Your constellations

Неделя прошла незаметно. На седьмой день они с Феликсом проснулись выжатыми, как лимоны, и с пониманием того, что их безумие закончилось. Хенджин, наверное, смущался даже больше омеги, когда смог посмотреть на всё, что они делали, трезвым взглядом. Но между ними не ощущалось никакой напряжённости. Всё было так же, как и раньше, только теперь их отношения стали ещё ближе. На шеях красовались укусы, которые успели зажить за это время. Хенджин, как и всегда, позаботился о Феликсе: принёс ему завтрак, сделал вкусный чай и, мягко поцеловав в лоб, ушёл к Минхо. Ли пообещал, что не станет сейчас выходить на улицу без альфы, поэтому согласился подождать, пока тот вернётся. Хван заберёт его с собой сразу же, как решит пару вопросов с Лино. Хенджин за эту неделю не отходил от омеги, но сейчас ситуация правда требовала присутствия Хвана, а Феликс ещё не полностью отошёл от течки. Оборотень пошёл в сторону дома для переговоров, надеясь, что Минхо сейчас находился там. По дороге ему встречались некоторые члены стаи, которые уважительно кланялись, не сильно акцентируя внимание на его персоне. Значит, пока ничего известно о произошедшем не было. Минхо сдержал своё слово и без Хенджина ничего не предпринимал. Зайдя в дом для переговоров, альфа не обнаружил на месте никого. Хван нахмурился и, ещё раз осмотрев все комнаты, пошёл в сторону дома Джисона, где он, в основном, принимал всех нуждающихся в медицинской помощи. Там Хана не оказалось, но было пару его помощников, которые сказали, что их старший сейчас находится на речке, собирая необходимые травы, которые закончились. Хенджин двинулся туда. Благо там действительно был Джисон. И не один. Чонин сидел рядом с ним, а в воде, подвернув штаны, стоял Минхо, что-то собирая на дне. Хван улыбнулся. Он соскучился по ним. Его осторожные и тихие шаги почти сразу заметили и три пары глаз посмотрели на парня. Ян мягко улыбнулся, кивнув в приветствии, а Джисон налетел с вопросами. — Как всё прошло? Феликсу не требуется мазь? У меня как раз есть хорошая, поможет от ран. Мы так за вас переживали, — Хенджин был безумно благодарен Джисону за его помощь и заботу. Мазь действительно помогла Феликсу, но сейчас она ему не требовалась, так как Хван зализал всё, что можно. — Всё в порядке. Ему лучше, намного, — Хенджин с улыбкой принял объятия Хана. Минхо не стал выбегать из воды, поэтому просто помахал рукой в приветствии. — Я как раз хотел обговорить дальнейшие действия с Лино. Оставлять всё так, как есть, нам нельзя, поэтому в ближайшие дни нужно всё прояснить и стаю тоже поставить в известность. Чонин вновь ушёл в себя, не сильно вслушиваясь в разговор. Он с грустью осматривал тихую гладь речки, наслаждаясь тишиной вокруг. — Я так и не смог понять мотивы северной стаи, — вздохнул Минхо, выходя из воды, когда собрал все нужные водоросли по просьбе Джисона. — Перерыл всё, что можно, ничего нет. Одно дело, когда их мотивом было просто устроить войну, но они целенаправленно пошли убивать Чана, и… — Ли сразу же замолчал, увидев, как Ян вздрогнул на этих словах. Минхо тихо вздохнул, замечая влагу в уголках глаз старшего. Хенджин подошёл к нему, мягко кладя руки на чужие плечи и прижимая к себе в объятия. Вампиру было очень холодно. — Прости, Чонин, — Лино грустно смотрел на Яна, понимая, что от ненависти к нему давно уже ничего не осталось. Он был сломлен, безумно сильно. — Всё в порядке, — через силу улыбнулся Ян, принимая объятия от Хвана. — Говорите дальше, не нужно фильтровать слова рядом со мной. Я так же хочу узнать, за что они это сотворили. Минхо кивнул, смотря на Джисона. Хан поджал губы, нервно перебирая в руках собранные травы. — У меня вообще было пару догадок, но я не уверен, что это имеет логику, — начал Джисон. — Не знаю, заметил ли кто-то из вас это: когда Чан побежал за Чонином и следом за ними Хенджин — из теней леса вышло пару больших волков, параметрами очень схожими с вожаками, но это всё же были не они. И те пошли в сторону, где были спрятаны наши волчата, старики, ну и в основном те, кто драться не мог. Это выглядело как-то, знаете… — Хан задумался. — Как будто им нужно было отвлечь сильнейших, чтобы добраться до чего-то, что находится внутри стаи. Только вот до чего? — До Феликса, — сразу же без колебаний выдал Хенджин. — Всё сходится, — Хван внезапно серьёзно посмотрел в одну неопределённую точку, неосознанно сжимая Чонина в объятиях. — Им нужен был Феликс. — Что? — не понимая, переспросил Минхо, садясь рядом с бревном, где сидели Хван с Яном. — Зачем им нужен был Феликс? — Он рассказывал мне, что когда «сбежал» на другую территорию, внутри него будто кричал какой-то голос, заставляя это сделать. После отец объяснил, что Феликсу нужно было узнать о войне и передать эту информацию нам, но… Тут есть сильная загвоздка, — парень сделал маленькую паузу, прежде чем продолжить. — Если бы не было меня или кого-то из нас, кто был готов спасти Феликса, его бы убили. И никто никакой информации бы не донёс. Что мы имеем? Северной стае наверняка было бы не выгодно забирать к себе Феликса или как-либо на него покушаться, если бы они знали, что он под моей защитой. Так и вышло: они не знали этого и узнали лишь тогда, когда я явился туда вместе с Чонином. Отец с Минхо пошли тогда в человеческое королевство и, таким образом, показали людям, которые контактируют с северной стаей, что Чан тоже не равнодушен к Феликсу и он готов пойти его спасать. Если им действительно нужен Ликс, они поняли, сложив факты, что нужно избавиться от всех факторов, которые им мешают заполучить его. То есть: избавиться от меня, от отца, от Чонина и от Минхо с Джисоном. Их план был в том, что они убивают папу с Чонином одновременно, скинув со скалы, после, когда я прибежал, меня, но в итоге они не рассчитали, что их количества не хватит, чтобы меня убить. А Минхо с Джисоном собирались добить уже на войне. Им не нужно было захватывать всю нашу стаю. Им нужно было избавиться от нас, чтобы забрать Феликса и чтобы никто не мешал им после, пытаясь его спасти, — Хенджин с ужасом посмотрел на Лино, когда закончил свою речь, а тот на него в ответ. Это объясняло всё. Буквально всё. — Они знали, что Феликс — ангел, — не спрашивая, а утверждая, сказал Минхо. Хван кивнул. — На земле ангелов не осталось совсем. Все ангелы находятся на небесах, потому что отказались быть среди монстров, то есть — среди нас. И тот факт, что Феликс здесь, заставил их захотеть присвоить его себе. Если бы он тогда не пошёл на другую границу, северная стая правда хотела бы только заполучить наши земли, но своим появлением там он начал непоправимое. Кто, говоришь, сказал ему пойти туда? — Духи, — тихо прошипел голос со стороны. Они все повернулись, видя Феликса. Хенджин нахмурился. Рядом с Ли стоял Чанбин. — Выходит, я всё-таки и есть то самое звено, из-за которого умер Чан, да? — Феликс сжал руки в кулаки, со злостью смотря сквозь пространство, пытаясь держать себя в руках. — Милый, не нужно так о себе гово… — хотел было мягко начать Хван, но увидел, как Ли зло на него посмотрел. — Ты только что сам об этом сказал, Хенджин. Зачем сейчас пытаешься перечить своим же словам? — вокруг омеги начала сгущаться белая дымка. Хван напрягся, сразу же вставая с места и идя к старшему, но тот начал от него отходить, обвив свою талию руками, закрываясь. — Не подходи ко мне! — глаза стали светиться голубоватым светом. Плохой знак. — Я не наврежу тебе, ангел, позволь мне помочь, — но Феликс только больше закрывался, светясь сильнее. Минхо с Джисоном отошли назад, понимая, что их вмешательство сейчас сделает хуже. Чанбин так и вовсе стоял в шоке, не понимая, что происходит. Ли тяжело дышал и в тишине поляны это было отчётливо слышно. Он будто задыхался, зажмуривая глаза, лишь бы не ощущать этой боли. Ему нельзя «превращаться» в болезненных обстоятельствах. Хенджин попытался незаметно ступить ближе, но омега это заметил и вновь накричал на него. Хван с силой сжал руки в кулаки, нервно бегая глазами по Ли, который впадал всё больше в панику. — Позволь мне, Феликс. Просто дай мне шанс подойти к тебе. Я обещаю, что всё объясню, не скрывая от тебя никаких факторов, — Хенджин замер, с волнением осматривая старшего. Феликс болезненно закричал, упав на колени, и сзади появились крылья. Хван больше не мог стоять на месте. Он подбежал к Ли, осторожно беря его за плечи и прижимая к себе, лишь бы смягчить его страдания. Крылья под руками нервно трепетали. Феликс, на удивление, сжал его лишь сильнее в объятиях, громко всхлипнув. — Я здесь, милый, я рядом, — тихо шептал Хван, стараясь ненавязчиво поглаживать, чтобы успокоить. Свечения стало больше, ослепляя. Всё вокруг становилось белым, и ощущение для глаз можно было описать: словно они смотрели на ослепляющее солнце. Феликс обессилено лёг на колени Хенджина, больше не имея возможности держать себя. Он отчаянно закричал, и белый свет заполнил, кажется, каждый уголок Вселенной — настолько сильным он был. Ангелу нельзя чувствовать столько плохих эмоций за раз. А особенно, ангелу нельзя знать, что из-за его существования кто-то умер. Иначе ангел имеет риск стать демоном из-за огромного количества плохих эмоций.

***

Феликс очнулся, рвано вдохнув воздух в лёгкие, будто не дышал целую вечность. Вокруг было только белое пространство, больше ничего. Пусто и одиноко. Ли подскочил на ноги, со страхом озираясь вокруг. Здесь не было Хенджина, не было Минхо, Джисона, Чонина, Чанбина и Сынмина. Здесь не было никого и ничего. Феликс чувствовал, как руки начинают дрожать в панике. — Хенджин! — попытался позвать Феликс, но в ответ услышал только эхо. Ли задышал тяжелее, в груди бешено билось сердце. Он не понимал, что происходит, не понимал, где находится. Не понимал ничего, пока не увидел… Его. Феликс замер в ступоре, смотря в добрые глаза. Парень проморгался, пытаясь понять, не мерещится ли? В таком состоянии это вполне реально, но нет. Ему определённо не показалось. Перед Ли стоял он. — Кристофер? — безжизненным голосом спросил Феликс, уже не пугаясь сильного эхо в этом месте. Крис мягко улыбнулся, кивнув в подтверждении. — Н-но… Чан стоял недалеко, поэтому Ли сделал несколько шагов, и вот они уже находились рядом. — У меня нет физической формы и я не могу нормально тебя обнять, но если ты позволишь, я бы хотел… — Феликс резко рванул к нему, прижимаясь. Не по-настоящему, да, потому что такой возможности у них не было, но эти объятия даже без ощущения тела под руками чувствовались как глоток воздуха спустя долгое время. — Простите меня! — громко всхлипнув, сразу же начал, сдерживая крик, говорить Ли. — Простите, я не хотел, чтобы всё так вышло. Я… — Тише, — мягко успокаивал его Крис, с грустью смотря на юношу в своих руках. Пусть всё его тело и проходило сквозь из-за того, что нет физической формы, но эти объятия всё равно ощущались, как настоящие. — Я тут для того, чтобы объяснить тебе многое. И в том числе то, что ты не виноват, никогда не был, — Феликс громко плакал, не в силах сконцентрироваться ни на чём. — Ну же, маленький. — Я не хотел, чтобы всё так вышло, — слова было тяжело разобрать, однако Чан всё равно хорошо с этим справлялся. — А я не хотел, чтобы ты во всём винил себя. Мне уже хватает одного человека, который всё никак не откинет от себя вину за то, что произошло, — Феликс, на удивление, немного успокоился после этих слов, не совсем понимая, к чему ведёт Крис. Он поднял заплаканный взгляд, не отстраняясь. — Вы о ком? — тихо переспросил Ли. — О моей любви, солнце, — Феликс сразу же замолк, поджав губы. — Я стараюсь не смотреть за ним постоянно, в основном сижу около него только тогда, когда он приходит на речку поговорить со мной. Не хочу вторгаться в личное пространство, даже если ему хотелось бы знать, что я всегда витаю рядом. Но один раз я всё же послушал его разговор с Хенджином, и он сказал всё настолько правильно, что я хотел бы эти слова процитировать и тебе. Феликс кивнул, внимательно слушая. — «Ты не виноват, что он так сильно полюбил тебя, что прыгнул следом, лишь бы спасти. Ты не виноват и никогда не будешь, потому что любовь делает с нами безумные вещи. Если бы на вашем месте оказался я с Феликсом, я поступил бы так же, но это никак не делает мою любовь виноватым в моём решении, понимаешь?» Ли замер, пытаясь переварить услышанное. По щекам стекали холодные слёзы. — Чонин никогда не будет виноват в том, что со мной произошло. Никогда. Потому что это было только моё решение. То же самое и с тобой, Феликс. Ты не виноват, что люди, которых ты даже не знаешь, захотели присвоить тебя себе таким ужасным способом. Ты не виноват и твоё существование не виновато. Я знаю каждую твою мысль наперёд и я знаю, что ты считаешь, что если бы тебя не было в нашей стае, ничего бы не произошло. Но это не так, — Феликс взволнованно бегал глазами по чужому лицу, пытаясь вникнуть в слова Криса. И с каждым словом будто становилось легче. — Меня пытались бы убить в любом случае. Они бы всё равно по-прежнему делали это через Чонина. Хенджина тоже хотели бы убить независимо от тебя, потому что он — будущий вожак, который может помешать другим стаям забрать нашу землю. Минхо хотели бы убить независимо от твоего существования, потому что он — моя правая рука и один из сильнейших воинов, который может помешать их дальнейшим планам по завоеванию нашей стаи. Джисона бы они убили всё равно, потому что он — главный медик, ответственный за множество жизней наших оборотней. Чанбина бы убили всё равно, потому что он — второй самый сильный воин, который может помешать их планам. Сынмина и так всю его жизнь хотят все убить, потому что он является сильнейшим вампиром нашего времени. За Чонина я даже говорить не буду, потому что его смерть всегда на моих руках. Ты никогда не будешь виноват ни в единой смерти кого-то из нас, потому что независимо от твоего присутствия нам будет грозить эта смерть, — Чан тяжело вздохнул, видя, как у Ли появляется всё больше слёз, а крылья сзади нервно трепещут. — Ты уже спас двоих, Феликс. Ты спас Минхо и Чонина. Ты спас моих родных людей. Ты не можешь после этого винить себя за мою смерть, в которой ты не сыграл никакую роль. — Но ведь именно из-за меня всех хотели убить, — Феликс прикрыл глаза, ощущая дрожь в пальцах. — Я ничего не понимаю. Зачем я им? Зачем я им настолько понадобился, что они готовы были сотворить со всеми вами такое? — Их уже нет, Феликс. Одни умерли, других изгнали из страны. Это теперь не важно. — Я не могу закрыть так просто глаза на это, Кристофер. Из-за этого они вас убили, и пока я не узнаю, в чём были их мотивы, я не смогу жить спокойно, понимаете? — Ли закрыл лицо руками, не желая показывать свои эмоции. Он слишком слаб и ему стыдно. — Ты знаешь где мы сейчас находимся, Феликс? — внезапно спокойно спросил Чан, будто не они только что разговаривали на тему его смерти. Ли даже немного впал в ступор, но отрицательно помотать головой всё же смог. — Это место — не Рай и не Ад. Это даже не просто пустое пространство. Крис мягко улыбнулся Феликсу, невесомо погладив его по голове. — Это — дом ангелов. Вселенная посчитала, что Рай для меня слишком маленькое место. Не достойно, чтобы там находилась моя душа. За Ад я вовсе промолчу. Она выбрала для меня не просто место, где обитают ангелы. Я могу находиться везде. Я могу стать огнём или водой, могу быть землёй, ветром, солнцем, облаками, луной. Я — это абсолютно всё, что вас окружает. В основном, я принимаю обличие ветра, потому что, таким образом, я могу ласкать тело Чонина. Я могу мягко притрагиваться к его волосам, и всегда делаю порыв ветра нежным, чтобы не причинять дискомфорт. Он не знает об этом, но так я понимаю, что он очень хочет, чтобы именно так и было, — Чан убрал руку с белоснежных волос омеги. — В любом случае, ты здесь для того, чтобы я тебе объяснил, что твоей вины нет ни в моей смерти, ни в том, что остальных тоже хотели убить. Только ты имеешь возможность вот так меня увидеть и поговорить со мной, потому что являешься ангелом. Ты живёшь сейчас на земле, только потому что там Хенджин. Если бы его не было, ты был бы сейчас на небесах с остальными ангелами. Но они позволили тебе остаться вместе с моим сыном, потому что такой истинности, как у вас, не наблюдалось ещё ни у кого. — Но я не понимаю… — Феликс прикрыл глаза, пытаясь всё обдумать. — Выходит, меня держит там только Хенджин? — Он тебя держать не может. Это уже твой выбор: остаться с ним на земле или же присоединиться к другим ангелам. — Хорошо, это понятно. Но всё ещё не понятно, зачем я нужен был северной стае? — Чан по-доброму улыбнулся. — Давай присядем, — и пошёл вперёд. Феликс выгнул бровь в вопросе. Вокруг не было ничего, куда можно было сесть, но он не сопротивлялся и просто пошёл следом. Спустя минуту перед ними появилась скамейка. Чан сел на неё, приглашающе похлопав рядом с собой. Ли умостился рядом. — Если у них был ты, они стали бы сильнейшей империей мира. Когда ангел не в силах постоять сам за себя, если проще — рядом нет его хранителя, то ангел становится слабым, особенно находясь на земле. Из-за этого все ангелы отказались находиться не на небесах, потому что грозила опасность не только им, но и другим существам планеты. Если бы ты находился в их руках, они могли бы контролировать всё: небеса, другие стаи и королевства. Феликс пустым взглядом смотрел вперёд. — Значит, опасность для Хенджина всё ещё есть, даже если нет северной стаи. — Нет, Феликс. Опасность будет только тогда, когда кто-то из ваших врагов будет осведомлён, что в стае есть ангел. Вот тогда будет плохо. Пока все остаются в неведении, жить можно спокойно. — Оборотни, которых выгнали из страны, знают об этом, — в ужасе посмотрев на Чана, сказал Ли. — И вампиры видели меня в обличии… — Вампиры не глупые. Во-первых, Сынмин не позволит им творить подобное. Хороший человек, серьёзно. Жаль только мне не дали побольше времени, я многое ещё не закончил с ним и нашим правлением, — Крис мягко улыбнулся. — Уверен, Хенджин не оставит всё так и закончит начатое. А насчёт изгнанных из страны — они теперь даже не являются стаей, так что никакое их слово не имеет веса. Если они правда захотят попробовать вновь присвоить тебя себе, то вы всё равно не будете одни. С вами будут вампиры, и не думаю, что они позволят изгнанникам зайти на территорию страны. Феликс задумался. Каждое слово Чана было максимально верным. В каждом были заложены логика и смысл. Если верить всему, что он сказал, то Ли и другим ничем не угрожал. Это успокаивало, но тревожность всё ещё не уходила. — Как я попал сюда? — спросил, не отвечая на сказанное выше. Феликс обязательно подумает над всеми словами вожака, только не сейчас. — Твоя сила стала вытекать за границы доступного. Другие ангелы это заметили и решили, что лучшим вариантом помочь тебе будет отправить тебя ко мне. В твоей умной голове слишком много неверных мыслей в свою сторону, солнце, — Чан раскрыл ладонь, позволяя Феликсу мять невесомо его пальцы от нервов. Пусть дотронуться не мог, но ощущение было. — Ты думаешь о себе слишком плохо. Винишь себя во всём, хотя это вовсе не твоя вина и ответственность. Ты не должен такое чувствовать. Это не твои эмоции. Пару минут вокруг витало лишь молчание. Очень много информации, и Феликсу нужно время. — Я могу им рассказать о том, что мы с вами разговаривали, Кристофер? — тихо спросил Ли, подняв взгляд на старшего. — Если ты считаешь нужным, чтобы они знали о том, что моя душа жива и я всё вижу, то можешь рассказать. Но есть ли смысл, если они сами не поверят в то, что я рядом? Что я всегда нахожусь в их сердце и готов помочь? Твои слова подтвердят это, да, но если они верят в то, что моя душа жива, этого достаточно. Феликс в понимании закивал. Это имело смысл. Большой смысл. — И всё же… Возможно, вы хотите что-то передать кому-то из них? — Чан мягко улыбнулся. — Передай Хенджину с Чонином, что я их люблю. Очень сильно люблю. Минхо скажи, чтобы не перебил там всех альф. Джисону передай, что я желаю ему стальных нервов, а то на носу сезон рождаемости. Чанбину передай, что я желаю ему как можно больше здоровья со всеми проблемами на границах, которые он решает. Сынмин, думаю, обойдётся без моих душевных речей, — Феликс засмеялся на это. — Что ж, думаю, это будет весьма интересно им говорить. Особенно Минхо по поводу «не убивай всех альф». Думаю, он будет не в восторге от того, что вы выбрали сказать ему именно это. — Обойдётся, — фыркнул Чан на это, радуясь, что на лице омеги цветёт улыбка. — Береги Хенджина, Феликс, — внезапно тихо попросил Крис. — Ему будет очень тяжело первое время на посте вожака. Я не успел обучить его всему, но я верю, он обязательно справится. Ли кивнул. — Я постараюсь быть рядом, сколько смогу. Надеюсь, всегда, — Феликс с улыбкой рассматривал Чана перед собой, всё ещё не веря, что это не сон. — Берегите себя. — Ты всегда можешь ко мне вернуться, чтобы поговорить. Мне жаль, что у меня нет возможности вновь обнять всех своих близких, но я всегда рядом с вами. Я никуда не уходил, — у Чана выступили слёзы, что не укрылось от взгляда омеги. — Вы невероятный, — мягко улыбнулся Феликс, желая убрать слёзы с лица старшего, но одёрнул руку, понимая, что это невозможно. Он не может к нему прикоснуться. — Мне очень жаль, что всё так вышло, Кристофер. — Называй меня «Чан». «Кристофер» слишком формально, — Крис сам стёр с щёк слёзы, стараясь держать себя в руках, пока Феликс не уйдёт. — Это будет моя единственная просьба. — Хорошо, — кивнул Ли, взволновано смотря на вожака. — Я буду защищать тебя, вас всех. Если увижу какую-то опасность, обязательно дам тебе знак, ладно? — Да, — уверенно ответил Феликс и напоследок низко поклонился, прощаясь с Крисом. — Я тоже вас люблю, Чан. Будьте в порядке. И через минуту Феликса уже не было. Он растаял в воздухе. Стало одиноко, тихо, снова грустно. Кристофер, тяжело вздохнув, превратился в ветер. Ему сейчас нужно было лишь увидеть Чонина, просто посмотреть на него. Иначе его душа будет беспрестанно болеть.

***

Хенджин дрожал, не имея силы успокоиться. Он с волнением смотрел на Феликса без сознания на своих руках, не зная, как быть. Свечение стало меньше, но глаза всё ещё слепило. Минхо закрыл их вместе с Чонином от других глаз, а Чанбин с Джисоном смотрели, чтобы никто не подошёл ближе и не смог навредить. Никто не понимал, сколько это ещё продлится. Одно дело, если бы Феликс просто упал без сознания, но он светился, да так сильно, что пронести без лишнего внимания в дом было нереально. Они ждали долгие пятнадцать минут. Хенджин всё время беспокойно проверял пульс, надеясь, что омега скоро проснётся. И его ожидания оправдались. Феликс громко вдохнул, очнувшись, напугав Хвана до смерти. Но альфа быстро очнулся, сгребая Ли в охапку, обнимая. — Как же ты меня напугал! — громко проговорил Хенджин, осматривая лицо Феликса и всё ещё держа руку на его сердце, слушая биение. — Прости, — тихо сказал омега, мягко улыбнувшись. — И прости, что накричал на тебя, я не хотел. — Феликс! — к ним подбежал Чонин, беспокойно садясь рядом на колени, осматривая младшего. — Всё хорошо? Что произошло? Если это из-за того, что ты слишком волновался, прости нас. Ты не виноват ни в чём, ладно? — Я в порядке, — нежно ответил Ли, положив свою ладонь на руку вампира. — Я не ожидал, что у меня будет подобная реакция. Просто слишком много плохой информации на квадратный метр, — они все прыснули со смеха, услышав это. — Ты просто упал без сознания или?.. — тихо спросил Минхо. Потому что ничего на обморок не указывало, это было что-то другое. Феликс поджал губы, обдумывая, стоит ли говорить о том, что случилось. Крис говорил верно, ему хотелось бы, чтобы его родные люди и без этого верили, что он рядом. Смотря на всех, ангел понимал, что они правда верят даже без подтверждения. Поэтому… — Я говорил с Чаном. Наверное, ещё никогда Феликс не слышал такой тишины. Она была тише гробовой, по-другому не описать. — Ч-что? — одновременно заикаясь, переспросили Хенджин с Чонином. — С его душой, вы не подумайте, — сразу же закрыл все мысли о физическом теле Чана. — Я не знаю, как вам верно объяснить, что имею в виду… — Подожди-подожди, ты типа был в Раю? — спросил Минхо, так же в шоке раскрыв глаза. — Это не Рай! — сразу откинул и эту мысль Ли. — Если говорить обычными словами — это место на небесах, но не Рай. Это дом ангелов. — Но что там делала душа Чана? — непонимающе спросил Чанбин. Джисон так и вовсе всё ещё не мог закрыть рот от шока. — Рай для него посчитали слишком маленьким местом. Он не находится только дома у ангелов, он — везде. Как это верно объяснить-то?.. — внезапно их волосы подхватил порыв ветра. Это было долгое касание, которое не причиняло неудобства ушам. Чонин, сразу же осознав, прикрыл глаза и, не сдержавшись, заплакал. Хенджин подскочил к нему, мягко обнимая и пытаясь успокоить. Феликс знал: это — слёзы счастья. Минхо тоже прикрыл глаза, чувствуя, как руки мягко гладит порыв ветра. Никто из них теперь с улицы не уйдёт. Ближайшее десятилетие, наверное. — Чан, ты бесстыдник! — вскрикнул Минхо, встав на ноги и радостно прыгая вокруг себя. Порыв ветра подкинул волосы вверх, теребя их. Чонин с Хенджином подняли взгляд, ощущая на своих лицах ласку стихии. У Хвана всё же навернулись слёзы. Ян выставил руку, чувствуя касание ветра к ней. Именно к ней. Минут пять никто не мог успокоиться, радостно бегая вокруг и пытаясь словить как можно больше порывов ветра. Феликс, как дурак, улыбался на это. Крылья до сих пор не ушли, он не понимал почему, но не пытался что-то с этим сделать. Они выглядели красиво. Ли не особо обращал на них внимания, а сейчас, разглядывая, казалось, что это действительно очень необычно. У них были невероятные узоры. Восхитительные. Никто из присутствующих не был в силах остановиться и дослушать Феликса. Но Ли не обижался на это, он был рад, что они имеют возможность хотя бы так дотронуться до Чана. Всё остальное подождёт. Крис сказал ему безумно важные слова и их следует обдумать. Жизнь потеряла очень мудрого человека, за это она может поплатиться. Именно для того, чтобы продолжать держать баланс, существуют они. Хенджин — сын Чана. В нём его кровь, его наставления, его сила. Крис многому научил Хенджина, и Феликс уверен: юноша справится с правлением, станет таким же сильным вожаком, как его отец. Чан тоже уверен в этом, и всегда говорил о своём доверии Хвану. Феликс — существует для баланса. Он не играл бы никакой роли в жизни родных Чану людей, если бы не Крис. Благодаря ему Ли смог жить в стае. Иметь шанс уйти от жизни в королевстве, которая его уничтожала. Если бы не Чан, если бы был другой вожак, его, скорее всего, просто бы убили, ведь люди, которые отдали его оборотням, прямо так и сказали: «Используйте омегу, как хотите». Но Крис мало того, что забрал его к себе, приняв так тепло, как только мог, он ещё и убил его обидчиков, позволив жить счастливо. Феликс должен ему всем, пусть Чан никогда не потребует ничего в ответ. Ли поднял взгляд на небо, мягко улыбаясь и проговаривая одними губами: — Спасибо.