То ли демон, то ли виденье

На самом деле это вполне логично, но Цзян Чэн честно не ожидает, что Пристань Лотоса всерьез начнет штурмовать армия Вэней. — И это ты зовешь армией? Эти несколько лодочек? — хмыкает Вэй Усянь, откровенно радующийся, что из-за нападения матушка отпустила его с «семейного чаепития». — Сейчас я покажу вам армию!.. Он радостно вскидывает руку, ловит Суйбянь, снимает с его рукояти Чэнцин и явно готовится призывать духов, когда Вэнь Цин уточняет: — А как у тебя меч летает без твоего воздействия? — А? — сбивается с боевого настроя Вэй Усянь. — Ну. Я в его рукоять накопитель природной ци встроил — ци тихонько копится, преобразуется в энергию, похожую на ци заклинателя, и Суйбянь может ее использовать. Просто ж. Вэнь Цин смотрит на него возмущенно и сообщает: — Я тебя придушу. Просто ему!.. — Чего сразу угрожать-то? — возмущенно бормочет Вэй Усянь. — Вэй Ин гениален, — сообщает Лань Ванцзи и становится рядом с Вэй Усянем. — Но воевать не нужно. — Как это не нужно? — дуется Вэй Усянь. — Вэни нападают на Пристань Лотоса!.. — Как нападают, так и отступят, — спокойно хмыкает Вэнь Цин. — Цзян Чэн? Громкоговоритель? — Сейчас принесут, — кивает Цзян Чэн и оглядывает Вэй Усяня с ног до головы: — Что? Матушка замучила? — Я даже не знал, что я столько полезного знаю, — сообщает Вэй Усянь и чуть вздрагивает. — Теперь мне нужно передать свои знания учителям. Мадам Юй подберет мне учеников. Почему вы вообще утратили искусство создания цянкуней? — Монополия на производство артефактов примерно через два века от начала твоего сна, — вздыхает Вэнь Цин. — Сети божественного плетения, к слову, с тех пор и не плетут, потому что в них должна быть вложена большая духовная сила, а монополию могли получить только слабые кланы. А я… не записала, как делать что-то из этого. Вэй Усянь качает головой, бормочет: — Дурость какая. Ладно, потомки мои, я всему вас научу. Это звучит почти угрожающе, но Цзян Чэн не против. Вэни всё еще стоят на лодках прямо у границ Пристани Лотоса и пока не нападают, потому что им пообещали поговорить с «похищенными». — Кузен Жохань, — голос Вэнь Цин через громкоговоритель приобретает откровенно угрожающие нотки, — я предупреждала, что уйду, когда в мир вернется один человек. Он проснулся. Я ушла и забрала свою семью. — Кузина Цин, — раздается с одной из лодок, — тебя похитили! — Кузен Жохань, я тебе руки вырву, если Вэни еще раз нападут на Пристань Лотоса, — твердо отвечает Вэнь Цин. — Мы еще с твоим отцом договаривались, что я не останусь с вами навсегда. Ты хочешь нарушить наш договор? — Кузина Цин, но ты не можешь просто так бросить свою семью, свою работу, свои исследования, — твердо отвечает Вэнь Жохань. — Твои ученики не справятся без тебя. Вэнь Цин очень терпеливо вздыхает и сообщает: — Могу. — Вот сейчас я понимаю, что у нас еще не самая странная семейная динамика, — хмыкает подкравшаяся матушка. — Твой отец сейчас щиты поднимет — ритуал почти закончен. Если лодки Вэней будут на границе щитов, их разрубит. — А я могу посмотреть на защиту? — с интересом уточняет Вэй Усянь. Матушка смотрит на него оценивающе и кивает: — Позже. Вэй Усянь предвкушенно кивает, коротко присвистывает и почти машинально притирается к Лань Ванцзи под бок. Потом застывает, осознав, что сделал, пытается шарахнуться в сторону, но кто ж его отпустит? И сильная рука Лань Ванцзи уверенно обнимает Вэй Усяня за пояс. — Кузина Вэнь, — не успокаивается Вэнь Жохань, — ты ли это? Точно ли говорит со мной Вэнь Цин? Целительница выглядит так, будто очень хочет убивать. Вэй Усянь касается ее плеча и хмыкает, получив громкоговоритель. — Глава Вэнь, — разносится над водными просторами голос Магистр Темного Пути, а по воде начинает ползти темная туманная дымка, — вам что нужно от моей цзе, от моей воспитанницы, от моего друга и соратницы? Тишина на этот раз длится дольше, но Вэнь Жохань уточняет: — Господин Вэй? Как же Вэнь Цин может быть всем этим сразу? — Она родилась и встретила меня, — рокочет голос Вэй Усяня, — и в первой жизни стала мне названной сестрой. Она родилась и встретила меня, и во второй жизни стала мне воспитанницей. Она родилась и встретила меня, и в этой жизни пришла ко мне другом. Уходите, глава Вэнь, не трожьте моих друзей, когда те того не желают. И тут поднимаются щиты. У ближайшей к границе лодки просто отрезает нос. Вэй Усянь хмыкает, свистом направив темную туманную дымку вверх по щиту. Вэни на лодках отступают. — Ну вот, — говорит спокойно Вэй Усянь, — еще и ваш щит замаскировали. Пусть лучше думают, что это я наморочил — больше защиты для вас всех. Он говорит это спокойно, но к концу в голосе слышен едва заметный надлом. Лань Ванцзи этот надлом явно не нравится, так что он чуть наклоняется и тепло фыркает Вэй Усяню в волосы. Тот мягко и чуть грустно улыбается своему возлюбленному, а потом просто обнимает его. Кажется, объятья теперь меж ними разрешены. Цзян Чэну это нравится. А вот нападение Вэней — не нравится. Надо б с отцом поговорить, отец точно придумает, что сделать со всем этим.