Ответственность на хрупких плечах

На дороге посреди густого леса одиноко стояла высокая чёрная машина с тонированными стёклами. О ней явно очень заботились, не жалея времени и средств. Ни пылинки на тёмном фоне, точно вот-вот с мойки забрали и оставили тут. Она блестела идеально ровным покрытием без царапин. И среди тихой картины вокруг такая машина выглядела просто дерзко и неуместно. Как павлин в курятнике. Странно, откуда она могла здесь взяться? Хозяина нигде не наблюдалось. Транспорт бросили будто чуть ли не во время движения, сорвавшись галопом куда-то. И догадку подтверждала беспечно открытая настежь водительская дверь. Чудом, что её вовсе не выломали, хотя были способны. Сейчас всё мирно. А вот ещё относительно недавно земля содрогалась от немыслимой силы. Можно логически предположить, что это просто движение тектонических плит, вот только причина далека от естественности обычного явления природы. И деревья в округе, ставшие её свидетелями, тряслись в ужасе вместе с поверхностью, лысели на глазах, разбрасываясь зелёной листвой, опасались за собственную судьбу стать одним из павших собратьев по несчастью. Животные боялись не меньше. Их дом мог с лёгкого взмаха чужой руки превратиться в могилу. Мощность, подобная этой, доступна, пожалуй, только настоящей божьей каре. Вот только что божественной каре понадобилось бы в такой глуши? На горизонте появился невысокий молодой парень. И несмотря на неторопливость и спокойствие, выглядел он также дерзко, как и машина. Чёрные обтягивающие брюки, тонкая полоска чокера на шее, белая рубашка с закатанными до локтя рукавами, открывающими обзор на сеть голубоватых вен под кожей жилистых запястий, и портупея, окольцевавшая его стройное тело змеёй. А как вишенка на торте — кожаные перчатки с вырезом на ладони. Можно подумать, что он сошёл прямо с обложки модного журнала, но его происхождение отличалось ещё меньшим реализмом. Парень неспеша вышагивал по пустой дороге, насвистывая только ему известную мелодию. В волосах горел огонь, грозясь вспыхнуть настоящим пожаром. Шляпу, по обыкновению скрывавшую эту особенность, он оставил в автомобиле. Единственное, что немного выбивалось из умиротворённой обстановки, — это находящийся без сознания человек на плече у парня. Чуя нёс своего пойманного бывшего партнёра словно мешок картошки, купленный на рынке за бесценок. Иногда чуть подкидывал его, менял плечи, хоть в этом и не было необходимости. У Накахары достаточно выносливости, чтобы донести одного дистрофичного суицидника до своей машины. Справедливости ради, Дазай за эти годы всё-таки набрал массы. У него всё ещё были сложные взаимоотношения с едой, в прочем, как и со всем остальным в этом мире, однако он больше не мертвенно бледен и вполне соответствует нужному весу. В остальном внешность Осаму не изменилась вообще никак. Чуя долго думал, насколько ощутимо нынешний предатель Портовой Мафии будет отличаться от него же, только из прошлого, и пришёл к удивительному выводу, что скумбрия остался прежним. Да, чуть вытянулся, будь проклята эта шпала-небоскрёб, чуть повзрослел, но если дать незнающему две фотографии с рызрывом в четыре года, то тот вряд ли поймёт, что не так. Хорошо сохранился. Кинув спящую тушу на задние сидения, Накахара пошарил по карманам его серого пальто и достал оттуда телефон. Лазить в мобильнике Чуя не стал бы, к тому же там наверняка какой-то замудрённый пароль, придуманный больным воображением Дазая, так что он просто выключил его и бросил куда-то на пол. В брюках нашлись ключи с нелепым брелоком да фантик от конфеты, что сразу же присоединились к телефону. На изнанке пальто никаких скрытых петелек и карманов не было, а сам Дазай под ним одет в тонкую синюю водолазку с высоким горлом, в которой ничего спрятать было нельзя. Чуя на всякий случай всё равно прощупал его. Пусто. Выроненный пистолет валялся где-то далеко. Его не стали подбирать за ненадобностью. Предателю он больше не понадобится. На этом можно и закончить осмотр, но наученный горьким опытом Накахара не остановился. И, сняв с чужих ног ботинки, понял, что оказался прав. Под стелькой лежали лезвия. Что-то остаётся вечным. И бесконечные уловки Дазая входят в это что-то. Удивительно только, почему дурак бросился убегать. Чуя сперва ожидал, что, поняв, кто за ним пришёл, Осаму выйдет из машины и будет как ни в чём не бывало насмехаться над ним. Потому что так всегда и происходило. Враг окружал Дазая, а он, ни чувствуя ни капли страха, паясничал под дулами огнестрелов, если другого выхода не было, и Чуе приходилось вытаскивать его из неприятностей. А тут поджав хвост полетел вперёд. А после ещё и скрыться пытался. Такого раньше не происходило. С задумчивым видом Чуя запустил руку уже без перчатки в тёмно-каштановые локоны. Мягкие. Забавно, в свои подростковые годы Дазай мог без проблем не мыть голову чёрт знает сколько времени, если случался завал на работе. А теперь его волосы наконец-то получали должный уход. У Чуи тоже ухоженная причёска, но шевелюра Дазая по ощущениям напоминала больше пух. Каким шампунем он пользуется? Надо будет спросить при первой возможности. Осторожно перебирая корни спутанных волос, Накахара рассматривал чужое лицо. Его нехило потрепала прогулка по лесу. Царапины, застрявшие ветки и листья в голове, потрескавшиеся губы. Особенно выделялась багряная дуга на щеке. Она не сильно кровила и не представляла опасности, а от заражения инфекцией Дазай умрёт разве что где-то в параллельной вселенной, где не привык выживать даже в самых отвратительных условиях, так что беспокоиться ни к чему. Он плохо спал в последнее время, если судить по синякам. Это тоже осталось без изменений. Спустя время пальцы в волосах наткнулись на что-то холодное и твёрдое. С хмыком Накахара вытащил несколько заколок-невидимок. Так и думал. В бардачке лежал большой квадратный пластырь. Он прихватил его с собой на такую важную встречу, но и не подозревал, что будет использовать прямо по назначению. И вдруг очень удобный случай подвернулся. Наклеивал медицинский лейкопластырь на пострадавшую правую щёку Дазая он со всей имеющейся мстительностью. — За все те разы, когда ты мне усы несмываемым маркером рисовал во сне. С чувством выполненного долга мафиози выбрался из салона и потянулся, разминая затёкшую спину. Чуя с превеликим удовольствием бросил бы Дазая в багажник, чтобы того немного покатало на американских горках, да вот только Босс настоятельно попросил доставить его в приличном виде. Какая жалость. Он мог бы просто взять и поехать к тому месту, откуда бы их благополучно забрали, но сначала нужно отчитаться на счёт выполненного задания. Ну, точнее похвастаться. Оперевшись о машину и глядя на окружающие сплошь и рядом деревья, Накахара слушал короткие гудки телефона. В пальцах он держал зажжённую сигарету, из которой переодически затягивался и выпускал ровные кольца дыма. Леса здесь всё-таки красивы. Тёмные, густые. И пахнут приятно. Не хотелось их портить, но миссия важнее. Как только на другом конце раздалось дежурное "слушаю", Чуя чётким голосом с гордостью сообщил: — Цель захвачена и жива. Собираюсь двигаться дальше. И после одобрительного звука, Накахара хотел попрощаться и бросить вызов, как делал сотни раз до этого, но его намерения прервали: — Ты молодец, Чуя. Но цель ещё не полностью захвачена, — легко ответил Мори, словно и не произносил самой противоречивой вещи на свете в данный момент. Чуя от удивления чуть с матом не выронил сигарету, но вовремя спохватился. Негоже вести себя так неподобающе перед вышестоящим. — Что вы имеете ввиду, Босс? Придурок Дазай сейчас бесстыже пускает слюни на обшивку моего авто. По-моему, он вполне себе пойман. Послышался тихий весёлый смех. Мори был в очень хорошем настроении ещё с того момента, когда ему позвонил отряд разведки и доложил, что поздним вечером они обнаружили некто очень похожего на знаменитого Чёрного призрака Портовой Мафии прямо во время задания в штате Мэн. Однако сейчас? Сейчас в нём поднимался настоящий триумф, который невозможно не заметить, и Чуя не совсем понимает его причины. — Тебе скинут адрес нашего блудного мафиози. Там будет кое-что важное, и это нужно также привезти сюда. Отдельно от Дазая. Чуя не представлял, что может быть настолько важным в доме предателя. Когда тот бросил Портовую Мафии, он не украл никаких секретных документов или вещей. Просто исчез без следа, как будто его и не существовало. — И что же это? — с подозрением спросил Чуя. — Ты поймёшь, когда увидишь. Будь аккуратен, — и Мори закончил звонок. Босс снова загадочно плетёт паутину интриги. И Чуя — одна из её частей. Значит, будет интересно. Дотлевшую до фильтра сигарету он бросил и раздавил носком туфли. Курить больше не было желания, а вот узнать, что прячет Дазай — ещё как. Переведя взгляд на мирно лежащего в машине предателя, Накахара гадал, что бы это могло быть. Оружие, созданное опасным эспером? Информация обо всех врагах Мафии? Ну чем чёрт не шутит. Дазай ещё в подростковом возрасте являлся серьёзным противником с кучей скелетов в шкафу. Некоторые из них напарник всё-таки показывал Чуе, но большинство утаивал на дне Марианской впадины. И Накахара, в отличие от некоторых, не суицидник, чтобы с головой бросаться туда. Грудная клетка Дазая тихо вздымалась. Даже слишком тихо. Но Чуя привык к таким особенностям, пусть сначала и возникали затруднения. Когда Накахара впервые увидел спящего парнёра, то принял его за мёртвого: вот настолько он незаметно дышит, не находясь в сознании. Прекрасный контроль тела и всё такое. А у Чуи тогда сердце в пятки ушло. Тот ещё и бледным был как поганка. Настоящий живой труп. — Иногда Босс слишком загадочен, — у Чуи нет активных собеседников, но отчего-то он уверен, что и так будет услышан краем чужого сознания. — В этом вы с ним похожи. Оставить машину с похищенным Накахара не мог. Мори доверил эту миссию именно ему, а не кому-то другому, так что мафиози не имел права оплошать. Тонировка и высота машины помогут скрыть вырубленного. И если что, то он просто довозит своего упитого в хлам друга до дома. Почти правда. — Ты слишком расслабился, Дазай. Тебе ли не знать, почему предателям Портовой Мафии нельзя расслабляться, — мрачно посмеялся Чуя, заводя автомобиль и трогаясь в путь по скинутому адресу.

***

Спустя время он был на месте. И...Ну...Это точно не ошибка? Дом бывшего напарника встретил его своим красивым видом и клумбами разных пахучих цветов. Ухоженный газон, ягодные кустики, каменная дорожка, ведущая к ступенькам аккуратного здания. Качели и горка во дворе. Сзади дома находился бассейн с беседкой и зоной барбекю. Всё это скрывал резной металлический забор, через который, впрочем, пробраться повелителю гравитации не составило труда. Что за хрень. Уж чего-чего, а райского уголка он не ожидал от самого молодого члена исполнительного комитета преступной организации. Может, не те координаты скинули? Хотя вряд ли, у них никогда таких идиотов не работало, чтобы испортить точный приказ Босса. Дазай не в счёт. Однако с чего бы человеку, который только в шестнадцать перестал жить в грузовом контейнере, переезжать в эту американскую мечту? Да хер с ней, с неподходящей к характеру Дазая жилплощадью, в которой для пущей сказочности не хватало лишь радуги и разговаривающих животных. Как тупорылый бинтованный мудак вообще додумался жить в таком ярком, привлекающем внимание месте? Да среди строгих серых зданий этот игровой кукольный домик выделялся будто белая ворона! Чуя и сам был любителем обратить все взгляды окружающих на себя, но, извините, во-первых, он не в бегах от мафии и кучи других недоброжелателей. Во-вторых, даже если у него и есть враги, то Накахару со Смутной Печалью остановить не могло почти ничего в этом мире. И в-третьих, он не позиционировал себя как тёмного лорда-вундеркинда, или какое ещё там прозвище Дазаю выдумали, пока предатель не свалил. Это ж дойти до такого решения нужно было! Он в своём США совсем последние мозги растерял? Ладно имя не сменил, ну мало ли, сколько ещё Дазаев Осаму обитает в этой стране, но его вообще не смущает, что даже в благополучном и явно недешёвом районе его жилище выглядит как дворец принцессы? Покрасил бы в розовый, добавил бы блёсток, ну чего мелочиться? Или это у него такой новый способ убить недоброжелателя без прямого контакта? Если да, то весьма успешный, потому что Чуя действительно при одном лишь взгляде на здание чувствовал себя нехорошо. Удивительно. Дазай в отрубе, он ни слова не сказал и ни одной пакости не сделал, встретились после долгой разлуки они всего часа два назад, а Чуя уже готов упасть в обморок или словить инфаркт. Это талант, бесспорно. Умение так заковыристо гадить людям в любом состоянии даровано только с рождения. Ступая осторожными шагами по каменной тропинке, Чуя на полном серьёзе остерегался мины или падающей гильотины. Хоть чем-то выбор этого проклятого домика должен быть обоснован. Всё было умиротворённо. И это напрягало. От двора здание отделяла прочная стальная дверь, под которой лежал коврик с приветливой надписью "Welcome home". Однако что такое прочность, если в дело вступает Накахара Чуя. Так что, не продержавшись и одного удара, преграда шумно упала с петель, открывая ему вид на дом изнутри. Отвратительный вид. Твою мать, хватит с него. Он возьмёт отпуск после этой миссии. Пусть Босс хоть злится на него или угрожает, но это уже чересчур. Потому что изнутри всё тоже выглядело слишком хорошо, чтобы быть домом Дазая. Чисто, но вовсе не пусто, уютно, так по-домашнему, что аж тошно. Светло. Он не прошёл дальше прихожей, но хочет выйти и забыть увиденное. Зеркало в коридоре показывало, насколько выбит из колеи Чуя. Он, честно, пытался привести себя в порядок. Лёгкая атмосфера вокруг давила на него хуже пыточных в подвалах Портовой Мафии. Ещё и эти картины с какими-то насекомыми и десертами. Почему бы не повесить что-то осмысленное? Словно в ответ на недовольство мафиози, его взору попалась непонятного происхождения картина. Там сидящий на слишком высоком стуле рыжий чухуахуа с пучиглазым взглядом и высунутым языком вальяжно положил тонюсенькую лапку на стол с бокалом красного вина. Чуе почему-то не понравилась эта картина, хотя собак он любил. Однако Накахара быстро напрягся и сосредоточился на задании, когда почувствовал это. Кто-то ещё был внутри. Он никого не слышал и не видел, но чувствовал живое существо. Была ли это способность Арахабаки или уже отточенная часть мафиози, Чуя не знал. И всё же голос в голове подсказывал, что в доме сейчас затаился человек, а он склонен верить своим ощущениям. Это прятал Дазай? Укрывал ещё одного несчастного, за которым охотился сам Босс Портовой Мафии? И бывает же такое. Забавно. Два слабеньких индивидуума сдружились и теперь живут вместе в постоянном страхе, каждый день дрожа от мысли, что их поймают. Учитывая, что один из индивидуумов бывший мафиози, то Чуя даже не старался предполагать, кто был вторым. Это как угадывать одно конкретное число из миллиона. Вот теперь можно и отыграться за ужас, испытанный им во время пребывания здесь. Даже осмотрев всё с ног до головы, он вряд ли найдёт нужную персону. Вот в чём Чуя точно уверен, так это в том, что Дазай продумал место для пряток на случай подобного поворота событий. Вокруг была гробовая тишина. Значит, воспользуемся другим путём. Как там говорилось? Если гора не хочет идти к Магомету, то Магомет пойдёт к горе. В данном случае, скорее, Магомет в лице Чуи просто заставит гору упасть с грохотом к собственным ногам. Итак, у него появился повод избавиться от этого места. Злобная ухмылка сама налезла на лицо. По-хозяйски пройдя в середину дома с руками в карманах, Чуя для проверки громко сказал: — Ну выходи, я тебя не обижу, даю слово. Ни шороха. Но его точно услышали — звуки нормально так отражались от этих стен, да и чтобы точно знать, когда безопасно выходить из укрытия, нужно быть в курсе происходящего. Может прямо в этот момент его видят через какую-то щель. Чуя представлял, как жалкий человечишка сейчас жмётся в маленькой потайной комнатке, старательно закрывая рот, чтобы не издать лишнего вздоха, и азарт доверху залил ему грудь, разогревая каждую клеточку тела. С охотой на напарника из прошлого это, конечно, не сравнится, но как сладкое с чаем после сытного обеда вполне подойдёт. — Если не хочешь показываться, то можем сыграть в прятки! Я очень в них хорош. Вот теперь человечишка ещё и дрожит. Он не сомневается в своём месте. А вот в способности скрываться не очень. — Условия таковы: я считаю до десяти и разношу весь этот дом к чертям, — после этого Чуя с силой ударил по ближайшей стене кулаком, оставив крупную дыру в посыпавшейся на мелкую крошку поверхности. — А если тебя задавит обломок, то я не виноват. Да, Босс приказал доставить цель и, соответственно, его "кое-что" в целостности, но им знать это необязательно. — Раз! — начал отсчёт Накахара, и дыра появилась уже в другой части стены. Молчание. — Два! — разбилось зеркало. Кучи осколков хрустели под ногами Чуи. Всё ещё без ответа. — Три! — полочки с цветочными горшками попадали вниз, здание ходило ходуном. Скоро оно сложится как карточный домик. Накахара не оставит здесь и камня на камне, если потребуется. И тогда у человечка не останется другого выхода, кроме как выйти из укрытия. Сбежать, подобно крысе с тонущего корабля. Когда собирался прогреметь четвёртый удар, откуда-то послышался грохот. Мигом Чуя оказался в просторной комнате, шаря глазами. Это был зал. Диванчики с подушками, стеклянный столик, телевизор. В углу лежал упавший пылесос. И вряд ли несуществующий сквозняк был причиной. Тогда где же виновник? Этот дом явно скрывал многое. И людей, и скрытые проходы. Человечек с обычными физическими данными не может так быстро перемещаться без какого-то способа, что даже Чуя не в силах отследить движения. И он не эспер, по крайней мере, не по части скорости, иначе бы просто воспользовался способностью и сбежал отсюда. И где он тогда? Признаться честно, дальнейшее оказалось неожиданностью. Накахара будет до конца жизни вспоминать этот момент и удивляться ему как в первый раз. Он хотел вернуться к разрушению и счёту, но что-то было не так. И если бы не рефлексы убийцы, то Чуя даже не почувствовал бы колебания воздуха сзади. Резко развернувшись для блокировки удара, он замер. Вот теперь мафиози точно ненавидит этот дом и всё, что с ним связано. Перед ним стояла маленькая девочка. Обычная маленькая девочка с сумкой через плечо. С тёмно-каштановыми лохматыми кудрями, серыми хмурыми глазами, одетая в безразмерную полосатую кофту и штаны. В ней не было пугающей ауры или чего-то тёмного, что он видел у детей, принятых в Портовую Мафию. Обычная. Что этот ребёнок делает у Дазая? И главное, кто она вообще? — Какого- Выругаться ему не дали. Тело прострелило болью, лишая всех органов чувств. Горло сдавило спазмом, так что даже крик не смог облегчить незавидную долю Чуи. Он лишь дёргался в конвульсиях, стараясь не задохнуться. Одновременно с болью раздался треск настолько громкий, что у стоящего рядом стреляло в ушах. Мерзавка, вредно высунув язык, ударила его электрошокером прямо в сгиб открытого локтя и удерживала своё оружие до последнего. Под "до последнего" имеется ввиду больше минуты. Больше минуты она мучила его, пока заряд не кончился. Что это за шокер такой, и из какой адской дыры девчонка его вообще достала? Все волосы Чуи встали дыбом. Пошатнувшись, мафиози еле держался на ногах и ориентировался в пространстве. Поражённая рука онемела, а на месте удара наливалось красное пятно. Накахара был в шоке. И девочка тоже. Она непонимающе переводила взгляд то на небольшое устройство в ладони, то на нежелательного гостя в своём доме. А затем пустилась наутёк. Очнувшийся Накахара попытался схватить подлючую девку за волосы здоровой конечностью, но не успел. — Ах ты маленькая... Что за день такой. Сначала Чуя бегал за больным на голову суицидником по всему лесу, попутно раскидывая деревья поблизости, а теперь за каким-то противным ребёнком, который всадил ему всю мощность своего не смертельного, но ужасно болючего оружия. У него уже дёргался глаз. Одна неприятность за другой. В коридоре девчонки уже не оказалось. Сказать, что Накахара был зол, значит назвать Солнце лишь лампочкой. Мафиози искрился яростью, она окутывала его также плотно, как и багряный свет от Смутной Печали. Контролировать себя стало сложно. Ему хотелось просто поднять на воздух всё проклятое здание, но тогда пострадает и ребёнок. А Босс запретил. Это единственное, что сдерживало его. Помни, Чуя, задание превыше всего. Нужно подумать. Куда опять она могла деться? Логично, что скрылась в комнатах где-то впереди. Но логики во всей ситуации и в помине не было. Этим девчонка ему кого-то напоминала. Кого-то такого же скользкого и хитрого. Того, кто даже будучи в полусознательном от снотворного состоянии умудрялся проворно петлять по лесной чаще, путая Накахару, пока он сам не поймал этого человека мощным рывком. Путать. Девчонка также его путала. Повинуясь непонятному порыву, вопреки всему здравому смыслу, Чуя тихо вернулся в зал. Она была здесь. Мерзавка пыталась выбраться через окно, уже спустив одну ногу вниз. Поняв, что её заметили, та хотела спрыгнуть, но мелочь схватили в охапку быстрее, чем она даже вдохнула. Куда там ребёнку до профессионала. Даже умному ребёнку. — Пусти, ублюдок! — кричала малолетняя дрянь, брыкаясь и царапаясь как дикое животное. Она особенно метко целилась во всё ещё болящее от шокера место. Прозорливая маленькая тварь. — Нет уж, — с кривой ухмылкой Накахара сильнее сжал в стальном обруче захвата хрупкое тело, вызвав громкий визг. — Ты пойдёшь со мной. В ответ девочка усилила сопротивление, пустив в ход зубы. Он мог бы вырубить её, да вот только не совсем уверен, что рассчитает силу удара на мелкую. В противном случае ребёнок лишится головы или останется со сломанной шеей. А он, несмотря на причинённую боль, калечить её не хотел. Вторую порцию снотворного Чуя с собой не взял, так как знать не знал, что нужно будет поймать ещё одного вертлявого бегуна. Да и доза не рассчитана на ребёнка изначально. Наручники большеваты для столь тонких запястий. И их он с собой тоже не взял. Тут есть какая-то верёвка или что-то в этом роде? Невозмутимо прогуливаясь по дому с орущей мелочью на руках, мафиози открывал шкафы и искал что-то подходящее для связывания. Пояс от халата был слишком гладким, ремень плохо гнулся. Он перемещался из одной комнаты в другую и ничего не находил. Когда Чуя открыл дверь в детскую, а это точно была именно она, девочка внезапно замерла. — Что ты хочешь здесь найти? Пошёл прочь! — раздражённо бросила она, в очередной раз ударив по животу Накахары. — Ну почему ты такая противная? Не кипятись, я у тебя лишь украду кое-что. Девочка с расширенными от ужаса глазами вцепилась ногтями ему в открытую кожу, оставив кровоточащий след. Ребёнок боится за свои игрушки, как мило. Их, кстати, было немало, так что Чуя вполне понимал её волнение. Коллекционные фигурки, настольные игры, огромная плюшевая панда во весь рост, множество других мягких игрушек, конструкторы, комиксы, компьютер, приставка, паровозик с машинами, маленькая модель города, материалы для рукоделия, наборы юного учёного, косметика, тапочки в виде кроликов, шкатулка с браслетиками. Чего здесь только нет. Такое чувство, будто кто-то скупал годами каждую новую партию детского магазина, оставляя других малышей ни с чем. Девочка подозрительно наблюдала за осмотром её комнаты, каждый раз остервенело царапая Чую, если он подходил слишком близко к одной из многочисленных игрушек. Это всё подарил ей Дазай? Удивительно. И с какой стати? В последний раз, когда Чуя проверял, член исполнительного комитета не очень жаловал ребяческие капризы в своём окружении. И детей в принципе, хоть и сам являлся малолетним дитём по сути. Акутагава может подтвердить. Мальчик в первые же дни чёткого руководства правой руки Босса загремел в медпункт со сломанной ногой. Дазай тогда объяснил это случайностью во время тренировки. Босс особо не спрашивал, разрешая своему протеже развлекаться как хочется. Рюноске молча выздоравливал и во все последующие "случайности", чтобы поскорее вернуться на дрессировку. А Чуя не лез в методы воспитания суицидального психа. Акутагава ему нравится, но вряд ли Накахара поступит по-другому даже в случае шанса вернуться в прошлое. Потому что если мешать Дазаю что-то сделать, то он всё равно рогами упрётся, но вытворит херню, только в несколько раз хуже изначальной. Контроль над Чёрным призраком Портовой Мафии не подвластен даже главе Портовой Мафии. С ним мало кто хотел оставаться дольше необходимого, опасаясь навлечь на себя нездоровый интерес. Однако эта девчонка мало того, что живёт как в сказке, так ещё и полностью довольна быть рядом с человекоподобным существом, которое согласно только официальным данным из отчётов сгубило более сотни людей, находясь на должности лидера секретного подразделения. После его предательства оно было расформировано и большая часть информации о деятельности в нём затерялась, так что Чуя не смог ничего откопать, хоть и имел статус в организации. Чем Дазай ещё там занимался кроме расследований, раз все его подчинённые по струнке ходили, знает только сам ублюдок и Мори. Босс же на все вопросы о своём непутёвом подчинённом только загадочно улыбался и пожимал плечами. Пока протеже не по его душу, пусть творит бесчинства сколько угодно. Всё равно рост Портовой Мафии шёл в гору как раз из-за методов Дазая, зачем препятствовать? В результате Дазай прославился не только статусом самого молодого члена исполнительного комитета Портовой Мафии, но и количеством жертв и преступлений, произошедших по его вине. Такая кровожадность вселяла трепет даже в Арахабаки внутри Чуи, что уж говорить об обычных мафиози-шестёрках. Отсюда и пошли байки о бессердечном монстре, который распотрошит даже родственника без колебаний. А тут выясняется такое. Жестокий маньяк и забота о ребёнке. И вроде даже именно забота, а не манипуляция. Иначе зачем бинтованная мумия годами строила игрушечную империю вокруг мелкой, а не по обыкновению навешивала лапши на уши? Детям достаточно и улыбки, чтобы привязаться. А если это и манипуляция, то в чём её смысл? Девчонка бесполезна, за всё это время она не продемонстрировала ничего интересного из арсенала способностей. Похоже, у неё не было дара. Сей парадокс волновал больше, чем подозрения по поводу планов Мори на беглецов. — Вы родственники? Почему Дазай так нянчится с тобой? — заинтересованно спросил Накахара, улавливая во внешности пленницы знакомые черты. Неужели сестру где-то нарыл после ухода? Вот это поворот, конечно. Придётся тогда развеять многочисленные слухи, что живая легенда Портовой Мафии, демон во плоти, убил всю свою семью. Кто-то делал ставки на правдивость? Накахара собирается сорвать куш. Девочка отказалась подтверждать его теорию. В конец разозлившись, та грызлась хуже бешеного животного и кричала так, что барабанные перепонки лопались. — Наша связь тебя не касается, усёк? — злобно процедила она сквозь зубы. Как будто Чуя испугается такой мелюзги. Тут угрозы размером с крошку печенья. — Усёк, — непринуждённо повторил он и снова сдавил девчонку, на что получил высокий писк. В детской комнате отыскалась скакалка. Мафиози не был мастером по завязыванию узлов, но кое-что всё-таки умел. Так что вскоре крутящаяся подобно ужу на сковородке была обмотана и не могла пошевелиться. Она всё равно сопротивлялась, пусть и понимала, что всё бесполезно. Покидая кошмарный дом, Чуя закрыл рот пленнице. Все соседи находились на приличном расстоянии друг от друга, но возможности голосовых связок мерзавки поражали воображение. Однако когда та увидела валяющегося без сознания Дазая на задних сидениях, то мигом позабыла обо всех попытках вывернуться из захвата и чуть ли не сама запрыгнула в машину. — Ма-! — с явным волнением воскликнула она, прижавшись поближе к второму пойманному, а затем прервалась на середине слова и с ненавистью скосила глаза на садящегося за руль Накахару. — Мало я тебя, суку рыжую, током жахнула! Нужно было ножом под ребро, портовая ты блядь! — Ещё хоть один крик и я тебе хавальник тоже чем-то обмотаю. В конечном счёте Чуя всё же завязал ей пол лица какой-то тряпкой из багажника. Ибо нечего материть мафиози в его же авто.

***

По прошествии очень продуктивного собеседования с Боссом два крайне недовольных сложившимися обстоятельствами парня вышли из огромного кабинета плечом к плечу. Медленно идя по почти пустому коридору, оба обдумывали всю ситуацию. Осаму возвращается в Портовую Мафию. И это официально. Ради приличия Мори спросил его про подаренный им же плащ из прошлого, который являлся символом принятия в семью. Дазай не сдерживал язвительности, когда сообщил, что посеял его ещё в день предательства, и что бедная ткань скорее всего до сих пор плавает где-то в канализации. Босс и бровью не повёл. И с ответной язвительностью вручил ему во время торжественной речи длинную, точно выше локтя, чёрную перчатку с тёмно-серыми вставками, которую с самого начала разговора держал у себя в выдвижном ящике стола. Перчатка на правую руку, если судить по нижней серой части, что должна находиться на ладони. Осаму даже похлопать ему хотел за такую шутку. Тонко, Мори Огай, очень тонко. Только идиот не распознает намёка. Дазай в такие моменты очень хотел хоть раз побыть идиотом. А ещё Двойной чёрный снова возвращается в строй. Чую буквально впихнули Осаму в качестве няньки, чтобы "новоприбывший" не натворил глупостей. А на возмущения Накахары просто наплевали. Ему не хотелось опекать бинтованного ушлёпка, о чём он не преминул высказаться. Босс разрешил иногда приставлять охранников к подопечному, и на этом торг закончился. Вот тебе и воссоединение напарников. Повисла напряжённое молчание, словно сама атмосфера ожидала, когда кто-то решится нарушить её спокойствие. — Ну что ж, партнёр. Надеюсь на плодотворное сотрудничество, — всё-таки разбавил тишину Осаму, но скорее по привычке, чем из-за реального желания наладить контакт с напарником. — Захлопнись, пока не пришил. Господи, лишь бы всё закончилось и ты свалил обратно в США со своей...Дочкой, — скомканно буркнул Чуя. Он по-прежнему не мог поверить в услышанное. У Дазая есть дочь? У. Дазая. Есть. Дочь? Это звучало настолько неправдоподобно, что казалось какой-то шуткой или бредом сумасшедшего. Чуя не мог дать точную причину своему замешательству, помимо общей неожиданности, но отчего-то у него всё ещё были сомнения, несмотря на то, что данный факт подтвердил сам Босс. Он чувствовал себя настолько потеряно, что после выявления такой неадекватной новости резко захотелось стереть память. Ну что, повелитель гравитации, ты узнал, почему знаменитый монстр Портовой Мафии заботится об этой девчонке и почему они так похожи? Узнал, спасибо, а теперь отдайте неведение обратно. Пусть остаётся и дальше тайной, чтобы не мешать ему жить спокойно. Но Чуя не единственный, кто был против раскрытия давнего секрета. — К твоему сведению, я тоже не в восторге. Предпочёл бы никогда не видеть тебя снова, — заметил Осаму, с недовольством рассматривая перчатку. Он чувствовал себя даже разочарованным, задаваясь вопросом, серьёзен ли Мори насчёт его возвращения вообще, раз закатил такое представление смеха ради. Старый-новый Босс так прямо показывает, что воспринимает их временный договор как просто начало конца его спокойной жизни, будто мнение Осаму не имеет значения. Точно все четыре года думал, как отомстит, когда подходящий день настанет. Ещё и перчатка эта. Почему бы не придумать что-то получше? Хотя, на практике, в каком-то смысле даже хорошо, что это только перчатка, ведь её легче спрятать, но общий посыл подарка ему всё равно не нравился. Ни капли. Хмыкнув, Накахара отметил, с каким взглядом тот прожигает невиновный аксессуар. Как на врага смотрит, вот честно. — Зато бинты можно не мотать на эту руку. Чем не плюс? Денег меньше тратить будешь на бесполезные вещи. — Чуя, я не в настроении для ссор, — закатил глаза Осаму. Он просто хотел разбавить тишину, а не собачиться с новообретённым напарником. Однако Чуя считал иначе. Накахару было не остановить. Он весь день сдерживался. Хватит с него. — Ох, для ссор ты не в настроении? Не хочу разочаровывать тебя, но теперь мы опять связаны. Привыкай к старой-новой жизни, ублюдок. Осаму устало тёр виски. Голова после столь долгого сна пока что не прошла. И он не думает, что без обезболивающего пройдёт вообще. Мори выделил ему апартаменты внутри здания мафии, чтобы удобнее отслеживать чужие движения. И наверняка обеспечил их аптечкой. Добрый доктор не мог оставить его без аптечки. А где аптечка, там и анальгетик. Теперь нужно лишь дойти до апартаментов. Ключ-карту он уже получил. Нужно лишь дойти... — Чего молчишь? Тебе я рот вроде не связывал, в отличие от крикливой дочурки. И пережить препирательства с напарником. Ну почему он никогда не затыкается в нужные моменты? Какой смысл в этом перебрасывании дерьма из одного конца в другой прямо сейчас? Хочется что-то доказать? Вперёд, доказывай, Осаму не против, только молча. — Вот давай без упоминания Аксис, — от осознания, куда они с девочкой влипли, боли только усиливались. Он по-любому найдёт путь отсюда. Чуя может как простодушный остолоп верить словам Босса о временном возвращении Осаму, но проведя с Мори весь его тяжёлый взлёт со дня смерти предшественника, парень уверен, что на одном задании тот не остановится. Огай никогда не остановится перед главной целью — процветание своей организации. А Осаму ещё давно доказал, насколько высоко способен поднять состояние Портовой Мафии. Тогда мужчина почти что выгнал его, испугавшись перспективы повторить судьбу прошлого Босса. Теперь же, окрепнув и набравшись наглости, бросал вызов своему кошмару. И тоже ради развития мафии. Сколько в тебе тщеславия и смелости, Мори Огай. Использовать слабость другого во благо для себя. Как жаль, что человек, как бы он ни был силён, не лишён мягких мест, в которые можно нанести удар. Но ты не сможешь сдерживать Осаму вечно. — И что меня остановит? — продолжал болтать Чуя, действуя на нервы. — Кое-кто не в том положении, чтобы указывать мне. И вообще, что это за имя такое? "Аксис". Ни японское, ни американское. Ты его в пьяном угаре придумал? Нашёл до чего докопаться. Аргументы закончились, что ли. — Оно имеет важное значение для неё. Так что и не вздумай говорить так при самой Аксис. Она может быть очень мстительна, — строго заметил Дазай. Поёжившись от слов про мстительность, Накахара полюбопытствовал: — И какое значение у этого рандомного набора букв? Голову прострелило болью. Ещё сильнее, чем раньше. Если пойти по давней схеме, то высок ли шанс того, что Чуя, злобно топая ногами, оставит его одного? Скорее всего, минимальный. Контроль над вспыльчивостью у него каким-то образом относительно вырос, к сожалению. Видимо, отсутствие главного раздражающего фактора в виде намеренно бесящего напарника, пошло Чуе только на пользу. И всё равно надо проверить. С надменностью Осаму произнёс, словно объясняя очевиднейшую вещь неразумному инвалиду: — Ты своим маленьким мозгом не поймёшь, — и с разочарованием отметил, что нет, не сработало. Чуя разозлился, но не так сильно, как мог четыре года назад. — Это у меня-то мозг маленький? — оскалился Накахара. — Я хотя бы презервативом пользоваться умею. Или в ту ночь ты так увлёкся, что не заметил, как резинка порвалась? Осаму скривился в отвращении. — Ну зачем ты всё опошляешь? Совсем не рассматриваешь вариант того, что Аксис зачата по любви? — драматично вопросил он, приложив руку к сердцу, будто то резко отозвалось болезненным гулом. Чуч презрительно скорчил лицо. — По любви? Дазай, ты не способен любить. Я больше поверю в то, что одна из многочисленных любовниц с горя выносила твоего выблядка, потому что поняла, насколько тебе на неё чхать. Грубо. Очень грубо. — Браво! Не думал построить карьеру писателя? У тебя неплохо получается сочинять истории. Такой фантазии и я позавидую, — Осаму театрально похлопал смелому предположению напарника. — Всё ещё настаиваешь на любви? — с сомнением конкретизировал Чуя. Как же туго до него всё доходит. Для того, чтобы втиснуть ему в пустую голову хотя бы крупинку информации, нужно проделать целое путешествие по всем закаулкам чужого разума. Побыстрее бы он всё осознал и свалил, потому что у Осаму кончается терпение, а желание что-либо объяснять падает на самое дно. Собаку обучить чему-то проще. Чёрт возьми, да Акутагава не настолько тупой. — Чуя, если я бываю немного жесток, то это вовсе не значит, что мне не хочется романтики, — с разочарованным вздохом пояснил он. Но вряд ли ему поверят вообще. И правда, у Накахары появился закономерный вопрос: — Тогда как звали ту девушку? А вот тут-то воздушные замки и посыпались, руша последнюю преграду его наспех придуманной истории. В мыслях он разочарованно вздыхал, подозревая, что отвык немного от настойчивости Чуи. Эх, ну не получилось немного. Чуть-чуть не дожал. Осаму продолжил бы и дальше врать, да только не хотелось уже что-то выдумывать. У него другим должны быть мысли забиты, а не развлечением эго партнёра. — Не уверен, что знал её. А если и знал, то все семь лет она не проявляла никакого участия в воспитании Аксис, так что я не посчитал нужным хранить в памяти ту женщину, — легко пожал плечами Осаму. Как ищейка, поймавшая след, Чуя с восторгом ухватился за эту нить: — Ага! Кого ты тут надурить пытался! Говоришь о нежных чувствах, а на деле и запомнить имя матери своей...Погоди, — вмиг на его лице отобразился настоящий шок. — Девчонке сейчас семь? Со скептицизмом подняв одну бровь, собеседник ответил: — Да. Я только что об этом сказал. И ты разве по её внешности не понял? Осаму мог бы пошутить, что она, в отличие от Чуи, растёт достаточно быстро. Но отчего-то привычного желания переругиваться с "напарником" у него действительно не было. Хотелось просто уйти, найти Аксис. И сбежать из Йокогамы со всеми этими преступными организациями, оставив отвратительное прошлое позади. А ведь он так и не подал документы девочки в школу... — Это...Это бред какой-то, погоди...Тебе же двадцать два! От чего-то только сейчас у Чуи наложились эти две линии друг на друга. Скорее упали парой тяжёлых каменных плит по картине мира. Вот что всё это время не давало ему покоя на уровне заднего шума в уме. Осаму не впечатлён. — Мы сейчас играем в "скажи очевидный факт и выгляди удивлённым тем, что угадал"? — Чё за херня, Дазай! Если тебе двадцать два, а ей семь, то ты отцом стал в пятнадцать что ли?! — ох, этот ужас на лице. Будто у собеседника внезапно выросли рога. Долго же до него доходило. Но хотя бы говорить самому не пришлось. И почему каждый, кто узнавал это, считал своей святой обязанностью сделать такое выражение, будто подобное просто не могло происходить в их приличном, цивилизованном мире? Ну прямо по планете Земля скачут единороги, люди никогда не устраивают войн, а ответственность за более младших не ложится грузом на таких же несовершеннолетних, будь то забота о брате, сестре или случайно нагулянном ребёнке. Дети рожали да воспитывали других детей что несколько веков назад, что сейчас. Чего необычного? Так как Накахара сегодня проявлял недюжинную наблюдательность и не боялся озвучить свои мысли, Осаму решил ещё раз наградить его аплодисментами: — И снова браво, Чуя, у тебя удивительные математические способности! Ты что, доктор точных наук? — Иди нахер со своими шутками, тема серьёзная! Поч-..как-..Я...Я не понимаю! У Чуи в голове не складывается как тот пакостный худощавый подросток из прошлого мог в одно время хулиганить хуже дошкольника и при этом быть отцом! Ровесник! От осознания мурашки шли. В памяти всплывали фрагменты прошлого, на которые он теперь смотрел в ином свете. Вот Дазай крадёт из магазина шоколадку с лукавой ухмылкой просто ради развлечения. Вот качается на стуле, чтобы после с него свалиться. Вот они вместе играют в автоматы, и скумбрия по обыкновению выбирает самых нелепых персонажей, но всё равно побеждает. Вот они спорят на желания и заставляют друг друга выполнять глупейшие действия. Ведут себя как мелкие идиоты. А всё это время дома подростка ждёт маленькая девочка, его дочь. Если смотреть на это с позиции незнакомца, то тут и правда не было чего-то неожиданного. Дети с неблагополучным детством чаще всего ведут разгульный образ жизни и лишаются невинности слишком рано. Во всех смыслах. Уж тем более находясь в среде тотальной преступности, такой, как, например, Портовая Мафии. Чуя и сам не пример непорочности. Жизнь на улице даёт свои плоды. Думая в этом направлении...Сколько у Дазая было половых партнёров? У него нет чёткой морали и духовных ценностей. Чуя в курсе о его несерьёзных похождениях во время работы в мафии, и они до добра не доводили. Многие девушки с разбитыми сердцами вовсе мстили Дазаю. Чего стоил случай, когда особенно ревнивая фанатка хотела подорвать его за отказ. А тот с каким-то особым умилением наблюдал за всеми их действами и не предпринимал мер. Суицидник, чтоб его. Но сколько именно их, этих безнадёжно влюблённых? И от кого родился ребёнок? — Неудивительно. Ты всегда редко что-то понимал. Не зря же именно я был стратегом в нашем дуэте. Это всё, что ты хотел спросить? — голос партнёра звучал как из-под толщи холодной воды. Чуя больше не хочет спрашивать у Дазая про прошлое. Такое чувство, будто с каждым разом правда становится только нереальней и абсурдней, и он не может вообразить, какой секрет ему случайно раскроется в будущем. Может, скоро выяснится, что его напарник и вовсе не напарник, а плод воображения лежащего в лаборатории под кучей трубок Накахары? Что весь мир — иллюзия? По масштабу для Чуи эти вещи были равноценны. Он молчал, а Осаму надоело ждать, пока Чуя до конца разложит новую информацию по своим кривым полочкам. — Тогда моя очередь. Чисто ради галочки, пока я не ушёл: где сейчас Аксис? — твёрдо и решительно спросил он. Чуя не смог ничего сказать. По коридору раздался быстрый топот от маленьких ног. Легка на помине. — Мама! — закричал юный голосок и тут же в Осаму буквально врезались всем туловищем, от чего он чуть не упал, и обхватили талию с несвойственной силой. Аксис пыталась сдержаться пока бежала, но как только она уткнулась в такое родное, а главное, живое и невредимое тело, то превратилась в целый водопад из слёз. Она шмыгала мокрым носом, тянула одежду, размазывая жидкость из глаз по водолазке Осаму, и всё что-то непонятно лепетала, прерываясь на всхлипы. После останавливалась, набирая побольше воздуха в лёгкие, и продолжала надрывно рыдать. — Прости, пожалуйста, прости. Я правда сдалала всё так, как нужно. Когда ты сказал код, я сразу же сделала всё правильно: взяла документы и деньги из тайника, сложила вещи первой необходимости, — она дрожащим пальцем указала на свисающую с руки помятую сумку, ещё крепче сжав одежду Осаму, будто боясь, что он уйдёт. — Вооружилась и спряталась, дожидаясь тебя. Честно-честно! Но когда услышала, как выбили дверь, не знаю почему, но так испугалась. Прости меня, пожалуйста! А потом...Потом тот ублюдок сказал, что превратит наш дом в щепки, я запаниковала и выбежала из укрытия. Я ударила его током, но он почему-то не вырубился, как все до этого. Ма, прости! Осаму не любил слёзы. Он не считал эмоции чем-то постыдным, однако именно плачущие люди его отталкивали. В них нет ничего интересного или забавного. Они не слышали и не воспринимали ничего вокруг, с ними невозможно взаимодействовать. И, в отличие от милого недоумения или раздражения, плач других не порождал внутри него ничего приятного. Лишь желание заткнуть источник всхлипов. Как хорошо, что Аксис ребёнок. Детям нужно рыдать, чтобы выплеснуть эмоции, и они это делают не из жалости к себе. Так что Осаму может ей это позволить. Он опустился на колени, позволяя повиснуть на своей шее, чем девочка сразу же воспользовалась. Щекой Осаму чувствовал, насколько горяч её лоб. У Аксис поднялась температура от переживаний. Нехорошо. Но зато она в порядке. Хотя, он и не предполагал иного. Чуя бы не обидел кого-то настолько слабого. И боль в голове немного отошла от облегчения. Он легко провёл ладонью по её спине, успокаивая испуганного его долгим отсутствием ребёнка. — Тише-тише, ну чего ты. Опять в младенчество ударилась? Или тебе что, снова два года, чтобы так выть? Ну-ну, не хнычь. Ты не виновата. Виноват этот ублюдок, — тихо приговаривал Осаму, шутливо показывая на причину слёз за своей спиной. Ненадолго оторвавшись от шеи парня, Аксис мутными от рыданий глазами проследила за направлением его руки. И её взгляд сразу прояснился, наполнившись нескрытой, жгучей ненавистью. Такой злой Осаму девочку ещё не видел. — Ты! — воскликнула Аксис. Осаму даже не сумел вовремя повернуться. Разгневанной молнией она оказалась возле ненавистного ей человека в мгновение ока, попутно вытащив что-то из сумки. Находившийся в ступоре некоторое время назад Накахара без промедлений перехватил тонкое запястье, сдавив его с умеренной мощностью. Трещащий звук замолк, не успев полностью заполнить коридор. С глухим стуком упал электрошокер. — Этот манёвр дважды не пройдёт, малышка, — с кривой ухмылкой предупредил Чуя, не давая вырваться, так что Аксис оставалось лишь дёргаться в стальном захвате и шипеть. — И мы вроде бы выяснили, что заточка под ребро эффективнее. И зачем Осаму её утешал? Достаточно было просто ткнуть пальцем в слизняка, как она сразу же перестала разводить сопли. Слёзы больше не лились из глаз девочки. Зато, если этих двоих не остановить, то скоро польётся уже кое-что другое. Кровь, к примеру. — Тварь! Как ты посмел! Мы наконец начали жить нормально, а ты! — не могла угомониться Аксис. Она наступала на носки туфель Чуи, так и норовя вдавить их в пол побольнее. Тот же, в свою очередь, выворачивал ей конечность с профессиональной точностью. И оба не отступали от намерения причинить вред противнику, одновременно кидаясь обвинениями. — А я просто пришёл выбивать долги с одной бинтованной мумии, почему-то решившей, что может свалить в закат, бросив Портовую Мафию. Ничего личного. — Грёбанная рыжая чихуахуа, ты заплатишь за это! Вот теперь Чуя тоже был в гневе. Осаму не до конца сообразил, почему именно это оскорбление вывело его из себя, но парень даже немного обиделся. То есть на его подколы слизняк не обращает внимание или просто едко парирует, а тут вдруг разозлился? Из-за сравнения с собачкой? Это нечестно вообще-то, он придумывал обзывалки и пообиднее! — Чего сказала?! А ну-ка повтори, сопля! — как же Осаму не скучал по его ору, боже. И он раньше его терпел каждый день? Аксис продолжала подстрекательство: — Что услышал! Ты рыжий и маленький, да ещё и в ошейнике, значит, чихуахуа! Так и буду тебя называть! От фигуры мафиози исходил угрожающий красный свет. Номальный бы насторожился и закрыл рот, пока не получил гравитоном в сердце. Аксис же выращена Осаму, так что от нормальности в ней только внешность. Накахара стоял у обрыва своего терпения: — Да я тебе все кости переломаю! — Ломай на здоровье, пёс, можешь ещё и погрызть заодно! Единственный свидетель этого цирка наблюдал и думал, что ему делать: хвататься за голову или смеяться. Эти два полудурка стояли в коридоре Портовой Мафии, по которому в любой момент мог прогуливаться случайный прохожий, и гавкали во всё горло друг на друга, позабыв со своими тёрками про всё вокруг. Так ли они выглядели с Чуей, когда были подростками? Парень надеется, что нет. Какой же ужас. И хотя смешно наблюдать за ними, Осаму обязан вмешаться, иначе дело примет ещё более проблемный оборот, потому что ни один из участников и не думал прекращать конфликт. И это очень-очень странно. Нет, Чуя ведёт себя как обычно, а вот Аксис...Он не помнит, чтобы учил Аксис вспыльчивости. Ей мало чего запрещали, не применяли насилие в качестве воспитания, не подавляли её. Она могла быть язвительной и противной, но чтобы бросаться на кого-то без повода? Откуда берётся агрессия? Или проблема в самом Чуе? Встряхнув с колен несуществующую пыль, Осаму поторопился занять место между ними и дотронуться до злого напарника, чтобы аннулировать способность. Это не особо разрядило ситуацию, но Чуя хотя бы отпустил девочку, и та, потеряв опору, почти что шлёпнулась на пол. Удержала её лишь крепкая хватка Осаму. Аксис вопросительно взглянула на спасшую от падения руку, обтянутую незнакомой перчаткой. И получила молчаливый ответ в виде поджатых губ, которые сказали всё за себя. Она тихо ахнула, не веря в возможность подобного исхода, а после возмущённо нахмурилась. Недовольна. Что ж, Осаму тоже не прыгает из штанов от радости. — Аксис, ну прекрати его провоцировать. С этого бешеного станется реально тебе что-то сломать. Как ты сбежала вообще? — спокойно произнёс он, временно отвлекая девочку от очевидной проблемы, но она не особо повелась на это. Значит, позже Осаму отчитают по полной. Девочка потирала ноющую конечность, исподлобья мысленно испепеляя Чую на костре. Не отрываясь от этой заманчивой фантазии, Аксис угрюмо выплюнула: — Этот разговор должен быть только между нами. Без посторонних. Чуя понимающе хмыкнул, важно засунув руки в карманы брюк, и с садистким наслаждением обломал её: — Да что я там могу не знать? Открыла замок на двери с помощью заколки-невидимки из волос? Нужно было предупредить охранников, что ты так умеешь. — Откуда ты?.. — Да брось, это слишком очевидный трюк. Я видел его своими глазами десятки раз, — пожал плечами Накахара. Поняв намёк, Аксис удивлённо моргнула, а затем сощурилась, скосив взор на невинно свистевшего в сторонке Осаму. — Подождите, вы близкие знакомые? — настороженно уточнила она. Знакомые? Ну это мягко сказано. Они лечили второго напарника после не особо мирных миссий, временно жили в одной комнате, когда работали под прикрытием, прикрывали друг другу спину в случае опасности, действовали как один слаженный механизм да в конце концов взрослели рядом. И всего лишь знакомому ты вряд ли доверишь свою жизнь. — О, мы с твоим "мамой" очень близко знакомы. Кстати, почему мама? Чуя отныне зарёкся никогда не пытаться узнать прошлое Дазая, но этот вопрос казался вполне безопасным. Скумбрия уж точно не рожал, ему нечем, так что эта детская кличка не должна иметь под собой чего-то серьёзного. Скорее, наоборот, она обязательно должна быть результатом какой-то нелепой ситуации с Дазаем, потому что тот тоже, очевидно, не был в восторге от того, как его называет девчонка. — Не твоё собачье дело! Да и ему скорее всего не ответят. Осаму так и не смог дойти до своих апартаментов в тишине.