Ну и, учитывая, насколько громко ссорились Торин и Бильбо, не услышать их разговор было довольно трудно.

***

  Торин откровенно маялся. Он не помнил, когда последний раз время тянулось настолько медленно. Заняться было абсолютно нечем, и утренний разговор с полуросликом только сильнее угнетал его. Торин вздохнул и прислонился виском к стволу дуба. Только ссоры с Бильбо ему сейчас не хватало! Когда часы пробили время обеда, Торин было обрадовался, но, вспомнив, кто его готовил, тут же опустился обратно на скамейку и с досадой вздохнул. Надо было как-то прошмыгнуть потом на кухню, когда там никого не будет, и спокойно поесть. Торин задумчиво провёл пальцами по узору на мече и снова вздохнул. Все дрова были нарублены, коровы подоены, скот накормлен, мёд собран, мечи наточены, а грядки политы. Делать было решительно нечего, а короткая стрелка едва ли доползла до двух часов дня. - Что случилось, Ваше Величество? - прозвучал участливый старческий голос с полупрозрачной смешинкой у него за спиной. - Аппетит пропал?   Торин ничего не ответил, только повернулся другим боком, лицом к говорящему, и тихо вздохнул. - Вы поссорились? - спросил Балин, приподнимая полы своего красного кафтанчика и опускаясь на скамью рядом с Торином. Тот поджал губы. - Да. - Из-за чего?   Торин промычал в ответ что-то неопределённое. Как бы стыдно ему ни было признавать, он не мог точно ответить на этот вопрос - а что он скажет? Что ему не нравится, что Бильбо дружелюбно общается со всеми подряд? - Тебе не понравилось, что Бильбо разговорился с Беорном, я прав? - будто прочитав его мысли, спросил Балин. Торин угрюмо кивнул. - Но это же глупо, Торин, - Балин чуть прищурился и окинул своего воспитанника внимательным взглядом. - Или Беорн сказал что-то такое, что не вписывается в твои рамки? - Да, - охотно подтвердил Торин и скрестил руки на груди. - Он сказал, что Бильбо - «самое чудесное создание, которое он когда-либо встречал», - передразнил Торин Беорна и раздражённо фыркнул. - После таких слов обычно не бывает ничего хорошего. - Торин, это ерунда, - мягко улыбнулся Балин и положил руку ему на плечо. - Полагаю, Беорн никогда в жизни не видел хоббитов, а наш Бильбо никогда в жизни не видел оборотней. Я, признаться, тоже их никогда в жизни не видел. Так что их интерес друг к другу вполне понятен.   «Их интерес друг к другу...» - прозвучало у Торина в голове, и глаза едва ли не заволокло кровавой пеленой. - Я советую тебе сейчас пойти в столовую и всё-таки пообедать, - продолжал между тем Балин. - Беорн ушёл сторожить лес, так что ты его не встретишь. - Остальные уже поели? - неохотно спросил Торин и, сам того не заметив, вслух пробормотал: - Их интерес друг к другу...   Балин устало усмехнулся и прикрыл глаза. - Нет, другие ещё едят, потому что Бильбо приготовил замечательный грибной суп, и если ты ещё помедлишь, то рискуешь остаться без него. А насчёт его разговора с Беорном - Бильбо просто хотел выразить благодарность. Тебе, мой мальчик, тоже не помешает это сделать. И извинись перед Бильбо.   Ещё раз похлопав Торина по плечу, Балин поднялся и неспешно вернулся в столовую, откуда ещё слышались оживлённые голоса. Пару раз, когда они затихали, Торин осторожно заглядывал внутрь, но гномы как-то не спешили расходиться. В общем-то, гномы никогда особо не спешили с трапезой, если к тому располагала обстановка, но сейчас Торину это было не на руку.   Наконец, когда все разбрелись по своим делам, Торин проскользнул в опустевшую столовую. «Как какой-то мальчишка, ей богу», - подумал он, заглядывая в кастрюли. - О, Его Величеству нужно было отдельное приглашение к столу? - заметил позади него ехидный голос. Торин сжал зубы и шумно выдохнул. - Я был не голоден, - проворчал он, накладывая себе суп. Бильбо поставил рядом с ним на столешницу большую корзину ягод. - Что это? - А вы как думаете, Ваше Величество? Ну же, поразите меня своими умственными способностями. - Ты, я смотрю, дерзить вздумал? Я, между прочим, всё ещё король. - Не мой король, - нагло ухмыльнулся Бильбо, приподняв одну бровь. Торин задохнулся от возмущения. - Да как ты... - Ты сам сказал мне остаться с Беорном, между прочим, - перебил его Бильбо. - Помнишь наш утренний разговор?   Торин хотел было что-то ответить, но слова застряли у него в горле. Внутри что-то оборвалось; в глазах потемнело, по рукам пробежал ток. - Погоди, ты... Ты правда хочешь остаться с ним?   Бильбо удивлённо поднял брови, а затем фыркнул, отвернувшись к ягодам: - Что? Мистер Дубощит, вы с дуба рухнули? Конечно, нет! То, что я собирал с ним грибы и ягоды, ещё ничего не значит.   Торин, который уже было облегчённо выдохнул, снова поперхнулся воздухом: - Ах, так?! Вы с ним уже вместе по грибы и ягоды ходите? - Торин улыбнулся и таки сел за стол. Бильбо шуточно шлёпнул его полотенцем по плечу. - Изменяете мне, значит, да, мастер Взломщик? - А вы ещё не делали мне никаких двусмысленных предложений, Ваше Величество! Вот как только я увижу у себя на голове венок из белых гвоздик, вот тогда и поговорим, что у вас в гномьем роду считается изменой.

***

  В ту ночь Торину снилась какая-то жуткая чушь. Бильбо лежал на стоге сена абсолютно обнажённый, и пять огромных медведей самозабвенно лизали его тело. Была глубокая ночь, вокруг стояли фонарики, рассеивая тёплый неясный свет; Бильбо тихонько постанывал. От увиденной картины Торина передёрнуло. Он кинулся было защитить его от этого содома, но Бильбо вдруг поднял голову и дерзко ухмыльнулся: - Ты разве не видишь, как мне хорошо, Торин? Сделай одолжение, не мешай мне. Возьми золото и оставь меня в покое.   Бильбо достал нож, вспорол одному из медведей живот, и из него с тихим звоном рекой посыпались монеты; медведь при этом всё так же усердно продолжал вылизывать его тело. - Мне не нужно золото, - услышал как сквозь воду Торин собственный голос. - Мне гораздо дороже будет простое человеческое «спасибо»... - Ну да, конечно, - усмехнулся Бильбо, проведя кончиками пальцев по обнажённой груди. - Поэтому ты пришёл без штанов, да? Сказать «спасибо»? - Торин опустил взгляд и к своему ужасу понял, что он и правда без штанов. - Хочешь меня, да? - продолжал тем временем Бильбо, по-змеиному извиваясь под языками медведей. - Я же вижу, что хочешь. - Что?.. - Торин в страхе отшатнулся от стога сена, на котором творилась вся эта вакханалия. - Что ты такое говоришь? - От себя не убежишь, - проворковал Бильбо голосом, щедро сдобренным ядом. - Я всё вижу, Торин!.. Я вижу тебя насквозь, - Бильбо прошёлся нереально длинным змеиным языком по острым клыкам, и узкие вертикальные зрачки, обрамлённые янтарём, сверкнули в пламени фонарей недобрым блеском. - В твоей груди что-то горит очень ярким всепоглощающим пламенем. Что это? Ревность? Ты ревнуешь? - Я... - Торин отступил ещё на два шага, не в силах поверить в происходящее. Бильбо ехидно усмехнулся. - Сам не знаешь ответ. А это означает, что ты лжёшь, - Бильбо расплылся в ядовитой лилейной улыбке, обнажая почти акульи зубы. - Лжёшь самому себе. Но от правды не убежишь, как ни старайся. Огонь ревности заживо сжигает тебя изнутри. - Неправда! - Торин устало облокотился спиной на ствол дерева позади себя и медленно сполз на землю, не имея сил оторвать взгляд от всего этого. - Я не... - Не ревнуешь? - Бильбо ядовито улыбнулся его наивности и рассмеялся надменным смехом с лёгким придыханием. - А ты забавный. А если я скажу, что я спал? Спал с твоими племянниками? - Бильбо вопросительно склонил голову и чуть прищурился. - Сначала по отдельности с каждым, а потом мы уже не стеснялись, - Торина замутило от этих слов. Он облокотился головой на дерево и прикрыл глаза. - Ну и... С твоим лучшим другом. Конечно. Надо было это видеть... Ты бы не остался равнодушным. А как он меня... - Замолчи! - Торин вскочил на ноги и закрыл уши руками. - Прекрати это!!! - Ну тогда убирайся, - лениво, с явными нотками презрения протянул Бильбо, снова откидываясь на стог сена и подставляя своё тело медвежьим языкам. - Если, конечно, тебе нечего предложить мне... - Я... Я могу предложить... Свою... Любовь... - Любовь? Ха! - Бильбо извернулся, выгнув впалую грудь дугой. - Это не любовь, это жажда. Ты хочешь обладать мной... Как Аркенстоном. Как самой дорогой безделушкой в эреборской сокровищнице. Впрочем, как и все остальные. - Да что ты такое несёшь?! Я не... - Убирайся, Дубощит! - оскалив зубы, скривился Бильбо. - Потуши пламя ревности у себя в груди. Иначе всё, что ты любишь, сгорит в огне.   Драконье всепоглощающее пламя - это было последнее, что увидел Торин, прежде чем с судорожным вдохом проснуться в холодном поту. - Плохой сон?   Торин огляделся. На дворе стояла поздняя ночь; гномы спали на стогах сена в большом амбаре, а снаружи слышалось глухое медвежье рычание. Рядом с ним лежал Бильбо, обеспокоенно всматривавшийся в него маслиновыми глазами, блестевшими в свете одинокого рыжего фонаря. Торин судорожно выдохнул, провёл тыльной стороной ладони по лбу и снова лёг. - Да. Извини, я разбудил тебя? - Всё в порядке, - Бильбо поудобнее устроился под пледом и зевнул. - Не волнуйся.   Торин устало протёр лицо; некоторое время было тихо. - Бильбо? - вполголоса позвал он, чуть повернув голову. - Да? - Прости меня за слова сегодня утром.   Бильбо коротко зевнул, прикрыв рот ладонью. - Ничего страшного. Правда, я так и не понял, из-за чего ты так взвился. - Я... - Торин запнулся и опустил взгляд. - Я испугался.   Бильбо встрепенулся и посмотрел на него удивлёнными глазами. - Испугался? Чего? - Что ты... - Торин вздохнул и отвернулся. В хлеве, где спали путешественники, было вполне себе уютно и даже по-своему романтично: на невысокой балке висел фонарь, освещая пространство тёплым рыжеватым светом; медленно покачивая большими головами во сне, в стойлах спали лошади. - Что ты захочешь остаться.   Бильбо непонимающе нахмурился. - Остаться? В смысле здесь, с Беорном?   Торин виновато посмотрел на Бильбо. Тот тихо усмехнулся. - Торин, ради всего святого, ты преувеличиваешь, и это мягко сказано. Раздуваешь из мухи олифанта. Мне это и в голову не пришло, если честно. Мне казалось, ты уже должен был понять, что если я и уйду, то только по твоему прямому приказу, - Бильбо коротко нахмурился. - Так что поосторожней со словами. - Прости меня. - Всё хорошо. Спокойной ночи, Торин. - Да, да... Спокойной ночи, Бильбо.   «Просто представь на секунду, - мелькнула чумная мысль в голове Торина, - что это существо - твой супруг».   Странное дело, но эта мысль так и не покинула Торина.