Идеальное предложение

      Нащупав пустоту рядом с собой, Санджи напрягся всем телом, толком еще даже не успев прийти в себя ото сна. Из ванной не доносился шум воды, а в комнате не пахло дымом, значит, Ло не принимал душ и не курил, сидя на стуле у окна. Винсмоук распахнул глаза и убедился, что в спальне он один, а в доме стоит гробовая тишина. Часы над шкафом показывали начало девятого утра, а приоткрытая его створка выглядела до пугающего странно. Поддавшись порыву, Санджи кубарем свалился с кровати и бросился к жалюзийной двери: половина шкафа, которую занимал Трафальгар, опустела.       Винсмоук кинулся в ванную. На полках в беспорядке лежали лишь его вещи, а на крючке висело только одно полотенце. Второе же было аккуратно сложено и помещено в широкую и низкую корзинку, где неприглядной кучкой уже валялось грязное белье Санджи.       Он перерыл все свои пожитки: записки не было. Сообщений на телефоне тоже. Только брошь лежала там же, где он оставил ее ночью. Кое-как одевшись в первые попавшиеся вещи, Винсмоук схватил телефон и поясную сумку, убрал затейливую вещицу в кармашек и рванул вниз, чтобы разыскать способного помочь ему человека. Все еще глубоко спали после торжества, окончившегося по его скромным подсчетам около четырех утра, но кто-то из работников усадьбы вполне мог оказать ему поддержку.       Он успел позвонить Ло трижды, пока бежал по лестнице вниз. Всякий звонок переводился на голосовую почту, но оставлять сообщение парень не рискнул. Дрожь голоса и переливавшееся сквозь слова отчаяние выдали бы его незрелость, а он должен был оставаться решительным и трезвым, чтобы показать Трафальгару серьезность своих намерений.       В гостиной он обнаружил сидевшую в кресле с вязанием Робин. Ну, конечно! Глубоко беременная женщина не могла зажигать на свадьбе до утра. У Нико была взятая в прокат машина и свободное время, чтобы его выслушать. А еще, в отличие от остальных, ни она, ни Фрэнки никогда его не осуждали и не стыдили за то, что с ним произошло. Вот простой ответ на то, почему Ло сразу же проникся к ним симпатией: с виду неэмпатичный доктор оказался настолько чувствительным, что понял, кто из компании искренне Санджи любит и не желает ему зла.       — Ты не видела Ло? — отдышавшись, спросил Винсмоук, решив пока сделать вид, что ничего не произошло.       — Привет, милый! Нет, но я видела, как машина Бернардо отъезжала от ворот.       Бернардо был местным таксистом. Его услугами пользовались в основном туристы, приезжавшие посмотреть лавандовые поля. Возможно, именно там чертов Трафальгар обменялся с мужчиной номерами телефонов, чтобы сбежать. Санджи посмотрел на экран смартфона: до вылета забронированного для Ло на всякий случай рейса оставалось два часа. Если они поторопятся, то доберутся до аэропорта за час. Подвергать беременную женщину риску последнее, чего бы он хотел: придется попросить Робин разбудить Фрэнки.       — Ты можешь позвать мужа? — с надеждой в голосе спросил он.       — Милый, что случилось? — обеспокоенно переспросила Нико и отложила вязание.       — Некогда объяснять… пожалуйста! Мне очень нужна машина!       — Я могу тебя отвезти.       — Нет, Роби, пожалуйста! Мне нужно в кратчайшие сроки добраться до аэропорта, понимаешь?       — Я не…       — Пожалуйста!       Возможно, его голос прозвучал все же слишком отчаянно, но это побудило Нико тут же подняться с места. Молодая женщина посерьезнела, а взгляд ее стал жестким и цепким. Санджи очень любил Робин. За мягкий нрав, за умение встретить любую неприятность с улыбкой, за доброту, которой была наполнена, казалось, каждая клетка ее души и тела. Но в случае реальной опасности его подруга становилась пугающей, казалась невероятно сильной, а еще превращалась в строгую старшую сестру. У Винсмоука была сестра, но Рейджу не смогла бы и вполовину так же влиять на него, как сексапильная брюнетка.       — Иди к машине, я сбегаю за ключами, и поедем, — тоном, не терпящим возражений, произнесла девушка и тут же скрылась из вида.       На парковке Винсмоук обнаружил все машины, кроме кабриолета Гарпа. Старик никак не мог пропустить воскресный базар в соседней деревеньке, даже мировой катаклизм не остановил бы его рвение и авто, что говорить о свадьбе внука. Санджи успел позвонить Трафальгару еще два раза, пока Нико не появилась на пороге дома, переодетая в спортивный костюм и удобную обувь.       — Я не могу рисковать твоей безопасностью! Фрэнки спустит меня с горы, если с вами что-то случится.       — Ты всегда переживаешь из-за несуществующих проблем, милый. Или из-за того, что могло бы случиться. Садись, если я правильно тебя поняла, то у нас в запасе не так много времени. Приключения! Надо же… как в юности!       Винсмоук корил себя за то, что так и не получил права. Умение водить машину в жизни ему не пригождалось: до работы и обратно он спокойно добирался на автобусе, а на значимые мероприятия с друзьями или родственниками его всегда подвозили. Он запишется на курсы сразу же, как они вернутся домой. Они. Вместе.       — Я слушаю, — вновь мягко произнесла Робин и тронула легковушку с места.       Санджи хватило получаса, чтобы сбивчиво и хрипло рассказать подруге обо всем, что произошло. Не только в последнее полторы недели, но и задолго до этого. Нико слушала молча, не перебивала и не смеялась над ним, а путь держала не по той дороге, что была известна Винсмоуку до каждого дорожного знака и столба.       — И почему ты не признался?       — Я признался… но он не ответил… наверно, я ему безразличен. Просто обстановка располагала для интрижки…       — Это не так, милый.       — Но…       — Я же видела вас вместе. Как ты думаешь, почему никто не заметил подвоха?       — Нами…       — Нами просто завистливая сучка, не более того, — отрезала Робин и свернула на трассу. До аэропорта отсюда ехать оставалось не больше двадцати минут. — Не думаю, что она догадалась, скорее, просто вынудила нервничать тем, что озвучила, как положила на твоего парня глаз. Ты купился и развязал ей руки, сам бросил подсказку. Но я тебя уверяю, больше никто не считал ваши отношения фиктивными.       — Но почему? Мы же…       — То, как вы друг на друга смотрели… Санджи, ведь в этих взглядах был целых космос! Именно так смотрят в глаза любимому человеку. Даже не просто тому, с кем хотели бы разделить пару ужинов и постель. Тому самому! Фрэнки смотрел так на меня, когда мы только познакомились, и продолжает уже сколько… хм…десять лет! Боже мой!       — Но я…       — Милый, поверь, в те моменты, когда ты не мог его видеть, когда ты был занят чем-то другим, когда ты все еще верил в то, что нахождение здесь причиняет тебе боль, он смотрел только на тебя. Мгновение, когда ты вытащил его из воды, останется в моей памяти навечно. Ты был слишком поглощен расправой и не заметил, сколько благодарности было в его взгляде, но не только ее. Нежности, страсти, благоговения и надежды. Этот человек вряд ли сможет дальше без тебя жить.       — Почему тогда он сбежал? — обескуражено произнес Винсмоук и отстегнул ремень безопасности, когда машина въехала на парковку перед аэропортом.       — Потому, что не поверил тебе… Ты сказал ему, что все еще любишь Зоро. Ты сделал ему больно… а после, как он подумал, солгал, что все же испытываешь чувства к нему, просто воспользовавшись моментом, когда он слаб перед тобой. Готова поспорить, что если мы сейчас не успеем, и ты вернешься на остров только следующим рейсом, то дома его уже не застанешь.       Санджи успел забронировать себе место на рейсе, вылетавшем через два часа после борта, на который так спешил Трафальгар. Его не пугал полет, высота, бескрайность неба, ведь он знал, кого отчаянно хочет догнать: человека, без которого сам больше своей жизни не представляет.       Винсмоук и Нико вбежали в двери терминала вместе и тут же разбрелись в разные стороны. Санджи к стойкам регистрации, чтобы опросить ответственного за оформление багажа, а Робин — к информационному посту, чтобы оставить объявление. По счастливой для них случайности, Нико хорошо знала итальянский и смогла бы объяснить служащим щекотливость ситуации.       Стойка оформления багажа для пассажиров, вылетавших бизнесс-классом, оказалась ожидаемо пустой. На слишком грамотном английском Винсмоук обратился к обитавшей там девушке с просьбой предоставить информацию о том, прошел ли Трафальгар регистрацию, но служащая лишь качала головой на все его сбивчивые просьбы.       — Мне очень важно это знать, понимаете?       — Я не могу выдать вам конфиденциальную информацию, сеньор. Только родственникам.       — Я его парень, черт возьми!       К девушке присоединился кто-то из старших служащих и грозного вида охранник, и Санджи стало понятно, что если он продолжит скандалить, то его просто закроют в полиции, и на свой рейс он уже не попадет. Оставив попытки достучаться до работников аэропорта, Винсмоук отошел от стойки и полез в телефон.       На сайте клиники «Вано» было указано несколько телефонов, но ни по одному из них Санджи не дали необходимой информации. Чертова секретность и конфиденциальность спутали ему все карты. Но электронная страничка больницы все же подсобила: вспомнив имя лучшего друга Ло, он без особого труда нашел фотографию травматолога и его полное имя. Уже через минуту добытый через соцсети номер телефона был набран на смартфоне, а еще через секунду Винсмоук слушал в динамик гудки.       — Юстасс.       — Добрый день, меня…       — Мне не нужны пластиковые окна.       — Но я…       — И кредитная карта.       — Послушайте…       — И дядюшки в Африке у меня тоже нет, так что права наследства меня не интересуют.       — Заткнись нахуй и выслушай меня! — взорвался Санджи и от злости чуть не швырнул телефон на пол, но быстро взял себя в руки.       — Охуеть…       — Ты Кид?       — Я.       — Меня зовут Санджи, и я…       — А… пацан!       Винсмоук застыл, услышав, с какой интонацией Кид произнес его дурацкое прозвище. Так, как будто лично знал Санджи. Так, как будто Ло многое о нем рассказывал. Делился переживаниями, просил совета, жаловался. Как будто они с Трафальгаром вместе напивались из-за него.       — Да, это я…       — И че звонишь? Где ты вообще мой номер взял?!       — В интернете.       — Ебаная социальная жизнь, черт ее дери. Вот я так и знал, что ни от кого не скроешься! Мировое правительство, знаешь ли…       — Мне некогда это слушать, Кид! Тебе Ло не звонил?       — Кто-кто?       — Ло!!!       — А че?       — Если ты сейчас же не ответишь на мой вопрос, то я найду в интернете и твой адрес. И поверь, церемониться я не буду.       — Ух, какой прыткий! Что-то случилось?       — Он пропал! Телефон выключен. Я в аэропорту, но информацию о пассажирах они не разглашают. Я…       — А тебе че с этого? Свадьба же уже прошла, или я что-то путаю? Вроде нет…       — Ты издеваешься надо мной? Просто ответь: он звонил тебе вчера вечером или сегодня?       — Неужели старик Ло все же взял свои яйца в кулак и…       — Звонил или нет?!!!       — Господи, да успокойся ты! Сейчас там всех ожидающих рейсов перебудишь. Он не звонил мне, но прислал сообщение пару часов назад.       — Что в нем было?! Что он садится в самолет?       — Нет. Погоди, я посмотрю… вот молодежь пошла, ни во что не ставят старших… и что Ло только в нем нашел, — приглушенно раздавалось в трубке. — Ты тут?       — Да!       — Он написал, что задержится в Италии. Попросил отложить подписание документов на увольнение и съездить показать покупателям квартиру.       — Что? — Санджи показалось, что у него сломались обе ноги разом. Не упасть ему позволила подбежавшая Робин, подхватившая его под локоть.       — Ну, он увольняется из клиники и выставил на продажу квартиру.       — Почему? — еле ворочая языком, спросил Винсмоук.       — Честно? Заебался тебя ждать. Сказал, что больше не может смотреть, как ты по не понятным для него причинам на части рассыпаешься. А потом, когда вы об этой хуйне договорились, и вовсе сник так, что даже лыжное снаряжение продал. Для него горы все, пацан! Собирался уехать в столицу, где-то там ему знакомые клинику посоветовали. Я подробностей не знаю, он со мной тоже так-то не всем делится.       — Но…       — Любит он тебя. Пиздец как… Я бы и позавидовал силе чувств и прочему, вот только, глядя на него, незанятому сердцу радуешься куда больше.       — Но…       — Вряд ли он сел на самолет, раз сказал, что задержится. Если он из вашей хижины свалил, то только куда-то рядом, не домой.       — Спасибо…       — Было бы за что! Слушай, как найдешь его… ты это… напиши мне, лады? Я ваш сериал полюбил всем сердцем, отвечаю! Каждая новая серия интереснее предыдущей! И это… не сдавай меня! Ну… что я тебе о его чувствах доложил… он мне руку откусит, чертов хрен…       — Хорошо…       Санджи отключился, не прощаясь. Робин тут же принялась объяснять парню, что ей отказали в озвучивании объявления, но Винсмоук жестом попросил ее остановиться. Он думал, вычислял, прикидывал, куда Ло мог бы направиться. И положил ладонь на плечо подруги.       — Поехали!       — Но куда?       Санджи не знал точно, что его потянуло в то самое место: интуиция или эмоции. Только глазами Зоро, Робин и Кида он, наконец, смог осознать всю глубину происходящего. Ему вновь было больно, но эту боль нельзя было сравнить с тем, что, как ему казалось, он испытывал последние три года. Страх потерять Ло, едва обретя, холодил руки, мысль о том, что он мог ошибиться в выбранном направлении для поисков — дурманила разум. Агония была сравнима лишь с тем ощущением, которое он испытывал, пока вытаскивал Ло из воды: даже сама мысль о том, что они могут никогда больше не встретиться, разрывала внутренности на мельчайшие частицы.       Робин остановила машину у невысокого ограждения рядом с красивым песчаным пляжем. Санджи вышел из авто, но прикуривать не стал. Лишь уставился на пенные барашки, колыхавшиеся на поверхности воды, стараясь прогнать тревогу.       — Я подожду полчаса. Если ты не вернешься, поеду назад. Хорошо, милый?       — Да… Роби… спасибо!       — Я уже видела тебя любящим, дорогой… но теперь наконец-то увидела и любимым… Мне повезло оказаться сегодня с тобой. Может, ты и не поймешь, но я очень это ценю.       — Я… я люблю тебя, Нико Робин! — улыбнулся Санджи и притянул девушку к себе.       — И я люблю тебя, Санджи, — хихикнула Робин и звонко чмокнула его в щеку. — Иди! Полчаса, помни! После карета превратится в тыкву!       Гостевой дом, о котором перед сном успел рассказать Винсмоук, располагался в самой живописной части побережья. Позади него уплывали за горизонт удивительной красоты виноградники, а перед ним распахивали свои объятья неизведанные глубины моря и даль, где обязательно для каждого припасено будущее. Фигуру нового постояльца Санджи заметил на пирсе, когда еще только подошел к угодьям.       Ло стоял у деревянных перил с зажатой в губах не прикуренной сигаретой и смотрел на дымчатую полоску, соединявшую небо и море. На нем была футболка, которую Санджи купил в «Дресс-Розе». Серая. Та самая, которая якобы случайно досталась Винсмоуку в первый день их пребывания в поместье. Его волосы трепал ласковый бриз, а позолоченные солнцем руки были напряжены от того, как сильно мужчина сжимал пальцы на перилах. Профиль Трафальгара — острый и резкий, лицо, обращенное к яркому небу, казались Санджи будто нарисованными. Он не выдержал и достал телефон, чтобы сделать фото. Получившийся снимок парень тут же разместил на своей страничке.       Он остался на своем месте наблюдать, как Ло тянется в карман за гаджетом. Шельмец явно купил местную симкарту, чтобы оставаться на связи с нужными ему людьми. Даже с большого расстояния Винсмоук сумел заметить, как изменилось выражение лица его человека.       

Там, где небеса соединятся с морем, я найду тебя. Даже если на небе не останется ни одной звезды...

      Преодолеть расстояние не стоило ему ничего. Легкий шаг перешел в бег, и казалось, через несколько коротких мгновений он уже был в объятиях, ставших солеными, стоило Санджи нежно коснуться губами щеки Ло.       — Это было самое глупое, что ты мог только сделать…       — Я не мог остаться…       — Почему?       — Зачем, если ты все еще…       — Поэтому я здесь?       — Нет…       — А почему?       Трафальгар вывернулся из объятий и вновь обратился взором к морю. Санджи обнял его со спины, грудной клеткой стараясь поймать ритм биения сердца человека, решившего пойти на крайние меры, чтобы помочь Винсмоуку осознать свои собственные чувства. А после зарылся носом между его лопаток, когда понял, что их сердца теперь бьются в унисон.       — Я не знаю…       — Не знаешь или не хочешь произносить это вслух?       Ло накрыл ладонью ладонь Санджи и прислонил ее к тому месту на груди, где его пульс ощущался лучше всего. Галоп вынудил Винсмоука улыбаться так широко, как он не делал не то, что в последние три года, а никогда. Трафальгар не ответил, а лишь покачал головой и опустил подбородок к груди.       — Где ты был прошлой ночью?       — В городе… взял чей-то велик в сарае и покатил… надеялся найти место, где можно было бы переночевать, но сезон в разгаре…       — И?       — Сходил в «Плебей»…       — И?       — У тебя есть другие слова в арсенале? — шикнул Ло и развернулся к Санджи лицом. — Вкусно! Мне понравилось… жаль… эм… жаль, что мы не были там вместе.       — Сколько я должен за твой ужин? — усмехнулся Винсмоук и погладил Трафальгара по щеке.       — Завязывай…       Ло вновь отвернулся и уронил локти на перила. Санджи встал рядом и с наслаждением полной грудью втянул густой морской воздух, показавшийся ему сладким, как патока, вопреки распоряжениям природы.       — И что ты делал после?       — Вернулся в дом…       — Где же…       — Я пошел на пляж.       Удивление остро укололо в груди Винсмоука. Он уставился на доктора во все глаза, стараясь справиться уже с собственным сердцебиением. На лице Трафальгара парень заметил лишь тоску и нерешительность.       — Ты…       — Хотел поговорить с морем… но оно и мне не ответило, пацан. Я просидел у камня до самого утра, а потом…       Санджи не поспевал за своими мыслями. Страх снова сковал его, заставив задеревенеть от ужаса. Что могло случиться? Прилив? Спящий на пляже Ло оказался в воде? Кто его вытащил? Как он поборол страх? Парень схватил Трафальгара за запястье в попытках привлечь внимание, но Ло лишь скромно улыбнулся, а голову не повернул, продолжив смотреть на серебристую морскую пену.       — Меня окликнул Луффи. Ты знал, что он плавает каждое утро?       — Н-нет…       — Он пришел освежиться перед сборами.       — Вы…       — Мы дошли только до того места…       — Ты был в воде? — вскрикнул Санджи и потряс Трафальгара за плечо.       — Он был со мной… не отходил. Держал за руку…       — Я убью его… клянусь! Я…       — Он сказал, что мне понравится эта часть побережья зимой. И что ближайший к поместью горнолыжный курорт славится своими спусками и сервисом… но я… сказал, что не смогу…       — Почему? — едва справляясь с тремором, спросил Санджи.       — Все было очевидно, пацан…       Санджи ответить не успел. Телефон содрогнулся от уведомления.       

«Зоро»

      Открывать послание сейчас не хотелось совершенно. Но Винсмоук был уверен, что не получит очередное гадкое замечание. Он смахнул бегунок и обнаружил на экране фото. Только снимок без единой подписи.       — Что там? — опасливо уточнил Ло.       — Смотри…       На фотографии Винсмоук и Трафальгар смотрели друг на друга во время звучания той самой песни. Теперь уже и Санджи увидел то, о чем говорила ему Робин несколькими часами ранее. Такой взгляд невозможно было сыграть. Такое выражение лица — вылепить осознанно. Ло смотрел на него так, как будто дороже в этом мире ничего не существовало. А во взгляде самого Винсмоука было что-то настолько глубокое, что даже он при всей своей поэтичности не смог подобрать для его описания достойных эпитетов. Санджи украдкой взглянул в лицо Ло. Он видел на снимке то же самое.       — Зачем ты приехал сюда? — вместо праздных рассуждений спросил Винсмоук.       — Хотел понять, каково быть с тобой… — ответил Трафальгар и прикрыл глаза.       — И как?       — Больно. Невыносимо… одиноко. Гораздо более одиноко, чем было без тебя.       — Почему?       — Я думал, что ты никогда не сможешь меня полюбить… Я думал… что все закончится, как только свадебный гимн ударит по ушам последней нотой… но…       — А теперь? Что ты думаешь теперь?       — А теперь я думаю, Санджи, что никогда уже не смогу тебя отпустить…       Трафальгар позволил Санджи вновь сменить положение своего тела. Позволил рукам скрепить признание объятьями, разрешил их губам высказать то, что они позже обязательно произнесут друг для друга вслух.       — Комната на двоих? — оторвавшись от Ло, спросил Винсмоук.       — Да… единственная в крыле. Я попросил с лучшей звукоизоляцией, — застенчиво подмигнул Трафальгар и прижал парня теснее.       Санджи положил голову ему на плечо и мужчины вместе обернулись к морю. Место соединения неба и воды искрилось под солнечными лучами ярче света миллиона бриллиантов.       — Я не шумный, — ехидно оскалился Санджи и покинул объятия.       — А вот я — очень, — отзеркалил его ухмылку Ло и опустил руки по швам.       Санджи улыбнулся.       

А после обвил мизинцем безымянный палец на левой руке Ло.