Из чести рождается железо

      Изабель вернулась в каюту и, лишь Жанна закрыла дверь, инквизитор сняла сапоги и, что есть мочи, крича швырнула их в стену. Пока взбешëнная подруга утюжила сапогами стену, сороритка успела раздеться и набрать ванну. Грохот прекратился лишь к тому моменту, когда вода уже заполнила ванну на три четверти.       Д'Брэ вернулась в комнату, в которой возле стены сидела выдохшаяся дебоширка. Они встретились взглядами, и лицо инквизитора приобрело недоверчивое выражение. Жанна взяла Вердадеро за руку и поволокла в ванну.       — Что ты делаешь? — пытаясь отдышаться, спросила возмущённо Изабель.       Сестра битвы молча дотащила подругу к низкому бортику ванны и столкнула её в воду. Инквизитор побарахталась несколько секунд под водой, а затем вынырнула и возмущённо закричала:       — Ты что творишь?!       — Остужаю твой пыл, — спокойно ответила подруга.       Одежда липла к телу, сильно сковывая в движениях и мешая дышать полной грудью. Изабель принялась расстёгивать мокрые пуговицы, но те давались ей плохо и ускальзывали от пальцев. Жанна медленно опустилась в воду и помогла ей. На полу возле ванны начала постепенно скапливаться одежда.       — Чего ты добиваешься? — спросила Изабель, отползая от озабоченной подруги.       — Исповедуйся, — ошарашила её обнажённая сестра битвы.       — Что? — растерянно переспросила инквизитор.       — Я знаю, что ты зла на саму себя. Выговорись, а я тебе пока плечи помассирую, — говорила Жанна с соблазняющей улыбкой.       — В таком месте?! — возмутилась Изабель.       — Если тебя не устраивает, я могу придумать что-нибудь другое, — пошла ей навстречу сороритка, — например, связать и выпороть, — предложила она мечтательно.       — Я воздержусь... — отказалась Вердадеро, прекрасно понимая, что сама открыла эту шкатулку Пандоры.       — Тогда, — мучительница села, уткнувшись спиной в бортик, — садись спиной ко мне.       Изабель решила ей довериться.       — Не вздумай что-нибудь учудить.       Пальцы сороритки мягко коснулись её разгорячённой кожи, и та едва вздрогнула.       — Не могу обещать, — с ехидной улыбкой объявила Жанна и принялась слегка тереть её кожу на лопатках большими пальцами. — Ну же, расскажи, что тебя гложет?       Инквизитор тяжело вздохнула.       — Мы в секторе всего ничего, — заговорила Изабель. — А ситуация ухудшается в геометрической прогрессии, — пожаловалась она и вздрогнула от очередного прикосновения подруги. — Сначала пропал информатор, потом нас чуть не заразил генокрад, — вспоминала Изабель.       — А потом наши жизни спас Ваз, посланный Императором, — напомнила сороритка, разминая напряжённые инквизиторские плечи.       — Затем нас едва не убили на нашем же корабле генокультисты.       — И по воле Императора нас снова защитил Ваз.       — Потом наш корабль перекосило прямо в Варпе.       — И, наверняка из-за присутствия Ваза, Император спас наши души.       Инквизитор покосилась на подругу, уже успев понять, к чему та клонит.       — Потом вскрылась ересь Рокритовых Гончих... — прошептала Изабель, смотря подруге прямо в глаза.       — И Ваз пророчил, что помощь уже в пути, — продолжала сороритка.       — Затем ведьма и то кристальное чудовище...       — И он вынес нас на своих руках.       — А сейчас нам приходится использовать стоящий на краю ереси флот и обеспечивать его лояльность космодесантниками из предавшего ордена! Да я не удивлюсь, если мы потом нарвëмся на какую-нибудь агентуру альфа-легиона! — инквизитор поджала губы, обернулась и уткнулась лбом в ключицу сороритки. — Ну и зачем ему мы?! — обнимая подругу, от досады воскликнула Изабель. — Зачем?! Мы просто путаемся у него под ногами! — инквизитор пронзительно посмотрела в глаза спутнице, будто в них были ответы.       — Ты ошибаешься, — всё так же спокойно ответила Жанна и прикоснулась к её густым волосам. — Без нас у него не было бы полномочий, чтобы что-то сделать. Да, нам-то с тобой понятно, что он послан нам и всему сектору Императором свыше, но с самого-то начала это было очевидно только мне, — похвасталась она. — Если бы у него нас не было, велик шанс, что его б загрызли прямо на Новом Лейборе.       — Я уверена, что он бы что-нибудь придумал и без нас, — с печальной улыбкой произнесла Вердадеро.       — Это само собой, но стоило бы это гораздо больших усилий, — она взяла подругу за плечи. — Может... — сороритка сделала вид, что задумалась, — его стоит наградить?       — Как? — усмехнувшись, спросила инквизитор. — Что мы ему можем дать?       Жанна лишь лукаво улыбнулась, а её руки скользнули вниз к талии.       — Нет, ты же не хочешь сказать... Не сейчас, — отказывалась соглашаться Изабель.       — Хочу, — заявила Жанна и сжала её зад.       — Как ты это себе представляешь? Как?! — возмутилась инквизитор, попытавшись убрать её руки от своей филейной части.       — Бель, — ласково обратилась Жанна, придвинувшись поближе, — велик шанс, что в системе мы встретим ожесточённое сопротивление, и неизвестно, как всё обернётся, — предупредила сороритка. — Может, нам придётся отдать свои жизни Императору? Это дело нужно довести до конца сейчас.       — Не упоминай имя Его в такой ситуации!       — Мы должны довести дело до конца! — настойчиво повторила сороритка.       — Но... — неожиданно для подруги заблеяла Изабель. — Но...       — Что "Но"? — сердилась сестра битвы.       — Ведь он...       — Что " он"?! — теряла терпение сестра битвы.       — Ну... Ваз же значительно больше обычного человека, — зашла инквизитор чуть издалека.       — Ну и что? — не понимала беловолосая, к чему она вспомнила об этом.       — Наверняка же все пропорции сохранены, — инквизитор смущëнно отвела взгляд.       Жанна растерянно заморгала, не сразу поняв, о чëм речь.       — Ты сейчас хочешь мне сказать, — она чуть обошла подругу, чтобы посмотреть прямо ей в глаза, — что все те разговоры о том, что мы, якобы, не можем быть вместе, лишь прикрытие того, что ты боишься раздвинуть перед ним ноги? — спросила она, и, увидев, как Изабель со стыдливой улыбочкой снова отвела взгляд, схватила её за щëки.       — Ай! Больно! — воскликнула жертва, сжав запястья мучительницы.       — А вот не надо было мне мозги пудрить! — возмущалась подруга и уронила её в воду.       Изабель задëргалась, пытаясь всплыть, но ей не удалось пересилить сестру битвы. Жанна сама подняла её из воды и отпустила.       — Дура! — крикнула Вердадеро. — Мне вода в нос попала!       — Это было возмездие Его, — д'Брэ резко встала, отчего еë пах оказался прямо напротив лица подруги, и та дёрнулась назад, едва не уйдя под воду целиком, но сразу же всплыла.       Сороритка прошла мимо неё, поднимая при каждом движении брызги воды.       — Ты куда?! — крикнула инквизитор, погрузившись в тëплую воду по подбородок.       — Иду делать дело, пока мы ещё не умерли! — резко ответила она, выбираясь из ванны.       Жанна закинула одежду подруги в сушилку, взяла полотенце и вышла. Оставшись одна, Изабель опустилась под воду почти полностью, лишь глаза и нос оставались не погруженными.              Жанна подошла к контрольной панели у двери и через неё попыталась выйти на связь с Вазом. Космодесантник ответил почти мгновенно.       — Что-то случилось? — спросил он.       — Ты сейчас занят? — поинтересовалась сороритка, вытираясь.       — Нет.       — Ты можешь подойти сейчас к нашей каюте?       — Да, — без раздумий согласился он, — но по какому вопросу?       — Это личное. Это касается меня и Бель.       — Я понял. Без силовой брони можно обойтись, верно? — в его голосе слышалось некоторое веселье.       — Да, он бы сильно помешал нашей... — она, смущённо улыбаясь, задумалась, — беседе. Да. Беседе.       — Я буду через час.       — Спасибо тебе.       — Для меня ваше общество не в тягость, — с энтузиазмом уверил её он.       — Можешь вызвать нас по связи за пятнадцать минут, до того, как придёшь?       — Как пожелаете.       — Мы будем ждать, — сказала Жанна и закончила звонок.       Сестра битвы глубоко вдохнула и окинула взглядом каюту. Её внимание зацепилось за кровать. Для занятий женской гимнастикой её хватало с избытком, но вот астартес она вряд ли выдержит. Нужно что-то придумать. Жанна подошла к большому шкафу в противоположном конце комнаты, открыла его большие двери. Простыни, одеяла, подушки на глаза попались сразу, а вот запасным матрасом даже не пахло. Она посчитала количество одеял. Всего их шесть. Сороритка задумалась. Шесть должно хватить, чтобы постелить их в три слоя на полу. Она пощупала их, чтобы убедиться, что их толщины хватит, но они оказались тонкими. Мягко не будет, но хотя бы не на голом полу. А рядом, на полке лежал моток верёвки. Д'Брэ пощупала её, а она мягкая, эластичная. В её голове сразу же возникла крайне соблазнительная идея.       Жанна вернулась в ванную, в которой всё ещё сидела инквизитор.       — Бель, — ласково обратилась к ней сороритка. — Не могла бы ты мне помочь?       Вердадеро встала, уперев руки в бока.       — С чем? — с подозрением в голосе спросила Изабель.       — Ваз слишком могучий для нашей кровати, — она большим пальцем показала через плечо на дверь.       Инквизитор посмотрела пугливо туда же, и вдруг её бёдра сами собой сжались вместе. Сестра битвы сразу же поняла, о чём она подумала. Сороритка не заметила, как подумала о том же, и даже попыталась вспомнить, а было ли написано что-нибудь на эту тему в их учебниках по биологии, чтобы хотя бы приблизительно представить, что им предстоит. Ничего. От страха неизвестности Жанна и сама заёрзала, что не скрылось от внимания подруги.       — Что? Тоже поджилки трясутся? — с ехидной улыбкой спросила подруга.       — Не заговаривай мне зубы! — потребовала сороритка, демонстративно расставив ноги на ширине плеч. — Ваз скоро придёт. Либо ты сейчас вытащишь свою задницу из ванны и поможешь мне, либо я вытяну тебя за волосы!       Инквизитор хотела отказаться, но осознание того, что всё же был шанс, что сестра битвы решит воплотить свою угрозу в жизнь, а Ваз вот-вот придёт и может стать случайным свидетелем этого, заставило её передумать.       — Хорошо, — сдалась она.       — Славненько, — улыбнувшись, произнесла сороритка и протянула инквизитору руку.       Изабель с трудом преодолела соблазн потянуть её на себя и уронить в воду, и, приняв помощь, выбралась из ванны. Капли воды соблазнительно скатывались вниз, повторяя каждый изгиб еë тела, и Жанна невольно засмотрелась. В отместку за это, Изабель схватила её за грудь.       — Эй! — возмутилась, скорее для галочки, жертва. — Ты что делаешь?       — Привожу тебя в чувства, — надменно ответила инквизитор.       — Как скажешь, — Д'Брэ игриво улыбнулась, чем лишь сильнее раззадоривала инквизитора. — Пошли в комнату, нужно постелить одеяла на полу.       Вердадеро бросила взгляд на сушилку. Индикатор показывал, что закончит свою работу он лишь через пятнадцать минут.       — Хорошо, — она отпустила подругу и, взяв полотенце, пошла с ней, вытираясь на ходу. Прежде, чем уйти, девушка дёрнула рычаг у стены, заслонки поднялись, позволяя воде вытечь в канализацию.              Две подруги подошли к шкафу. Сороритка взяла три наволочки, а инквизитору отдала одеяло. Они постелили наволочки на пол так, что получился прямоугольник три на два метра, а них сверху сложенное одеяло, занявшее собой половину этого пространства. Они в ещё два подхода постелили оставшиеся пять одеял, а затем накрыли их сверху ещё несколькими простынями. Жанна плюхнулась звёздочкой на импровизированный матрас и сразу же приковала к себе взгляд Изабель.       — Да прикройся ты уже, бесстыдница, — в голосе инквизитора не прозвучало даже и намёка настойчивость.       — Смотришь ты, а бесстыдница я? — ухмыльнулась д'Брэ, провокационно сжав руками собственную грудь.       Вердадеро обиженно фыркнула и отвернулась, уперев руки в бока.       — Дура, — беспомощно огрызнулась она в ответ.       Сороритка проигнорировала это и встала.       — Ты лучше скажи, остался у тебя ещё рекаф твой? — спросила Жанна, а затем заметила, что подруга трогала самый низ своего живота. — Ты что делаешь?       — Я просто подумала... — неловко начала отвечать она, — матка же где-то тут начинается, а значит, что...       Сороритка закатила глаза и устало сказала:       — Да успокойся ты уже.       — Ну, а что, если не влезет? — поджав губы, спросила подруга.       — Влезет! Куда он денется? Оттуда дети же как-то вылезают, — не особо задумываясь, ответила Жанна.       — Я, конечно, всё понимаю, — намекнула она подруге о еë сиротстве, — но мне мама моя рассказывала, что она чуть от боли не умерла, пока меня рожала.       — А не плевать ли на это? — легко спросила сороритка. — Ну, будет больно, и что с того? По сравнению с тем, что нас скорее всего ждёт потом, это безобидная мелочь.       Инквизитор тяжело вздохнула.       — Честно, я порой сомневаюсь в том, а точно ли мы своим поведением ещё не перешагнули черту ереси, — призналась Вердадеро.       — Бель, — обратилась к ней сестра битвы, посмотрев ей в глаза, — ты ещё не видела, чем занимались по ночам мои сёстры, пока канонисса не видела. Поэтому, не волнуйся, по сравнению с большей частью человечества, мы — образец целомудрия.       — Да, ты права, — неуверенно согласилась с её доводом инквизитор, вспомнив, как в свою бытность аколитом вместе с наставником вычисляла на одном райском мире культ Слаанеш и насмотрелась на то, как "отдыхает" верхушка.       — Поэтому возьми себя в руки, — призвала сестра битвы. — А, и да, что там с рекафом? — вспомнила она о своём вопросе.       — Остался ещё, — ответила инквизитор.       — Пошли варить его, угостим нашего героя, — с энтузиазмом в голосе сказал сороритка.       — Может быть, мы всё же сначала оденемся? — с надеждой спросила Вердадеро.       — У нас нет на это времени, — заявила сквозь улыбку подруга.       — Скажи честно, — инквизитор сверлила её взглядом, — тебе просто нравится видеть меня в таком виде?       — Я солгу, если скажу, что это не приносит мне эстетического удовольствия, — хитрила она.       — Ты невыносима! — воскликнула смущённо инквизитор.       — Я тоже тебя люблю, — не переставая улыбаться, заявила Жанна.       Инквизитор сначала собиралась что-нибудь сказать резкое, но передумала, так как ей не хотелось из вредности наступать на чувства подруги.       — Если бы это не было взаимно, я, наверно, тебя уже бы придушила собственными руками, — заявила инквизитор.       — Наша служба Императору слишком сильно связала нас троих, а потому иначе просто быть не может! — с уверенностью пророка заявила сестра битвы, запрокинув голову и вскинув руки к потолку, отчего её грудь всколыхнулась.       Инквизитор невольно улыбнулась снисходительно.       — Да, с тобой всё в порядке.       — А? — растерялась Жанна, не понимая, к чему это было сказано. — В смысле?       — В смысле, что твоя вера неизменно крепка, независимо от того, — инквизитор крепко схватила подругу за зад, — сколько на тебе одежды.       — Благодарю за комплимент, — сороритка обхватила руками лицо подруги и настойчиво поцеловала её.       Инквизитор от неожиданности отступила на шаг назад. Насытившись на время её губами, Жанна отстала, а подруга благоразумно отпустила её.       — Мы хотели сделать ему рекаф, — напомнила Бель.       Д'Брэ кивнула. Изабель под пристальным взглядом слишком близкой подруги, провокационно качая бëдрам, подошла к прикроватной тумбе и, открыв её, нагнулась, получив закономерную реакцию.       — Что... — она тихонько простонала. — Что ты делаешь? — спросила она сороритку, буквально подлизывающуюся к ней.       Изабель вцепилась руками в тумбу. Девушка чувствовала, как Жанна, обхватив руками её бëдра по отдельности, прижалась к ним грудью. Ноги подкашивались. Дыхание становилось всё тяжелее. Её колени подгибались, и Вердадеро, чтобы не упасть, легла прямо на тумбочку. Сороритка продолжала мучить инквизитора, не давая ей и секунды передышки. Изабель вздрагивала от каждого выдоха, от малейшего движения языка. Довольно скоро ноги её совершенно перестали держать. Она обмякла.       — Но... — с трудом заговорила Вердадеро, — как же время? Когда придёт Ваз? — делая вынужденную паузу через каждое слово, произнесла инквизитор.       И в этот же момент прозвенел звонок. Изабель в ужасе забрыкалась, но хватка сестры битвы оказалась для ослабшей подруги непреодолимой.       — Он придёт только через пятнадцать минут, — успокоила её Жанна и отпустила, встав с колен.       Инквизитор кое-как встала на ноги, но от внезапного шлепка её тело содрогнулась, и с губ девушки сорвался громкий стон. Она в экстазе рухнула на колени. Глаза сороритки растерянно округлились, ибо она не ожидала, что сие действие возымеет настолько сокрушительный эффект. Довольно хихикая, Жанна подошла к контрольной панели и приняла вызов.       — Это ты, Ваз? — спросила сороритка.       — Да, буду через двадцать минут.       — Поняла, — с её лица не сходила улыбка, от осознания, что времени осталось больше, чем казалось. — Спасибо тебе, — д'Брэ перевела взгляд на побеждённую подругу, — мы тебя ждём.       — Мне поторопиться? — спросил он.       — Нет, в этом нет необходимости, если ты придёшь через двадцать минут, будет как раз кстати.       — Хорошо.       Жанна закончила вызов и посмотрела на свою подругу. Изабель кое-как сумела встать на ноги, они, конечно, подкашивались, но всё же держали инквизитора в почти вертикальном положении.       — Ты сможешь рекаф сварить? — спросила д'Брэ.       Девушка посмотрела на неё надменно, несмотря на то что стояла в позе, отлично подходящей для порки.       — Конечно смогу! — огрызнулась она, окончательно облокотившись на тумбочку.       — Я пока наберу для него новую ванну, — снисходительно улыбнувшись, сказала сороритка и пошла в ванную.       Жанна набрала новую воду, сняла с полки пару стеклянных флаконов и, прочитав этикетки, открыла их и по очереди каждый поднесла к носу. Первый имел цветочных аромат, а второй очень насыщенный цитрусовый. Она подошла к дальнему краю ванны, к крану и прямо под струю воды стала вылила треть содержимого флаконов. Жидкости запенились, и всё помещение захватили их ароматы. Сороритка прошла в дальний угол ванной, открыла специальный шкаф отсек и достала из него законсервированные листья, уже расфасованные по пакетикам. Она взяла один, подошла к крану и под струю высыпала содержимое в воду, и листья тут же унесло течением. Чтобы полностью наполниться ванне понадобится ещё некоторое время.       Жанна вышла в комнату, где Изабель уже заканчивала варить рекаф. Даже сестра битвы, совершенно не разбирающаяся в тонкостях этого напитка, поняла, что Изабель сделала что-то невероятное. Аромат зëрен гармонировал с шоколадом, сливками, ягодами и цитрусами.       — Готово, — гордостью объявила Изабель.       — Тогда пошли одеваться, — сороритка игриво улыбнулась, — или быть может ты хочешь встретить Ваза прямо так?       — Что?! Нет! — воскликнула Изабель.       — Тогда пошли, — махнув рукой, позвала она её за собой.                            Когда Ваз подошёл к каюте, его незамедлительно впустили. Внешне обстановка казалась совершенно обычно, но вот запахи сдали сладкую парочку с потрохами. Космодесантник, благодаря своему обострëнному обонянию сразу же понял, где эти две занимались непотребствами. А знание это заставляло приглядеться повнимательнее. Гость заметил румянец на их щеках, да и уши их краснее обычного. Впрочем, даже если выбросить все эти факты, постеленные на полу одеяла в виде здоровенного лежака уже с порога кричали о том, что эти две мадемуазели задумали. Космодесантник мягко улыбнулся им и видя, как они нервничают, решил подыграть им.       — Спасибо, что пришёл Ваз, — неловко переминаясь с ноги на ногу, заговорила Изабель.       Инквизитор напоминала ему испуганного котёнка, брошенного в клетку к огромным плотоядным корабельным крысам. Сороритка тоже не выглядела уверенно, но скрывала это немного лучше.       — Благодарю вас за приглашение, — вкрадчиво сказал космодесантник.       Жанна поводила своим носиком, делая вид, что случайно обратила внимание на вонь, исходящее от суперсолдата.       — Ваз, не хочешь ли ты ванну принять? Мы сами хотели это сделать, но раз ты пришёл, — неубедительно играла она.       — С превеликим удовольствием, — согласился гость.       Заговорщицы немного расслабились. Вердадеро указала рукой на дверь в боковой стене и сказала:       — Тебе туда.       Космодесантник кивнул ей и неспешно разувшись, подошёл к двери и вошёл в ванную. Встретившие его в помещении запахи ему понравились, хотелось вдохнуть полной грудью. Температура заметно отличалась, но для физиологии астартес она значения не имела. Ваз сбросил с себя бесформенный балахон сразу за дверью и медленно вошёл в воду. Ванна имела достаточную глубину, чтобы при необходимом количестве воды космодесантник мог сидя погрузиться в неё по плечи. Из любопытства он попробовал воду на вкус, чтобы понять химический состав. Кроме самой воды с самыми распространёнными примесями, он обнаружил сок какого-то сладкого цитруса, различные добавки, нужные, чтобы увеличить срок хранения, и ещë какой-то ингредиент растительного происхождения. Такая вещица встречалась далеко не на каждом мире, а если и попадалась, то была уделом планетарной знати, и то, что на него потратили явно не один флакон такого чуда, сильно льстило. Впрочем, Ваз осознавал, что скорее всего Изабель купила эти безделушки на каком-нибудь относительно зажиточном мире, где оно продаётся сравнительно недорого, но даже так, вещицы эти крайне дефицитны, а для Ваза в его прошлом совершенно недоступные, находящиеся на грани слухов и мифов.       — Давай, иди, — услышал космодесантник голос Жанны за дверью.       — Почему я?! — возмущалась Изабель. — Ты хочешь заставить инквизитора подавать рекаф?       — А почему нет? — удивилась сороритка, — по-моему, очень даже подходящие почести.       Ваз невольно улыбнулся. Он смутно представлял, что задумали эти две, но ему уже эта затея нравилась. После недолгого препирательства они постучались в дверь.       — Входите! — крикнул он им и посмотрел назад через плечо.       Дверь открылась и в ванную зашли они обе. Жанна подняла балахон, а Изабель принесла в руках поднос с рекафником и кружками.       — Ваз, ты будешь рекаф? — спросила она, одновременно с этим пытаясь унять дрожь в руках.       — Да, — кивнул он ей.       — Замечательно.       Девушка подошла поближе, поставила на пол поднос и, сев на коленки, разлила по кружкам рекаф и протянула одну Вазу.       Он аккуратно принял угощение из её рук. В его руках сосуд больше напоминал какую-нибудь рюмку.       — Спасибо, — поблагодарил он их и сделал глоток.       Астартес почти не почувствовал горечи, так свойственной этому напитку, она перекрывалась сливками и ягодами, а шоколад и цитрусы подчëркивали вкус зëрен. Он задумчиво посмотрел на кремово-бежевую жидкость в кружке. Ему до сих пор не верилось в то, как перевернулась его жизнь за последние несколько лет. Максимум, на что он мог надеяться, это выбиться в старшины, и если б кто-то рассказал ему, что он будет пить мастерски приготовленный рекаф, сидя в ванне в окружении сестры битвы и инквизитора, этот самый рекаф приготовившей специально для него, то Ваз решил бы, что рассказчик тронулся умом под воздействием Варпа во время очередного полëта через Имматериум. Но нет, всë взаправду.       Изабель и Жанна нервно переглядывались, не решаясь что-то предпринять.       — Не хотите ли составить мне компанию? — попробовал он им помочь, прекрасно понимая, что она сразу три кружки наполнила не просто так.       — Хотим, — ответила сороритка честно, но не очень уверенно и села у края ванны, взяв и себе кружку.       — Я тоже, — негромко подтвердила Изабель, сняла с себя дублет и, взяв себе кружку, задумалась ненадолго.       — Что-то не так? — поинтересовался он.       — Твой голос, — начала она, — он такой... — девушка запнулась, пытаясь подобрать подходящее слово, — нормальный? В смысле, что у остальных голоса такие, будто гром гремит, а у тебя он такой обычный. Почему так?       — До того, как из меня слепили космодесантника, мой голос был очень-очень высоким, не родись я на корабле, быть может, стал бы певцом.       Изабель от жары принялась расстёгивать рубашку, но дойдя до пуговицы на грудине, остановилась. И это не ускользнуло от внимания Ваза.       — Это была бы большая потеря, — сказала Жанна, не подумав, как это звучало, но быстро осеклась. — Я в том смысле, что...       — Я понимаю, — перебил он её. — Если бы не меня сделали космодесантником, то сделали бы им кого-то другого, и это не имеет какого-то особенно большого значения, — скромно сказал он. — Но то, что действительно важно, во всяком случае, для меня, это то, что при таких вводных я никогда бы вас не встретил. И для меня счастье, что всё случилось так, как случилось.       — Ты столько для нас сделал за это столь небольшое время, — заговорила Изабель. — Мы... Мы в таком долгу перед тобой, что вряд ли его возможно выплатить.       — Да, — усмехнулась Жанна, — мы банально не поспеем за его ростом.       — Не знаю, как вас, но меня такое положение совершенно устраивает, — заявил Ваз и, допив свой рекаф, протянул пустую кружку. — Находиться рядом с вами слишком приятно, чтобы на это жаловаться.       — А ещё, потому что отвергать инквизитора опасно для жизни, — пробухтела Изабель, наливая ему напиток.       — Я тоже вас люблю.       На несколько секунд повисла неловкая пауза.       — Ваз, а ты можешь размножаться, как обычный человек? — вдруг в лоб спросила сороритка.       — Жанна! — одëрнула её подруга.       — Что? — невинным голоском отозвалась д'Брэ. — Мы же должны в этом убедиться! Всë-таки, как минимум, твоя попка ему очень даже по нраву, — напомнила она о том случае.       — Жанна! — снова прикрикнула инквизитор и схватила ту за плечи, — прекрати!       — Могу, — абсолютно спокойно, но громко ответил Ваз, чувствующий себя по-царски.       Изабель, хмуро косясь на подругу, отпустила еë, взяла рекафник и попыталась наполнил свою чашку. Пусто.       — Бель, сделай ещё рекафа, пожалуйста, — подозрительно ласково и вежливо попросила сороритка, увидев еë неудачу.       Пробурчав что-то себе под нос, Изабель взяла рекафник и ушла с ним. Жанна хищно улыбнулась ей в след.       Она повернулась к расслабленному космодесантнику.       — Ваз, — обратилась она к нему, обняв свои колени.       — Да? — отозвался он и повернулся к ней, посмотрев в глаза.       — Можно тебе задать немного глупый вопрос?       — Не запрещаю.       — Когда ты понял, что любишь нас? — решила начать она допрос с чего потяжелей и легла на пол, придвинувшись поближе.       — Не знаю, — честно ответил астартес. — Но осознал это, когда схватил вас, и побежал куда глаза глядят, подальше от того демона, — он усмехнулся. — Можно сказать, что уносил самое ценное.       — А я поняла, что что-то назревает, когда ты спас нас от генокрада, — почти на ухо рассказала она ему. — Я сразу поняла, что на то воля Императора.       — Любовь с первого взгляда, да?       — Я думаю, что это часть его великого замысла, — с улыбкой откровенничала она, — нам суждено быть вместе. Может быть, я или Бель, а может быть и мы обе, родим каких-то особенных детей? Может наши они станут в будущем великими героями Империума или даже святыми?       — Честно говоря, — ему совершенно не хотелось подтверждать её фантазии, но давление фактов вынудило его, — столько случайностей привело к этому итогу, что, даже с учëтом моего скепсиса, явно на это есть чья-то воля. А единственный потенциальный источник таковой, это наш Император.       — Вот именно! — воскликнула Жанна и от восторга попыталась обнять Ваза, но не удержалась и свалилась в воду, повиснув на его могучей шее, упав прямо ему в руки.       — Ты в порядке? — спросил он её       — Да, — растерянно ответила она, всё ещё держась за его могучую шею.       Грубая ткань промокла до последней нитки, сильно потяжелела и очень неприятно липла к телу. Девушка аккуратно встала и задумчиво-вопросительно посмотрела на Ваза.       — Ты не против, если я посижу здесь с тобой? — спросила она, с титаническим трудом не отводя взгляд.       А вот у Ваза взгляд забегал.       — Я не против, — кивнул он ей, пытаясь спрятать волнение за улыбкой.       Пока ещё оставалась у неё смелость, Жанна сняла через голову рубаху, стянула штаны и швырнула одежду на пол. Взгляду Ваза открылось её обнажённое атлетичное тело, от которого он не мог, да и не хотел, оторвать взгляд. Д'Брэ попыталась сесть рядом и тут же ушла под воду почти по макушку. Она быстро всплыла и, чтобы не распластаться на водной поверхности прямо перед носом Ваза, нащупала ногами дно, встав на колени. Взгляд сороритки зацепился за порты чёрного панциря, разброшенные по телу Ваза.       — А это нормально, что туда вода попадает? — спросила она.       Космодесантник поднял руку и посмотрел на лужицу, оставшуюся в порту на предплечье.       — Да, всё в порядке, — спокойно ответил он.       Жанна утихла. Разговор не клеился.       — Как ты попала в свиту Изабель? — спас её от гнетущей тишины Ваз.       — Это очень... неприятный вопрос, — сказала она, стыдливо сжавшись и уйдя слегка под воду, дыша лишь через нос.       — Если твоё нежелание отвечать продиктовано болезненностью воспоминаний, а не страхом, то я готов отказаться от вопроса, — заявил Ваз.       Она слегка приподнялась, чтобы рот её был над уровнем воды и, не решаясь посмотреть в его сторону, спросила:       — А если дело в обеих причинах?       — То тебе стоит как можно раньше сказать об этом, пока страх и чувство вины не свели тебя с ума.       — Только пообещай что, прежде чем сделаешь что-либо, ты сначала подумаешь.       — Я обещаю.       — На монастырь моего ордена напали слуги губительных сил. Мы сначала думали, что это космодесантники, но внутри их доспехов не было ничего, кроме какой-то разноцветной пыли.       — Рубриканты Тысячи Сынов, — догадался Ваз. — Зачем они это сделали? Вы хранили какие-то артефакты?       — Нет, — Жанна помотала головой, и в стороны полетели брызги воды с её белых волос, — ничего такого не было у нас, да они и не искали. Они целенаправленно истребляли моих сестёр.       — И как ты выжила?       — Я их бросила там, — едва не плача ответила сороритка. — Я сбежала, пока другие остались сражаться.       — Если их целью было истребление твоего ордена, то ты им помешала это сделать.       — Что? — не поняла его Жанна.       — Ты жива, а это значит они не уничтожили до конца твой орден, — пояснил космодесантник.       — Без командования, без монастыря моё выживание не играет никакой роли.       — При всём уважении к погибшим во имя Императора твоим сёстрам, но уничтожение одного маленького ордена адепта сороритас тоже не играет никакой роли.       — Но не просто же так они нас истребили! — воскликнула Жанна, вцепившись в его плечо. — Чем-то же мы им мешали!       — Порой одна конкретная личность вносит гораздо больший вклад, чем большое организованное соединение.       — К чему ты клонишь?       — К тому, что, убивая всех подряд, они могли пытаться найти и уничтожить какую-то конкретную личность.       Сороритка уставилась на него горящим взглядом, словно на неё снизошло божественное откровение, и прошептала:       — Ты прав. Всё вело именно к этому.       — От тебя же требуется, чтобы их жертва не оказалась напрасной.       Жанна кивнула ему.       — Я сделаю всё, что в моих силах. Даже если мне придётся погибнуть на Новом Лейборе, я буду умирать с гордостью, что выполнила своё предназначение. А сейчас...       — Твоя судьба — не умирать на бесполезном мире-улье. Твоя судьба — поддерживать Изабель, — снисходительно смотря на неё, перебил её космодесантник. — А сражаться на Новом Лейборе это миссия Рокритовых Гончих — не ваша.       На её лице проявилась растерянность и паника, словно план, который она готовила многими часами, рассыпался от пары слов.       — Если бы не наша некомпетентность этого не случилось бы, а теперь мы путаемся у вас под ногами, — Жанна не заметила, как в отчаянии повторила тезис инквизитора.       — Если бы не ваша "некомпетентность", вы бы не вскрыли творящийся в секторе кошмар, не встретились со мной, и я не сидел бы сейчас в горячей ванне, в обнимку с очаровательной сестрой битвы, в ожидании, когда другая красавица с печатью инквизитора сделает мне отличный рекаф, — возразил он. — Вы делаете то, что от вас требуется.       — Спасибо, — с надеждой в голосе произнесла сороритка и подалась чуть вбок, слегка прижавшись к нему.       — Так, что же было дальше? — спросил Ваз, приобняв её за талию.       — А... Да... — с трудом сориентировалась девушка, почувствовав на своей коже прикосновение его большой руки. — Я покинула планету вместе с беженцами, и по прибытии наткнулась на Изабель, заинтересованную сообщением о нас.       — Боялась, что среди вас могут быть культы? — догадался Ваз.       — И она оказалась права. Мы вдвоём неделю лазали по грязным замкнутым коридорам транспортников, в поисках прячущихся мутантов и еретиков.       — А потом? — его рука чуть сдвинулась вверх, коснувшись её ребëр.       — А потом... — она прикоснулась к его ладони. — Потом мы прибыли в этот сектор, узнав о пропаже инквизитора Фида Толина, и Изабель приступила к созданию сети информаторов. А чем это закончилось ты и сам знаешь, — рассказала сороритка.       — Да, я был прав, — он свободной рукой погладил её по голове, и та от неожиданности выгнулась, словно кошка. — Если бы не вы, всë закончилось бы очень скверно. Вы подарили возможность всë исправить.       — Если задуматься, — начала Жанна, стыдливо отводя в сторону взгляд, — святая Иммакюли обессмертила память о себе не благодаря личным подвигам, а тем, что благодаря еë наставлениям, духовной поддержке и самопожертвованию другие смогли найти в себе силы вернуть к согласию свой мир, — она неловко улыбнулась, чувствуя стыд, за столь наглую попытку сравнить себя со святой.       Она заглянула ему в глаза, приобняла его, положив ладони на его ключицы, и прижалась к его мускулистому торсу своею грудью и, медленно поднимаясь из воды, потянулась к его губам. Ваз посадил её на свои ладони и приподнял, сжав её ягодицы. Издав стон, она поцеловала его, обняв за шею. Смертная жадно пыталась захватить каждый миллиметр его губ, она даже приоткрыла свой рот, но ей даже так этого не удавалось, слишком велика была разница в размерах. Девушка хотела залезть своим языком в его рот, когда он приоткрыл его, но Ваз с лëгкостью пресёк её попытки и сделал это сам. Из-за неожиданно большого инородного тела во рту стало тяжело дышать. Ей ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Добившись своего, он прекратил её мучить и отцепился от неë, демонстративно облизнув её верхнюю губу.       — А ты не боишься разгневать Бель? Наверняка ей хотелось бы сделать это первой, — спросил он её, ухмыляясь и, пересадив её лишь на правую руку, приобнял её, чтобы не дать шанса спрыгнуть.       — Она боится, — ответила Жанна, смотря Вазу прямо в глаза. — Я должна показать ей пример.       — Вот как? — усмехнулся космодесантник. — А ты, значит, не боишься?       — Нет! — уверенно ответила девушка, попытавшись смотреть на него свысока.       Еë пальцы утонули в его коротких, но густых волосах.       — Мне нравится твоя храбрость, — произнёс он.       Не вставая, Ваз повернулся и положил еë на пол, прямо на её же одежду. Он хотел, чтобы ноги её свесились полностью в воду, но сороритка вовремя опомнилась и закинула их ему на плечи, против чего против не был. Но та неожиданно начала давить на него, пытаясь прижать к себе. Она прикладывала все силы, какие могла, но голова астартес не сдвинулась даже на миллиметр.       — Пожалуйста, — тяжело дыша от возбуждения, попросила д'Брэ, — сделай это.       Стоило ей это сказать, как сопротивление исчезло, мужчина подался вперёд, её ноги сомкнулись кольцом вокруг его шеи, и она ощутила, как он побеспокоил языком другие её губы. Она начала извиваться и ласкать собственную грудь, сжимая и щупая еë. Жанна неосознанно сдавливала ногами, дрожащими от ощущений, его шею ещё сильнее, но та слишком мощная, чтобы ей удалось хотя бы слегка придушить астартес. Ваз чувствовал своей шеей каждое колебание, возникающее в ответ на его действия языком, и даже еë пульс, для него они были подобны массажу, словно он разминался перед тренировкой. В какой-то степени оно так и было. Ваз старался не вдумываться в химический состав жидкостей, в которых уже успел вымазаться его язык. Его жертва даже не пыталась вести себя тихо. С одной стороны, её громкие стоны раззадоривали его, но в то же время, их наверняка уже услышала Изабель. Впрочем, он не боялся этого, скорее, его больше интересовала еë реакция на происходящее. С каждой секундой, с каждой минутой хватка на его шее ослабевала, как и внезапный массаж. Он с лёгкостью выпрямился, опустив её обессилившие ноги в воду.       — Ты готова? — спросил он еë, облизнув губы.       Она несколько секунд старательно восстанавливала дыхание, и лишь сделав это, ответила дрожащим голосом:       — Д-да! Я готова!       — Отлично, — произнёс он и встал в полный рост.       Когда же сестра битвы заглянула в глаз змее и осознала, наконец, что её ждёт, её храбрость мгновенно улетучилась. Девушка словно оказалась на месте маленького эскортника, на который вдруг обратила внимание "Глориана". Она тут же сомкнула ноги вместе, согнула в коленях и прижала к себе.       — Я боюсь! — незамедлительно призналась она.       По еë щекам потекли от стыда слëзы, она чувствовала вину за то, как храбрилась перед Изабель, а теперь струсила в самый последний момент.       Вдруг она почувствовала холодный ветерок, проникшись через приоткрытую дверь. Ей не пришлось долго думать, чтобы понять, чья пара глаз сейчас следила за ними.       — Да неужели? — Ваз усмехнулся, чувствуя себя совершенно расслабленно и вальяжно. — А я считаю, что ты способна на большее, — он навис над ней и мягко провёл пальцами по её волосам, остановив их на её красной щеке.       Космодесантник не только чувствовал, что дверь открыта, он слышал, что прямо за ней происходило, он чувствовал тяжёлое дыхание инквизитора, да и уже знакомый запах не избежал его внимания. Она явно ждала своей очереди.       У Жанны застрял ком в горле. Страх облажаться прямо на глазах подруги перевешивал страх боли. Она медленно чуть обхватила ногами Ваза за талию.       — Сделай это! Не щади меня! — закричала она, стараясь не опускать взгляд от его лица вниз, пока храбрость вновь не улетучилась.       — Ты уверена? — он провëл большим пальцем по еë губам, и та внезапно укусила его, оставив космодесантника в растерянности.       — Давай! Накажи меня! — провоцировала она его и снова вцепилась зубами в его палец.       Он медленно склонился к её уху.       — Как пожелаешь, — опаляя раскалëнным дыханием еë кожу, прошептал космодесантник, и еë сердце мгновенно ушло в пятки от предвкушения предстоящей агонии.       Он приобнял её. Жанна зажмурилась, готовясь к уже неизбежному. Одно движение и по каюте разнëсся болезненный крик. Сороритка схватилась за его шею, вцепившись ногтями в его кожу. Космодесантник чувствовал под своими могучими руками её хрупкое тело. Она напоминала ему соломинку, которая от любого неловкого движения переломится пополам. Оттого лишь интереснее становилась поставленная перед ним задачка. Ваз поцеловал её шею, он чувствовал губами её участившийся пульс, слышал, как неистово колотилось маленькое сердечко в её груди. Её тело содрогалось от боли при каждом его движении. Но на лице его уже женщины блистала самодовольная ухмылка. Жанна ощущала странное удовольствие от того, что смогла решиться на это. Она самоутверждалась через эту боль, и каждая новая её вспышка напоминала, что д'Брэ удалось сделать это. Сороритка не сдерживалась, надрывая голосовые связки.       — Сильнее! — дрожащим голосом крикнула она.       Ваз перехватил её по-другому. Он убрал женские ручки от своей шеи, забросил её ноги себе на локти и, надёжно обхватил её тельце за спину, полностью обездвижив. Когда он поднял её, сороритка взвизгнула от неожиданности и беззащитности. Жанна беспомощно посмотрела ему в глаза. Теперь он держал её на весу, и каждый новый всплеск боли предвосхищало чувство падения. Она стыдливо, пыталась всеми силами избежать зрительного контакта. Она запрокинула голову назад, устремив взгляд ввысь, пока Ваз пристально рассматривал её покрытое румянцем измученное лицо и физически развитое тело, наблюдал, как вздымалась её грудь при каждом тяжёлом вдохе, как скатывающиеся вниз капли пота и воды обводили рельеф её пресса. Жанна клюнула головой вниз, собралась с силами и, храбрясь, улыбнулась своему дорогому мучителю. Она обернулась и увидела, что дверь приоткрыта, предположив, что за ними подглядывала Изабель. Жанна победно улыбнулась ей, дав знать, что знает о её присутствии, после чего потянулась вперёд. Ваз чуть приобнял её, позволив ей слегка прижаться к нему. Она вскрикивала, но с каждым новым разом делала это всё тише, протяжнее и довольнее, наслаждаясь сквозь боль своим превосходством над подругой.       От гаммы чувств у неё темнело в глазах. Она сразу и не заметила, как Ваз зачем-то сел на колени. Он приподнял её, и Жанна ощутила пустоту внутри. Космодесантник поставил её на колени, лицом к двери, схватил за талию и резко потянул назад. Жанна вскрикнула, выгнув спинку и запрокинула голову назад. Она беспомощно, словно маятник, двигалась вперёд-назад, не способная противостоять силе астартес. Она до боли сжала свою грудь. Живот и всё что ниже, вплоть до колен, горело адски, а смотреть туда было боязно. Вдруг Ваз сжал свои пальцы на её талии и дёрнул назад, и она громко блаженно простонала, почувствовав очередной всплеск боли и как странное тепло разливалось внутри неё. Мучитель медленно отпустил её, и сороритка свалилась на пол, всё ещё чувствуя в себе нечто инородное, хотя ничего уже не было. Она с трудом перевернулась на спину, не заботясь о том, насколько широко будут расставлены в итоге её ноги. Она смахнула пот со лба, пытаясь прийти в себя.       — Ты пожалела о своей просьбе? — с едва слышимым ехидством спросил он, смотря ей в лицо.       Жанна запрокинула голову назад. Дверь открыта гораздо шире. В проёме уже виднелась Изабель с круглыми от ужаса глазами. Поверженная сороритка с трудом приподнялась на локтях.       — У меня нет кровотечения? — спросила она.       Ваз посмотрел ей между ног, и д'Брэ неловко развела пошире ноги, что сразу же отозвалось болью в мышцах.       — Всё в порядке.       — Правда? — недоверчиво переспросила жертва. — А болит так, будто в меня вогнали цепной меч.       — Я старался быть беспощадным, но аккуратным.       Усмехнувшись через боль, с большим трудом Жанна сумела подняться хотя бы на четвереньки, а затем, переборов боль встала на одно колено.       — Как же болит, — пожаловалась сороритка, поглаживая свои больные места.       С неуклюжим рывком она встала на ватные ноги, едва не упав, но Ваз, успел вытянуть к ней руки, и она сумела на них опереться.       — Ты в порядке? — поинтересовался космодесантник.       Она пугающе улыбнулась то ли от счастья, то ли от гнева, и заявила:       — Я это запомню на всю оставшуюся жизнь.       Сороритка опустилась в ванну, дёрнула рычаг, и вода начала уходить. Женщина подошла к крану, переключила на нём другой рычаг, с потолка полился тропический ливень, и пока было время она потратила его на то, чтобы помыться, готовясь к следующему раунду.       Ваз посмотрел на дверь и громко спросил:       — Ты и дальше будешь там сидеть?       От неожиданности инквизитор ввалилась в ванную. А на ней трусы спущены до колен и задрана блузка до шеи. Жанна, повернувшись к ней, присвистнула, уперев руки в бока. Изабель, крайне впечатлённая экзекуцией, быстро села, попытавшись прикрыться руками.       — Я вам не сильно помешала? — в шутку спросила она, пытаясь юмором скрыть страх.       — Как раз тебя и ждали, — хищно произнесла Жанна.       Она с трудом выбралась из ванны, для чего понадобилась помощь Ваза, и поковыляла в сторону подруги на подкашивающихся ногах.       — Что ты имеешь в виду? — панически спросила Изабель, стараясь не смотреть подруге между ног.       — Ваз, — не отвечая ей, негромко позвала она его.       Инквизитор быстро догадалась, что с ней сейчас сделают, но понять, что бежать некуда, она ещё не успела, поэтому она напрасно поползла на четвереньках прочь. Космодесантник поймал её левой рукой и закинул себе на плечо.       — Стойте! Погодите! — в панике закричала Изабель.       Жанна выглянула из ванной и обнаружила на полу верёвку.       — Ах ты ж сучка, — тихо возмутилась сороритка, и инквизитор мгновенно умолкла.       Гнев быстро сменился предвкушением скорого возмездия. Жанна подняла моток и захлопнула дверь.       — Подожди, Жань, не надо торопиться, — пыталась договориться инквизитор, а затем из её груди вырвался стон, когда в ответ на её слова она получила шлепок.       Ваз уложил её на штаны и рубашку сестры битвы. Он стянул с неё блузку, лифчик, а затем в одно движение оставил без трусов. Сороритка подошла к ним, размотав верёвку.       — Подержи её, пожалуйста, — ласково попросила Жанна.       Изабель не могла пошевелиться в хватке космодесантника, в то время пока сестра битвы методично связывала её, прочно зафиксировав ей руки за головой. Инквизитор беззащитно лежала перед ними, сжав вместе ноги.       — Глаза боятся, а ноги раздвигаются, — ехидно произнесла Жанна и, схватившись за инквизиторские колени, развела их в стороны, не ощутив никакого решительного сопротивления.       Почувствовав внизу язык Ваза, Изабель вскрикнула от неожиданности, а подруга принялась мучать её грудь.       — Жань, — извиваясь под их натиском заговорила Вердадеро, — развяжи меня. Умоляю тебя.       Сороритка склонилась к её уху и прошептала:       — Я бы могла подумать об отказе от своей затеи, если б ты не захотела сделать это же со мной.       — Но... — хотела поспорить Изабель, но Жанна заткнула её, сев сверху.       — Давай, — с губ д'Брэ сорвался стон, — работай, — ломая всякую субординацию, приказала сестра битвы.       Инквизитору ничего не оставалось, кроме как терпеть и подчиняться. От звуков, издаваемых обнаглевшей сорориткой, Изабель самой становилось как-то не по себе. Вердадеро не считала, сколько движений языком ей пришлось совершить, чтобы мучительница, задрожав, наконец прекратила сидеть у неё на лице. К тому моменту и Ваз прекратил этим заниматься, сев напротив.       — В-Ваз, — дрожащим голосом обратилась к нему Изабель, живо помня, что произошло в очень недалёком прошлом. — Можешь... лечь на спину? Пожалуйста...       Космодесантник навис над ней, и сердце её в пятки ушло от страха, что ей придётся повторить судьбу сороритки-мазохистки. К счастью, а может и нет, он всё же послушался её, лёг, и посадил на свои бёдра. Страха меньше не стало, когда она наглядно увидела, что орудие уничтожение дотягивалось ей чуть ли не до пупка. Он приподнялся на локтях и с любопытством уставился на жертву, в ожидании того, решится ли она или нет.       Изабель приподнялась и нависла над его пахом, но, чтобы даже чуть присесть духу не хватало. Так она и стояла на коленях, капая змею в глаз, пока напротив неё не села Жанна.       — Что... — едва пискнула инквизитор, когда Сороритка прижалась к ней и схватила её за зад. — Эй! — хотела возмутиться Изабель, но Жанна помешала ей, поцеловав.       Вердадеро почувствовав, как подруга тянет её вниз, и запаниковала, пытаясь наоборот встать. Её бедра качались из стороны в стороны, и всякий раз она цеплялась за препятствие внизу, размазывая по нему стекающие выделения.       Ваз с любопытством наблюдал за нелепой борьбой, ему казалось, что они уже забыли о том, что он тоже участвует в процессе, а потому, решил напомнить им. Его огромные руки накрыли маленькие ладони Жанны. Обе испугано застыли. Д'Брэ не могла убрать руки, они оказались зажаты, словно в тисках, а потому деваться ей уже было некуда. Вердадеро пыталась разогнуть колени, но казалась, что дальше стена, которую она тщетно пыталась сдвинуть. Ваз, не прикладывая много силы, потянул их немного вниз. Изабель вскрикнула от боли, которая явно не шла ни в какое сравнение с тем, что испытала Жанна совсем недавно.       — Терпи, — прошипела ей в губы сороритка. — Терпи! — сестра битвы слегка укусила подругу за нижнюю губу.       Ваз осторожно продолжал оказывать давление, а Изабель всё громче выла, пока не села полностью, а затем всё тот же путь, но обратно наверх, а потом снова вниз, и снова вверх, и с каждым разом всё быстрее. Да и звуки изменились, болезненный вой сменили стоны. Жанна почувствовала, как хватка на её ладонях ослабевала, а скорость не уменьшалась, теперь Изабель делала всё сама. Шаловливые пальчики д'Брэ скользнули вверх, сжавшись на беззащитной инквизиторской груди. Вердадеро стала извиваться перед ней, тщетно пытаясь отстраниться, но двигаться не прекратила. Сороритка решила отшлёпать Изабель, но почти сразу же на её правой ягодице отпечаталась крупная ладонь, а с её губ сорвался громкий стон. Жанна не собиралась прекращать, она выгнула спинку, выставив свой зад, и с игривым энтузиазмом ожидала каждый новый удар возмездия. Шлепки быстро слились в странную похабную мелодию. Один тихий, один громкий, один тихий, один громкий и так без остановки. Устав стоять на коленях, Жанна села на пресс Ваза и принялась тереться об него. Изабель вошла во вкус и теперь подпрыгивала, жадно хватая воздух ртом.       — Я... Я ненавижу тебя, Жань, ненавижу! — воскликнула инквизитор и подалась вперёд, чтобы поцеловать её.       Д'Брэ ответила на её порыв и запустила свои пальцы в её длинные волосы.       Внезапно для них Ваз решил сесть, делая это, обнял обеих, не позволяя сбежать. Сороритка оказалась зажата с двух сторон, но жаловаться не торопилась и ждала, что будет дальше. Ваз потянулся через её плечо и поцеловал Изабель, а д'Брэ слегка сдавила в губах её ухо. Вдруг он сам подался вперёд, нависнув над лежащими друг на друге женщинами. Сороритка приподнялась на локтях, растерянно посмотрев в глаза своей подруги. Вердадеро внезапно ощутила пустоту внизу, а затем Жанна испуганно вскрикнула, чуть не упав на неё. Сестра битвы сотрясалась от каждого удара сзади, подобного пневмомолоту. Грудь подруг тёрлась друг об друга. Инквизитор с широко раскрытыми глазами следила за тем, как каждый раз менялось лицо её подруги, корчащейся в экстазе.       Ваз развязал Изабель, а затем завёл руки Жанны ей за спину, и стал держать их вместе левой рукой, не ослабляя хватку на её талии. Вердадеро обнаглела и попыталась подлезть под его руку, за что немедленно поплатилась. Он схватил её правой рукой, и аккуратно положил на сороритку лишь для того, чтобы её место заняла Изабель. Инквизитор чувствовала грудью тепло разогретой за время их утех плитки. Вердадеро посмотрела в сторону и увидела усталую, но довольную улыбку на лице подруги. Изабель пыталась встать, но сверхчеловек намертво держал её сзади, не ослабляя свой напор даже на секунду. Вдруг он схватил её за волосы, и ей пришлось приподняться и выгнуть спину. Ваз, сев на колени, потянул её назад, вынудив прыгать на нём, и заставил запрокинуть голову. Её расплывающееся в удовольствии лицо один в один напоминало ему лицо Жанны, когда инквизитор ещё подглядывала за ними. Он крепко обнял её, прижав к себе, и из её сдавленной его руками груди вырвался стон.       — Я... — задыхаясь, пыталась сказать Изабель. — Я... Я согласна... Это незабываемо.       Он поцеловал её и, медленно отпустив, произнёс:       — Я полагаю, что нам пора уже закругляться.       — Да, ты прав, — ответила она и кое-как встала на ноги.       Ваз каждой из них по очереди помог спуститься в ванну под неутихающий ливень. Они легли, распластавшись на дне. Капли дождя барабанили по их телам, возвышающимися над лужей воды. Астартес сел возле них, с любопытством ожидая их дальнейших действий       — Помой нас и отнеси в кровать, пожалуйста, — глупо улыбаясь, попросила Жанна, отдавая себе отчёт, что ближайшие несколько часов вряд ли сможет нормально двигаться, а о каком-либо сопротивлении и речи не шло.       Сейчас разница в их телосложении виделась идеально. Он намылил руки и принялся ощупывать их, продолжая слушать их стоны. Они извивались под его пальцами, подставляя под них самые чувствительные места. Когда же ему удалось исполнить их просьбу до конца, он выключил воду, попросил их обняться и поднял их на руки.       Космодесантник подошёл к шкафу с полотенцами, опустился на левое колено и на правое уложил их ноги, освободив руку, а затем взял полотенца и замотал в них женщин, после чего обмотался сам. Он внёс их в комнату, уложил на кровать, выключив везде свет и принялся вытирать их. У них закрывались уже глаза. Закончив, Ваз хотел уложить их в кровать, но те схватились из последних сил за его ладонь.       — Подожди, — попросила Изабель. — Мы хотим с тобой.       Астартес спорить не стал и уложил их в постель на полу и лёг между ними.       Теперь они казались уязвимее, чем когда-либо раньше. Ему буквально никаких усилий не стоило бы убить их. Он усмехнулся, от ощущения власти над их жизнями, и умилялся тому, как они по собственной прихоти вверили ему свои жизнь, как попросились спать рядом с существом, созданным, чтобы убивать. От того, чтобы получить статус идиотских, их действия спасал лишь факт того, что ему совершенно не хотелось отнять их жизни.       — А ты боялась, — насмешливо напомнила сороритка, прижавшись к орудию войны.       — И не зря, — пробурчала инквизитор, сделав то же самое.       — Я об этом ни капли не жалею! — воскликнула Жанна.       Видя их отношение к нему, Ваз окончательно убедился в том, что первый этап плана не просто выполнен, а уже перевыполнен. Осталось лишь вернуть то, что принадлежит его владыке.