Человеческий код

[19.09.2342] Казино — удел тысячи слабаков, которым лишь бы спустить последние деньги, проиграв всë, что они имеют — кровно или не совсем заработанные, собственное достоинство, недвижимость, а в конечном итоге и самих себя. Ну не идиотизм ли? И ведь каждый, кто заходит сюда, думает, что он особенный. Что вот именно ему улыбнëтся удача, что именно его фишка окажется выигрышной. Ага, конечно. В лучшем случае, выиграешь немного, почувствуешь себя королём жизни и сольёшь все снова. В худшем — уйдёшь с пустыми карманами и полным осознанием собственной никчёмности. В воздухе тяжёлый запах денег, сигарет и удушливых духов. Шум: глухие удары фишек, щелчки рулетки, оживлённые голоса, смех — иногда радостный, чаще нервный. Повсюду люди, упёртые в автоматы, как в последнюю надежду на спасение. Кто-то сжимает стакан с бурбоном, кто-то — пачку купюр, но взгляд у всех один и тот же: зависимый. — Думаешь, мы тоже лохи? — Диего лениво потягивает газировку через трубочку, явно не радостный от невозможности наполнить желудок алкоголем прямо на задании. В руках у него фишка, ранее подобранная где-то под столами, а сейчас перекатывающаяся между ловкими пальцами, на которую оба смотрят так, будто впервые видят. — Здесь одни жирдяи, — Джон мельком оглядывает зал, примечая выходы, охрану, потенциальные проблемы и подозрительно выглядящих людей. — Нам есть что терять, в отличие от этих… Санчез хмыкает, отставляя стакан. — Должен признать, мне нравится твоя уверенность, младший. Согласился пойти со мной на задание, не задумываясь ни на секунду и даже не дослушав сути, — он вздёрнул голову и расхохотался, по-дружески толкнув плечом рядом сидящего Харриса. В ответ Джон лишь покосился на него, всем своим видом не разделяя веселья товарища. — Может, потому что мне уже по барабану, — он наклонился вперед, сцепив пальцы. — Ты сказал: «Пошли, дело серьезное», а мне этого с головой хватило, чтобы я ответил тебе «Да, Чез, с тобой в любую задницу». — Вот и глупец, — Санчез цокнул языком. — Знаешь, я мог бы продолжить эту фразу чем угодно, а ты в любом случае уже был бы согласен. В следующий раз заставлю тебя переспать с какой-нибудь бабкой ради информации. — Беру свои слова назад, — парировал Джон, вновь оглядывая залитый цветной подсветкой зал. Здание словно жило своей жизнью: крупье ловко раздавали карты, дилеры улыбались богачам, охрана зорко следила за каждым движением. У стены — скучающие девицы с искусственными улыбками и залитыми филлерами вместо крови, чей интерес к посетителям зависел исключительно от толщины их кошелька. В углу у бара какой-то мужчина уже наполовину слился со стойкой, по щекам которого стекал пот, а обезумевшие пальцы уже дрожали над последней купюрой, которую он явно не мог решить — ставить или отложить себе на дорогу домой. — Глянь-ка, — Санчез едва заметно кивнул в сторону VIP-зоны, скрытой за красными бархатными шторами. — Наша птичка. Джон прищурился. За столиком в самой середине, окружённый охраной, восседал мужчина, одетый в белый костюм. Гладкие, зализанные назад волосы, кольца на пальцах, самодовольная ухмылка. Время от времени он щелкал пальцами, и официант тут же подносил ему напиток или зажигал сигару. — Типичный мафиозный ублюдок, — пробормотал Джон, качая головой. — Дай угадаю: считает себя божьим одуванчиком, а на деле просто жирный петух, которому повезло родиться в нужной семье? — Ну, не совсем, — Санчез лениво потер подбородок, проводя пальцами по щетине. — Он не жирный. — Вот ведь удача, — хмыкнул Харрис, а затем скривился, в брезгливом жесте отряхивая руки. — Хоть кто-то тут следит за собой. Диего тихо фыркнул, выдохнул носом и провёл рукой по затылку, приглаживая удлинённые волосы. На свету его маллет отливал мягким каштановым оттенком, хотя короткие, выбритые виски резко контрастировали с ним. Джон давно привык к этой причёске — она почему-то идеально вписывалась в его образ: лёгкая небрежность, нарочитая дерзость и, конечно, какое-то наплевательское отношение к общепринятым нормам. — Ты уставился на меня так, будто я тебе сотку должен, — заметил Санчез, склонив голову набок. — Ты мне всегда что-то должен, — ухмыльнулся Джон, а потом снова взглянул в сторону белого костюма. — Ладно, расскажи мне про план действий, пока я не сделал ему пластическую операцию прямо на этих вырвиглазных шторах. — Терпения, Джонни, терпения, — Санчез наигранно сложил руки в молитвенном жесте. — Надо уметь ждать момент, а не врываться в кабак с пушками наперевес. — Ты описываешь меня так, будто я дикий зверь, которого забыли покормить. — А ты не такой? — Слушай, я всего лишь хочу сделать мир немного чище от всяких уродов. Даже если приходится подчиняться Марло, разве это преступление? — Джон приподнял бровь. — В нашем деле? — Санчез лукаво прищурился. — Ну, вообще-то да. Джон ухмыльнулся. — Значит, я преступник. В который раз. Диего усмехнулся, позволив чему-то мягкому, почти задумчивому украсить собственную улыбку. На долю секунды его обычная самоуверенность будто отступила, уступая место сокровенным мыслям. — Знаешь, не всё в этом мире делится только на ублюдков и нас. — Это ты к чему? — хмыкнул Джон, бросив на Санчеза недоверчивый взгляд исподлобья. Скучающее выражение лица вмиг преобразилось, выдавая некую заинтересованность в тоне собеседника. Слегка дрожащими пальцами тот провёл по затылку, цепляя ими кончики длинных прядей, как делал обычно, когда по какой-либо из причин нервничал. Другой рукой он подпёр подбородок, мутно-влюблённым взглядом смотря куда-то вне пространства. — Да так… — лениво протянул он, всматриваясь в сторону бара, где официантки с безразличием расставляли напитки. — С Джуди сегодня болтали. — И?.. — И я думаю сделать ей предложение, — беззаботно выдал Диего, но по тому, как он сразу же сделал вид, что его больше интересует состояние льда в стакане, было очевидно — это не просто импульсивное заявление. — С ума сошёл? — Джон скрестил руки на груди и повернулся к напарнику, резким движением стряхивая солнцезащитные очки на кончик носа, теряя всякий интерес к заданию и белому костюму из VIP-зоны. — Ты в мафии, Чез. Мы не строим отношения, не заводим семьи. Не забывай это. — По-моему, из нас двоих старым ворчливым дедом должен быть я, а не ты, — Диего закатил глаза. — Вы, молодежь, всегда так бурно реагируете? — Это не ворчание, это реальность, — Харрис подался вперед, опираясь локтями о стол. — В нашей жизни нет места для близких. Все, кто тебе дорог, становятся твоей слабостью. Ты… почти в два раза дольше живёшь в криминальном мире, а объяснять основы должен тебе я? — Ну да, конечно, Джонни, ты нагуляться ещё успеешь, а мне уже этого не светит. Дай старику насладиться жизнью, — Санчез с показной усталостью опрокинул в себя остатки напитка, а затем продолжил, дёргая рычаг давления: — При всём этом ты обожаешь свою сестру. И это подействовало. Джон с силой сжал челюсти, возвращая тёмные очки обратно на переносицу и поправляя выбившиеся из залаченных волос пряди. — Саша — это другое, — процедил он, скрипя зубами. — Ох, конечно, «другое», — Санчез фыркнул. — Когда речь о тебе, всегда есть исключения, да? — Я не собираюсь её терять, — отрезал Джон. — А я не собираюсь терять любимую, — Диего развернулся, грозно приблизившись к чужой физиономии. — Может, вместо того, чтобы читать мне нотации, ты просто поддержишь меня, амиго? На лице не дрогнула ни одна мышца. Весь этот разговор ему категорически не нравился. Черт возьми, он же видел, как это бывает. В их мире любая привязанность — это нож у горла, и спутница не исключение. — Ты сам знаешь, чем это может кончиться, — произнёс он наконец, медленно и чётко, на что Санчез лишь пожал плечами. — А может, и нет. — Тогда ты ещё больший идиот, чем я думал. — Ну, тебе виднее, ты в этом эксперт, — Санчез вернул себе прежнюю самоуверенность, но в глазах до сих пор тлело что-то странно серьёзное. Они переглянулись. Напряжение повисло между ними, но совсем ненадолго — ровно до того момента, пока Диего снова не перевёл взгляд в сторону VIP-зоны. — Ладно, хватит душных разговоров, Джонни, — бросил он, хлопнув Харриса по плечу. — Нам работать надо. Джон выдохнул, прокручивая в голове разговор. Он знал, что Санчез не откажется от своей затеи, и, чëрт возьми, это его бесило. Но спорить дальше смысла не было. — Нам нужно туда попасть, — сменив тему, Диего кивнул в сторону изначальной цели. — Думаю, ты справишься с этим лучше меня. — Почему? Потому что я обаятельный молодой человек с харизмой на миллион? — тут же ободрился Харрис. — Потому что у тебя есть талант выбешивать людей так, что они сами зовут тебя поближе, лишь бы набить морду. Джон усмехнулся. — Спасибо за комплимент. Тогда наблюдай и учись, дядя. Он не спеша поднялся, поправил складки на рубашке и направился к VIP-зоне, полный решимости испытать терпение богачей. Джон двигался с той же грацией, с какой кошка крадётся к канарейке в небольшой клетке. Манжеты рубашки расправлены, шаг лёгкий, взгляд самоуверенный — в общем, он выглядел как человек, который здесь не только свой, но ещё и презирает всех остальных. Санчез остался позади, внимательно следя за напарником и покачивая головой. — Ох, надеюсь, этот пафос не сведёт его в могилу, — пробормотал он себе под нос и потянулся за стаканом, но тут же вспомнил, что он пуст, и с легким раздражением поставил его обратно. Джон тем временем уже пересёк зал, небрежно скользя взглядом по посетителям, и остановился у самого входа в закрытую зону. Перед ним, будто бетонная стена, выстроились двое охранников — широкоплечие, угрюмые, с лицами людей, которым платят явно не за разговоры. — Вход только для избранных, — один из них скрестил руки на груди. — Значит, для меня, — без тени сомнения ответил Джон, оглядывая его с ног до головы так, словно примерял на размер гроба. — Ты есть в списке? — Конечно. Проверяй. Хэррис, Джонатан. Охранник медленно пролистал планшет, его палец заскользил по экрану. — Тебя здесь нет. — Правда? — Джон изобразил искреннее удивление, наклонился вперёд и вежливо кивнул на планшет. — Дай угадаю. Плохо ловит Wi-Fi? Или хозяин этой богадельни просто не умеет записывать настоящих звёзд? — Слушай, малой, это тебе не ясли. Проваливай, пока тебя не вышвырнули. Джон издал разочарованный вздох. — Ладно, ладно. Тогда так. Скажем, я не в списке. Но если ты сейчас не пустишь меня, человек за тем столом, — он указал взглядом на мужчину в белом костюме, — очень сильно расстроится. — Да с чего бы это? — С того, дорогуша, что он проиграет свой единственный шанс узнать то, что ему действительно важно, — Джон наклонился ближе, голос его стал почти интимным. — Разве ты хочешь отвечать перед ним за такую оплошность? Охранник нахмурился, одобрительно кивая второму и уже направляясь к Харрису, возвышаясь над ним тёмной тенью. — Эй, парень… Но прежде чем он успел закончить, в ситуацию вмешался Санчез. — Прошу прощения, амигос, — с ленивой улыбкой он встал рядом, небрежно сунув руки в карманы. — Этот зануда мой кузен. Немного с причудами, но он безобиден. Почти. Охранники тут же переглянулись и один из них вздохнул, протягивая правую руку для приветствия. Санчез ответил тому подмигиванием и тут же принял предложение рукопожатия. — Ты бы предупредил. Веселишься, а поздороваться не подошёл, — мужчина сконфуженно оглянулся назад, а затем вернулся взглядом к Диего. — И кузену своему скажи, чтобы больше под ногами не путался. Джон, недовольно скривившись, глянул на Санчеза: — Кузен, значит? — Ага, — ухмыльнулся тот. — Теперь ты часть моей семьи. Поздравляю. — Великолепно, — Джон тяжело вздохнул, но решил не развивать тему. Проходя мимо охраны, он все же не удержался от колкости: — Парни, если вас кто-то спросит, кто самый обаятельный человек в этом заведении, надеюсь, вы назовёте правильное имя. Они промолчали, но по сведённым к переносице бровям было видно, что Харриса готовы взять за шкирку и вынести на выход хоть сейчас, только бы не слушать его голос дальше. Внутри VIP-зоны интерьер казался ещё более напыщенным: мраморные столешницы, хрустальные бокалы, дорогие костюмы и тяжёлый запах сигар. В воздухе витала смесь власти и чистой показухи. За центральным столиком восседал тот самый мужчина в белом. Вблизи он выглядел еще более претенциозно: кольца на пальцах сверкали при каждом движении, тонкая золотая цепочка на шее подчёркивала статус. Но Джона интересовало только одно из этих украшений — массивное кольцо с выгравированной на нём эмблемой. Именно за ним они и пришли. — Смотри, как сияет, — едва слышно пробормотал Санчез, кивая на руку мужчины. — Да, ослепляет. Прямо как его эго, — Джон скрестил руки. — Ладно, кузен, у тебя есть план? — Конечно. Однако мне нравится наблюдать, как ты импровизируешь. — Как мило. Санчез ухмыльнулся и хлопнул Джона по плечу. — Думаю, лучший способ приблизиться к нашей цели — стать её частью. — Что-то мне не нравится, куда ты клонишь, — пробормотал Джон, оглядываясь. — Расслабься, — Диего залихватски поправил жилетку, приподнял подбородок и направился к столу. Джон не двинулся с места. Вместо этого он прислонился к стене и приглушённо выдохнул, занимая наблюдательскую позицию: — Ну и дебил. Подойдя к столу, Санчез оглядел собравшихся богачей, которые заискивающе смотрели на мужчину в самом центре. Крупье раздавал карты, один из игроков затаил дыхание перед очередной ставкой, а их цель — этот разодетый павлин — лениво вертел кольцо на пальце, делая вид, что ему абсолютно наплевать. — Господа, — с улыбкой произнес Санчез, привлекая к себе внимание. — Как насчёт того, чтобы принять в вашу тёплую компанию одного безрассудного игрока? Мужчина в белом приподнял бровь, глядя на него с ленивым интересом. — Безрассудство — плохая черта для азартных игр, друг мой. — Зато хорошая для развлечения, — Диего опёрся на спинку стула напротив. — Ведь вы здесь именно за этим, верно? Тот оскалился, точно только что ему в голову пришла гениальная идея или внезапное осознание чего-то свыше. — Интересный тип. Садись, если готов ставить по-крупному. — У меня нет проблем с этим, — Санчез уселся и хлопнул по столу. — В конце концов, мне нравится жить на грани. Джон покачал головой, наблюдая за этим цирком, где актёры, тошнотворно самоуверенные богачи с завышенной самооценкой и его напарник, разыгрывали очередной номер с клоунами после антракта. Диего плевать на ставки — ему нужно было лишь подобраться поближе. Но сам Харрис обычно не доверял удаче, предпочитая действовать более практично: поставишь не на то — и всему конец. Возможно, сегодня могло случиться исключение. Неожиданно, взгляд Костюмера, как Джон прозвал его в своих мыслях, метнулся в его сторону, заставляя потерять бдительность и дрогнуть нутром. — А ты чего стоишь? Не любишь азартные игры? — отозвался он. Ловко взяв себя в руки, Джон показушно усмехнулся: — Я люблю выигрывать. А это, знаете ли, разные вещи. — О, значит, ты уверен в своих силах? — заинтересовался мужчина. — Я уверен в том, что не трачу деньги на бесполезные вещи, — Джон приподнял бровь. — Но, знаете, я бы поставил на один весьма любопытный вопрос. — Какой же? — Вы когда-нибудь задумывались, что будет, если поставить на кон не деньги, а что-то более… значимое? — Харрис наклонился к столу, вглядываясь в лица всех присутствующих. Костюмер прищурился, глядя на него с особым энтузиазмом. На самом деле, он смотрел так всегда, когда дело касалось чего-то азартного. — Например? — он довольно вскинул брови и поправил пальцем воротник, как если бы в помещении не хватало воздуха. Джон кивнул на его руку, где сверкало кольцо. — Например, эту прелесть. На секунду за столом повисла тишина. Затем мужчина в белом тихо рассмеялся, проведя рукой по лицу, будто стирая с него нервозность. — Ты либо очень самоуверенный, либо безумный, мальчик, — успокоившись, произнёс он. — Возможно, и то, и другое, — пожал плечами Джон. — Но ведь именно такие люди делают игру интересной? Мужчина постучал пальцами по столу, задумавшись. — И что ты можешь поставить против него? Джон ухмыльнулся и посмотрел на Санчеза. Тот моментально повернулся на него, понимая, что ничего хорошего от этого выражения лица Харриса ждать не стоит. Особенно, если речь шла о подобных заданиях. — Слушай, кузен, а ты не против, если на кон пойдет твоя машина? Санчез чуть не подавился воздухом. — Ч-что?! — он резко повернулся к Джону, словно услышав самую нелепую вещь в своей жизни. Джон лишь беззаботно пожал плечами, устремив взгляд обратно на Костюмера. — Ну же, вам ведь нужен достойный приз, не так ли? Мужчина усмехнулся, лениво крутя кольцо на пальце. — И что это за машина? — О, просто красавица, — вмешался Диего, всё ещё приходя в себя от наглости напарника. — Чистокровная ласточка, такая, что девушки готовы на всё, лишь бы прокатиться пару кварталов на пассажирском сиденье. — Правда? — хозяин кольца приподнял бровь, с явным интересом наклоняясь вперёд. — Абсолютная правда, — поддакивал Джон. — Эта малышка стоит вашего внимания. Санчез едва не застонал, но взял себя в руки и выдавил натянутую улыбку. — Ну, раз уж я твой кузен, Джонни, то, конечно, я доверяю твоему выбору… — несмотря на вымученный вид, глаза его буквально искрились безмолвным «Тебе конец». Тогда Джон успокаивающе хлопнул его по плечу. — Вот и славно. Мужчина в белом задумался, затем наконец кивнул. — Хорошо. Я согласен. Он щëлкнул пальцами, и крупье раздал карты заново. Джон взял свою руку, бегло пробежавшись взглядом по комбинации. Санчез, всё ещё не веря, что его машину только что выставили на кон, тяжело выдохнул и тоже поднял карты. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — прошипел он одними губами. — Я всегда знаю, что делаю, — краем губ улыбнулся Харрис.

Префлоп начался.

Игра началась с очевидного напряжения. Мужчина в белом казался не только заносчивым, но и весьма опытным игроком. Его лицо не дрогнуло ни разу, а движения всегда оставались выверенными, словно каждое решение уже было просчитано заранее. Джон, впрочем, не спешил. Он планировал поднимать ставки осторожно, просчитывая ходы и иногда делая небольшие блефы, чтобы проверить оппонента. Санчез же нервно покусывал губу, наблюдая, как его драгоценная машина медленно, но уверенно становилась частью этой идиотской авантюры. — Мне нравится твоя уверенность, — заметил мужчина в белом. — Но знаешь, малец, мне кажется, ты не до конца понимаешь, с кем сел за один стол. — Так это ведь делает игру интереснее, — Джон наклонил голову, изучая его лицо. Костюмер усмехнулся. — Может быть. Но знаешь, в моём мире всё имеет цену. Иногда даже проигрыш. Санчез почувствовал, как его пробирает холодок, а в мысли уже закрадываются миллионы сожалений о собственном решении взять с собой на задание Харриса. — Ох уж эти философские речи, — Джон зевнул. — Давайте уже доведём дело до конца. Он осторожно уравнял ставку, а Костюмер не стал повышать.

Флоп: Первые нервы.

Карты снова раздались по столу, шум фишек наполнил воздух, будто метроном, отсчитывающий ритм напряжённой партии. Джон взглянул на свою руку — ничего впечатляющего, но и не полное дерьмо. Он сделал небольшую ставку, следя за реакцией мужчины в белом. — Осторожничаешь? — поинтересовался тот, лениво водя пальцем по краю бокала. — Разве? — Харрис улыбнулся. Он выдержал паузу, затем легко добавил сверху несколько фишек. — Смотри, как бы осторожность не стала твоим слабым местом. Джон только качнул головой, уравняв ставку. Диего рядом с ним нервно постукивал пальцами по столу, косясь на присутствующих. — Либо ты знаешь что-то, чего не знаю я, либо тебе просто чертовски везёт, — прошептал он, пряча движение рта за картами. — А почему бы не оба варианта? — ответил Джон, не отводя взгляда от противника.

Тëрн: Повышение ставок.

Четвёртая карта легла на стол. Взгляд костюмера в белом на мгновение задержался на комбинации. — Интересно, — задумчиво произнёс он и вдруг двинул вперёд целую горсть фишек, от чего Санчез едва не забыл как дышать. — Estás bromeando… — Разве игра не становится увлекательнее, когда есть риск? — с улыбкой спросил противник. Джон так же изучил карты и ненадолго замер. Вероятность, что у него соберётся выигрышная комбинация, была… ну, скажем так, средней. Ладони стали влажными. Но дело не только в шансах — дело в людях за столом. Он посмотрел в глаза мужчины в белом. Тот блестяще скрывал эмоции, но Харрис знал, куда направить взгляд. Лёгкий намёк на напряжение в уголках губ, чуть более глубокий вдох, чем следовало бы. Блефует? Или действительно уверен в своих силах? — Ну что, мальчик? — Костюмер склонил голову набок, изучая его. — Испугаешься или рискнёшь? Джон хмыкнул. — А кто не рискует, тот… Он пододвинул к центру стола ровно столько же. Санчез застонал, обессиленно опуская плечи, но не комментируя.

Ривер: Всë или ничего.

Крупье медленно перевернул последнюю карту, и Джон почувствовал, как что-то внутри него сжалось. Это был момент, когда удача либо становится твоей союзницей, либо обнажает хищный оскал. — Твою мать, — Диего нервно прикусил губу. Костюмер чуть заметно усмехнулся, небрежно откинулся назад, глядя на Харриса с выражением, в котором было всё — от скучающего любопытства до насмешливого превосходства. А затем он небрежно щёлкнул пальцами, привлекая к себе внимание. — Давайте добавим немного пикантности, — проговорил он, протягивая руку к бокалу и делая маленький глоток. — О, мне уже страшно, — блефовал Джон. — И правильно, — Костюмер поставил последнюю охапку фишек, доведя ставки до абсурда. Джон взглянул на свою руку. Он выдохнул, а затем перевёл взгляд на Санчеза, который одними глазами умолял его принять хоть раз в жизни разумное решение. Джон потянулся к фишкам. Диего закрыл лицо руками.

Открытие комбинаций.

Костюмер медленно перевернул карты, самодовольно любуясь лицами противников. — Фулл-хаус… Чёрт, — выдавил из себя Харрис. Санчез вцепился в край стола, словно собирался перевернуть его вместе с судьбой. — Джон, — позвал он. — Да? — …Ты. Проиграл. Мою. Машину, — нарочно делая паузы между словами, Диего усилил хватку рук и зажмурился, шумно вдыхая воздух через нос. Костюмер довольно усмехнулся и потянулся к кольцу. — Ну что ж, юнец, думаю, ты только что лишился и машины, и надежды, — произнёс он, закручивая перстень на пальце. — Может, в следующий раз… — Подождите, подождите, — Джон поднял руки, словно останавливая поток времени. — Давайте не будем спешить. Костюмер приподнял бровь. — О, тебе мало проигрыша? — Я предлагаю… дополнительный раунд, — Харрис нервно улыбнулся. Санчез буквально ощутил, как у него только что поседела прядь волос. — Какой, к чёрту, дополнительный раунд?! — прошипел он, впившись взглядом в Джона. — Что ещё ты собрался ставить? Мою квартиру? Во-первых, ты уже должен мне новую тачку, младший. — Раунд на честность, — продолжил Джон, полностью игнорируя испепеляющий его взгляд. — Ты выиграл? Отлично. Теперь давай проверим, насколько ты хороший игрок без карт. Оппонент заинтересованно склонил голову, будто услышал заманчивое предложение с еще большими ставками. — Что ты предлагаешь? — Договоримся по-человечески. Без ставок, без обмана. Если я угадаю, что тебе действительно дорого — кольцо остаётся у меня. — А если нет? — Тогда я остаюсь здесь работать официантом, пока не отработаю долг за машину моего дорогого кузена. Санчез повторно втянул воздух, раздувая ноздри. — Ты невыносимый, Джонни… Костюмер рассмеялся. — Интересный ход. Ладно, попробуй, — он откинулся на стул, смотря сверху-вниз на противников. Взгляд Джона был прикован к кольцу, блестящему на пальце его противника. Он знал, что этот момент решит всё, но понимал — шансы на победу были призрачными. Взгляд Костюмера оставался неподвижным, но его глаза с каждой секундой начинали выдавать признаки напряжения всё сильнее. Он не знал, как поступить, и это только разжигало пламя внутри Джона. — Что, уже не так уверен? — Харрис слегка наклонился вперёд, стараясь не выдавать волнения. — Ты ведь носишь это кольцо не просто так, я прав? Санчез перевёл на него взгляд, понимая, что Джон пошел ва-банк. Он мог лишь наблюдать за происходящим, затаив дыхание в предвкушении того, что могло произойти дальше. Костюмер поморщился, но не ответил. Его пальцы слегка дрогнули, касаясь перстня и Джон это конечно заметил. — Ты носишь это кольцо не просто так, — начал он медленно, внимательно следя за эмоциональными реакциями и откликом на слова. — Оно принадлежало человеку, которого ты уважал… Нет, даже больше — боялся. Мускул на щеке Костюмера дёрнулся. — Он был выше тебя. Но он мертв. И теперь ты носишь его, не как память, а как напоминание самому себе, что ты больше ни под кем не ходишь. Ты сам себе хозяин. Не так ли? — Джон опустил голову, позволяя очкам съехать на кончик носа. Харрис растягивал слова на манер Марло Брэндо, сладостно сочетая в своём тоне превосходство и наигранное дружелюбие, из-за чего даже Диего не мог оторвать от него своего взгляда. Они словно неслись и вальсировали по пространству зала, заставляя воздух сжиматься, удерживая лишь их троих, совершенно позабывших об остальных людях в VIP-зоне, которые теперь тоже отвлеклись от своих игр и уставились на столик в самом центре.

Пауза.

Костюмер среагировал не сразу. Лицо его становилось всё более каменным, а пальцы с силой сжимались на кольце, прокручивая его. Он колебался и смотрел Джону прямо в глаза, не скрытые под тёмными линзами, в то же время как они в ответ словно изучали его душу. И с каждым словом последнего, он терял над собой контроль. Вдруг его губы скривились в усмешке гнева, смешанного с неприязнью. — Ты что, решил сыграть в игру с огнём? — прохрипел он, едва сдерживая себя. — Это не игра. Это факт, — Джон улыбнулся, не отводя глаз, пытаясь скрыть под внешним спокойствием напряжение, которое так и норовило вырваться из его груди. — Ты боишься, что я прав. И ты не можешь этого допустить. Воздух в помещении сгустился. Даже Санчез перестал двигаться, наблюдая за реакцией Костюмера. Тот молчал. Его пальцы нервно постучали по столу. Он смотрел на Джона, бегал по нему взглядом, словно решал, разорвать ему горло сейчас или подождать до удобного момента. — Ну? В самое яблочко? — вскинул брови Харрис и улыбнулся даже как-то слишком хищно, оскалив зубы, еле себя сдерживая, чтобы не провести по верхнему ряду языком. Мужчина в белом медленно поднялся. Стул под ним скрипнул, будто бы протестуя против движения. А затем всё произошло в одно мгновение. Костюмер с яростью снял перстень и швырнул его, смотря прямо в лицо Джона. Кольцо, блеснув в свете ламп, ударилось о стол и прокатилось по его поверхности, пока не остановилось у чужих ладоней. — Ты забрал слишком многое, малец. Ты не понимаешь, что ты сейчас сделал. — Да ну нахуй, — не выдержал Санчез. Джон молча вернулся на место и поднял кольцо. В его руке оно казалось невероятно тяжёлым, словно символ того, что он только что вызвал бурю, которую теперь придётся пережидать, поджав хвост. Костюмер, прожигающий взглядом дыру в его теле, тоже опустился за стол. Он развернул фишки и опрокинул их на стол, демонстрируя этим жестом не только ярость, но и подспудную тревогу. — Это была твоя последняя ошибка. Ты понимаешь это? Джон сжал кольцо в руке. — Я живу на ошибках, — ответил он, выдыхая воздух напряжённости. Предчувствуя скорый взрыв чуть ли не в буквальном смысле, Харрис подскочил, театрально глядя на руку, на которой даже часов не было, и округлил глаза, переводя взгляд с запястья на своего оппонента и обратно. — Вот чёрт! С радостью бы поболтал ещё, но время поджимает, удачи за играми! — он подхватил кольцо и толкнул Диего в сторону выхода, который не стал дожидаться второго приглашения и, придя в себя, тут же двинулся вперёд, жестом прощаясь с охранниками.

***

Джон первым выскочил за дверь, крепко сжимая кольцо в ладони, а следом за ним почти вприпрыжку выбежал Санчез. Двери за их спинами захлопнулись, и в эту же секунду оба остановились, как будто только сейчас осознали, что вообще произошло. — Ты… совершенно безумен, — прохрипел Диего, хватаясь за голову. — Нет, я знал, что ты идиот, но не думал, что настолько! Как же я тебя ненавижу… — За что? Я же гений, — пожал плечами Джон, подбрасывая кольцо в воздухе и снова его ловя. — Ты проиграл машину! — Но потом вернул её и к тому же выполнил задание! Я выиграл, а не проиграл, бестолочь, — Харрис ухмыльнулся и покрутил перстень между пальцев. — Без меня у тебя бы ничего не вышло. — Выиграл? — Санчез ткнул пальцем в казино за спиной. — Да он тебя теперь сожрать захочет, как только до него дойдёт, что ты натворил! — Ну, по крайней мере, у него не будет выбора, кроме как делать это без кольца, — ухмыльнулся Джон. — Возможно, мне даже понравился такой азарт. Санчез устало прикрыл лицо руками. — Я больше никогда не возьму тебя в дело. Спустя секунду он посмотрел на Джона сквозь пальцы и добавил: — …Ладно, может, ещё разок, — сдался он. Диего шумно выдохнул, смирившись со своей участью, и оглянулся по сторонам, словно ожидая, что прямо сейчас за ними выскочит толпа вооружённых охранников. Пока что улица была пуста, но он знал — долго это не продлится и счёт уже пошёл на секунды. — Нам нужно убираться, — твёрдо сказал он. — Срочно. — Поддерживаю. Они быстрым шагом направились к тёмному переулку, сокращая путь к машине, припаркованной в нескольких кварталах отсюда. — Кстати, младший, — вдруг процедил Санчез сквозь зубы. — Мм? — протянул тот. — Какого чёрта ты вообще знал, почему этот нахал так цепляется за этот перстень? — А, это? — Джон небрежно пожал плечами. — Просто угадал. — Просто угадал? — Санчез остановился, заставляя его тоже затормозить. — Ты серьёзно? — Ну да, — Харрис кивнул на кольцо. — У него денег куры не клюют, так что оно явно не просто дорогая безделушка. Оно важно лично для него. А что может быть важным для такого человека? Либо знак власти, либо что-то сопливо сентиментальное. — Да ну! — Санчез закатил глаза. — Да! — Джон оживился. — А потом я заметил, как он машинально трёт его большим пальцем, когда нервничает. А это… — Признак эмоциональной привязанности, — Санчез обречённо выдохнул. — Бинго! — Джон ухмыльнулся. — Значит, либо подарок, либо память о чём-то важном. Я, конечно, поставил на второе. Санчез шумно втянул воздух и сжал кулаки. — Я тебя убью. — Подожди хотя бы, пока мы выберемся из этой передряги. — Нет, Харрис, я сделаю это прямо здесь и сейчас. — Тогда тебе придётся тащить мой труп до машины. Джон рассмеялся, а Диего уже всерьёз задумался, а не врезать ли напарнику прямо сейчас. Но прежде чем он успел что-то сделать, за их спинами хлопнула дверь казино. Оба резко замолчали и обернулись. Сначала ничего. А затем из дверей показалась высокая тень. Костюмер вышел медленно, без спешки, как будто знал, что догонит их в любом случае, и его силуэт, абсолютно чёрный в свете фонарей, выглядел ещё более устрашающе. — Дерьмо, — замер всем телом Санчез. — Ну, мы хотя бы попытались, — пробормотал Джон. Не прошло и секунды, как мужчина двинулся к ним, сжимая руки в кулаки и не отрывая взгляда от своих злейших врагов в данный момент времени. — Бежать? — бегло спросил Санчез. — Бежать, — согласился с ним Харрис. И они рванули…

***