Ревность

***

- Я НЕ ПОНИМАЮ!!!   Это были первые слова, которые услышали гномы. И сказал их Фили. - Я. НЕ. ПОНИМАЮ!!! - повторил Фили, как только переступил порог площадки. Вслед за ним вскарабкались Бофур, Оин и Кили; процессию замыкал порядком потрёпанный и явно уставший Гэндальф. - КАК?!!   Все с непониманием уставились на Фили, но тому, кажется, было всё равно: негодование било из него ключом. Только Кили улыбался во все тридцать два зуба, нисколько не смущённый поведением брата. - Объясните мне, как этот, - Фили махнул рукой в сторону Кили, - умудрился закадрить начальницу эльфийской стражи разговором В ТРИ МИНУТЫ. В ТРИ!!! ЛЕВУЮ РУКУ ЛЕСНОГО ЦАРЯ! Левую, потому что правая - Леголас, а так бы она его место заняла, я уверен. Да мало того что закадрить, он умудрился очаровать её настолько, что она ради него пошла против указа своего короля, последовала за нами в Эсгарот, чтобы вылечить его! КАК?!   Кили расхохотался, глядя на искренне непонимающее и возмущённое лицо брата. К нему присоединился Бофур, и вслед за ними расслабленно улыбнулись все остальные гномы. - Это врождённое, тебе не понять, - нагло усмехнулся Кили и похлопал пыхтящего Фили по плечу, но потом его взгляд скользнул куда-то за спину брата, и его глаза округлились: - О, вы открыли дверь! Ничего себе!   Принцы тут же кинулись к дверному проёму, но Двалин успел преградить им путь. - Нет! - остановил он их и одним движением развернул обоих в противоположную от двери сторону. - Там, внутри, спит дракон, если вы вдруг не забыли. Не знаю, как вам, а мне не очень хочется быть поджаренным на его драконий обед. - Двалин прав, - подал голос Торин и подошёл к ним. При виде целых и здоровых племянников его взгляд потеплел. - Вы только что пришли, так что нужно отдохнуть. Тем более, что, я вижу, ты, Кили, всё ещё прихрамываешь. - А, ерунда, - отмахнулся Кили, осматривая свою ногу. - Я её практически не чувствую, - заметив встревоженный взгляд Торина, Кили поспешил пояснить: - Боль! Боль я не чувствую! С ногой всё в порядке!   Торин выдохнул, с тёплой улыбкой укоризненно покачал головой и без лишних слов притянул обоих племянников в свои объятия.

***

  Гэндальф, хмурясь, постукивал посохом по стенам, что-то недовольно бормотал себе под нос и снова хмуро стучал по каменным сводам. Бильбо зашёл под покров Одинокой, шмыгнул носом и отпил из кружки травяной отвар, который ему всучил Оин. - Ты поздновато, Гэндальф, - осторожно заметил он и снова отхлебнул. Гэндальф на это лишь полупрозрачно усмехнулся. - Маг не приходит поздно, мистер Бэггинс. И рано тоже не приходит. Он появляется в то время, когда положено.   Бильбо, не найдясь, что на это ответить, согласно кивнул. - Не расскажешь, где был?   Гэндальф отрицательно покачал головой. - Увы, мой друг, не сейчас. - Но всё в порядке? Ну, хотя бы относительном?   Гэндальф вздохнул, но ничего не ответил и продолжил с задумчивым видом стучать по каменным сводам.   Бильбо тоскливо потупил взгляд. Не желая лишний раз его дёргать, он развернулся, чтобы оставить волшебника наедине со своими мыслями и вернуться к гномам, которые грелись в пещере неподалёку - начало декабря показалось слишком колючим и холодным хоббиту, привыкшему к мягкому морозцу Запада, - однако не успел он переступить каменный порог, волшебник его окликнул: - Бильбо, дружок! - Гэндальф подошёл к хоббиту, слабо улыбнулся, но Бильбо заметил, что вид у него был встревоженный. - Скажи, с Торином не происходит ничего... Необычного? - Драконий недуг, да, - не стал ходить вокруг да около Бильбо. - Он уже начинает завладевать им. Сейчас Торин ещё как-то справляется с ним. У него бывают как будто наваждения: когда он со своими друзьями, болезнь вроде отступает назад, но стоит ему остаться наедине, как золото захватывает всё его внимание. Недавно он ушёл в недра горы, намереваясь самому добыть Аркенстон, и я еле убедил его дождаться тебя. Он тогда меня чуть не...   Бильбо осёкся, поняв, что чуть не сболтнул лишнего, и замолк. Брови Гэндальфа моментально свелись на переносице. - «Чуть не» что?   Бильбо никогда бы не подумал, что голос волшебника может звучать так резко и взволнованно. Он забегал глазами и нервно закусил губу, пытаясь побыстрее что-нибудь придумать, но чем дольше он молчал, тем сложнее ему становилось изобразить что-нибудь правдоподобное. - Ну... Мы... Как бы это сказать... Повздорили с ним... Из-за Аркенстона... Хотя, вернее будет сказать, что это он со мной повздорил - я, по-моему, ничего такого особенного не сказал... Да... И-и-и... Он... Толкнул меня... В общем... Вот.   Гэндальф глубоко и тяжело вздохнул, нахмурился и погрузился в долгие размышления. Даже ослу было ясно, что он не поверил. - Тогда мне нужно будет уйти.   Бильбо всю свою жизнь был очень культурным человеком, но сейчас едва сдержал желание выразиться так, как обычно выражался Двалин. То есть нецензурно.