Устал.
Каждый день превращался в настоящее существование, да нелёгкое. Постоянные нервы, камеры, папарацци, слухи, сплетни и смешки с трибун ледового дворца. Ким старался отвлечься, не обращать внимания, но было сложно игнорировать подобное, но с чудом разум отключался и погружался в тренировки, вытягивая все соки из тела корейца. Лололошка словно потерял счёт во времени с прошедшей ссоры с Джоном, как-никак, но очень неприятный осадок остался в душе, да и из-за огромной нагрузки не было сил разговаривать с собственным возлюбленным, что уж разговоры, голубоглазый забыл про еду, пропуская приём пищи три дня подряд. Фигурист не чувствовал собственных ног, но не останавливался, даже задерживался на льду, не сходя с него до закрытия всего ледового дворца, не слушал говор Окетры и Харриса о том, чтобы он передохнул и не мучил себя тренировками, ведь и сильнейшему на данный момент спортсмену, в лице представителя соединённых штатов Америки, было страшно наблюдать за тем, как Ло не ценит себя и гробит собственное здоровье. До начала короткой программы оставался полноценный день, тренировка, после которой Ким вернулся поздно, стрелка только-только пробила одиннадцать часов вечера, а представитель Южной Кореи соизволил переступить порог номера, до этого не отвечая на звонки возлюбленного. Джону было тревожно, что Лололошка так мучается, не слушает его, не принимает заботу, молчит и не говорит о том, что тревожит. Но и кареглазый не пальцем деланный, просто так данное не оставит, желая разобраться в происходящем, по большей части виня себя из-за того, что Ким закрылся в себе.
Ло тяжело выдыхает, закрывая за собой дверь номера и скидывая с плеча сумку с коньками, стараясь держаться на ватных ногах и не свалиться прямо на пол. В нос ударил приятный запах очередного ужина, а урчание желудка отдавало по самые уши, говоря о том, что пора бы уставшему спортсмену нормально поесть. Дейви старался всё это время уговорить своего парня на то, чтобы спуститься на первый этаж отеля, нормально поесть, принять ванную, поболтать и лечь спать, но вместо этого кореец выбирал другое. День у двоих начинался одинаково: пробуждение после крепкого сна, не чувствуя всю ночь конечности, пробуждение, Джон завтракал, старался упросить Ло остаться вместе на еду, но Лололошка убегал на лёд, на котором проводил целый день, не контактируя с американцем, вечером душ, лёгкий перекус, если есть силы и желание, и вновь спать. Джону было больно наблюдать за уставшим лицом голубоглазого, поэтому перестал уговаривать, лишь поставил перед фактом, что они поговорят, при этом заставив корейца плотно поужинать. Сейчас же кареглазый, заметив возвращение Кима, двинулся в коридор, моментально хватая того в тёплые объятия, слегка покачиваясь из стороны в сторону, шепча сладостные слова и поддерживая парня, говоря, что сейчас Ло пойдёт в душ и они поедят, поговорят. Уставший Лололошка кивнул на такое, оставляя лёгкий поцелуй на щеке Харриса, потирая сонные глаза и сразу направляясь в ванную комнату, замечая, что американец успел подготовить ему чистую одежду, постирал другую, тем самым вызывая улыбку на лице пришедшего. Уставал не только Лололошка, но и сам Джон, да только не показывал подобного, смирился с происходящим вокруг, настраивая себя на хороший финал третьего этапа, зная, что скоро всё будет более-менее тихо вплоть до нового года, закрытия идущего сезона соревнований. Харрис был уверен в самом себе, в своих навыках, даже позволил расслабиться, как-никак, ему хватит одного успешного четверного акселя, и первое место уже в руках, что принесёт золото штатам на Гран-при. Кареглазый вслушивался в звуки воды, которые исходили из ванной комнаты, говоря о том, что кореец принимает тёплый душ, лишь надеясь на то, чтобы голубоглазый не уснул или не свалился без сил на мокрый пол. Джон включил на фон телевизор, в очередной раз по каналам крутили какие-то реалити-шоу, но происходящее того не волновало, оставив передачу лишь для шума и своей атмосферы, пока самому хотелось поесть после тренировки и тёплой воды, успев несколько раз высохнуть. Не верилось, что время летит так быстро, жизнь меняется в лучшую сторону, карьера идёт только вверх, рядом любимый человек, каким-то чудом налаживается общение с родителями, и Дейви не узнавал самого себя. Пожав плечами на собственные мысли, Харрис улыбнулся, чувствуя себя спокойно и счастливо, а через пару минут в дверном проёме ванной комнаты показался Ло, что был переодет в свою пижаму, параллельно высушивая мокрые волосы белоснежным полотенцем. Ким устало направился к кровати, небрежно кидая мокрое полотенце на пуфик неподалёку, аккуратно садясь на кровать и смотря на принесённый ужин, который немного навеивал воспоминания о недавней ссоре, тяжело выдохнув на это. Джон специально подвинулся поближе, переплетая свою правую руку с левой Кима, желая так быть поближе, наслаждаясь компанией возлюбленного, словно кот, забирая усталость у парня. — Ло, я вижу, что ты стал отстранённее, на тренировках буквально убиваешь себя. Что тебя тревожит? — Бархатистым голосом начал Джон, косясь на возлюбленного и поглаживая его тыльную сторону ладони своим большим пальцем, замечая грустную улыбку на лице Лололошки. — Всё в порядке, не волнуйся, обычное состояние. — Старался уйти от вопроса Ким, поворачивая голову и оставляя очередной поцелуй на щеке американца, крепко держа в руке палочки для еды и собираясь приступить к тёплой еде. — Не ври мне, пожалуйста, я же вижу, не всё в порядке. Ты держишься на последнем издыхании, впервые ешь адекватно за три дня, заметно, что за короткий срок похудел, я не хочу, чтобы мой любимый свалился без сознания на прокате и, не дай бог, разбил голову об лёд. — Переживает Джон, говоря это с болью в голосе, смотря жалостливо на корейца, что аккуратно положил палочки для еды рядом с тарелкой рамёна. Лололошка выдохнул тяжело, сжимая в своей руке ладонь Харриса, переводя голубые зенки на того. — Я ужасно устал находиться в этих постоянных разъездах, устал от камер, устал от лишних глаз, что пытаются залезть чуть ли не в мои трусы, дабы узнать каждую мелочь. — Начинает высказываться Лололошка, кладя руку Джона себе на ляжку, давая понять, что ему так легче. — После ссоры у меня остался очень неприятный осадок, решил уйти в тренировки, они всегда мне помогают, но нет, публика всё портит. — Выдыхает Ло, стараясь сдержать слёзы от усталости. — Ещё отец, он стал звонить, написывать, тоже расспрашивать о том, мол, «ты правда встречаешься с Джоном?», так и хотелось всю правду вывалить ему, но я подумал, что такой разговор лучше провести в жизни. — Продолжает Ким, смотря на тарелку с едой перед носом, что вкусно пахла и просилась в рот, но сам голубоглазый чувствовал в горле ком, не позволяя ему поесть, выплёскивая наружу слова. — Милый, ты же знаешь, я всегда рядом, надо было сразу рассказать. — Спокойно, нет, скорее с переживанием говорит Джон, кладя руку на правую щёку Ло ладонь, поворачивая голову любимого к себе и мягко целуя парня в лоб. — Не могу смотреть на то, как ты убиваешь себя, поэтому постараюсь на максимум позаботиться о тебе. — Шепчет Харрис, покрывая лицо того поцелуями. — Скоро вернёмся в Корею, увидимся с друзьями, отдохнём, съедемся, заведём котика, как ты хотел, и всё будет хорошо, обещаю. — С огромной надеждой в голосе говорит Джон, убирая ладонь от щеки парня, запуская её в мокрые волосы Кима. — Я так хочу домой... - Шепчет Ло, соприкасаясь своим лбом со лбом американца, прикрывая голубые зенки. - Абсолютно всё надоело. Надоел этот спорт, публика, люди, хочу спокойной жизни, хочу быть обычным студентом, жить без проблем, работать, не светиться где-то, не видеть своё имя в каждой строчке в интернете. - Выдыхает Ким, окончательно кладя руки на плечи Джона и обнимая возлюбленного, высказываясь по поводу всего. - Хочу к друзьям, хочу спокойствия. - Словно мурчит Лололошка, роняя слабые слезы на ткань футболки Харриса. Кареглазый аккуратно поглаживал своими ладонями спину Ло, целуя парня в висок, успокаивая корейца, что был на нервах, полностью понимая состояние возлюбленного. - Бесит всё вокруг, а мозги делает как отец, так Окетра. - Всхлипывает Ло, позволяя своим эмоциям взять вверх. - И хочется уехать куда-нибудь... На Чеджудо, с тобой, с Брай, Клео и Диланом, отдохнуть компанией, никого другого не видеть. - Говорит Ло, чувствуя, как американец начинает целовать того в висок, успокаивая. — Всё будет хорошо, малыш, проплачься, эмоции надо выпустить. — Поддерживал Харрис, поглаживая возлюбленного по спине, выслушивая дальше. — Мы скоро вернёмся. — Повторял Джон, целуя любимого по всему лицу и убирая уже двумя руками слёзы возлюбленного.Ким был благодарен за такую поддержку со стороны Джона, продолжая свой плаксивый монолог, высказывая всё, что думает. Усталость пожирала всё подсознание корейца, расслабляясь в его руках и болтая все свои мысли. Юноше хотелось выпустить эмоции, ту боль, что накопилась на сердце за последнее врем я, параллельно наслаждаясь голосом Харриса, который казался таким сладким, спокойным и нежным, успокаивая разум парня. Надежда на спокойное, тихое и счастливое будущее было, веря в то, что всё скоро закончится самым лучшим исходом, тем, что пообещал ему Харрис.
