ROT

      Приятная погода, по ощущениям, впервые показала себя за эту промозглую мерзкую осень, и на какое-то время выглянуло солнышко, отражающееся в стеклянной поверхности луж и слепящее человека, что, решив посмотреть себе под ноги, дабы избежать неловкого разговора, взглянул на свое отражение в луже.       Что, собственно, и произошло с Джисоном, после чего он снова поднял глаза на Минхо.       — Напомни, зачем ты вообще меня позвал?       — Да просто так, не обращай внимания, — отмахнулся тот, небрежно поправив ворот пальто. — Посидишь рядом со входом и последишь, чтобы никто посторонний не проник в бар.       — Я, по-твоему, похож на вышибалу? — скептически приподнял бровь Джисон, покосившись на собеседника.       — Ни капельки, — Минхо усмехнулся, обнажив ряд на удивление ровных зубов. — В этом твоя прелесть, Бельчонок. Ты очарователен и совершенно беззащитен на вид, никто и не подумает, что ты можешь представлять из себя какую-то угрозу…       Джисон недовольно фыркнул и отвел взгляд куда-то в сторону.       — А если кто-то все-таки проникнет?       — Все просто, идешь ко мне и передаешь мне, что ты подслушал и подсмотрел, а я уже со всем разберусь.       — Тогда зачем я вообще нужен? Этим не мог заняться ты? — проворчал Джисон, пиная какой-то камушек, неудачно попавшийся под ногу.       — У меня будет перед глазами зрелище куда интереснее всех незваных гостей, вместе взятых, — загадочно пожал плечами Минхо. — К тому же, мое присутствие вызовет много вопросов. Вдруг меня узнают слишком рано? Ой, нет, мне бы этого не хотелось…       — Ты заколебал уже говорить загадками, — нахмурился Джисон, вдруг повернув голову, когда почувствовал чей-то взгляд.       Между домов стоял юноша в той же драной одежде какого-то бурого цвета, которую когда-то носил и сам Джисон. Он пристально смотрел на него, словно узнал, но Джисон быстро развернулся и ускорил шаг.       — Кто это был? — разумеется, Минхо сразу понял общий посыл события.       — Разносчик. Не обращай внимания, — Джисон отмахнулся. — Просто… просто разносчик…       — А откуда у тебя опыт в их распознавании? — вопрос Минхо прозвучал на удивление подозрительно.       Джисон неловко поежился. Вообще-то, он даже не скрывал ни от кого, что он разносчик, и Терьеры, прямо сказать, этим и знамениты… но знал ли Минхо про него хоть что-то, улавливал ли он крупицы информации от Джисона в перерывах между поддевками и самолюбованием?       — Опыт приходит в течение жизни вне зависимости от того, хотим мы его приобретать или нет, — попытался он ответить так же уклончиво, но потом все же добавил. — Ну, и еще у него клеймо на шее.       — Клеймо? — переспросил Минхо. — Ты имеешь в виду мафиозную татуировку?       — Не совсем, — Джисон нахмурился. — Слушай, я не спрашиваю, откуда ты столько знаешь, а ты не спрашиваешь, откуда я столько знаю, хорошо? Клеймо ставят тем, кто, возможно, никогда и не заслужит татуировку. Татуировка — признак членства. Ты вместе с боссом, ты работаешь на него. А клеймо ставят тем, кто доказал свою верность, но слишком полезным не оказался. Ну или клеймо ставят в качестве наказания.       — Наказания за что, например?       — …за побег, — тихо пробормотал Джисон, даже не будучи до конца уверенным в том, что Минхо его услышал. — За предательство. За то, что стукач.       — Общий посыл понятен, — Минхо кивнул. — И что, по какому клейму я могу узнать разносчика, если это не секрет?       — Вовсе нет. Большая арабская единица на шее, — Джисон показал примерное расположение, и был готов поклясться, что палец слегка обжег его кожу.       Он нервно сглотнул. В голову полезли очень нехорошие мысли. О том, что эта же единица засветится и на его шее, если его поймают и притащат обратно. За шкирку, как кутенка. И жалеть его точно никто не будет.       Лучше бы убили. Но легкой смерти Джисону не видать. Если его поймают, издеваться над ним будут точечно, с особенным садистским упоением. Чтобы каждой частичкой тела Джисон понял, что он принадлежит человеку, который его вырастил.       — Единица… — задумчивый голос Минхо вырвал его из размышлений. — Очень любопытно. Единица, — снова повторил он, после чего переключился на смежную тему. — А у меня татуировка на спине. В виде…       — Первых костей позвоночника. Знаю, читал в твоих особых приметах. Непонятно только, зачем ее делать, если ее все равно почти не видно под рубашкой.       — Мы не Якудза, Джисон, — Минхо, на удивление, обратился к нему по имени. — Делая татуировки по всему телу, Якудза демонстрируют полное отречение от мирской жизни, полное повиновение. В этом есть некая толика унижения. Мы так не делаем. Мы повинуемся лишь частично. Лишь там, где нам самим это выгодно. Потому что мы не принадлежим боссу, мы на него работаем.       Слово «принадлежим» отдалось в горле Джисона гораздо заметнее, чем хотелось бы. Он почувствовал, как по виску прокатилась капля пота и утекла куда-то по шее.       — Так что всем не обязательно знать о том, что я работаю на Ким Тоюна настолько давно, чтобы войти в круг приближенных к нему. Это личное дело меня и господина Кима.       — Но все же это знают, разве нет? — Джисон спросил сдавленно.       Минхо рассмеялся коротко, заставив Джисона невольно вздрогнуть. Был в этом смешке какой-то легкий оттенок безумия, который словно вырвался из Белого Кролика в порыве эмоций.       — Тонко подмечено, Бельчонок. Ладно уж, по большей части это традиция, а не что-то, поддающееся логическому объяснению.       Они дошли до уже знакомого бара, и когда Джисон уже думал, что они собираются зайти, Минхо взял его небрежно за рукав и отвел в сторону.       — Выглядишь ты очаровательно, Бельчонок, но абсолютно неопрятно. Я тебя не виню, ты не был предупрежден о характере мероприятия, да и о его существовании в принципе, но мне бы хотелось, чтобы ты снял эту старую херню, — он пренебрежительно показал на куртку Джисона, — и надел мой пиджак.       — Тот пиджак, который напичкан всем подряд, что ли? — проворчал Джисон.       — С чего ты взял, что у меня всего один пиджак? — фыркнул Минхо. — Стой тут, я схожу и сейчас вернусь.       Он ушел, а Джисон остался стоять, наблюдая за обстановкой. Краем уха он услышал мужской голос, раздающийся с одной из улочек:       — Да я тебе говорю, она без ума от меня. Молоденькая совсем девчонка, обаятельная такая… я ей немного мозги запудрил, она сделала мне специальный пропуск в этот бар, угу, — бахвальство сочилось из каждого слова. — Глядишь, и тебя сюда протащу. Местечко, говорят, приятное.       — Разумеется, приятное, — буркнул второй мужской голос. — Оно же привилегированное, для высших особ… ты там гляди в оба, а то, глядишь, папочка у твоей девчонки окажется таким, что мало тебе не покажется. В первую очередь твоим яйцам.       — За них не волнуйся. Ты после того, как я зайду по пропуску, подожди с полчасика, я выйду за бар, а вернемся вдвоем. Должно прокатить.       Джисон отвернулся, не желая это подслушивать, хотя он и понимал, что про приход этого мужика он точно рассказать будет должен. Хотя… если его там уже хотели видеть… кто знает, может, это просто совпадение.       Минхо вернулся к нему, держа в руках пиджак. Он накинул на плечи Джисона довольно приятную тяжесть, поправляя непослушные лохматые волосы.       — Ну вот, хоть немного с толпой сливаешься теперь. А то ты выглядел, как некоторые герои американского писателя Марка Твена, знаешь такого?       — Слышал что-то, — буркнул Джисон. — Там, кстати, обсуждение было, что какая-то девушка дала пропуск в бар какому-то мужику…       Минхо просиял:       — А я знал, что на тебя можно положиться! Ты уже начал делать именно то, что нужно. Ты молодец, — он похлопал Джисона по плечу одобрительно. — Именно о его приходе ты и должен сообщить. Узнаешь его, когда он пройдет?       — Думаю, да, — Джисон кивнул, чувствуя, как щеки почему-то немного теплеют.       Бар встретил их той же приятной атмосферой чего-то, что Джисону не должно было нравиться ни в коем случае, но почему-то начинало привлекать. Минхо усадил его на какой-то стул рядом со столом, который еще даже не успели убрать после того, как кто-то тут выпил, и пара бутылок стояли пустыми на деревянной поверхности. Несмотря на то, что это был явно дорогой алкоголь, а не какое-то простое пойло, Джисону невольно вспомнилось, как он в довольно юном возрасте видел примерно такую же картину.       На территории Терьеров это обозначало «хорошо провести вечер». С возможными летальными исходами, разумеется, потому что пьяная драка была логическим продолжением этого безобразия.       Джисон никогда не анализировал свой опыт, и не пытался разобрать его по полочкам, чтобы использовать. Он всегда чувствовал легкий туман вокруг своей головы, затыкающий уши, глаза, на всякий случай рот…       Если он не будет ничего видеть, не будет ничего слышать и на всякий случай будет молчать, то возможно, останется в живых на пару месяцев дольше.       Трус.       Пугливая крыса.       Джисон потряс головой, пытаясь отвлечься от внезапно накативших мыслей.       Он увидел ровно одно знакомое лицо. Точнее, знакомый профиль, с его волнистыми волосами, красными губами и аккуратным носиком.       Джисон растерянно похлопал глазами, приоткрыв рот, но все же отвел взгляд от Шухуа, чувствуя себя теперь немного лучше.       Вечер шел стремительно, и в какой-то момент нужный силуэт появился в дверном проеме, заставив Джисона быстро осмотреться в поисках Минхо. Они встретились глазами, и Минхо кивнул, понимая Джисона без слов. Это было приятно.       Мужчина прошел прямо к Шухуа, заставив что-то в груди Джисона неприятно заскрести, словно по стеклу провели лезвием. Он уселся рядом с ней, и хотя Джисон не мог слышать их разговор, он видел, как Шухуа вежливо ему улыбается, видел, как он целует ей руку, словно желая продемонстрировать знание этих европейских галантных манер, хотя сам, скорее всего, совершенно не понимает даже приблизительного значения слова «этикет».       Минхо покосился на него и дразняще ухмыльнулся, словно заметив легкую обиду в глазах Джисона. Нет, не обиду. Джисон не понимал, что это за чувство, но было в этом виде что-то глубоко неправильное.       Диалог длился неприлично долго, и даже Минхо периодически поглядывал на карманные часы, опираясь на стену. Джисон аккуратно прошел мимо стульев к нему.       — Он опаздывает! Идиот, — фыркнул Минхо. — Где его черти носят?       — Кого? — спросил Джисон, но не получил даже жалкого подобия ответа. Минхо лишь проигнорировал его, смотря на циферблат и пытаясь сквозь стрелки просверлить взглядом опаздывающего.       — Я так и знал! — раздался громкий возмущенный голос, после чего Минхо обернулся ко входу.       — Наконец-то. Я уж думал, мы не дождемся третьего звонка.       Мимо них прошел Сынмин уверенной, сердитой походкой. В прошлую их встречу Джисону показалось, что Ким-младший редко позволяет себе проявление эмоций, поэтому видеть эту неприязнь, исказившую черты его лица, казалось чем-то чужеродным.       — Я подозревал, но я хотел верить, что это не так, — Сынмин подошел к Шухуа, наклоняясь к ней. — Это кто?       Джисон посмотрел растерянно на Минхо, но в ответ встретил лишь довольную ухмылку. Теперь Джисон понимал, что это и было для Белого Кролика интересным развлечением.       — Что происходит? — спросил он негромко.       — Спектакль, Бельчонок, — Минхо прошептал в ответ. — И я занял нам лучшие места.       — Я надеюсь, ты понимаешь, что ты перешел черту очень грубо, начав лезть к моей невесте, — Сынмин говорил настолько уверенно, что даже Джисон ему немножко поверил. — Мы, Гончие, такого пренебрежения терпеть не собираемся.       — Да как будто я имел хоть какое-то понятие о том, что у нее жених уже есть, — фыркнул мужчина. — К тому же, даже если б и знал, на тебя бы не подумал. Больно мал ты еще, рановато тебе невесту иметь.       — А тебе поздновато уже, — огрызнулся Сынмин в ответ. — Имеем, что имеем, ты пристаешь к моей невесте.       — Ну так, — на его лице промелькнула довольная ухмылка, — не нравишься ты ей, значит. Постарше она предпочитает. Ей бы тебе не невестой быть, а мачехой…       — Больно борзо ты ведешь себя на чужой территории, — Сынмин нахмурился. — Ты ведь понимаешь, что, если тебя тут изобьют, на твоей стороне точно никого не будет? Меня тут все знают.       — Как мило. Папочка со всеми познакомил?       — Я, по крайней мере, знаю, кто мой отец, сукин ты сын, — Сынмин фыркнул. — Я же не шучу. Ты бы шел отсюда побыстрее, я не побоюсь полезть в драку.       — Ты? В драку?       Джисон невольно начал втягиваться в эту ситуацию. Сынмин казался хоть и сердитым, но… спор с его стороны выглядел так интеллигентно. Был в этой ситуации какой-то фарс.       — Да. В драку. Я не побоюсь надрать тебе зад, мне-то за это ничего не будет.       — Очень мило. Так что ж ты только лаешь, кусаться когда начнешь?       Да и мужик, как будто, только бахвалился, а не стремился влезть в драку. Ну, языком-то ворочать каждый горазд…       — Ну так пройдем, может? Я тебе покажу, как чужих невест лапать.       — Сынмо, не надо! — очень драматично воскликнула Шухуа, хватая Сынмина за запястье. — Я все объясню, тебе не нужно…       — Поздно, дорогая моя, я уже пришел к решению, что только драка позволит мне восстановить свою честь, — огрызнулся на нее Сынмин. — А с тобой мы попозже поговорим…       — Так ты реально драться собираешься? Я ж тебя с двух ударов…       — Я бы не был так уверен.       — Ну да, ты прав, может и с одного.       — Они так еще долго собачиться могут, — Минхо прошептал Джисону на ухо. — Сынмин с Шухуа прекрасно умеют играть эти роли. Они рождены, чтобы быть актерами театра.       Джисон уже потерял нить повествования этого увлекательного зрелища, но отреагировал, когда Сынмин довольно громко воскликнул:       — А ты докажи! А то только болтать и можешь. Мы с тобой выйдем и там уже понятно будет, кто тут щенок!       Они оба покинули бар через заднюю дверь, и когда она громко захлопнулась, Минхо снова рассмеялся:       — Я не могу поверить, что это сработало! Я до последнего думал, что он догадается…       — А в чем был великий замысел… — начал Джисон, но был прерван оглушительным звуком.       Выстрел.       Один звук, эхом отдающийся в ушах Джисона, заставил его кровь отлить от лица.       Это был выстрел.       Как будто других звуков больше не существовало. Джисон почти невидящими глазами посмотрел на Шухуа и Минхо, которые оставляли на лицах удивительное спокойствие.       Звук того, как Джисон сглотнул, был в этой оглушающей тишине в неприличное количество раз громче, чем должно бы быть…       Задняя дверь открылась спокойно, со скрипом ознаменовав возвращение Сынмина. Он вошел, неспешно потирая руки, и с более привычным выражением лица сказал:       — Потому что надо выполнять данные обещания.       Джисон смотрел на него большими глазами, но почему-то он не чувствовал страха перед ним. Сынмин только что убил человека. Он наблюдал, как Сынмин прошел мимо и невозмутимо передал тряпичный мешочек Минхо:       — Это то, что у него было. Подозреваю, что этого недостаточно, но хотя бы что-то он вернет. На том свете это ему в любом случае не понадобится.       Минхо подкинул мешочек на руке и поймал его. Судя по весу, в нем были монеты. Белый Кролик ухмыльнулся.       Джисон невольно уловил какую-то извращенную ассоциацию их троих со слаженным организмом хищника. Он где-то слышал легенду про рыбу, которая привлекает рыбешек поменьше большим ярким фонариком. Минхо был глазами этой рыбины, Шухуа — приманкой, а Сынмин — захлопывающейся пастью.       Это было ужасно!.. но… в этом была некая… гармония?       Что-то подсказало Джисону вернуться на его изначальное место совсем рядом со входом, и совсем не зря.       Ему нужен был свежий воздух. Он хотел просто выйти и снова вернуться.       Минхо, казалось, его не видел, поэтому он выскользнул через дверь и прислонился к стене снаружи, тяжело дыша.       Это была обычная мафиозная деятельность. Джисон уже видел, как люди истекают кровью и падают без сознания. Он наблюдал за этим уже довольно буднично.       Но было конкретно в этом выстреле что-то, что… вернуло Джисона в состояние вот этого жалкого Тушканчика, который жмется в углу, делая вид, что это пьяное побоище его вообще не касается.       Джисон не боялся выстрелов. Когда Чан учил его стрелять, в нем не щелкнуло ничего. Почему же сейчас ему было так тошно?       Это просто один выстрел.       Один убитый.       Джисон его даже не знал.       Он посмотрел на дорогу и увидел друга ныне покойного, который шел по дороге к бару…       Точно! Он же хотел встретиться с ним за баром… ну и он встретится, но не совсем так, как ожидалось…       Джисон на шатающихся ногах пошел обратно к Минхо и оперся на него, пытаясь обратить его внимание:       — Там это, еще один явно не желанный гость сейчас придет, — произнес он почти завязывающимся языком. — Минхо, Минхо, ты меня слушаешь? Он сейчас придет, и увидит, ну, своего друга… немного неприятно получится.       — А? — Минхо опустил взгляд на него. — Да не переживай ты. Он же не пойдет в обход бара, если он на запах не ориентируется, конечно…       — Но…       — Не переживай. Ты сделал все, что от тебя требовалось, — Минхо придержал его. — Ужас, какой ты сентиментальный, тебя уже ноги не держат. Сынмин, надо бы ему водички, а то он уже какой-то белый стал. А я-то думал, ты имеешь опыт в подобной работе…       Джисон пытался ему что-то сказать, но Минхо оттащил его обратно к стенке и прислонил туда.       — Я к тебе скоро вернусь.       Он ушел обратно к Сынмину, а Джисон уже слышал еще одни шаги.       — Кто это, блять, сделал?!       А вот и он, этот немного горбатый силуэт, который даже не видел Джисона и прошел мимо него:       — Я знал, что вы что-то замышляете, но убийство? Гончие всегда выходят сухими из воды, но вы действительно уверены в том, что вам сойдет с рук чертово убийство?       Говорил ли силуэт именно это? Джисон не знал, он просто не понимал… но Сынмин казался растерянным, и по какой-то причине тело Джисона среагировало быстрее, чем его разум или даже разум Сынмина.       Он видел, как это делается, много раз. Он понимал все риски, но его тело собиралось понадеяться на слепую удачу.       Бутылка. Пустая. Стекло твердое и холодное, отдается приятной прохладой в сжатую кисть руки. Джисон перешагнул через какую-то преграду, которую даже не видел, и замахнулся бутылкой.       Шея. Бок шеи.       Удар. Звон. Грохот.       И наконец-то сознание.       Мужчина упал, оставив за собой силуэт буквально крошечного Джисона с осколком бутылки в руках.       Шанс попадания был минимальный.       Шанс попадания с потерей сознания был еще меньше.       Но Джисон смог.       — Метко, — одобрительно пробормотал Сынмин. — Тебя ведь Джисон зовут, да?       Но Джисон не ответил. Перед глазами все поплыло, и…

***

      — Вроде просыпается, — услышал он голос Минхо словно из-за далеких звезд. — Давай, Бельчонок…       — Я тебя слышу, — промямлил Джисон. — И даже вижу.       — Радует. Ты так часто? — Минхо вздохнул, еще раз похлопав его по щекам.       — Бывало пару раз. Не знаю, что это было, честно говорю, но вроде как, я просто…       — Да понял я. Чувствительный ты очень, — Минхо вздохнул. — Возможно, мне все же стоило предупредить тебя о том, что мы готовим.       — Радует, что ты понял это хотя бы сейчас, — язвительно заметил Джисон, пытаясь встать на ноги. — Извините, что доставил вам неудобства.       — Да нормально, мы тебя к стенке прислонили, ты полежал, — Минхо фыркнул. — Давай, посиди еще немного.       Джисон прислонился к стене, обдумывая произошедшее.       Ему повезло. Обычно такой удар лишь вызывал сильное головокружение, но не отправлял в обморок… сразу двоих человек. Джисон выдохнул и закрыл глаза.       — И какие успехи моего удара?       — Ну… он был довольно безобиден без сознания, так что мы просто оставили его в месте, в котором он не будет представлять для нас неудобств. Ты довольно меткий, ты знал?       — Когда я стрелял, мне так не казалось. Думаю, просто удача.       — Значит, хорошая удача. Я подумал, что если ты сделаешь что-то маленькое для нас, то Сынмин начнет рассматривать тебя, как кандидата в наши ряды, и мне поручат твою вербовку, — Минхо сел рядом с ним. — И ты ему понравился.       — Новость невероятная, но какого черта мне с ней делать?       — Не знаю. Просто имей в виду, что Ким-младший хотел пожать тебе руку, но решил не делать этого, пока ты в отключке.       Джисон сухо ухмыльнулся.       — Мне все еще кажется, что я сплю, и это все очень странный сон. Ущипнешь меня?       — С удовольствием, — Минхо протянул пальцы к его запястью и легонько ущипнул. — Вот в этом фарсе мы и живем. Понимаешь?       — В каком-то роде, — Джисон вздохнул. — Водички бы.       — Вот, — раздался голос Шухуа, и знакомые руки протянули ему какой-то не очень чистый стакан воды. — выпей.       Джисон резко покраснел, но воду выпил. На удивление, это ему помогло гораздо сильнее, чем он предполагал.       — Ты нас даже немного напугал, — Шухуа усмехнулась. — Я вообще не знала, что этот идиот тебя сюда притащит, честно говоря.       — Я все еще тут, — Минхо отозвался.       — И я прекрасно об этом осведомлена. Тебе надо проводить Джисона до дома, вдруг он снова рухнет посередине дороги?       Джисон вдруг смутился. Не то чтобы он правда пытался произвести какое-то впечатление хоть на кого-то из них, но кажется, статус хрупкого сентиментального юноши, который падает без сознания при малейшей стрессовой ситуации, опасно закрепляется.       — Это случается, — Шухуа осторожно поправила его волосы. — Минхо, почему ты не нашел более деликатного способа показать Джисона Сынмину?       — Ну, своей цели я добился. И мы не настолько хорошо общаемся, чтобы я рассказывал тебе о том, почему конкретно я это делаю, — Минхо встал с пола и помог Джисону подняться.       — Господин Ким никогда не был доволен твоей излишней инициативностью, — Шухуа сказала с легкой ноткой строгости. — Сначала ты притащил Волчонка, потом этого… у тебя есть типаж, по-моему.       — Не отрицаю, — Минхо хмыкнул. — Но господин Ким имеет некую слабость, когда дело касается меня. Иначе бы он уже давным-давно отправил меня коротать время в ближайшую канаву, ты знаешь его неповторимый почерк.       — Тебе повезло. Не всем прощается то дерьмо, которое делаешь ты на ежедневной основе.       — Я все понимаю, но может, вы решите свои конфликты, когда меня тут уже не будет? — жалобно попросил Джисон.       Минхо с Шухуа оглянулись на него, после чего снова обменялись не особо довольными взглядами и Минхо кивнул:       — Ты прав, Бельчонок. Пошли отсюда.       Они направились к выходу из бара, и Джисон осторожно помахал Шухуа на прощание, прежде чем дверь за ними закрылась. Некую слабость в теле он все равно ощущал, но, тем не менее, чувствовал себя уже гораздо лучше… физически, но не морально. На душе все еще было отвратительно.       Минхо молчал. Он не казался сердитым, скорее просто задумчивым. Джисон правда не понимал его мотивов. Сначала он его отталкивает, а сейчас даже говорит о вербовке… стоп, вербовка? Минхо решил, что Джисону хочется работать на Гончих?       — А ты правда думаешь, что я смогу вписаться в вашу компанию? У меня как-то нет желания каждый день в этом вариться, — сказал он тихо.       — Мне кажется, что ты от меня что-то скрываешь. И фамилия-то у тебя прямо просится, чтобы я связал ее с разносчиками. Хан, я ведь правильно помню?       Джисон неловко насупился, отведя взгляд.       — Ну, мне же надо было как-то обзавестись фамилией. Среди Терьеров что ни разносчик, то Хан или Чедже. Так что да, я оттуда, — сказал он. — И я это и не скрываю.       — Похвально, — усмехнулся Минхо. — А я тоже могу тебе рассказать что-нибудь из своей жизни, раз уж ты со мной поделился.       — А вот это уже интересно. Не помнится, чтобы ты любил рассказывать о своей жизни.       — У меня хорошее настроение, — Минхо ухмыльнулся. — До того, как господин Ким нанял меня, я занимался мелким воровством и бытовым надувательством.       — И что ты подразумеваешь под «бытовым надувательством»?       Минхо достал из нагрудного кармана колоду, наскоро перевязанную какой-то тонкой бечевкой, и раскрыл ее веером.       — Вытащи три карты.       Джисон достал три карты, и Минхо перевернул их так, чтобы Джисон их видел, а он — нет.       — Был бы ты кем-то, кого я хочу надурить, я бы сказал тебе выбрать одну из этих трех карт и поспорить со мной на сорок вон, что я угадаю ее. Но тебе я предлагаю поспорить на маленькое желание.       — Так ты же меня надуешь, — скептически пробормотал Джисон.       — Малюсенькое желание. Крошечное, — Минхо усмехнулся. — Давай, а я потом расскажу, как именно я тебя надул.       — Ладно, черт с тобой, — буркнул Джисон, ткнув на одну из карт. — Облапошь меня как следует, Белый Кролик.       — Ну-ка, — Минхо достал загаданную карту и засунул ее между двумя другими. — Как видишь, подсмотреть мне карту не даст ни верхняя, ни нижняя карта. Все честно, казалось бы, — он засунул руки за спину и перемешал карты. — Сейчас я отдам тебе две карты, которые ты не загадал, и угадаю ту, которая останется у меня за спиной.       — Ну давай, — Джисон взял две протянутые ему карты. — О, это действительно те, которые я не загадывал, но в трех картах не запутаться это не очень сложно…       — Тут ты прав. Но вот у меня за спиной всего лишь одна карта, и какая же это? — Минхо сделал серьезный вид. — Хм, мое нутро подсказывает мне, что это… пятерка треф? — он достал карту из-за спины. — Ого, как неожиданно и приятно. Я угадал, — он усмехнулся. — Все просто. Смотри, моя задача — вытащить карту из-за спины, чтобы на нее взглянуть. А когда я вытаскивал руки?       — Когда передал мне две другие карты, — догадался Джисон. — Ты спрятал карту в ладони и посмотрел на нее, да? Хитро. И что же за желание мне придется исполнить?..       — Не знаю, я еще не придумал. Но у меня будет на это время, — Минхо потрепал его волосы. — Да, вот такими вот мелкими фокусами я и зарабатывал себе на жизнь. А еще воровал. Вот смотришь на фокус, пытаешься облапошить этого балбеса с картами, а часики-то на руке уже пропали…       — И что, даже задницу тебе не надрали ни разу? — с сомнением в голосе спросил Джисон. — Не верится, что все всегда проходило по плану.       — Было дело, драли. Но кто сказал, что мне это не нравилось? — Минхо хмыкнул. — Экстрим, сердце бьется как бешеное…       — Странный повод для удовольствия, по-моему, — пробормотал Джисон. — Хотя с тобой я уже ничему не удивляюсь. Может ты вообще из тех, кому от боли хорошо становится.       — Ну, такой склонности у меня все-таки нет, но некоторые странные пристрастия имеются, соглашусь. Сынмин уже привык, а если мы сработаемся, то и ты привыкнешь.       — С чего ты взял, что мы будем вместе работать? Я не записывался в мафию, — Джисон недовольно дернул плечом. — У меня работа есть. И Чхэк от вас ушел, а я все-таки своей дружбой с ним больше дорожу, чем возможностью с вами тут возиться.       — Очаровательно, ты уже к нему привязался, — фыркнул Минхо. — Но я же не говорил, что у тебя нет выбора, кроме как присоединиться к нам. Я просто предлагаю. Можешь прислушаться к моим советам, можешь их игнорировать. Поступай как знаешь.       — Я не уверен, что мне действительно нужно во все это ввязываться. Да и ты сам говорил, что ты не хочешь, чтобы нас воспринимали, как нечто связанное…       — А я передумал. Я хочу, — Минхо прошептал, наклонившись к нему. — Я довольно часто придумываю что-нибудь эдакое. К тому же, у меня есть ощущение, что ты можешь быть полезен.       — Это ошибочное ощущение. От меня ноль проку, я только и умею, что бегать туда-сюда как бешеный… ну, еще прячу вещи неплохо, по понятным причинам, — Джисон посмотрел себе под ноги. — Но я ни драться не умею, ни думать быстро… то, что произошло сегодня, это просто случайность, ладно? Я даже плохо помню, как именно это произошло.       — И все-таки, не откидывай эту идею просто так. Вдруг тебе понравится? Да и платят тут хорошо, хоть оденешься нормально, а не как оборванец какой-то, — Минхо похлопал его по плечу. — Если что, я серьезно думаю о том, чтобы заняться твоим стилем, Бельчонок.       — Так я реально оборванец, Минхо. Я буквально жил именно так… и не смотри на эту куртку так, как будто я ее с трупа снял. Мне ее Чхэк отдал, не случайная вещь, как-никак.       — Да, но выглядеть более профессионально тебе никогда не помешает. Я думаю, я одолжу тебе какую-нибудь свою рубашку и галстук. Тебе пойдет, — Минхо пожал плечами. — Даже если ты продолжишь быть мальчиком на побегушках в трактире, тебе было бы неплохо выглядеть на свой возраст, а не на шестнадцать.       — Ну, разве что так, — Джисон смущенно отвел взгляд, сведя брови вместе. — Но меня все равно не устраивает то, что сегодня произошло. Что это вообще было? Ты, зная, что у вас, вроде как, серьезное дело, просто взял и притащил случайного человека? Как ты вообще держишься на своей должности так долго?       — Просто господин Ким ко мне привязался, и ему уже не хочется меня выкидывать. Я для него как питомец, немного несуразный и полный самодур, но такой милый, — Минхо пожал плечами. — Примерно поэтому же Волчонок оставил тебя у себя, не так ли?       — А свой поступок ты хоть как-то объяснять будешь? — без особой надежды спросил Джисон. — Или, как всегда, у твоих поступков нет мотивации и так далее?       — Я уже говорил. Моей задачей было продемонстрировать тебя Сынмину.       — Но по первоначальной задумке я просто должен был сидеть на входе! — возмутился Джисон. — Сынмину что, нужны новые охранники в бар, или как?       Минхо лишь загадочно пожал плечами:       — Я чуть менее недальновиден, чем ты думаешь. Ты правда считаешь, что с этим не справился бы я в одиночку? Но я решил, что ты лишним не будешь.       — Хочется верить, что иногда ты перестаешь говорить загадками, — недовольно проворчал Джисон.       — Так скучно. Никакой интриги. Ты бы меня даже не запомнил, если бы я не говорил с тобой таким образом, разве я неправ, Бельчонок? — Минхо улыбнулся. В его глазах снова сверкнуло что-то опасное, что одновременно пугало и манило Джисона.       — Если бы, если бы, — фыркнул Джисон. — Ты просто делаешь много странных вещей и думаешь, что я продолжу просто идти туда, куда ты скажешь, не ожидая никакого подвоха.       — Ну, подвох ты ожидать будешь, но насчет остального ты абсолютно прав, — с ноткой самодовольства сказал Минхо.       Джисон даже не нашелся, что ответить. Он просто покосился на Минхо и вздохнул, где-то глубоко внутри понимая, что Минхо абсолютно прав.       — Я все еще не знаю, как ты это делаешь, — пробормотал он.       — Харизма, Бельчонок, вот и весь секрет. С этим рождаются, понимаешь? — Минхо рассмеялся негромко. — У тебя тоже она есть, потому что иначе я не могу понять, почему я так упрямо продолжаю с тобой возиться, раз уж ты так мило воркуешь с Шухуа.       — Х-ха?! — Джисон вытаращил глаза. — С чего ты это взял? Да, она симпатичная, но… но нет, совершенно нет.       — Вот и правильно. Она в любом случае занята, — Минхо похлопал его по плечу. — И, давай скажем так, шансов у тебя нет. Хотя ты милый, думаю, что ты ей приятен, если тебе это важно.       — По моим не очень обширным знаниям, девушкам не нравятся «милые» парни. Кто я ей, ребенок, чтобы быть милым? — буркнул Джисон, смущенно потирая нос. — Так что это не звучит как нечто утешительное.       — Не драматизируй. Девушки разные бывают, а вкусы у них еще сильнее разнятся, — Минхо пожал плечами. — Но я тоже не сильно разбираюсь, какие парни пользуются успехом у женщин.       — Разве не такие, как ты? — выпалил Джисон первое, что пришло ему на ум.       — Лестно, очень лестно, — Минхо покачал головой. — Но посмею отказаться от твоего комплимента… я не настолько популярен.       — А я думал, что у тебя много поклонниц.       Минхо лишь повторил свою загадочную ухмылку.       — Все, почти дошли. В обморок падать больше не планируешь, Бельчонок?       — Вроде нет, — Джисон помотал головой. — Наверное, Чхэку я про это все рассказывать не буду.       — Да, наверное, не стоит, — Минхо согласился. — Увидимся снова, думаю, денька через два. Там планируется кое-что серьезное, и наверное, я не буду тебя в это впутывать. Там только я и Сынмин…       — И слава Богу, — Джисон поморщился. — Я предпочту побегать по трактиру с тарелками, а не тратить время и нервы на какие-нибудь обмороки, например.       — Ну, мы еще посмотрим, — Минхо пробормотал. — Волчонку привет. До встречи, Хан Джисон.       Он развернулся и пошел назад, оставив Джисона с этим странным сухим чувством в горле. Этот день прошел очень неправильно, и почему-то это ощущение жгло изнутри, хотя сам Джисон ничего плохого и не сделал. Вроде бы.       Он прошел вверх по лестнице, открыл дверь, прошел несколько шагов и рухнул на кровать, закрыв глаза. В животе крутилась неприязнь к себе и к горлу подступала тошнота. Чан, наблюдавший за ним, произнес негромко:       — Что-то не так, Джисон?       — Не знаю, — пробормотал тот, перевернувшись на бок. — Мне кажется, что я неотвратимо становлюсь хуже, чем хотелось бы, и мне это не нравится.       — На удивление знакомая проблема. Я могу как-то помочь? — голос Чана звучал даже как-то обеспокоенно. Возможно, Джисон действительно выглядел неважно.       — Не думаю, но спасибо, — вздохнул он, снова посмотрев на потолок. — День сегодня отвратительный. Скажи, что тоже ненавидишь этот день, пожалуйста.       — Да, Джисон, я тоже ненавижу этот день, — охотно отозвался Чан.