Прощай, Токио.
— Ло, ну что ты носишься как угорелый? Я из своего номера слышу твой топот и ругань. — Громкий стук в дверь корейца сопровождал голос возлюбленного, что стоял по ту сторону и не понимал, что происходит с Лололошкой. Фигуристы успели разойтись по своим номерам, дабы вещи собрать, переодеться и быть готовыми к вылету в другую страну. Время подходило к девяти вечера, вот-вот пора бежать на первый этаж и встретиться со всеми спортсменами, тренерами и направиться в аэропорт, но, видимо, Лололошка так не считал. Голубоглазый по номеру бегает, словно ураган наступает, матерится, а парнишка свои очки найти не мог, плюсом игнорировал стук в дверь, что стал надоедать, понимая, что вот-вот может психануть на любую мелочь перед собственным носом. Глубоко вдохнув и выдохнув, Ким разворачивается лицом к источнику звука, топая в сторону двери и открывая её, замечая перед собой стоявшего Джона, что слегка голову наклонил в бок, осматривая растерянного Ло. - Что случилось, котик? - Спрашивает кареглазый, заходя в убранный номер возлюбленного, прикрывая дверь, пока сам Ким выглядел уж слишком растеряно и на лёгкой панике.
— Я проебал где-то очки, я не понимаю, куда они пропали прошлой ночью?! Конкретно помню: вернулся в номер, побежал блевать, снял очки, положил их на пол, а сейчас они исчезли! — поднимает тон Лололошка, активно жестикулируя и переживая по этому поводу, как-никак, но данный аксессуар был уж слишком родным и любимым, потому что являлся подарком от Брай. — Блять, ну не знаю, может я их смыл в унитаз на пьяную башку? — уже разочарованно говорит Ло, ходя по номеру из стороны в сторону и проверяя полностью пустые полки. — Может ты их убрал уже? В чемодане где-то лежат? Или не заметил, как кинул куда-то? - Предполагает Джон, находя эту ситуацию комичной, вот-вот выходить, а вещичка пропала, пока кореец ходит и матерится на всё подряд, не понимая, откуда у голубоглазого вообще такие слова в лексиконе. Харрис решил проверить личные вещи своего возлюбленного, копошась в рюкзаке, шоппере, чемодане, пока сам владелец потеряшки вновь ушёл в туалет. — Да я уже раком перед этим унитазом стоял и всю пыль на толстовке собрал! Может мне перед зеркалом попрыгать, как идиот, чтоб очки сами нашлись?! — ругается Ким из ванной комнаты, вновь обыскивая всё и ползая на коленях, пока американец и дальше проверял вещи. Пока голубоглазый уже наигранно хмыкал, Дейви на обратно вещи уложил, решая открыть тумбочку, и уставился на лежащий аксессуар, хмыкнув себе под нос и закатив глаза. Кареглазый двинулся в сторону ванной комнаты, смотря на Ло, который продолжал ползать и искать вещичку, пока американец облокотился плечом на дверной косяк, держа в одной ладони очки своего возлюбленного. — Кажется, кому-то пора приобретать очки для зрения. — Стебётся кареглазый, замечая, как Лололошка с пола поднялся, отряхивая свою одежку от пыли, поворачиваясь к стоящему Джону, что старался сдержать смех от лица корейца, парень был явно удивлён и в огромном недоумении. — Где ты их нашёл? — Интересуется фигурист, вырывая у второго из руки свой аксессуар, натягивая очки на глаза и смотря на Дейви. — Во-первых, пожалуйста. — Предъявляет Джон, пока Лололошка вышел из ванной комнаты и стал выкатывать чемоданы в коридор. — Во-вторых, видимо, каким-то образом ты положил их в тумбочку. — Пожимает плечами Харрис, пока голубоглазый выдохнул тяжело, потянувшись к своему парню, оставив на щеке того поцелуй, шепча: «Спасибо, милый». — Вот, другой разговор. — Улыбнулся довольно американец, уронив лёгкий смешок, пока самому стало приятно от лёгкого чмока в свою покрасневшую щёку. Джон потрепал голубоглазого по голове, вызвав у того улыбку и толком неслышный смешок, покидая номер возлюбленного и заходя в свою комнатушку, не забывая каждую мелочь и выключая свет. Даже не верилось, как быстро пролетели две недели в Японии, но за это время произошло многое, уж слишком активный и полный неожиданности вышел второй этап, не представляя, что может ждать в Китае, хоть те и проведут намного меньше деньков, хотелось успеть сделать всё. Особенно зная Лололошку, тот найдёт лишний час времени, поведёт Дейви за собой по каким-то улочкам, обойдёт безмерное количество магазинчиков, кафешек, попробует непонятные снеки, оставит половину счёта банковской карты и начнёт ругаться, не поняв, куда делись деньги? Спускаясь с девятого этажа отеля, на первом уже собрались тренера и другие фигуристы, что поджидали автобуса, который отвезёт спортсменов до самого аэропорта. Кинув взор на небольшую толкучку, что постепенно выходила на улицу, Лололошка с Джоном оставили ключ-карты на ресепшене от своих номеров, а голубоглазый старался найти знакомые разноцветные макушки тренеров, головой вертел повсюду и заметил Окетру с Райей на улице, подзывая к себе американца, шагая к женщинам. В очередной раз тренера насели на уши двоим фигуристам, говоря, что у тех последний шанс показать себя с самой лучшей стороны в третьем этапе, остаться на вершине и не подраться за первое место, на такое высказывание Ло глаза закатил, а Харрис усмехнулся. Прохладный воздух игрался с волосами, ударял в лицо, заставляя чуть ли не каждого стоявшего на улице слегка поджаться и согреться от данной погоды, ведь погода так и кричала о настигающей зиме, то самое время года, которое не переносил Лололошка. Радовало, что не пришлось долго ждать прибывания автобуса, как Ким первый поторопился к здоровенной машине, кладя свой чемодан в багажник транспорта, направляясь в салон и занимая место для двоих, согреваясь словно птенчик. Лололошка в телефон залип, как через пять минут к тому подсел Джон, нагло уронив голову на плечо корейца, подглядывая в телефон того, пока тот толком никак не реагировал, лишь позволил Харрису устроится поудобнее. Плюсом и вечер сказывался на довольно сонном состоянии двоих сидящих парней, да и весь день Лололошке было не по себе, как и собственной голове, которая разрывалась от боли из-за малейшего шума, стараясь перекрыть это состояние музыкой. Голубоглазый один наушник достаёт из левого уха, протягивая его Джону и так предлагая вместе послушать что-то иное, нежели нежелательные голоса вокруг, словно хотелось оказаться в своём мирке. Что-что, но в музыкальном вкусе двоих были явные различия, у Кима полная сборная солянка: начиная песнями из родной страны, зарубежными, распространившиеся в социальных сетях глупые треки, заканчивая звуками бушующих волн, пением птиц и классических симфоний. — У меня какое-то странное предчувствие. — Начинает Джон, шепча эти слова только для своего возлюбленного, прикрывая глаза и немного ёрзая, садясь поудобнее. Ким бровь вверх изогнул, хмыкнув вопросительно, мол, чего это надумывает Харрис? — Ну... Будто что-то произойдёт плохое, не знаю. — Пожимает плечами кареглазый. — Даже представить не могу, что произойдёт. — Хмыкает Лололошка, прикрывая рот рукой и зевая, оставляя свой телефон на коленях и стараясь нащупать маску для лица в правом кармане пальто, мало ли пригодится, а после слов Джона тот насторожился. — Как минимум, мы под охраной, никто не нападёт и с ног не собьёт, да и не такие уж мы супер-звёзды. — Размышляет Лололошка, понимая, что что-то и правда может случится, как-никак, но популярность и тех имеется, но шанс минимальный. — Надеюсь, что мои догадки неверны и это всё накопившийся стресс. - Отвечает Джон, скрещивая руки на груди, ощущая, как того потихоньку укачивает во время движения автобуса, вслушиваясь в музыку, что отдавала в левом ухе, немного улыбаясь на то, что услышал и свою любимую песню.Ночной Токио был окутан своим мягким светом неоновых вывесок, пока асфальт покрывали небольшие снежинки, прилипали к стёклам транспорта. Автобус, медленно прокладывающий свой путь по улицам засыпающего Токио, был полон спортсменов, каждый из которых погружен в свои мысли, кто-то уже размышлял о том, что ждёт на этапе, кто победит, вдруг произойдёт что-то грандиозное? Внутри царила своя атмосфера спокойствия, нарушаемая лишь тихим шуршанием колес по дороге и редкими перешептываниями фигуристами, каждый устал по-своему, а двое влюблённых наслаждались минимальной близостью. На удивление, всем остальным вокруг было так плевать на Лололошку и Джона, словно все смирились с информацией того, что бывшие враги теперь такими не являются, постоянно вместе, радуются друг за друга, в какой-то степени становятся лишь сильнее на льду, сам Джон тому пример, словно характер вечно грубого американца смягчился, юноша стал более спокойнее и не готов припечатать кого-то к холодному покрытию за одно лишь плохое слово в его сторону, даже сам Ло замечал, что творила любовь с Дейви, и это только радовало.
