Мужик в шляпе

Костя бесшумно шагал по каменному полу подвала, его кроссовки оставляли слабое эхо в просторном, тускло освещённом помещении. В его руках был Артемий, с повязкой на глазах и связанными за спиной руками. Теперь он уже не был привязан к стулу, но от этого его положение ничуть не стало лучше. Гетерохромный тащил его без особого усилия, словно хрупкую куклу, не обращая внимания на его слабые попытки вырваться. — Ты же не думал, что всё так просто закончится? — лениво бросил красноволосый, затащив пленника вглубь шахты. Мужчина в шляпе, сидевший за столом в дальнем углу подвала, медленно поднялся, его длинная тень протянулась по полу, губы растянулись в ухмылке, а белый оскал слегка блеснул в полумраке. Он лениво склонил голову на бок, рассматривая сцену перед собой, прежде чем неторопливо шагнуть ближе. — О, так это тот самый мальчишка? — голос сущности прозвучал насмешливо. — Какой милый... Кареглазый судорожно сглотнул. Он слышал этот голос прежде. Знал, кому он принадлежит. Внутри него вспыхнуло холодное, сковывающее страхом осознание. Костя толкнул пленника, заставив его упасть на колени на холодный каменный пол. Артемий тихо зашипел от боли, но не смог даже прикрыть лицо — его руки были крепко связаны. Мужчина в шляпе неторопливо наклонился, схватил его за подбородок и чуть приподнял голову. — Ну же, покажи, какой ты смелый, — протянул он, изучая выражение лица темноволосого. — Где твой взгляд, полный вызова? Ах да… я ведь его не вижу, — добавил он с усмешкой, стягивая повязку. Гетерохромный прислонился спиной к стене, скрестив руки на груди, наблюдая за тем, как их новая «игрушка» пытается подавить дрожь. — Ты уже проиграл, так что лучше расслабься и не трать силы на бесполезные попытки, — холодно сказал Костя. Мужчина в шляпе не был так терпелив. Он взял Артемия за волосы, рывком заставляя его поднять голову. — Ты боишься? — спросил он с усмешкой. — Должен бы... Затем он отпустил его так резко, что голова парня ударилась о каменный пол. Глухой звук удара эхом разлетелся по подвалу. Артемий зашипел от боли, но не издал ни звука жалобы. — О, у нас тут гордый, — протянул Костя, подходя ближе. — Как думаешь, долго он сможет терпеть? — Давай проверим, — отозвался Мужчина в шляпе, проводя острым ногтем по шее пленника, оставляя за собой едва заметную царапину. — Он даже не кричит. Как скучно, — Костя разочарованно вздохнул, затем наклонился к уху пленника. — Или ты надеешься, что тебя спасут? Никто не придёт, знаешь ли. Артемий отвернулся, стиснув зубы. Это было его единственной реакцией, но даже она вызывала веселье у его мучителей. Мужчина в шляпе усмехнулся, взмахнул рукой, и в следующий миг Артемий почувствовал, как его связанное тело поднимается в воздух. — Посмотрим, насколько ты выносливый, — голос сущности прозвучал с ласковыми нотками, но в нём было что-то зловещее, что заставило даже Костю усмехнуться. Он знал, что дальше будет только хуже. Парня грубо потащили к массивному деревянному столу, на котором, словно мрачное напоминание о прошлом, лежали металлические орудия с застывшими следами старой крови. Холодный металл поблескивал в тусклом свете, источая пугающий блеск. Подойдя ближе, миф с лёгкостью поднял его и буквально швырнул на столешницу. Тело кареглазого дрогнуло от удара, но протестовать он не успел — запястья быстро зафиксировали над головой. Наручники звякнули, защёлкнувшись с сухим щелчком, а холодные кольца впились в нежную кожу, оставляя едва заметные красные полосы. Артемий беспомощно замер, тяжело дыша. Сердце бешено колотилось в груди, а разум судорожно искал выход из ситуации. Влажные пряди волос липли к его лбу, а взгляд лихорадочно метался между двумя мучителями, пытаясь найти хоть какую-то тень милосердия в их безжалостных лицах. — Отпустите меня... — пробормотал он, почти шёпотом. Мужчина в шляпе приподнял голову, его тёмные глаза насмешливо блеснули из-под полей головного убора. — Что ты сказал? — его голос прозвучал с ленивым интересом. — Пожалуйста! — сорвался на вскрик брюнет, его голос дрогнул от страха. — Я вам ничего не сделал! Почему? Зачем я вам нужен? Миф с усмешкой качнул головой, будто бы сам удивляясь его глупости. — Во-первых, ты у нас в плену, а значит, ты — наша жертва, — холодно проговорил он, проводя пальцем по краю ножа. — Во-вторых, мы не обязаны перед тобой отчитываться. И в-третьих... — раздражение сквозило в каждом слове, будто бы мальчишка уже начал его утомлять. — Давай на выбор, — тонкие губы исказила ухмылка, а в руке он поднял смертоносное лезвие, — либо нож... — он указал на себя, прищурившись с хищным прищуром, — либо топор. — Легким кивком головы он перевёл взгляд на Костю. Телепортатор в этот момент рылся в ящике у стены, разбирая разбросанный арсенал инструментов. Услышав упоминание топора, он замер, а затем, с лёгким удивлением приподняв бровь, развернулся к остальным. Его разноцветные глаза блеснули с неподдельным интересом, когда он посмотрел на растерянного пленника. Уголки его губ дрогнули в лёгкой ухмылке, предвещая нечто нехорошее. — Ну, так что? — голос мифа был спокойным, но в нём ощущалась тёмная насмешка. — Вы хотите меня убить? — неожиданно выдохнул Артемий, сжав дрожащие пальцы в кулаки. — Если да, то нож будет эстетичней, — его голос звучал надломленно, но в глазах полыхал вызов. — А топор... топор интереснее. Он замолчал на секунду, словно взвешивая все возможные варианты. — В общем, я выбираю нож. Миф довольно кивнул, отступая на шаг назад, и бросил взгляд на своего напарника. — Что ж, я тогда пойду позанимаюсь своими делами, — протянул Костя, махнув рукой и лениво отойдя в сторону. Шляпник, не теряя времени, достал из-под плаща тонкий, но опасно острый нож — тот самый, которым недавно водил по коже Говарда, оставляя тонкие порезы, заставляя его извиваться от боли. Теперь этот клинок принадлежал Артемию. Он приблизился, наклоняясь над связанным мальчишкой, его дыхание обжигало кожу пленника. — Ну что ж, начнём, — прошептал он, и его голос прозвучал так, будто он обещал нечто неизбежное. Лезвие скользнуло по обнажённой руке, начиная от локтя и ведя вниз к запястью, оставляя за собой алый след. Артемий резко вздохнул, прикусив губу, пытаясь подавить боль. Но миф не остановился — вторую руку ждала та же участь. Капли крови стекали вниз, алыми росчерками окрашивая бледную кожу. Нож на секунду замер, а затем переместился к пальцам. Мужчина в шляпе медленно провёл им по коже, едва касаясь, словно играл с нервами своей жертвы. Затем, неожиданно и без предупреждения, он резко вонзил клинок в один из пальцев. Громкий, отчаянный крик прорезал подвал. Артемий рефлекторно дёрнулся, но наручники не позволили ему уйти от боли. Лицо его исказилось от мучений, дыхание сбилось. — Я не думал, что будет настолько больно... — пронеслось в голове парня. — Садисты... Миф не спешил доставать нож. Он лишь придавил его чуть сильнее, наблюдая за тем, как сквозь белесую кожу проступает ещё больше крови. А затем, в один миг, выдернул его, отчего кареглазый вновь вскрикнул, сжав зубы до скрипа. Пока его жертва тряслась от боли, миф плавно склонился к его шее. Тёплое дыхание скользнуло по чувствительной коже. Он медленно провёл языком по тонкому участку, словно смакуя страх и страдания пленника. Затем, не спеша, он поднёс лезвие ножа к этой же линии и легко, но ощутимо провёл им по горлу, оставляя за собой тонкую, почти безобидную царапину. Но даже этого было достаточно, чтобы одновременно доставить и дискомфорт, и мазохистского удовольствия. — Пожалуйста... — сдавленно прохрипел он, сжав кулаки. Но миф лишь улыбнулся, поднимая нож выше, и его холодный голос прозвучал с нескрываемым удовольствием: — Мы только начинаем. Пока сущность занималась своим делом, Костя не терял времени даром. Сначала он стоял у стены, наблюдая за происходящим, затем его внимание привлекли коробки в углу, и он направился к ним. Оттуда телепортатор достал пару наручников, ошейник на цепи и дополнительную верёвку. Гетерохромный тихо подошёл к тени, сосредоточенной на Артемии, и, нагнувшись, развёл ноги пленника в стороны, закрепив их наручниками к ножкам стола. Теперь у мифа было достаточно пространства для манёвра. Мужчина в шляпе оторвался от шеи мальчишки и взглянул на работу Кости. — Хм, интересно... Откуда ты их взял? — спросил миф, поставив ладонь на стол, между ног Артемия. — Там в коробке валялись, — лениво ответил красноволосый, кивнув в сторону угла. Миф медленно провёл рукой выше по столу, к промежности пленника. Когда он едва коснулся ткани, Артемий издал сдавленный стон, и существо будто бы отдёрнуло руку. — Я не в этом заинтересован, — хмыкнул миф. — Это всё на Костю. — Ты же уже трахал Говарда, — спокойно напомнил парень в бронежилете. — И что с того? — фигура в шляпе усмехнулась. — Свою "нежность" я оставляю исключительно для него. — Ну ладно, — хладнокровно ответил гетерохромный, — тогда это я оставлю себе. На потом. — Он положил на стол остальные предметы, найденные в коробке, чуть поодаль от Артемия. — Продолжай. Кареглазый бросил взгляд на предметы, и стиснув зубы, немного заскулил. — Хе, продолжаю, — с насмешливой ухмылкой ответил миф, облокачиваясь на край стола между разведёнными ногами пленника. Он вновь переключился на шею мальчишки, небрежно оставляя лёгкие царапины ногтями. Вдоволь наигравшись с белоснежней кожей, миф перешёл на тело. Раздвинув ноги Артемия чуть шире, отчего тот зашипел, миф скользнул холодными пальцами под его футболку, касаясь открытой кожи, иногда царапая её. Пленник выгнулся, лишь бы это прекратилось, но безуспешно. По его спине пробежали мурашки, дыхание сбилось. — Ты мазохист? — вдруг спросил Костя, наблюдая за реакцией мальчишки. В ответ Артемий лишь сильнее выгнулся, словно стараясь уйти от прикосновений, выдавая протяжный стон. — Интересно, — усмехнулся телепортатор.

***

Тень даже не обернулась к Косте, он будто исчез для неё – больше не был фактором, не имел веса в происходящем. Мужчина в шляпе полностью сосредоточился на своей жертве. Артемий вздрогнул, когда длинные пальцы с черными ногтями снова скользнули по его шее, не сжимая, не причиняя боли, а просто изучая, вызывая неприятные мурашки по всему телу. Затем – легкий, почти неощутимый толчок в плечо. Парень дёрнулся, но стянутость запястий и лодыжек не оставляла ему пространства для полноценного отступления. — Интересно, сколько ты выдержишь? — медленно произнес миф, но голос его был не внешним звуком, а эхом, отразившимся в голове парня. Артемий стиснул зубы, не намереваясь отвечать. Однако существо этого от него и не требовало. Вместо этого оно двинулось дальше: длинные пальцы неспешно прошлись вдоль его позвоночника, будто случайно царапая кожу сквозь одежду. Парень напрягся, выгибая спину, но любое движение было бесполезным. Он попытался вырваться, рванув запястья и дёрнув ногами, но только натянул наручники, которые холодно впились в кожу. Существо, словно замечая этот отчаянный рывок, едва слышно усмехнулось, но так, что звук разнёсся внутри головы Артемия, будто собственные пугающие мысли. — Хорошая попытка, — снова этот голос, проникающий в разум, давящий изнутри. Грудь парня поднималась и опускалась в сбивчивом дыхании. Он не мог предугадать следующий шаг существа – и именно это пугало сильнее всего. То пальцы вдруг остановятся на ребре, то чуть сильнее сожмут плечо, то случайно заденут область чуть выше бедра, заставляя мышцы напрягаться до боли. Мужчина в шляпе не делал ничего явного, но в этих мелочах было столько угрозы, что Артемий чувствовал, как внутри всё сжимается. «Не показывай слабость. Не дай ему удовольствия», — прокрутилось в голове, но тело предавало. Стук сердца отдавался в ушах, страх сковывал движения, а интуитивные попытки избежать даже лёгких касаний выглядели жалкими. Пальцы мифа скользнули по коже за ухом – едва ощутимо, но этого хватило, чтобы по телу прокатилась волна холода. В следующее мгновение существо резко наклонилось к его шее, но не коснулось – просто замерло, будто слушая биение пульса. Артемий задохнулся, не в силах сдержать дрожь. Игра продолжалась. Иногда миф будто специально делал долгие паузы, позволяя парню на мгновение поверить, что всё закончилось… а затем резким движением возвращался, заставляя его снова дёргаться, пытаясь предугадать, что будет дальше. Касание запястья. Задетая ключица. Легчайшая царапина ногтем вдоль спины. Всё это было не просто физическим воздействием – это была психологическая атака, сведённая к доведённому до совершенства искусству давления. В какой-то момент Артемий не выдержал – попытался вывернуться, напрягая все мышцы, но только сильнее загнал себя в ловушку. Его собственная борьба работала против него. Мужчина в шляпе, кажется, знал это заранее. Он наблюдал. Ждал. И когда парень снова дернулся, тень вдруг толкнула его обратно – не сильно, но так резко и неожиданно, что сердце ухнуло в пятки. Этот толчок не имел силы – но в нём было нечто ужасающее: ощущение полной власти. Миф наклонился к самому уху: — Продолжай, — прошептал он, и его голос, наполненный едва скрытой усмешкой, эхом разнёсся по голове Артемия, отдаваясь во всех мыслях. Парень зажмурился, пытаясь не поддаться. Но было уже поздно – страх пропитал каждую клетку его тела. И Мужчина в шляпе это знал. В тот миг, когда Артемий понял, что его ноги больше не скованы наручниками, внутри вспыхнула отчаянная искра надежды. Его запястья всё ещё оставались прикованными над головой, но это уже давало шанс. Он осторожно пошевелил ногами, проверяя свободу, и, улучив момент, когда миф в шляпе приблизился к его лицу, резко вскинул обе ноги и с силой ударил тень. Раздался глухой удар. Мужчина в шляпе слегка отшатнулся, но его реакции хватило, чтобы не потерять равновесие. Тёмная фигура замерла, и лишь тонкая струйка бордовой крови скользнула по его губе. Он медленно провёл языком по порезу, стирая следы, и вдруг ухмыльнулся. Холодная, пугающая ухмылка. — Зря ты так... — его голос прозвучал глухо, пропитанный гневом. Артемий тут же ощутил, как по телу пробежал предательский холод. Он не успел даже осознать свою ошибку, как миф рванулся вперёд с невероятной скоростью. Рука с неестественной силой вцепилась в его горло, моментально перекрывая доступ к воздуху. Парень захрипел, его тело дёрнулось в инстинктивной попытке вырваться, но хватка только усилилась. Мужчина в шляпе наклонился ближе, и Артемий чувствовал, как его пальцы сдавливают шею, надавливая на трахею. Глаза мифа блеснули зловещим светом. Он не собирался сразу отпускать свою жертву. — Ты и правда решил, что это была хорошая идея? — прошептал миф, слегка наклоняя голову. Его голос был тихим, но в нём сквозила угроза, от которой по спине пробежали мурашки. Артемий закашлялся, пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха, но тут миф грубо ослабил хватку лишь на секунду, только для того, чтобы снова сжать пальцы на его горле, заставляя задыхаться. На глазах парня выступили слёзы — организм панически боролся за жизнь. Но на этом пытка не закончилась. Мужчина в шляпе резко схватил его за волосы, дёрнул голову назад, оголяя шею. Артемий зашипел от боли, его глаза расширились от страха, когда тень прижалась губами к его коже, словно наслаждаясь испугом. — Больно? — выдохнул он, слегка царапая ногтями спину парня, оставляя красные полосы. — Это только начало... Он провёл пальцами по шее, будто невзначай касаясь чувствительных мест, вызывая невольную дрожь. Затем снова рывком запрокинул голову Артемия назад и безжалостно вдавил его запястья в железные прутья. Парень дёрнулся, но из-за того, что руки были скованы, сопротивление только приносило дополнительную боль. Миф наслаждался этим. Он смаковал страх, боль и отчаяние, исходящие от мальчишки. Его руки, холодные как лёд, скользнули вниз, снова коснувшись боков Артемия, сжимая их так сильно, что оставались следы. Парень снова попытался ударить его ногами, но на этот раз миф был готов. Он перехватил его ногу, с силой прижал её к столу, затем другой рукой повторил то же самое со второй. Теперь Артемий не мог двигаться. — Нет, нет, нет, — зловеще прошептал миф, приближаясь ещё ближе. — Ты хотел играть в эти игры? Придётся закончить. Он не торопился. Он продолжал мучить его, доводя до грани — то хватая за волосы, то сдавливая горло, то оставляя холодные прикосновения на коже. Каждый его жест был продуманным, он не спешил, ведь знал, что самое сладкое — это ожидание неизбежного. Артемий задыхался, его тело дрожало от смеси боли, страха и бессилия. Ему хотелось вырваться, но он не мог. Мужчина в шляпе держал его в своих руках, полностью контролируя ситуацию. В какой-то момент миф вдруг остановился. Он отстранился всего на несколько сантиметров, пристально разглядывая лицо своей жертвы. Его взгляд скользил по расширенным от ужаса глазам, сбитому дыханию, слезам, предательски блестевшим на щеках. А затем он резко выпустил его. Артемий тяжело вдохнул, судорожно хватая воздух ртом, его грудь судорожно вздымалась и опускалась. Его запястья саднили от сдавливающих наручников, горло болело от удушья, а тело ныло от жёсткого обращения. Но миф не ушёл. Он лишь склонился к самому уху парня и прошептал: — Запомни этот урок. После чего выпрямился и на миг замер, будто ожидая реакции. Затем медленно, грациозно отошёл, оставляя Артемия в полном оцепенении. И только теперь, когда его хватка исчезла, парень понял — он дрожит. Он не мог заставить себя успокоиться, не мог осознать, что только что произошло. Кареглазка всё ещё тяжело дышал, судорожно втягивая воздух сквозь пересохшее горло. Он чувствовал, как горло саднит, как его тело всё ещё покрыто липким потом страха, а сердце колотится так сильно, что кажется, будто хочет вырваться наружу. Мужчина в шляпе отпустил его. Но только потому, что сам так решил. Сквозь туман боли и страха Артемий вдруг уловил, что тень не ушла. Она не растворилась во мраке, не оставила его в покое. Она просто сделала шаг назад, наслаждаясь своей властью. Миф в шляпе медленно поднял руку к лицу и стёр с губ остатки бордовой крови. Его улыбка стала шире, но теперь в ней читалась холодная, зловещая решимость. Он не закончил. Он просто дал ему время прочувствовать ситуацию, осознать, что в этом противостоянии у него нет ни единого шанса. Тень сделала шаг вперёд. Паренёк вздрогнул, инстинктивно вжимаясь в холодный металл стола, на котором был прикован. Его тело отказывалось повиноваться, но внутренний голос кричал, что нужно бежать, что сейчас произойдёт нечто куда более страшное, чем раньше. И этот внутренний голос не ошибался. Тень вдруг скользнула рукой вглубь своего чёрного плаща, а когда вытянула её обратно, в тонких пальцах появился нож. Длинный, с изогнутым лезвием, которое тускло блеснуло в свете. Это был не просто нож — это было оружие пытки. Кареглазый замер. Его дыхание сбилось, и в этот момент он почувствовал, как что-то внутри него окончательно ломается. Нет, нет, нет… — Ты думал, что всё так просто? — голос сущности прозвучал ровно, но в нём ещё оставались отголоски той ярости, что он сдерживал. — Ты ведь знаешь, что это ещё не конец, да? Парень не ответил. Он просто смотрел на нож, на то, как тень лениво провела пальцем по лезвию, будто проверяя его остроту. Затем он наклонился вперёд, приближаясь снова, и лезвие коснулось его щеки. Паренёк вздрогнул. — Тссс… — прошептал миф, проводя кончиком ножа ниже, по линии подбородка, затем вниз, к шее. — Ты всё ещё дрожишь. Темноволосый стиснул зубы, чувствуя, как лезвие едва царапает кожу, не разрезая её, но оставляя ощущение холода. Тень не торопилась. Он наслаждался этим моментом, растягивал его, будто смакуя каждую секунду страха, пронзающего жертву. — Скажи мне, сучёныш… — продолжил он, наклоняясь к самому уху. — Было ли тебе страшно, когда я держал тебя за горло? Когда ты не мог дышать? Паренёк не ответил. Но его дыхание стало ещё более прерывистым. Миф усмехнулся и вдруг резким движением полоснул ножом по ткани рубашки Артемия. Материал разошёлся, открывая кожу. Лезвие скользнуло по ключице, оставляя едва заметную тонкую линию, из которой тут же выступили крошечные капли крови. — О, не бойся, — ласково выдохнул миф. — Я не собираюсь тебя убивать… пока что. Он снова провёл ножом, но на этот раз по животу, царапая кожу, но не углубляясь. Это было не пыткой, а чем-то большим. Это была демонстрация власти, издевательство, игра с добычей, которая уже даже не могла сопротивляться. Мальчишка вздрогнул, но не издал ни звука. Он не хотел давать тени этого удовольствия, но его тело выдавало его само. Дрожь, частое дыхание, сжатые пальцы — всё это говорило мифу больше, чем любые слова. — Ты держишься лучше, чем я ожидал, — признал миф, слегка склонив голову. — Но это ненадолго. И с этими словами он вонзил нож в стол всего в нескольких миллиметрах от руки парня. Дерево затрещало, когда лезвие вошло в него до самой рукояти. Артемий дёрнулся, но миф тут же снова схватил его за волосы, заставляя поднять голову и смотреть ему прямо в глаза. — Запомни этот момент, — его голос стал почти шёпотом. — В следующий раз я не промахнусь. Тень ещё несколько мгновений смотрела на него, словно проверяя, сломался ли он окончательно. Затем, неожиданно для самого Артемия, миф просто разжал пальцы и отступил назад. — Сегодня ты выжил, — спокойно сказал он. — Но я ещё вернусь. И с этими словами он растворился в темноте, оставив парня одного. Костя всё так же стоял у стены, не вмешиваясь. Он не проронил ни слова, но его взгляд говорил о многом. Однако сейчас Артемию было уже всё равно. Он был слишком измотан. Слишком сломлен. Но не до конца. Ведь он всё ещё был жив. Пока что.