Eye Of The Storm

      Стас находит его даже за кулисами, среди гудящих софитов, запаха лака для волос и наэлектризованной пыли.       — Матвиенко, точно всё хорошо? Концерт выдержишь? — Голос продюсера низкий, в нём пробивается не только профессиональная тревога, но и настоящая, человеческая забота. Серёжа пытается спрятать дрожь в пальцах за уверенной позой, но Стас не верит.       — Если что-то не так, говори сразу и парни тебя прикроют. Можем тебя оставить только в вечеринке и опоздании — отыграешь минималку и посидишь спокойно в углу.       — Да нормально всё со мной, Стас. Чувствую себя прекрасно. А где я ещё сегодня буду? — Серёжа улыбается, но уголки губ не поднимаются. Слова звучат как заученная мантра, брошенная в пустоту.       Стас кивает, сверяется с планшетом. Расписывает игры.       — Первое свидание сыграют Арс с Шастом, суфлёр Поз с Арсом. Ты в куклах с Антоном. — Он поднимает взгляд, цепляется глазами с Серёжей. — Серый, малейшее недомогание и я тебя снимаю, ясно?       — Хватит, Стас, ну хоть ты не начинай перегибать. — Голос срывается, становится слишком громким. Серёжа сглатывает, чувствуя, как ком в горле мешает дышать. — Арс надо мной трясётся, Шаст паникует, Поз следит за каждым моим шагом… бесит такое меня.       — За тебя переживают. Твоё здоровье нам не безразлично. Ты наш друг. — В словах Стаса нет обиды, только усталая теплота.       — Вот растрогаюсь, расплачусь и тогда точно придётся отменить концерт. — Шутка падает тяжело, но Стас довольно улыбается, хлопает его по плечу и отходит к Антону.             Серёжа видит, как Шеминов что-то тихо говорит Шастуну, кладёт ладонь ему на плечо. Тоха кивает, выдыхает. Все заботятся друг о друге. Кроме него. Он чувствует себя стеклянным шаром на краю стола, готовым вот-вот треснуть.       — Десять минут до начала. — Арс подходит с Димой. Лицо бледное, под глазами залегли тёмные тени. Он теребит край футболки. — Почему-то я сегодня волнуюсь больше обычного.       — Арсюш, а у нас волнение половым путём передаётся? — Димка привычно стебет.       — У них и это общее, Поз. — Дима усмехается, но глаза не смеются. В них читается та же тревога.       — Поз, я тебе в вечеринке отомщу. — Арс кривится, но в улыбке нет яда. — А ты, Серёг, в куклах ответишь за всё. Я тебе ещё за Сеню и геюгу не отомстил.       — Боюсь, боюсь…       — Так, парни, — Стас с Антоном подходят к ним. — я пошёл на сцену, у вас пять минут пока я со зрителями поболтаю. Мы немного меняем порядок игр. Сначала суфлёр, потом первое свидание, громкая викторина, опоздание, куклы и вечеринка. Серёж, почувствуешь хоть малейшее недомогание — сразу говори.       Серёжа кивает. Стас уходит.       — Арс, ты чего? — Антон замечает дрожь Попова, кладёт ладонь ему на плечо. Говорит тихо, но в гуле кулисы слова долетают до Серёжи чётко, как удары метронома. — Что-то случилось? Даже я вижу, что ты волнуешься.       — Плохое предчувствие. Не знаю почему, но кажется, что на этом концерте произойдёт что-то плохое. — Арс смотрит на него, и Серёжа едва заметно кивает, пытаясь передать хоть каплю уверенности. — Фуух, ладно. Соберусь. На сцене всё будет нормально.       …И встречайте наших актёров: Арсений Попов!       Арс мгновенно срывается с места. Маска надевается мгновенно: улыбка, шаг, выход в свет.       Димка Позов.       Дима выбегает. Антон касается его плеча на ходу. «Серёг, не переживай, мы рядом.»       Серёжа Матвиенко.       Он кивает. Ноги несут его вперёд по инерции. Свет бьёт в глаза, ослепляет, отрезает от реальности. Зрители кричат. Он машет рукой, садится в своё кресло. Рядом — Дима. Стас уже выкрикивает следующее имя:       Антон Шастун!       Тоха выбегает. Они сидят в креслах, болтают со Стасом, подкалывают друг друга. Серёжа буквально видит, как расслабляется Арс, купаясь в всеобщем восхищении, как Дима язвит про съёмки для «Площадки», как Антон заливается смехом, едва не падая со стула. Жизнь идёт своим чередом. А Серёжа сидит в центре этого шторма и тонет.       — Серёг, ты какой-то молчаливый, но мы дадим тебе возможность немного собраться. Первая игра — суфлёр, участвуют Позов и Попов. — Стас встает со своего стула, начинает прохаживаться по сцене. — Нам нужно придумать ситуацию для парней.       Парни выбирают тему, а Антон наклоняется к Серёже.       — Отмри. Серёг, ты чего-то загруженный.       — Тох, отвали, я нормальный. Только Арс может круглосуточно быть активным — я устал.       Дима с Арсом выбирают тему: семейная пара спорит о том, как провести предстоящий отпуск, и теперь выбирают себе суфлёров. Дима вытаскивает из зала парня, а Арс находит взрослую женщину и с довольным видом сам бежит ей навстречу.       — Ой, долбоёб. Куда рванул? — Серёжа орёт на друга, а зрители смеются. Но смех до него доходит как через толщу воды.       — Не завидуй. Взрослых женщин привлекают умные, а не Серёженьки-пироженьки. — Антон делает вид, что пытается удержать Серёжу, когда Арс отвечает.       — Ах так, тогда Шаст мой. — Серёжа толкает Антона в кресло и плюхается ему на колени. Отвлекает себя действием, прячет глаза.       — Матвиенко, Шастун — сели на свои места и не мешайте коллегам. — Голос Стаса звучит в ту секунду, когда Серёжа снова чувствует стягивающуюся на горле петлю. Холод. Невозможность вдохнуть.       Он падает на своё кресло, и петля пропадает. Серёжа делает глубокий вдох, перехватывает взгляд Шаста и отрицательно качает головой — мол, всё в порядке.       Поз с Арсом играют, весь зал смеётся, и он тоже улыбается, хотя чувствует совсем не веселье. Он теперь точно знает, что она здесь, и его накрывает волной ужаса. Он обводит зал взглядом, но софиты режут глаза, не дают рассмотреть что-то дальше первого ряда. Только тьма. И в этой тьме — она.       — Вроде неплохо получилось. — Дима падает на своё кресло. — Сейчас посмеёмся — геюги снова парочку будут играть.       Стас с Арсом перешучиваются, и Шеминов грозится ставить Арса во все игры, чтобы у него не было возможности даже дух перевести.       — Да? — Арсений усмехается. — А ведь дальше «Первое свидание», и ты решать не можешь.       — Могу. Сегодня правила сменим — играешь ты и Шаст. Давайте найдём героев, которые нам расскажут историю своего знакомства. Есть здесь женатые люди, у которых история знакомства какая-то необычная?       Пока Стас выбирает пару, Серёжа успевает отдышаться. Он начинает прислушиваться — ему нужно быть в курсе, ведь это импровизация, и им с Димой тоже придётся участвовать в игре.       На сцену выходят мужчина с женщиной, и Серёжа не сразу понимает — именно эту пару он видел сегодня днём на парковке у торгового центра.       — Давайте познакомимся, как вас зовут?       — Я Серёжа, это моя жена Лена.       — Серёжа, ну мы видим, что закончилось ваше знакомство хорошо. — Стас кивает на живот женщины, и она смущённо улыбается. — Расскажите, как вы познакомились.       — История странная, и началась она с алкоголя и пари.       — Ты Лену споил и поспорил, что она выйдет пьяная за тебя замуж?       — Нет, это банально. Вообще я моряк, и как-то, придя с рейса, я сидел дома с другом, выпивал, и нам что-то стало скучно.       — О, ну это точно банально. — Арс не может не пошутить.       — Дальше будет не банально. Мы спорили о том, насколько наша профессия уникальная. Я доказывал, что нам в рейсе нужно уметь делать всё и сразу, и с такими навыками я могу устроиться куда угодно, а мой друг доказывал, что никуда больше мы не устроимся, потому что у моряков зарплата намного выше среднего. Итогом стал спор: я пойду и попробую устроиться в компанию, которую друг выберет. Спорили на ящик коньяка.       — А мне нравится такая ставка. — Шаст смеётся. — Стас, готов с тобой поспорить на тех же условиях.       — Алкоголик. — Шеминов машет на него рукой. — Неисправимый. Но я знаю, кто с тобой справится. Серёжа, и что дальше было?       — Дальше мой друг отправил моё резюме в ответ на первое попавшееся объявление, и через день я пошёл на собеседование. Там меня встретили две девушки — начальник отдела кадров и начальник отдела, в который как раз требовался сотрудник.       — В мой отдел. — Лена улыбается и забирает у мужа микрофон.       — Ого. Скажи, что ты его не взяла. — Арсений доволен.       — Ну, если честно, именно так и было. Начальник отдела кадров очень уговаривала меня взять Серёжу, говорила, что он нам очень подходит, а я была категорически против.       — Почему? — Стас озвучивает вопрос, который хотел задать Серёжа.       — Слишком хорошо тоже не хорошо. Нам он подходил, но мы ему не подходили, и я была уверена, что он максимум через месяц сбежит.       — А мы ведь с другом спорили именно на месяц. И я ещё на собеседовании обратил на неё внимание и подумал, что за месяц работы смогу что-то придумать, на свидание её пригласить. А когда мне позвонила начальник отдела кадров и сказала, что меня не берут… удивился.       — Так, а первое свидание ваше вы помните?       — Ещё бы. — Пара переглядывается, и Матвиенко невольно вздыхает. — Через пару дней я выходила с работы, а он ждал меня у входа с букетом роз. Сказал, что из-за меня он проиграл ящик коньяка, а значит, я должна ему свидание.       — Неплохо. Ты согласилась? — Дима, молчавший до этого, не ехидничает, что для него не очень привычно.       — Конечно, он мне тоже сразу понравился. Мы поужинали, потом долго гуляли по набережной и разговаривали.       — А через месяц я сделал Лене предложение, и вот мы уже девять лет женаты. У нас дочка, и скоро родится сын.       — Парни, ну информации вам должно хватить. Что Лена с Серёжей нам не рассказали — придумаете. Итак, импровизация «Первое свидание» играют Антон и Арсений.       Серёжа с Позом подстраиваются, вступают в нужных местах. Дима играет друга, с которым Шаст спорит на ящик коньяка, а Серёжа ожидаемо отыгрывает подругу Лены. Снова Матвиенко слышит смех и чувствует пристальный взгляд — она за ним наблюдает.       — Нет, нет и нет — я его не возьму. — Арс приобнимает его за плечи, немного наклоняется и понижает голос. — Он мне, конечно, сразу понравился, но на работу я его не возьму.       — А зря. — Серёжа делает вид, что просматривает резюме. — Классный мужик, такого нужно брать. Если ты не возьмёшь, то я очень даже не против. Ну красавец.       — На работу не возьму, а в постель — да. — Сигнал Лены, и Арс спешит исправить последние слова. — Не-не, просто спать я с ним точно не буду — замуж выйду и детей нарожаю.       Зал смеётся, но это скорее от того, с каким видом Арсений это произносит. Он не сводит влюблённого взгляда с Шаста, и только полный дурак поверит, что это актёрская игра.       — Арс, блять, — Антон с Димой разыгрывают сцену: Тоха приносит якобы проигранный коньяк и рассказывает, что встретил потрясающую девушку. — Ты можешь так не смотреть на него? Тут только слепой не поймёт, что между вами что-то есть.       — Всё будет хорошо. Серёг, пока мои взгляды вписываются в игру, не надо волноваться.       — Идиот, вас спалят, и Шаст же первый от тебя отвернётся. — Серёжа понимает, что сказал лишнее, когда глаза друга темнеют, но останавливаться уже поздно. — Ты уверен, что Шаст предпочтёт тебя своей известности?       — Лучше замолчи, пока мы с тобой не разругались. — Арсений говорит сквозь зубы. Голос дрожит от боли. — Это не твоё дело.       — Моё, потому что…       — Хватит. — Арс почти отталкивает его и спешит на сцену, поближе к Шасту. Ищет спасения в том, кого любит.       А у Серёжи снова перехватывает дыхание. Не сильно. Лишь лёгкий намёк на контроль с её стороны. Невидимые пальцы сжимают трахею, напоминая о хозяйке положения. Но и этого хватает, чтобы потерять равновесие.       — Тебе плохо? — Дима, ушедший в этот момент с переднего плана, мгновенно оказывается рядом. Ладонь ложится на плечо. Тепло. Тревога. — Серёг, давай прервём концерт.       — Не надо. — Он мотает головой. Уходить нельзя. Она разозлится. Станет хуже. — Просто на секунду голова закружилась. Поз, всё в порядке.       Он не следит за дальнейшей игрой Арса с Шастом, пытается разглядеть в зале ту самую девушку, но всё бесполезно, перед глазами всё плывёт.       Громкая викторина проходит мимо него, он всухую проигрывает Арсению. Серёжа не понимает ничего. Шаст орёт, думая, что он придуривается. Зрители смеются — им смешно, ведь Матвиенко не может тупить как Позов. Но сегодня может. Сегодня он разбит.       — Да, Матвиенко, надеюсь, что в опоздании ты проявишь себя лучше, чем в громкой викторине. — Стас не улыбается. Он не понимает причины такого поведения своего подопечного.       — Что? Стас, я Поза пожалел, чтобы не только он выглядел полным идиотом. — Он понимает, что выглядит глупо, но другого оправдания придумать сейчас не может.       — Вот, а я говорил, что он мой настоящий друг, не то что некоторые. — Позов вскакивает со своего места. — Стас, я передумал — все игры буду играть только с Матвиенко.       К концу игры Дима, кажется, готов взять эти слова назад. Серёжа видит, как Позов с Арсом злы, а он не может объяснить им простейшие задания. Шаст уже откровенно подсказывает, а Стас не сводит с Серёжи взгляда.       — Серёг, нам с тобой в Куклах сейчас играть, возьми себя в руки и чтобы ни происходило — соберись и отыграй как надо. — Антон едва они садятся на свои места, дёргает его за рукав футболки. — Арс в бешенстве от твоих подсказок, а впереди ещё вечеринка. Ты точно хорошо себя чувствуешь?       — Не знаю. — Кажется, его ответ пугает Шаста. — Тох, я выдержу. Не переживай. Просьбу можно?       — Конечно, всё что угодно. Хочешь, Арс тебя в куклах заменит?       — Нет. Просто держи его от меня подальше. Мы чуть поругались, и мне тяжеловато выдерживать его злость.       — Понял, сделаю. — Шаст слышит, что пора начинать импровизацию «Куклы», и, нацепив свою лучезарную улыбку, вскакивает с кресла. — Пошли, Серёжкинс.       — Итак, выбираем тему. — Шеминов общается с залом, и в итоге они выбирают сцену, в которой двое друзей собираются в отпуск.       — Арс, давай выберем для них кукловодов сами? — Дима неожиданно для всех нарушает привычное течение концерта. — Я выберу того, кто управляет Шастом, а ты для Серёжи подбери.       — Я только за.       Серёжа пожимает плечами. В конце концов, ему не важно, кто будет его двигать, а Арсений, как бы ни был зол, не желает ему зла. Он в это верит. Наивно. Глупо.       — Так, для Тохи нам нужна девушка… — Дима оглядывает зал. — Ща, Антош, всё будет. Несколько вопросов, и Позов выбирает девушку, сидящую на третьем ряду.       — Давайте знакомиться. Как вас зовут?       — Ксюша.       Она выглядит смущённо, и Серёжа подмигивает, чтобы немного поддержать.       — Так, а теперь моя очередь.       Серёжа не знает почему, но по спине бегут мурашки. Ледяные, колючие. Он на секунду задумывается о том, чтобы поменяться, попросить Арса участвовать вместо него. А потом ловит взгляд друга и понимает — бесполезно. Арсений на него зол, и любую его просьбу обратит против него. А он к словесной баталии не готов.       — Давай, Арсюх, мой вкус ты знаешь.       — Девушка, да-да, вы в четвёртом ряду. — Арс почти мгновенно определяется с выбором. — Идите к нам.       Она поднимается, и Серёже становится по-настоящему страшно — перед ним стоит его галлюцинация, девушка из его снов. Она реальна. Осязаема. Чёрная юбка, тонкая талия, высокий хвост. И даже на таком расстоянии её взгляд обжигает.       — Арс, пожалуйста, только не её. — Попов едва поворачивает голову и улыбается. — Пожалуйста. Прошу.       — Серёж, и не проси. Я свой выбор сделал. — В голосе Арса — холодная решимость. Он думает, что это часть их ссоры. Думает, что Серёжа ломается. Не понимает.       — Арс, если ты мне правда друг, прошу, выбери кого-то другого. — Он понимает, что это глупо, что похоже на манипуляцию, но от страха голова совсем отказывается работать.       — Не унижайся и не проси — участвовать в куклах ты будешь с этой девушкой. — Арс отворачивается. Делает вид, что не слышит.       На их разговор обращают внимание Шаст с Димой, и Арсений улыбается им, мол, всё в порядке.       — Арс, я не могу. — Он ещё успевает дотронуться до руки друга, а потом на сцену выходит ОНА.       — Как вас зовут? — Стас окидывает её пристальным взглядом. Даже примерный семьянин Позов засматривается на девушку.       — Марина. — Тот самый голос из снов и кошмаров. Он бьёт по нервам, как разряд тока. Он готов сбежать со сцены, как можно дальше от неё, но Арс обнимает его за плечи и едва слышно шепчет:       — Красотка, да? Почувствуй себя на моём месте, пойми, что такое, когда рядом с тобой человек, который тебе нравится. Посмотрим, сможешь ли ты себя контролировать.       Антон начинает объяснять правила, показывает на Серёже, как управлять ими, а он пытается успокоиться. Сердце бьётся как сумасшедшее, он слышит, как за спиной Позов что-то шепчет Арсу, а тот лишь усмехается в ответ. Ничего не понимает. Ничего не видит.       — Итак, импровизация «Куклы».       Серёжа включается в игру, не особо понимая, что делает. Сейчас для него важно одно — он максимально оттягивает момент, когда ей нужно будет к нему прикоснуться. Он сейчас нарушает все правила импровизации, игнорирует партнёра и все его инициативы. Когда Шаст заявляет, что им пора выходить, Серёжа отвечает, что он тюлень и решил провести отпуск дома.       — В смысле дома? У нас же билеты куплены, и если мы прямо сейчас не выйдём, то опоздаем на самолёт.       — Лети один, я остаюсь. Буду валяться в постели и смотреть фильмы весь отпуск.       — А может, ты хотя бы скажешь это, глядя мне в глаза. — Судя по тону, Антон тоже начинает злиться.       В этот момент ОНА прикасается к его плечу, а потом поворачивает его голову, чтобы Серёжа наконец-то посмотрел на Шаста. С этого мгновения он действительно становится куклой. Марионеткой, которой управляет кукловод. Серёжа и хотел бы пошевелиться, двинуть рукой, ногой или хотя бы повернуть голову, но отныне тело ему не подчиняется. Нити вплетаются в мышцы, в суставы, в нервные окончания. Дыхание становится поверхностным. Глаза широко раскрыты.       «Теперь ты мой. Говорить можешь, но позволишь себе одно лишнее слово — сильно об этом пожалеешь. Если понял, ответь, любовь моя.»       Голос звучит не в ушах. В черепе. Под кожей. В каждой клетке. Бархатный. Смертоносный.       Он мысленно кивает. Отчаянно. Открывает рот, чтобы попросить помощи у друзей. Чтобы выкрикнуть: Она здесь! Она контролирует меня! Помогите!       «Нет, любимый, ты не понял. Значит, придётся тебя наказать. Мы уже нашли твоё слабое место, и я могла бы лишить тебя воздуха, но вместо этого лишу полного контроля. Даже над голосом. Наблюдай.»       Губы складываются сами. Точная, отточенная, чужая улыбка. И его собственный голос, ровный и спокойный, произносит:       — Ладно. Поехали. Я готов.