Little Prostitute

Жизнь вновь возвращается к обратному режиму. На следующих конференциях, куда мужчина был приглашён, он уставал раз в пять больше, чем в первый день встречи. Но Ли сам понимал, что эта работа и она требует усилий, для того чтобы результат был оправдан. Поэтому он лишь продолжал трудиться и осваиваться на недельном новом месте. Но было и то, что заставляло его расстраиваться. Джисон снова пропал на неопределённый срок. Соседний номер так и не подавал признаки что в нём кто-то живёт, но лишь иногда мужчина слышал, как Хан напевает какую-то песню, неизвестную для Хо. Заботила его не только работа, а ещё и калифорнийская подстилка, как бы грубо это не звучало. Но реальность есть реальность, и от неё никуда не убежишь. И Минхо сражался внутри себя, пытаясь заставить мозг отказаться от мыслей о худощавом мальчишке с растрёпанными кудрями, что сползали на лоб и делали его ложный образ невинности ещё чище. Мужчина пытался понять – действительно ли парень смог так быстро затронуть его душу и заинтересовать собой, что день теперь не обходится без мысли " А как там Джисон? Всё ли у него хорошо? Поел ли он и сейчас в тепле?". Такого интереса к кому-нибудь Ли не чувствовал давно, поэтому даже пугался, что Джисон стал симпатизировать ему так быстро. Только жаль, что они не смогут остаться вместе, и их счастливому концу не быть. – Минхо, – слышится где-то вдалеке эхом голос, но не может вырвать мужчину из мыслей, – Ли Минхо! – голос раздаётся громче чем заставляет его наконец покрутить головой, чтобы "проснуться" и повернуться на мужчину, что стоит над ним с хмурым видом и бумагами в руках. – Да, я слушаю, – говорит Хо виновато и нервно прокашливается. – С таким подходом к работе мне придётся доложить о вас мистеру Рональду, – также злобно произносит мужчина с щетиной и явной морщиной между бровями, которая видна из-за гнева работника. – скажите спасибо, что на первый раз я этого не сделаю. И прекратите летать в облаках. Мужчина кладёт, почти кидает, бумаги на стол, а затем слишком отточенным шагом выходит из кабинета Минхо, хлопая дверью. Ли лишь усмехается и берёт в руки бумаги, верху которых прикреплён стикер с надписью "подписать до 12:00". "Мда уж. Возомнил себя начальником, хотя сам нихрена не делает, старый идиот" – усмехается Ли вновь и снимает стикер с документов, а затем смотрит на их объём. Что ж, зато работы немного.

***

Время перевалило за восемь вечера, а Минхо только сейчас появляется в своей комнате, долгожданно слыша писк открытия двери. Он устало проходит в номер, закрывая его, снимает давящие лоферы и кидает сумку на прихожую тумбочку. Дальше он проходит к кровати и тут же падает на неё, расплываясь звёздочкой и выдыхая наконец-то свободно, потому что расстёгивает верхние пуговицы белоснежной рубашки и расслабляет чёрный галстук. Но тут же напрягается, когда за стенкой слышит грохот, а затем шипение явно Джисона. Минхо тут же поднимает голову с кровати, а затем продолжает вслушиваться. Шипение опять раздаётся, и спустя пару секунд к нему добавляется мычание парня. Из-за явной заинтересованности к мужчине возвращаются силы, поэтому он вскакивает с кровати, надевает тапочки, в которых обычно ходил по номеру после душа, и направляется к соседнему номеру. Да, глупо, да, нагло сейчас будет приходить, но Минхо хочет. Просто хочет. Когда он закрывает свою комнату, а затем подходит к соседней, то сердце начинает непонятно ускорять ритм, а в голове появляется рой мыслей о том, что сказать при встрече. Но нужного ответа он не находит, так как спустя пару секунд перед ним открывается дверь, а в глаза сразу врезается взгляд чужих шоколадных. Мужчина снова очарован им. – Привет, – неловко говорит Джисон. На нём надет бархатный халат, который на секунду сползает с его плеча, открыв вид на острую ключицу, и приковывает взгляд старшего, чем заставляет парня смущаться. Пока он не опоминается, что нужно поздороваться. – Привет, – отвечает также смущённо и непонятно почему мужчина. Хан отступает в сторону, пропуская Хо вперёд, а затем закрывает дверь, спрятав тёплую улыбку. – Что-то хотел? – возвращается он к собеседнику, что осматривался эти пару секунд в его номере. В целом, ничего различного с его номером, просто небольшой бардак и заставленные тумбочки со столом, на котором лежит куча косметических средств, дающих легко понять своё назначение. – Да, – поворачивается к нему Минхо и заглядывает вновь в глаза, не пытаясь оторваться. Голос его звучит интригующе и заинтересованно. – хотел спросить, как у тебя дела? Джисон теряется порядком от вопроса, чувствуя приятно обжигающий румянец на щеках. Впервые за столько лет им кто-то интересуется и спрашивает, как он живёт? Откровенно говоря – хуёво, но Хо и так об этом знает, поэтому помог тогда. Он наверняка спрашивает его о работе после их разговора, поэтому Хан отвечает спустя долгое время: – Значительно лучше. Клиентов стало немного больше, но они хотя бы есть, поэтому и так хорошо, – и замолкает, не зная, что ещё рассказать. Минхо хмурится и голову вбок немного наклоняет. – Нет, ты не понял. Я спрашиваю, как дела у тебя, – голос становится требовательным, а сам Ли выжидающе ждёт ответа, который получает вскоре. – У меня... Ну, всё хорошо. Вчера в магазин сходил за продуктами, нашёл рамён вкусный, – на этих словах он улыбается довольно, вспоминая вчерашний ужин, – спасибо. Я не знаю даже, что бы делал, если бы не ты, – признаётся он и показывает румянец на щеках, а затем смущённо начинает переминаться с пятки на носок, чем смешит Хо. – Я рад, – тоже улыбается мужчина, а затем выдыхает как-то слишком тяжело, что не ускользает от внимания младшего. – Зато я вижу, что ты очень устал, – наблюдает Хан, сам становясь грустнее, чему удивляется. – трудный день? – Ох, ты даже представить не можешь, насколько прав, – усмехается Минхо. – мне эти бумаги с отчётами уже в кошмарах снятся, – шутит он, но у младшего смеха не вызывает, а лишь сострадательную мордашку, что всем своим видом делает его порядком глупее и милее. Джисон походит к нему и поднимает руки к его плечам, чтобы попытаться хоть немного снять напряжение с мужчины и отблагодарить его. Точно, отблагодарить. Джи отстраняется спустя пару секунд, держа ухмылку, а затем ловит заинтересованный взгляд сверху. Хан перемещает руки на грудь и давит на неё ладонями, чтобы они оба переместились в единственную комнату номера. Минхо с любопытством продолжает идти назад, пока Джисон не толкает его ладонями и заставляет этим упасть на мягкую кровать, что раздаёт громкий скрип. – Хан, ты что собрался делать? – хмурится Хо, уже намереваясь встать, но его тут же ладонью пригвоздевают обратно, заставляя лечь окончательно и не двигаться. – Ты помог мне – я помогу тебе, – говорит Джи, чем заставляет напрячься мужчину больше и подать голос снова. – Джисон, нет. Мы уже об этом говорили, – протестует он, собираясь вновь встать, но кудрявый возвращает его на место, садясь на бёдра и вырывая из мужчины громкий выдох. – Ты может и сказал об этом, но мне не дал право выбора, – говорит он, уже окончательно взбираясь на Минхо и руки положив на пресс, чувствуя твёрдость от напряжения. Хо просто сдаётся. Падает перед этим мальчишкой, давая ему свободу действий и разрешение руководить процессом затеянного. И когда он действительно отвлекается от мыслей про работу и другие обязанности и чувствует холодные руки на себе, то понимает, что слишком нуждался в разрядке. Джи поглаживает его пресс, царапя ноготками, чем начинает заметно возбуждать, а затем спускается к ширинке брюк и расстёгивает молнию, на что слышит сверху тяжёлое дыхание, заставляющее его улыбнуться. – Расслабься. Я знаю, что делаю, – поворачивает он голову к старшему, что всё это время пилил его взглядом, а затем подмигивает. Минхо усмехается и откидывает голову на покрывало, ожидая действий младшего. Тот вновь возвращается к ширинке, расстегнув полностью и попросив Хо помочь их снять, на что тот в спешке начинает избавляться от предмета в руках. А затем также быстро избавляется от боксеров. Джисон облизывается перед открывшейся картиной, а затем берёт член в руки, проводя по органу вверх-вниз и вырывая из мужчины первый тихий стон, чем вызывает у кудрявого улыбку. – Боже, – шепчет Минхо, на что Джи продолжает хихикать и шепчет в ответ: – Я не Боже, но спасибо. В ответ он слышит такие же тихие смешки, но возвращается к начатому. Хан касается головки большим пальцем, кружа вокруг неё, а затем наклоняется и лижет коротко. Минхо вновь издаёт стон, только уже громче, давая парню зелёный свет того, что ему понравилось. Джисон совсем наклоняется к органу, приоткрыв рот, и захватывает его наполовину. Умелые рот и пальцы дарят мужчине глотки наслаждения, которое разливается по всему телу приятным теплом, и заставляют старшего всего извиваться на уже скомканной постели и взяться за черные пряди напротив него, что скрывали самую сладкую картину, а также продолжать издавать приятные для ушей звуки. Спустя пару минут, когда рот Джисона переполняется слюной, перемешанной со смазкой, вытекающей быстрым и сильным потоком из-за долгого перерыва в сексе, Хан отстраняется с громким чмоком, перебивая голос Минхо, а затем встаёт с мужчины, чем приводит его в короткое недоумение, но слышит тяжёлые вздохи, когда Джи начинает снимать одежду. Младший развязывает пояс халата мучительно медленно, чтобы подразнить и этим же возбудить Хо ещё больше, хотя тот, судя по виду, уже находился не с ним. Джисон усмехается над лежащим перед ним брюнетом и позволяет себе маленькую улыбку, что так не вяжется с нынешней ситуацией. Когда бархатный халат остаётся неаккуратно лежать на полу, то парень возвращается к старшему, кидает рядом с ним блестящий квадратик, и садится к уже соскучившемуся члену и, Джисон надеется по крайней мере, Минхо. Горячее тело по сравнению с его всё ещё холодным и не таким возбуждённым создают контраст, который заставляет табун мурашек пройтись по спине приятным ощущением. – Можно мы поменяемся местами? – спрашивает Джи у мужчины. До того слова долетают слишком долго, но затем он с тихим и хриплым голосом отвечает: – Конечно, Хан-и. Джи покрывается лёгким румянцем от обращения. Ни разу его так ни один клиент не называл, ведь обычно это было либо обзывательство, либо просто любое игнорирование кудрявого и самостоятельное видение процесса, где Джисон чувствовал себя чуточку легче, чем когда назвался "сукой". Младший настолько застрял в своих мыслях, что не заметил уже стоящего и ждущего его мужчину, который мягким движением коснулся его талии и положил на кровать аккуратно. Джисон благодарно кивнул ему. Минхо нависает над ним и всматривается в глаза внимательно, боясь упустить в них хоть малейшую каплю неуверенности и несогласия. Но шоколадный взгляд только дурманит голову ещё больше своей красотой, и глаза переливаются в блеске и темноте комнаты, что Хо голову сносит от его прекрасности. "Чудесный, просто невероятный. Что же ты творишь со мной?" Старший нащупывает на кровати упаковку и быстрым движением открывает. Когда оба в нетерпении, то Минхо снова нависает над ним и задаёт вопрос, от которого зависят их будущие действия. – Готов? Я всё ещё настаиваю... – забывает мужчина про своё возбуждение на момент, но ценит сейчас больше комфорт и согласие партнёра. – Давай уже, – жмурит глаза кудрявый и недовольное лицо строит, на секунду становясь для старшего ещё милее, чем в обычное время. Хо тихо угукает. – Тогда я вхожу, – говорит он и перемещает руки на талию парня, у которой страшно видны рёбра, но Ли тут же поднимает взгляд обратно, чтобы не зацикливаться на кошмарной худобе. Джи снова цокает. – Постучаться не забудь, – и вырывает из брюнета смешок, на секунду расслабляя напряжённую атмосферу в темноте их обстановки. Хо убирает одну руку с талии и перемещает её на бедро, что он мог обхватить кистью руки, но даже так стройные ноги казались чудесно привлекательными. Когда ноги чуть-чуть разводятся в сторону, а сам парень под ним в терпении ждёт сладкого часа, то Минхо медленно входит. Стенки вокруг него плавно расширяются, словно разрешают и пускают войти, а сам Джисон издаёт тихое мычание. Мужчина сам издаёт приятный стон, не сдержавшись. Толчки плавные, даже тягуче медленные, ведь они никуда не спешат, а проследуют лишь собственное удовольствие. И это наслаждение видно по обоим. То, как Хо начинает рвано дышать, загоняя член глубже и то, как Джисон под ним издаёт стоны, сводящие с ума Ли, как он шире раздвигает ноги и своим видом возбуждает ещё больше, хотя оно и так на пределе. Сам Джи не остаётся без внимания брюнета, поэтому спустя пару толчков ему на шею приземляются мокрые поцелуи старшего, и голос становится более хриплым из-за учащающихся стонов. Хан плавится от ощущения Минхо в себе и на себе, словно скоро тот заберётся в самую душу, что как будто скоро должно произойти из-за его глупой начавшейся симпатии к человеку напротив, что сейчас с таким удовольствием покусывал его вставшие соски, а затем облизывал также мокро и бессовестно, словно тоже не против был бы завладеть кудрявым. В ответ на ласки мужчины Джи обвивает Ли вокруг пояса и притягивает, давя и показывая, что хочет ещё и ещё, чтобы Минхо не останавливался, ведь такие приятные ощущения во время близости он не ощущал ни с кем. И это заставляло дрогнуть сердце. Джисон впервые именно занимается любовью, где каждое касание отдаётся мурашками, а каждое движение дарит приятные ощущения. Наконец-то он чувствует себя хотя бы фальшиво, но любимым. Минхо ни на секунду не ускоряет ритм толчков, но это не расстраивает, а наоборот – от этой медлительности хорошо обоим, она завязывает узел возбуждения, которое Хан не чувствовал вот уже несколько лет. Это наталкивает на странные и непривычные мысли. – Ммм, – произносит Ли протяжно рядом с ухом, будто шепчет, от чего у младшего пальцы на ногах подгибаются, ведь голос ни чуточки не противный и отталкивающий, а пропитанный таким же чувством и искренностью. Внутри разливается тепло, и неожиданно для себя Джисона окутывает приятная нега. Он кончает. Никогда прежде с клиентами он этого не делал, ведь не получал того удовольствия, что получали они. Тело будто ждало этого момента ласки и аккуратности, что не выдержало и выплеснуло всё накопившееся. – Ахуеть, – шепчет кудрявый, чем заставляет тело напротив напрячься и начать волноваться. – Что такое? Я сделал что-то не так? – спрашивает старший и берётся за щёки, которые осунулись из-за явных голодовок парня. Но ему сейчас нет до этого дела. Ведь Джисон улыбнулся. Улыбнулся ему благодарно и так нежно, чем заставил сердце брюнета разбиться на мелкие кусочки в тысячный раз. Губы были растянуты неподдельно радостно, в улыбке не было грусти. Была лишь та благодарность, которую хотел передать ему Джи. – Спасибо, – повторяет он уже вслух мужчине, держа уголки губ вверх. – Это я должен сказать тебе "спасибо", – мотает по сторонам головой Ли и дарит ему ответную улыбку, наполненную всё той же заботой, хоть и на этот момент, пока они рядом друг с другом. Кудрявый так и продолжает держать губы растянутыми, прикрывая глаза. И засыпает. Минхо тихо хихикает с него и встаёт наконец, чтобы убраться после такого приятного для обоих момента. Когда комната остаётся прибранной, а парень лежит укутанный заботливо Хо одеялом, то старший в последний раз смотрит на него и залипает как в первую их встречу. Джисон невероятный. Просто прекрасный и очаровательный парень, который хоть и притворялся свободным и сильным, но дал слабину и показал, что на самом деле тот ещё пушистый зверёк, который нуждается в ласке и, хоть и временной и ненастоящей, но любви. Мужчина снова проигрывает внутреннюю битву с собой, поэтому подходит к кровати, нависая, убирает вспотевшую чёлку со лба, а затем целует в лоб нежно, словно прикосновение бабочки. И покидает комнату, унося за собой клубок запутанных чувств.