starry-eyed

Санс снова сломался во сне. Его клетка была крошечной и полностью залитой палящим беспощадным светом. Свет заполнял все пространство, так что Сансу было почти нечем дышать, и его кости трещали под собственным весом. Он был практически погребен заживо. Он никогда не помнил, чтобы сам принимал это решение. Сон решал за него, а потом бросал разбираться с последствиями. Никакого выбора. Только отчаянное, жуткое облегчение от того, что он наконец сдался. Он чувствовал, как шевелился его рот в попытке позвать на помощь, но не мог издать ни звука. Он потерял голос. Грей забрал его. Но он все равно слышал себя в коридоре выносящим приговор. Звук приглушался дверью и мягкими стенами. Никаких выстрелов. Никаких криков. Только отдаленный гул его собственного голоса – ровного, безэмоционального и пустого, звучащего отдельно от него. На мягком белом полу под его босыми ногами начал расцветать (красный) цветок. Это напоминало ему древнее земное искусство, которое он однажды видел. Как назывались эти (красные) цветы? Дингс говорил, что их использовали для облегчения боли. Он не мог вспомнить. Неважно. Кровь была теплой, а ему было так чертовски холодно. Там, за дверью, должно быть, была настоящая бойня, раз Грей пролил столько крови сразу. Все эти люди, которых Грей привел на суд… Ни один из них не заслуживал жить? Это казалось неправильным. Или просто это он всегда был слишком снисходительным. А судья чист, он не терпит грязи. Он переделает вселенную под себя. И это Санс спустил его с цепи. Ему должно было быть стыдно. Но ему было все равно. Он вообще ничего не чувствовал. От него почти ничего не осталось без судьи внутри. Без семьи. Только ухмыляющаяся маска, да и ту сорвали. Кто он такой, когда никто не смотрит? Кровь поднималась. Она заполнила рот. Давила на закрытые глазницы. И все погрузилось в спасительную тьму. Она сомкнулась над головой, и он не сопротивлялся. Зачем? Какой смысл? Он плавал, такой невесомый и в тепле. С закрытыми глазами даже можно было представить, что его обнимают. Здесь было так тихо. Так темно. Он мог бы просто… сдаться. Так ли чувствовал себя Дингс, когда… Вдруг что-то коснулось его. Он думал, ему уже все равно, что будет. Оказалось, что у его инстинкта самосохранения свои планы. Он дернулся, барахтаясь в крови в попытке отползти. Первой мыслью было, что Грей что-то сюда подсадил. Что-то голодное. Но он сразу же понял: то, что его коснулось – это теплые живые кости. Это не что-то. Это кто-то. За считанные секунды его швырнуло от оцепенения к ужасу, а потом к отчаянной надежде. Он потянулся вслепую, схватился за что-то и нашел чью-то руку. Он сжал ее сильнее, чем нужно, так крепко переплетая пальцы, что наверняка сделал ему больно. Но этот кто-то не пытался вырваться. – Санс? Он произнес его имя как вопрос. Голос был каким-то знакомым, но ему сейчас было не до этого. Он слышал его отчетливо, как колокольчик, хотя звук должен был быть искажен из-за жидкости. Да пофиг. Пусть нарушает любые законы физики, лишь бы не… И вдруг он исчез. Не просто отдернул руку, а как будто его и не было вовсе. Миг связи, крошечная искра надежды и все. Он бросил его одного. Он вырвал его из спасительного оцепенения. Теперь Санс чувствовал кровь во рту и ему было не все равно. Камера была заперта, и ему было не все равно. Он был голоден, его ломало, он годами не видел брата и ему было не все равно. Это все из-за Грея, и теперь Санс, черт возьми, должен переживать, потому что какой-то мудак назвал его имя и напомнил ему, что значит не быть одному. Его надолго парализовали ярость и паника. Он захлебнулся в них, и обрывки рациональных мыслей («Почему я его слышал? Откуда я его знаю? Разве кровь не должна уже свернуться? Как Грей вообще ее сюда закачивает?») проносились мимо, как обломки кораблекрушения, но ускользали, когда он пытался ухватиться за них. Он слышал свое частое паническое дыхание. Почти как всхлипы. Он не мог этого вынести. Он не мог… – Санс. Дингс? Его словно ударило током, и он проснулся. Он резко сел и чуть не вывалился из гамака лицом вниз. Он чудом удержался, чувствуя, как бешено колотится его душа. По крайней мере, эта тошнотворная дезориентация была вполне понятна, потому что воспоминания о последних двух днях обрушились на него разом. Его отец не воскрес каким-то чудом. Это был Гастер. Санс просто сполз с гамака на пол. Так было проще, чем пытаться встать, не свернув себе шею. Оказавшись внизу, он моргнул, глядя в потолок. – Привет, Гастер. – Прости, что разбудил, – сказал Гастер. – Хотя нет, не прости. Я нарочно. У меня ушло куча попыток. Я уже хотел позвать Альфис, потому что ты не отзывался. Но жаль, что пришлось тебя будить. – Все норм, – сказал Санс. – Сколько время? – Ну, это смотря как считать, – уклончиво ответил Гастер. – Кто-то живет по старым земным стандартам. Кто-то по универсальному времени. Кто-то сверяет часы по планетам. Мы, конечно, не на планете, так что… Санс слишком хорошо знал, как Дингс и Папирус пытались уйти от темы, чтобы поддаться на это. – Давай по универсальному. – Ага, – вздохнул Гастер. – Значит, 10:13. Ой, уже 10:14. – Чувак, почему ты дал мне так долго спать?! – возмутился Санс. И тут же возник второй вопрос: – Погоди, это они дали мне так долго спать? – Если под "они" ты имеешь в виду Реда и Эджа, то да, – ответил Гастер. – Приказ капитана. Да и у них там свои дела с утра. Звучало зловеще. Санс приподнялся на локтях. – По шкале от одного до десяти, насколько вероятно, что эти "дела" закончатся моим арестом или взрывом? – Ноль. Это личное, – отрезал Гастер, давая понять, что вопросов больше не нужно. – И вроде бы все утряслось. Ах да. Точно. Ничто так не создает драму в отношениях, как появление чьей-то нежелательной половинки. Оставалось надеяться, что Ред не станет еще большим мудаком из-за того, что Санс испортил ему личную жизнь. – Ты в порядке? – спросил Гастер. – Э… да? – ответил Санс. – Почему ты спрашиваешь? – Потому что тебе снился кошмар? – уточнил Гастер. – А теперь ты валяешься на полу и молча пялишься в никуда? Я думал, это очевидно. В голосе Гастера слышалась тревога. Это напомнило Сансу Дингса, когда у них с Папирусом были какие-то мелкие переживания, неизбежные при взрослении. У Дингса хотя бы были родительские модули, а бедный Гастер вообще не шарил, застряв с этим новым органическим племянником и не зная, что с ним делать. – Да все норм, чувак, – попытался успокоить Санс. – По сравнению с тем, что мне обычно снится, это вообще фигня. (Ему часто снился этот сон. Ничего особенного, просто его психика пыталась выкинуть травмирующее дерьмо так же быстро, как Грей его подкидывал. Но в этот раз все пошло как-то не так. Странно). Повисла пауза. – Ты думаешь, это как-то успокаивает? – спросил Гастер. – Вообще нет. Санс пожал плечами. – Извини. Видать, я совсем разучился общаться. – Ничего. Я тоже не мастер, – сказал Гастер. – Короче, Ред просил встретиться с ним в кают-компании, как проснешься. Опять что-то зловещее. Конечно, Ред вряд ли убьет его в кают-компании. С другой стороны, вряд ли кто-то станет ему мешать. Это его корабль, его команда и капитан – его брат. Плюс, не пойдут же пираты заявлять в полицию за убийство? Но блин… – Племянник, – твердо сказал Гастер. – Он просто хочет поговорить с тобой о карте комплекса. Прекрати пялиться в пустоту и орать про себя. Санс фыркнул. – Хочешь, чтобы я орал вслух? – Учитывая, что ты пережил, тебе бы это не помешало, – заметил Гастер. – Слушай, – сказал Санс. – Когда я найду безопасное место, я закачу нормальную истерику. Тогда тебе полегчает? – Безопасное место, – кисло повторил Гастер. – И где это будет? В подворотнях PT-14? На корабле, который ты обязательно угонишь, чтобы добраться до следующей точки, где будешь в одиночку прятаться от Грея? Когда, по-твоему, ты будешь в достаточной безопасности, чтобы перестать убегать? Это было справедливо. До боли точно. Тон Гастера слишком сильно напоминал Сансу те редкие моменты, когда Дингс отчитывал его в детстве. Дингс никогда не был строгим, и Санс боялся не наказания. Нет, это страх разочаровать отца заставлял его складываться как карточный домик. (И в итоге он разочаровал Дингса так, что уже ничего не исправить). Санс сел, морщась от ломоты в позвоночнике. – У меня нет для тебя ответа, – сказал он, стараясь сохранять нейтральный тон. – Жаль, конечно, но его нет. Раздалось тихое жужжание отъезжающей панели в стене. Санс повернул голову и увидел, как один из дронов Гастера шустро подкатил к нему. Он осторожно коснулся его пальца, словно спрашивая, и Санс протянул руку. Дрон проворно забрался по руке на плечо и устроился там. Он был тяжелее, чем кажется, Санс знал это по опыту, но этот привычный вес успокаивал. После смерти Дингса Санс и не думал, что когда-нибудь почувствует это снова. И это ласковое прикосновение было приятно, даже если это холодный металл. – У тебя есть ответ, – мягко сказал Гастер. – Самый правильный, если честно. Ты можешь остаться здесь. Ха. И кто говорил, что у ИИ нет чувства юмора? – Ты сказал Реду, что я проснулся? – спросил Санс. – Вижу, с увиливанием у тебя не очень, – заметил Гастер. – С тобой все равно не прокатит. Нет смысла пытаться быть тоньше, когда ты видишь меня насквозь, – сказал Санс. Он медленно поднялся на ноги, чтобы дрон успел ухватиться покрепче. (Ладно, и еще потому, что его немного пошатывало). – Прикинь, как смешно, ведь я же скелет. – Смешно – это, пожалуй, слишком сильно сказано, – вздохнул Гастер. Но вся язвительность сарказма тут же смягчилась тем, как дрон еще теснее прижался к Сансу, как будто и не собирался отлипать, пока его не оторвут силой. – Я сообщил Реду. Он уже идет в кают-компанию. – Ясно, – кивнул Санс. – Стретч заберет меня или?.. – Он сейчас занят, – ответил Гастер. (Санса вдруг пронзило совершенно нелепое чувство заброшенности. Он отмахнулся, притворившись, что ничего не было. Стретч ему ничего не должен). – Я объясню, как пройти. – То есть мне можно шляться где угодно без эскорта с транквилизатором наготове? – спросил Санс. – Я же говорил, ты не заключенный, – подчеркнул Гастер. – К тому же я замолвил за тебя словечко перед капитаном. Стретч тоже. Пойдем? Как бы Сансу ни хотелось забиться в эту комнату и сидеть там до самой пристани, он не мог себе позволить еще больше бесить Реда, чем уже бесил одним своим, ну, существованием. Если Реду придется его вылавливать, будет только хуже. Поэтому он заставил себя открыть дверь и выйти в коридор. К сожалению, у этой новообретенной свободы разгуливать в одиночку были и свои минусы. Некому было отвлекать от него внимание, а коридоры были полны пиратов, занятых своими делами. Он был так занят тем, чтобы избегать прямого взгляда, одновременно следя за их движениями, чтобы не пропустить намек на угрозу, что только когда один из пиратов специально посторонился, он понял, что команда держится от него подальше. Они, конечно, наблюдали, но никто не пытался к нему подойти. Это жутко напрягало. Санс вспомнил тот странный момент прошлым вечером, когда Эдж предложил ему тарелку тостов, словно это значило что-то, чего Санс не понимал. До этого никто из команды не пытался к нему подойти, кроме огненного элементаля, но они и не шарахались от него. – Эй, Джи, – спросил Санс, понизив голос. – Я на что-то подписался вчера вечером с этими тостами? – А, – отозвался Гастер по личному каналу. – Капитан предложил тебе безопасный проход до самой пристани. Приняв тосты, ты согласился на его защиту. – В обмен на что? – спросил Санс. Немного резковато, учитывая, что один (человек) из команды обернулся и посмотрел на него, как волк, учуявший раненого оленя. Санс выдавил кривую улыбку, получив в ответ острозубый оскал, и тот вернулся к своим делам. – В обмен на то, что ты сделаешь мне апгрейды, как мы и договаривались, – спокойно ответил Гастер. – Это как если бы капитану пришлось временно взять на борт техника для срочного ремонта. Не паникуй. Здесь налево. – Мог бы и предупредить, – пробурчал Санс, поворачивая налево. – Может быть, – сказал Гастер. – Но если бы ты отказался или хотя бы заколебался, тебе пришлось бы иметь дело со всей командой, ведь ты публично оскорбил бы их любимого капитана. Они бы, наверное, не стали тебя калечить, но жизнь бы тебе точно подпортили. Ты же ездил с братом в дипломатические поездки? Считай это очередной безобидной социальной смазкой. Санс вздохнул. – Давай не будем про смазки, ладно? – Как скажешь, – согласился Гастер. – Если бы я думал, что есть хоть какой-то риск, я бы тебя предупредил. – Ага, я знаю, – сказал Санс. И он действительно знал. В основном. – А то, что Стретч меня накормил, что-то значит? – В культурном смысле нет, – ответил Гастер. – Он же не с Фелла. А вот те, кто выжил на Фелле, очень заморочены на всяких ритуалах. Так им понятнее, когда можно огрести, а когда нет. После стольких лет в жесткой военной культуре им трудно понимать чужие намерения. Интересно. Это многое объясняло. Было бы неплохо, если бы Ред и Эдж хоть немного проясняли свои намерения, а не заставляли Санса гадать на кофейной гуще. Хотя, будь тут Папирус, он бы сказал, что они-то как раз вполне ясны по своим меркам, это Санс, как всегда, все усложняет. (Блин, как же Сансу сейчас не хватало брата. Тоска была такой же сильной, как и облегчение от того, что Папирус сейчас был где-то на другом конце вселенной. Подальше отсюда). – Направо, – скомандовал Гастер, выдергивая Санса из грустных мыслей. Санс повернул в коридор, точно такой же, как и все остальные, и увидел вход в кают-компанию. Ему казалось, что они просто тасовали коридоры, как колоду карт, и кают-компания постоянно перемещалась по кораблю. (Черт, а где же колода карт? Та, что дал ему Стретч? Он так берег ее на гауптвахте, но потом совсем забыл о ней в суматохе, когда вдруг объявились Гастер и его соулмейт. Наверное, она была в кармане шорт, когда он переодевался перед душем. Все, тю-тю. Вот же растяпа. Просто идиот). Дрон нетерпеливо толкнул его в плечо, и Санс постарался не думать о пропаже. Да пофиг. Переживет. Его ждал Ред, так что потеря колоды карт – это наименьшая из его проблем. Похоже, Санс проснулся в разгар смены, потому что народу почти не было. Он увидел в кают-компании только кучку похмельных пиратов за столом посередине, прежнего огненного элементаля за стойкой и Реда. Тот занял столик в углу, чтобы сидеть спиной к стене и контролировать вход. Значит, он сразу его заметил. Сбежать не получится. Сансу было даже жаль портить чужие планы, особенно учитывая, сколько Ред над ними корпел, но, если честно, шансов сбежать и так не было. Они уставились друг на друга через всю кают-компанию. Пронзительные красные огоньки глаз Реда изучали его с головы до ног, задержавшись на плече, когда он заметил дрона. Раз Ред не стеснялся пялиться, Санс тоже не отставал. Ред был без брони, просто в (черной) куртке, (черной) футболке и (черных) штанах. Без брони он казался меньше. И ничто не скрывало простой черный ошейник на шее Реда. И едва заметный синяк на позвоночнике. Санс был уверен, что это след от чьих-то зубов. Наконец Реду надоели эти гляделки, и он кивнул, приглашая Санса подойти. Санс постарался не выдать своей радости от первой маленькой победы, но, кажется, безуспешно. Он поплелся к столу Реда. Санс бросил взгляд на похмельных пиратов и заметил, что те моментально протрезвели и тоже смотрели на него. Он вздрогнул от свиста Реда, но не так сильно, как пираты, которые тут же начали усиленно делать вид, что едят, чтобы подслушать. Огненный элементаль даже не пытался притворяться, просто пялился в открытую. – Эй, уголек, – сказал Ред элементалю. – Принеси ему завтрак, а? Что-нибудь легкое. Ты понял. Было трудно понять, что там у него под этими темными очками, но Сансу показалось, что элементаль закатил глаза. Оставалось надеяться, что Ред его не разозлил, а то Санс останется голодным. Он вдруг почувствовал, как сильно проголодался. Один день нормальной еды и его организм уже разбаловался. Как раз вовремя, чтобы снова копаться в мусорках. Как обычно. Санс осторожно сел напротив Реда, а тот вальяжно развалился на стуле. Если у Эджа была осанка как у солдата, то Ред просто мастерски сутулился. Он прищурился на Санса и сказал: – Да ты, небось, крутой технарь. – Не особо, – отозвался Санс. – Да ладно? – Ред покосился на дрона у Санса на плече. – Похоже, ты приглянулся Гастеру. – Он мой племянник, – вставил Гастер. Санс напрягся. В голосе Гастера звенели стальные нотки смеси агрессии и защиты, и Реду это точно не понравится. Как ни странно, Ред почти не среагировал. Лишь на секунду удивился и тут же снова натянул свою бесячую нейтральную ухмылку. – Поясни-ка поподробней, дружище, – попросил он. – Его вырастил другой E-19, – объяснил Гастер. – Стретч сказал, что это как если бы он был сыном моего брата. Значит, он мой племянник. Логично же. Ред бросил на Санса задумчивый взгляд. Санс вцепился в подлокотники, готовясь к худшему. Вот почему он хотел скрыть всю эту историю с "племянником", ведь это было настолько очевидно, что ему даже в голову не пришло попросить Гастера молчать. – Хм, – сказал Ред. – Окей. А как твой тремор? Санс вытаращился на Реда. Тот вопросительно приподнял бровь. – Чего завис? – подтолкнул Ред, не дождавшись ответа. – И это все? – спросил Санс. – Ты не собираешься… – Что, утверждать, что у Гастера не может быть семьи, потому что он, типа, не личность? – фыркнул Ред. – Да любой, кто проведет с ним хоть пять минут, поймет, что он слишком бесит для того, чтобы не быть личностью. – Спасибо, я стараюсь, – скромно отозвался Гастер. – Короче, это не мое дело, – отмахнулся Ред. Санс только сейчас заметил кольца на его пальцах, блеснувшие на свету камнями и металлом, так контрастируя с его подчеркнуто простой одеждой. – Меня волнует карта базы Грея. Так ты можешь держать датапад или нет? Теперь, когда Санс был достаточно близко, чтобы разглядеть лицо Реда, он понял, что тот выглядел просто ужасно. Не в смысле "два года в камере", а как будто у него была адская ночь, и он не ждал ничего хорошего от остатка дня. Бедняга. У Санса бы сердце кровью обливалось, если бы оно у него еще было. Санс молча протянул руку за датападом. Ред не мог не заметить, что тремор стал еще сильнее, но ничего не сказал. Просто отдал датапад, как ни в чем не бывало. Он явно старался не коснуться Санса. И это даже хорошо. Датапад уже был разблокирован. Очевидно, он был не Реда или, по крайней мере, не его личный. Его функции были урезаны до минимума, чтобы Санс не смог использовать его против них. На экране было открыто спутниковое фото комплекса на Юнити. Когда Санс полез в настройки, чтобы подкрутить чувствительность, Ред не пытался его остановить. Только сверлил его взглядом, как кот, увидевший за окном птичку. Санс бы не удивился, если бы он начал щелкать зубами. – Я застал тебя в день стирки? – спросил Санс, просто чтобы нарушить тишину, потому что с него точно хватило ее на всю жизнь. И только потом понял, как глупо это прозвучало. Он жестом указал на Реда, подразумевая отсутствие брони. – Ну, ты понял. – Типа того, – ответил Ред. – Не ждал гостей. Последние дни были просто сумасшедшими, и Санс все еще был на взводе из-за Дингса без возможности выпустить пар. Так что, наверное, неудивительно, что он не уследил за языком и ляпнул самым дружелюбным тоном: – Так может, в следующий раз, когда затеешь стирку, не стоит хватать первого встречного и швырять его в камеру? – Может, если не хочешь сидеть в камере, не стоит лезть на чужой корабль, – парировал Ред с той же любезностью. Сансу потребовалась все его самообладание, чтобы сохранить приятный тон. – А, то есть надо было позволить какому-то придурку с ножом вытрясти из меня груз, которого у меня нет? Вот это культурный шок. Ща запишу на случай, если меня еще раз захватят. – Я не собирался… – раздраженно начал Ред, но осекся, потер переносицу и попытался еще раз: – Слушай, это уже неважно. – Это тебе неважно, – поправил Санс. Ред прожег его пронзительным взглядом, и Санс понял, что не уверен, сможет ли выдержать все, что тот скажет, поэтому он не дал ему шанса и продолжил, невозмутимо пожав плечами: – Да и чего тебе париться? Я понимаю. Правда. Только давай без жалоб, как тебе хреново? От того, что ты перепутал корабль, никому лучше не стало. – Кхм, – многозначительно кашлянул Гастер. Словно кто-то вылил ведро воды на этот жалкий костерок его дурацкого гнева. К счастью, злость быстро затухла, не успев толком разгореться. По крайней мере, Гастер был скорее удивлен, чем обижен. Санс потер свои ноющие глазницы, жалея, что не может выпить кофе. Ему нужно было что-то, чтобы разогнать этот туман усталости. То, что он вообще додумался наехать на парня, у которого ключи от гауптвахты, доказывало, что он вообще не в себе. Удивительно, что Ред еще не заставил его заплатить. Может, ждал, пока получит карту? (Судья давил изнутри, за глазами, в костях, грозя вырваться наружу. Ред заставит его заплатить? Смешно. Сколько УР горит в душе Реда… Сансу стоит лишь отпустить тормоза и тогда… Ладно, может, Санс все еще немного злился. Но это не значило, что он не мог себя контролировать). Санс виновато погладил дрона у себя на плече. Гастер, конечно, этого не почувствовал, но Сансу полегчало. – Прости, Гастер. Ты прав. Беру свои слова обратно. На самом деле это даже к лучшему. – И теперь мы знаем, что этот Ренье Грей жив-здоров и где его найти, – добавил Гастер. – Что, между прочим, тебе очень даже на руку, Ред. Разве нет? Только этого не хватало. Санс только что с трудом удержал судью внутри, и ему совсем не хотелось слушать нытье Реда о том, как Санс испортил его идеальную жизнь. Пока Ред не успел ничего сказать, Санс снова повернулся к датападу: – Кстати о Грее, вам же нужна карта. Ред молчал, пока Санс открывал карту комплекса. Он молчал, пока Санс увеличивал изображение, накладывал сетку и пытался сориентироваться по спутниковому снимку. Эта тишина напрягала. Вопрос Реда заставил Санса вздрогнуть, но в нем не было и намека на злость: – Где была твоя камера? – Под землей, – ответил Санс. – Там как минимум два уровня, про которые я знаю. Может, и больше. Я начну с первого. Я был только в этой части здания, так что понятия не имею, что там на юге. Извини. – Да ладно, не парься. Я и не ждал от тебя подробностей, – сказал Ред. Санс вскинул голову от удивления, что Ред упустил шанс его поддеть, но тот был слишком увлечен картой, чтобы это заметить. Ред нахмурился и ткнул пальцем в один из значков, которыми Санс пометил карту. – Что это? – Турель, – пояснил Санс. – Он поставил их здесь, здесь и здесь. Но, наверное, зря старался. Взломать их было до смешного просто. – Просто для тебя или в принципе? – уточнил Ред. Санс пожал плечами, и дрон возмущенно запищал, пытаясь удержать равновесие. Санс снова машинально погладил его в качестве извинения. – Не знаю. Да и неважно, наверное. Грей наверняка там все переделал и поставил нормальный файервол. Ред хмыкнул. – А что насчет ИИ? У него есть контрольный модуль? – Он же открыл мне дверь, – сказал Санс. – Так что либо модуля нет, либо Грей хотел посмотреть, куда я побегу, но я не нашел на себе никаких маячков. – И ты не подумал, что стоит упомянуть это раньше? – спросил Ред. Как мило, что Ред вообще считал, что Санс ему что-то должен, не говоря уже об отчетах. – А ты не спрашивал, – ответил Санс. После опасно затянувшейся паузы Ред снова вальяжно откинулся назад. – Хех. Как думаешь, этот ИИ нам поможет? – Не знаю, – сказал Санс. Левую руку так тряхнуло, что он чуть не уронил датапад. Он переложил его в правую, размял пальцы и продолжил. Не так удобно, но сойдет. – Похоже, он контролировал только камеру. Когда я пытался перенаправить турели, я не нашел в системе никаких признаков активности ИИ. – Странно, – заметил Ред. – Может быть. ИИ, конечно, лучше импровизируют, но многие стараются не связываться с технологиями CORE, если есть возможность, – сказал Санс. К сожалению, для большинства это было нереально. CORE вцепились в рынок технологий мертвой хваткой и не отпустят, пока кто-нибудь не переломает им все пальцы по одному. – Ага, те, кто поумнее, – кивнул Ред, тем самым даже слегка поднявшись в глазах Санса. – Мы пользуемся их барахлом, потому что приходится, но сначала взламываем все вдоль и поперек. Нельзя доверять этому дерьму. Без обид, Джи. – Да какие обиды, – отозвался Гастер. – Я взломал себя еще до твоего рождения. – Прикол в том, что Грей там все забил технологиями CORE, – больше размышляя вслух, продолжил Санс. – Дроны, турели, камеры, полный набор. В системе изначально был ИИ, а потом кто-то вырубил все под корень, упростив до максимума. Но зачем тогда оставлять ИИ контроль над замками? Вот это реально странно. – Ты уверен, что это ИИ тебя выпустил? – спросил Ред. Санс лишь беспомощно пожал плечами, и Ред вздохнул. – Ладно, забей. Что там насчет охранных дронов? – Вроде все понятно, – ответил Санс, добавляя еще значков. – Они работали по заданной программе, как и турели. Дежурили здесь, здесь и здесь. Ред наклонился ближе, чтобы разглядеть экран. – Ты понял, какие у них маршруты? Санс фыркнул. – Нет. Я там не задержался. Просто зациклил запись с камер наблюдения, перенаправил турели на стену и пошел в обход, пока дроны пытались понять, что стряслось. Мне повезло. Если бы у них не было маршрута, я бы уже умер. Ред вскинул голову. В его глазах горел неподдельный интерес. – Ты же вроде как хот-доги продаешь? Откуда такие познания? – По мелочи от отца набрался, – пояснил Санс. – Ага, типа, как обходить системы безопасности и взламывать военную технику? – усмехнулся Ред. Не успел Санс ощетиниться, как Гастер вставил: – Именно этому я бы учил своего ребенка, если бы он у меня был. Это же элементарная безопасность. – Логично, – согласился Ред и спросил, обращаясь к Сансу: – И эти фокусы с наручниками тоже оттуда? – Нет, – отрезал Санс, с трудом сдерживаясь, чтобы не ляпнуть, что научился этому еще в первый день шпионской подготовки, но, к сожалению, именно в день, когда рассказывали, как выбраться с пиратской гауптвахты, у него была жуткая простуда. Это не помогло бы. Ред настроился быть параноиком. Вместо этого Санс открыл еще одну копию фотографии и принялся за план подземного уровня. Получалось намного быстрее, потому что у него почти не было информации. Он видел только коридор от своей камеры до лестницы. – Хм-м, – протянул Ред. – А может, тебя этому брат научил? – Папирус, – процедил Санс, не в силах скрыть раздражения в голосе. – Вчера ты как-то не стеснялся швыряться его именем. На удивление, Ред первым отвел взгляд. Тени от бессонницы под его глазницами были впечатляюще глубокими. – Да… Я перегнул палку, – выдавил он после паузы, будто каждое слово вырывали клещами. – Прости. Сансу стоило огромных усилий сдержать свои первые три ответа, которые так и рвались наружу. Но он справился. – Дай угадаю, – предположил он скорее насмешливо, чем злобно. – Это Стретч надоумил тебя извиниться? – Э-э, чего? – растерялся Ред. – Это прозвучало, как будто тебя держат под дулом пистолета, – пояснил Санс. – Знаешь, моргни два раза, если ты извиняешься, потому что кто-то примотал аккумулятор от дрона к твоим яйцам. Ред не моргнул два раза. – Это не… – начал он, выглядя еще более сбитым с толку. – Не надо, – слишком резко оборвал его Санс. Он попытался смягчить это натянутой улыбкой. – Все нормально. (На самом деле ничего не было нормально и не будет, но это все равно лучше, чем выслушивать фальшивые извинения Реда, лишь бы его не выгнали спать на диван). Ред прищурился. Это был тот же взгляд, что и когда он понял, что Санс освободился от наручников. Не гнев, скорее переоценка ситуации. Но прежде чем Ред успел ответить, Санса спасло появление элементаля, который подошел к столу. Он поставил перед ним дымящуюся тарелку с чем-то похожим на кашу, а также кружку прозрачной жидкости янтарного цвета. Пахло просто обалденно. – …Попробуешь? – предложил элементаль, кладя рядом ложку. Его голос звучал как приятное потрескивание дров в камине. – …Не мисо, но тоже мягкий вкус. И не кофе. Ауч. Но вроде бы в его голосе не было насмешки, только дружеское сочувствие. Санс неуверенно улыбнулся в ответ: – Ты слышал об этом, да? – Я слышу все, – ответил он. Санс с ужасом понял, что "все" включает в себя их с Редом громкий и ясный разговор/спор на торговом языке на глазах у кучи народу. Похмельные пираты, похоже, вовремя смылись. Затем элементаль наклонил голову набок, как любопытный ворон, и добавил: – …Но о тебе почти ничего. – Спасибо, Блейз, – сказал Ред. В его позе чувствовалось какое-то странное напряжение, которое Санс не мог истолковать. – У нас все в порядке. Проваливай. Пламя Блейза тихонько затрещало, словно он усмехнулся. Он что-то сказал на каком-то незнакомом языке. Ред ответил ему на том же языке ядовито-слащавым тоном с рычащими нотками. Улыбка Реда расширилась, обнажая ряд острых зубов. Блейз снова затрещал, но отступил, поднимая руки в примирительном жесте, таком же искреннем, как и извинения Реда. – …Надеюсь, тебе понравится еда, – сказал Блейз Сансу и вроде как добавил какое-то слово на том же языке. Санс даже не успел сообразить, что ответить, как Блейз ушел. И только когда тот исчез за противопожарной дверью, Ред немного расслабился. – Эм, – неуверенно начал Санс. Ред бросил на него такой взгляд, что Санс тут же пожалел, что вообще открыл свой чертов рот. Но раз уж он начал копать себе яму, то чего останавливаться. – Как он меня назвал? – Гость, – процедил Ред, будто это самое грязное ругательство на торговом. – Ясно, – кивнул Санс. – Твой друг? – Неа, – покачал головой Ред. – Но тебе не о чем беспокоиться. Он, конечно, мудак, но травить тебя не станет. Ешь. Если не понравится, я достану тебе мисо. Командир хренов. – Это как с тостом? – спросил Санс. Ред ухмыльнулся, и это не должно было выглядеть так обаятельно. – Хех. Разобрался, да? – Пришлось, – сказал Санс. – Я что, продам душу, если съем это? – Неа, – отмахнулся Ред. Это не особо успокаивало, но Санс умирал с голоду, и еда пахла слишком заманчиво, чтобы устоять. Каша оказалось мягкой и на удивление сытной, а янтарный напиток – сладким, как мед. В них было столько магии, что хватило бы запитать небольшой крейсер. После первой же ложки он набросился на еду как зверь и не успокоился, пока ничего не осталось. Грызущий голод в душе вроде бы стих, убаюканный ложным чувством безопасности, будто завтра снова не придется голодать. Внезапно Санс осознал, что он молча уплетал еду, как будто Реда здесь и не было. Он виновато поднял глаза и увидел, что Ред просто… смотрел на него. Как вчера, когда Санс пил кофе. Может, ждал, не полезет ли завтрак обратно. Санс вытер рот рукавом толстовки, чувствуя себя неловко, хотя думал, что давно забил на это. – Вообще-то, это ты захотел встретиться в столовой, – выпалил он, защищаясь. – Пираты не отличаются хорошими манерами, – протянул Ред. – Наелся? У нас есть еще, если влезет. Санс неохотно кивнул. Пытаться запихнуть в себя еще хоть ложку – значило испытывать судьбу. Он вытер руки о штаны и поднял датапад, протягивая его Реду: – Вроде все. Больше ничего не помню. Ред взял датапад, включил его одним движением большого пальца и кивнул, едва взглянув на экран. Хотя Ред и поставил составление карты условием освобождения Санса, похоже, его не слишком интересовал результат. Возможно, ему нужна была вовсе не карта, а то, что Санс выболтал, пока возился с ней. Это была именно та подстава, которую Санс и сам бы провернул, окажись он на месте Реда, и именно поэтому его так чертовски бесило, что он на это купился. – Если это все, мне нужно заняться апгрейдами, – сказал Санс. – С твоего позволения, конечно. На секунду в улыбке Реда проскользнуло что-то похожее на искренность. Но она тут же исчезла. Он бросил взгляд на дверь, за которой скрылся Блейз, словно выискивая в пустой кают-компании притаившихся пиратов. Санс уже собирался что-нибудь съязвить, но Ред вдруг спросил: – Как спалось? Этот вопрос был бы странным и на торговом, но то, что Ред задал его на рунианском, ударило Санса как обухом по голове. (Что, как он убедился на собственном опыте, малоприятно). Ему потребовалось целых тридцать секунд, чтобы собраться с мыслями и ответить на рунианском: – Ну, ты просто полон сюрпризов. Ред прищурился, будто не понял идиому, и пожал плечами: – Не свободно владею. Но достаточно. Отвечай на вопрос. – Да нормально, – сказал Санс. – А что? Ред наклонился к нему, опираясь локтями на стол. Санс с трудом сдержал инстинкт отшатнуться назад. – Кошмары были? – тихо спросил он. – Мне вот приснился один интересный. Санс. Внезапно Санс с ужасающей ясностью понял, почему этот голос в его сне казался таким знакомым. Он вспомнил, как крепко сжимал чьи-то костяные фаланги. Он даже не мог понять, что чувствовал. Растерянность? Страх? Смущение? Ярость из-за того, что даже сны ему больше не принадлежали? Или все вместе? Наконец Санс с трудом выдавил из себя хоть что-то, заключив: – Пиздец. Ред выглядел мрачно довольным, как пессимист, у которого сбылись самые худшие опасения. К счастью, он откинулся назад, давая ему немного пространства. – Ага. Типа того. – Но почему? – потребовал Санс. – Ты ко мне не прикасался. Ну, прикасался, но в перчатках. Или это было после транков? Санс вдруг понял, что это прозвучало так, будто он обвинял Реда в том, что тот лапает бессознательных пленных. К счастью, Ред не обратил на это внимания и просто покачал головой: – Я был осторожен. Заставил брата тебя нести. Никакого прямого контакта. И даже если бы я тебя трогал, этого недостаточно, чтобы это объяснить. – Это просто бред какой-то, – сказал Санс, проклиная себя за то, как жалко это прозвучало. Он слишком мало знал о соулмейтах, чтобы разбираться с этой фигней. Одно дело стебаться над сопливой драмой МТТ о родственных душах, пока Папирус не начинал пытаться придушить его подушкой от переизбытка чувств. Другое – вляпаться в это с тем, кого он даже не знал, не то что доверял или (звезды упаси) любил. – Слушай, я знаю, ты мне не веришь, но я не нарочно… – Я знаю, – перебил Ред, заставив Санса вздрогнуть. – Ты не виноват. Просто решил, что тебе нужно знать. Это… было на удивление заботливо. Подозрительно. Санс прищурился: – И что дальше? – Я обычно сплю за замками, – сказал Ред. Он нахмурился, пытаясь подобрать слово. – Блин. Стенами? С антимагией. Сансу хотелось его подколоть, но он все же подсказал: – Барьерами. – Барьерами! – воскликнул Ред, выглядя таким довольным, что вспомнил слово (не без посторонней помощи, конечно), что Санс почти мог представить, каким Ред бывал со Стретчем, Гастером или другими, кого он не ненавидел по умолчанию. Но это быстро прошло; Ред вспомнил, с кем имеет дело, и снова стал серьезным. Санс сделал вид, что его это не задело. – Надеюсь, этого хватит, чтобы решить нашу маленькую проблему. Это звучало слишком оптимистично. Никто толком не знал, почему происходит вся эта хрень с соулмейтами. Теоретически это было как-то связано с магией, ведь только монстры рождались с метками судьбы. Но соулмейтов, которые нашли друг друга – единицы, а тех, кто был бы согласен на научные исследования – еще меньше. Насколько Санс знал, никто не проверял, блокируют ли защитные барьеры эту связь. И даже если бы проверяли, их с Редом связь явно работала как-то по-своему. С другой стороны, Ред не заставлял Санса спать на гауптвахте под полной защитой. Это был дом Реда, а Санс был всего лишь незваным гостем, но Ред готов был запереться сам, вместо того чтобы выбрать самый простой вариант. И признавшись, что он спит за защитными барьерами, он выдал Сансу серьезную дыру в их безопасности. Конечно, защиту можно отключить, но если бы Санс действительно был угрозой, он успел бы натворить дел за те секунды, пока Ред отключал защиту, чтобы остановить его. Может, Ред решил, что Санс все-таки не наемный убийца. Или просто понял, что в случае чего Санс ему не соперник. В любом случае, никакой гауптвахты. Уже прогресс. – А если и не сработает, неважно. Завтра я ухожу, и проблема решится сама собой, – сказал Санс. – Как мы и договаривались. Он напомнил об этом не просто так. Если у них уже началась эта хрень со связью душ, то Реду лучше было как можно быстрее избавиться от Санса, и они оба это знали. Ред не злился. Возможно, в его глазах мелькнула искорка веселья, а может, и нет. Он кивнул: – Как договаривались. А теперь иди, делай апгрейды Гастера. Я тебя достаточно отвлекал. Санс не знал, что сказать, да и не пытался. То, что он пережил этот разговор целым и невредимым, уже было пределом его удачи, особенно учитывая, что он не мог контролировать свой дурацкий характер. Он кивнул Реду и ждал, пока тот уйдет. Но Ред сделал всего несколько шагов и остановился. Он замер на секунду, словно сомневаясь, говорить или нет, а затем сказал на рунианском, не оборачиваясь: – Грей ошибался на твой счет. Санс застыл. – Если бы от тебя ничего не осталось, ты бы не сбежал, – буднично продолжил Ред, словно обсуждал погоду. – И не злился бы так. Так что, знаешь, может быть, стоит следовать этому. Небольшой дружеский совет. – Дружеский, – сухо повторил Санс. – Отлично. Сейчас я дам волю злости. Иди на хрен. Так лучше? Теперь ты доволен? Ред фыркнул и двинулся дальше, а его шаги потонули в корабельном гуле. Санс продолжал стоять, словно прирос к полу, и дело было вовсе не в дрожи. Он просто боялся сорваться и натворить дел, например, броситься за Редом, продолжая огрызаться. Сейчас Ред, может, и развлекался, как большой кот, позволяющий котенку кусать себя за хвост, но рано или поздно ему это надоест. – Рад, что вы ладите, – впервые за долгое время сказал Гастер. Санс рассмеялся. Лучше так, чем истерика, он и так уже достаточно опозорился на сегодня. – Это ты называешь "ладить"? – Если говорить о Реде? – сказал Гастер. – Да, вполне. Ты молодец. – Не думаю, – сказал Санс с горькой усмешкой. – Лучше бы я просто молчал. – Это не Юнити, и он не Грей, – возразил Гастер чуть нетерпеливым, но все равно добрым тоном, как Дингс в период подросткового бунта Санса. Душа Санса болезненно сжалась. – Ред как раз лучше реагирует на тех, кто не дает ему спуску. – Отлично, – усмехнулся Санс. – Тогда, надеюсь, мы сможем "ладить" еще целых… долго нам еще до порта? Повисла долгая пассивно-агрессивная пауза. Гастер все еще был не в восторге от идеи ухода Санса, хотя только что сам видел, почему ему нельзя оставаться. – Ну, это смотря как считать… – Забей, Джи, – вздохнул Санс. – Пошли лучше займемся апгрейдом.