Коллеги

Сначала - холод. Потом - слякоть. И, наконец, он, сгруппировавшись, как мешок драконьего навоза, рухнул прямо в промозглую, сыреющую грязь. Бам! Перекатившись несколько раз с характерным глухим стуком, Гарри наконец зацепился пальцами за торчащий из земли корень и затормозил, уткнувшись лицом в сырую землю. Лишь спустя какое-то время он с трудом поднял голову и сплюнул мокрый кусок цветущего мха. Горечь во рту от травы, а на зубах неприятный скрежет песка и чего-то мерзкого. Чего конкретно выяснять не было желания. Он поднял глаза - зелёные, озлобленные на весь этот гадкий мир. Впереди - непроглядный, серый, туманный лес, едва ли приветствующий незваного — Вот тебе и благословлённый портал, чтоб его, — процедил сквозь зубы волшебник, поднимаясь на дрожащие руки. — Приличия ради могли бы организовать посадочку помягче… Тело ныло от перегруза, свалившегося на него. Такие резкие перемещения между мирами не проходили бесследно. А Поттеру уже не пятнадцать, чтобы с лёгкостью скакать по измерениям. Одежда прилипла к спине, но ледяной, рваный ветер обжигал тело под ней, создавая до озноба неприятный контраст между температурами. В вечернем густом воздухе ощущался спертый запах болота и ельника. Поднявшись, герой шатаясь, словно не человек, а его плохая имитация, слепленная из глины и облитая дождём с головы до ног, медленно зашагал вдоль невидимой тропы. Где-то над кронами бесконечно высоких деревьев глухо каркнула ворона. Очень уместно. Идеальное музыкальное сопровождение к его жалкому состоянию. Вытирая тыльной стороной ладони лицо, Гарри только сильнее размазал по щеке грязь. Отлично. Как раз то, что нужно, если вдруг наткнётся на местных жителей маргинальной наружности, оборотней и другую нечисть здешних земель. Если не убегут в испуге, решив, что перед ними леший из древних славянских сказок, то хотя бы трогать не станут. Громоздкие ботинки негромко посвистывали металлическими застёжками в такт каждому шагу, но даже так мужчина старался передвигаться бесшумно - даже на вязкой, раскисшей почве не оставляя ни единого следа за собой. Блейз предусмотрел все до мелочей. Он не мог позволить себе поставить жизнь Поттера под угрозу. Цепные псы Альянса не должны были вычислить местонахождение волшебника, поэтому даже обувь была зачарована на случай преследования. Остановка. Практически мимолетная. Приподняв ворот плаща, чтобы защититься от сырого ветра, Гарри вытащил из внутреннего кармана аккуратно свернутую карту. Он развернул её, и, благо, художник не стал расписывать холст метр на метр, остановившись на квадратном клочке желтого пергамента. Оглядевшись, путник попытался сверить реальность с нарисованным. На выцветшей бумаге проступали чёткие контуры местности - чья-то скрупулёзная рука некогда вычертила их чернилами моллюска. Красные линии, слегка размазанные от сырости, уводили пристальный взгляд к цели: небольшой деревне, затерянной среди густых деревьев. Там, где-то в центре, среди россыпи полуразрушенных разбойничьих домов, рисовалась единственная местная достопримечательность - трактир «У Старого». Поттер никогда о нем не слышал, но уже имел смутное представление о том, что могло ожидать его за скрипящей дверью. Толпы пьяных посетителей, развалившихся за круглыми столами усыпанными - повидавшими жизнь, игральными картами - такие же накаченные алкоголем барды, исполняющие уже не фольклорные романсы, а похабные частушки; и заводные официантки с пышной грудью и стальным характером. Представляя нелицеприятную картину, он невольно смочил губы, на секунду ощутив на языке фантомный привкус темного пива из бочки, которую не меняли с открытия заведения. Карта снова зашуршала в перчатках. Гарри убрал ее назад и, выцепив взглядом правильный путь, отправился на поиски первой отправной точки своего приключения. К счастью, несмотря на то что сам процесс перемещения не доставил удовольствия, портал выбросил мужчину как раз неподалеку от нужного места. Оставалось лишь добраться. «Заступный лес» или «Безгласная чаща», как это место успели прозвать немногочисленные путешественники, - отличалось особенной таинственностью. Известно, что все, кроме местных жителей, предпочитали обходить его стороной. В книгах говорилось, будто начинался он резко. Пленял заблудившегося путника в свои сети, и тот, моргнув единожды, оказывался в ловушке, невесть как в нее угодив. Без тропинки, без арки из ветвей - только мгновенный переход: шаг - и звуки мира обрывались, как ножницами. Ни шелеста листьев, ни стрекотания насекомых, ни хруста сухих веток под ногами - даже собственное дыхание исчезало, будто растворялось в непроглядном тумане. Тишина не просто висела в воздухе - она давила, ползла по коже, залезала в уши, заполняя череп ватой. Временами казалось, что лес не немой, подглядывающий. Прислушивающийся. Будто тысячи невидимых глаз следили не мигая, из-за стволов, лишённых жизни. Хвойные деревья, пропитавшие округу своим щекочущим ноздри ароматом, тянулись вверх без единого изгиба, словно вылепленные из глины, и между их чёрных, изломанных силуэтов не протискивался даже рассеянный лунный свет. Ни птиц, ни зверей, ни завывания ветра. Всё, что когда-то здесь существовало, либо ушло, либо стало частью этой гнетущей пустоты.

***

Стемнело. За спиной остался час пешего пути - сквозь вязкое, безмолвное безумие чащи и щемящее уединение с собственным сознанием. Наконец, вдали, сквозь ровные ряды деревьев, показались первые тёплые отблески света. Мерцающие огоньки уличных фонарей лениво дрожали на ветру, приглашая усталого странника в крохотный мистический погост, пропитанный колоритом коренных жителей. Свет мягко освещал узкую тропинку, ведшую к гниющей, кое-как державшейся на ржавых петлях деревянной калитке. Когда Поттер подошёл ближе, фонари, словно выполнив свою задачу, стали один за другим затухать, оставляя за собой кромешную тьму. И только яркое пламя центрального костра оставалось нетронутым - оно плясало в кольце из булыжников, отбрасывая янтарные отсветы на стены старого трактира, что перекосился от времени, но по-прежнему стоял, как страж у последнего порога цивилизации. Закостеневшая верёвка с хрустом поддалась, отворяя калитку. Тусклый звон металла прорезал тишину на долю секунды, напоминая о настоящем, - и тут же растворился в глухой, влажной тьме леса, будто и не было его вовсе. Из-за калитки потянуло запахом прелых листьев, сырых корней и чего-то пряного, варящегося неподалёку. Волшебник шагнул вперёд. Шёл он медленно, осмотрительно, будто ступал по въевшейся в почву истории, а не земле. Лес расступился, открывая поселение - странное, убаюканное сном место, где дубы не просто деревья, а жилые дома. Их стволы, исполинские и покрытые мхом, светились изнутри теплыми бликами, пробивавшимся сквозь трещины коры. Пахло грибами, дымом от травяных свечей и старым деревом, вываренным дождями. Рады ли ему? Или уже стоило опасаться за свою жизнь и бежать, сверкая пятками? Местные не проявляли ни страха, ни интереса. Те, кто всё ещё бродил снаружи в столь поздний час - старики в мешковатых рубахах, дети с еловыми венками, - лениво разбредались по своим пенькам-хаткам. Остальные исчезли за разбухшей от сырости дверью трактира, откуда лился мягкий свет, аромат скисшего эля и звук полузадушенного гомона. Не трактир - чистилище, где хрипло звенят и завывают неупокоенные души похороненного чувства человечности. Лак на деревянных стенах давно облупился, осыпавшись на пол и свалявшись там в куче грязи. Жирный дым от жаровен, свисающих сверху прямо над головами посетителей, закоптил потолок до черноты. От окружения веяло привычным безразличием, но ощущение, что в любой момент все, кто находился в зале, одним махом выкинут палочки в его сторону, не оставляло ни на миг. Воздух внутри пропитался смесью гари, дешевого спирта и чего-то животного - то ли тушеного гнилого мяса, то ли затаённого страха. Он шагнул внутрь. Здесь его не узнавали. Или тщательно делали вид, что не узнают - словно так было безопаснее для всех присутствующих. Местные не стремились смотреть в глаза, не здоровались, отворачивались и относились к нему как к тени. Здесь Поттер был чужим и это его вполне устраивало. Лицо заведения - облезлая барная стойка, липкая до нельзя, вероятно, не раз залитая ромом или ликёром - сегодня приютила пару дюжин подозрительных типов. Прошу прощения. Местных жителей. Кто-то спал прямо на столешнице, нарочно смачивая её ручьём из слюны и обдавая округу парами несвежего дыхания; кто-то опасно ворочал в неполной пятерне игральные кости; кто-то перебирал в руках мешок с золотыми монетами, будто проверяя, все ли на месте. За стойкой путника встречало хмурого вида волшебное создание - гном. Не вестник доброй сказки про Белоснежку, увы. Шестьдесят сантиметров угрозы стояли на высоком барном стуле, потирая маленькими, но матёрыми пухлыми ручками пивные стаканы. Рыжая борода спадала на грудь, а лысеющую макушку скрывал мятый красный колпак. Он взглянул на Поттера исподлобья и беззвучно дёрнул подбородком: мол, «чего надо?». — Покрепче. — Растерявшись, шепотом ответил ему мужчина и ещё раз невольно бросил взгляд в сторону спящего рядом тела. Хотелось верить, что спящего. — Вот ведь вылупился. — Гном повернулся к Гарри спиной, выполняя заказ, — Что за народ пошел… — Я нездешний. Прошу прощения… — Он виновато потупил глаза вниз и поджал пересохшие губы. — Знаю. — Опустив стакан на стол перед гостем, бармен вернулся к другим заказам, в одночасье переставав замечать Поттера, ведь тот был лишь короткой аномалией в череде его бесконечных и однообразных вечеров . От мутной чарки с жидкостью несло древесной смолой, хвоей и спиртом. Опрокинув содержимое залпом - чтобы вкусовые рецепторы не успели в полной мере осознать всей прелести испитого снадобья, - волшебник громко ударил стаканом о стойку и затянул носом влажный аромат ткани собственного плаща. Горло горело. То что нужно. Гул мыслей сразу притих. Волнение - отупело. Обернувшись к залу, Гарри попытался по-новому взглянуть на происходящее вокруг. Толпа всё так же жила своей жизнью: кто-то ругался, кто-то дрался, кто-то - валялся без сознания в углу, умирая медленно и без внимания. Уже увереннее лавируя между стульями и чужими острыми локтями, Гарри направился в самый дальний угол под лестницей, ведущей на второй этаж. Там, за круглым столом из чёрного, обугленного дерева, сидел его проводник - невысокая фигура в чёрной мантии в пол, лицо которой скрывал длинный, специально непроницаемый капюшон. Спина прямая, плечи узкие. Но в полной мере распознать силуэт удавалось с трудом. Руки с тонкими пальцами в чёрных, таких же таинственных, как и весь образ, перчатках были сложены перед ним. Поверх черной ткани на безымянном пальце виднелось кольцо из белого золота, но и оно не добавляло догадок. Без пола. Без возраста и расы. Неподвижный и безмолвный. Поттер присел напротив и недоверчиво оглядел незнакомца перед собой. В голове пронеслась сцена их с Блейзом последнего разговора. — Кто вас прислал? — Этот, заготовленный задолго до встречи, вопрос он пронес через весь путь. Вместо ответа - все тот же искусственный шум, словно несуществующих в действительности, людей вокруг. Декорации. Они массовка для отвода глаз. Человек напротив, медленно потянулся к полам мантии и рука исчезла в глубине темных складок. Напряжение нарастало. Вены, выступающие на виске Поттера, пульсировали от готовности ко всему. Путник вытащил из внутреннего кармана мешочек из льна, материала знакомого до боли в груди. Бросив его перед волшебником, человек снова сложил ладони перед собой и замер. На серой ткани, почерком, который Гарри узнал бы из тысячи, черным рисовалась одна только буква, ускоряющее сердцебиение. «Д». — Мы отправимся на рассвете. — Неестественно низким шепотом, вдруг произнес проводник. Мужчина. Хоть что-то. — Я подготовлю лошадей, а вам нужно выспаться. Мой заказчик обещал, что это поможет восстановиться. — Голоса, отличительных признаков, по которым можно было бы узнать чуть больше о нем, так и не прозвучало. Сухой, низкий, то старческий, то молодой шепот, явно измененный для пущей таинственности. — Как он? Если ему угрожает опасность, я готов отправиться прямо сейчас. — Раскрывая горлышко мешка, Поттер неспешно втянул ноздрями щекочущий аромат мяты. — Всему свое время. Мы будем двигаться через чащу, затем остановимся в порту и оттуда направимся по следам альянса до материнского штаба. Путь не близкий, опасный. Уйдут месяцы. Но мы окажемся там, когда придет назначенный час. — Месяцы? — Гарри затянул узелок и спрятал подарок Драко в карман под сердцем. — Месяцы. Ищейки уже вышли на охоту, чтобы принести королю тушку медведя к ужину. — Мерлина ради… — Не выдерживая, мужчина раздраженно закатил глаза и сжал двумя пальцами переносицу, — В конце концов я не герой эльфийской баллады, к чему эти поэтичные прозы? Можно услышать хоть толику конструктива? У меня правда нет сейчас настроения играть в «подземелья и драконы» используя высокопарное пустословие… — Не можно. Доброй ночи. Ваша комната на втором этаже в конце коридора по правую руку. — Проводник оставил на столе ржавый ключ от спальни и удалился быстрее, чем Поттер успел перевести взгляд.

***

Заскрипела рыхлая постель - устало, будто сама доживала последние деньки, как и все в этом обшарпанном трактире. Второй этаж, узкая липкая лестница, длинный коридор и скрипящая дверь. Сквозняк пробивался сквозь щели размером с мизинец, покусывая оголенные плечи и грудь волшебника. Тараканы, как единственные спутники, засыпали по углам в кучках мусора и пыли. Мужчина рухнул на матрас боком, спиной к крохотному окну с видом на безутешный горизонт, лицом - в полутень. В комнате стоял все тот же запах сырости, затхлого пива и разлагающегося дерева. Этих стен давно не касалась ласковая ладонь, хотя и было заметно, что здание строилось когда-то с любовью. Поверх ароматов удушливых - упрямо тянулся он - запах теплый и знакомый. Перечная мята. Не то завороженная по-особому. Не то просто собранная с теплыми чувствами к нему, - и оттого особенная. Вынимая ее бережно, как семейную реликвию, он медленно развязал узелок. Мелкая. Уже смятая нежными руками. Поттер набрал крохотную горсть и растер мяту по груди, прикрывая глаза. Медленно, но с нажимом, будто хотел втереть в себя не только запах, но и тепло пальцев, которые некогда к ней прикасались. Странные ощущения. Забытые. Мелкое покалывание разнеслось по коже, отзываясь мурашками. Приятно. Как любимое воспоминание, которое не выбросить из головы. А потом - ночь. Просто ночь в одиночестве. Без приглушенного щебетания о неважном, без неловких объятий и молчаливого признания. Тоска с примесью умиротворения. Драко жив. Кровать вновь заскрипела, подобно судну на волнах, когда Гарри перевернулся на спину. Тишина заползла в уши, тяжело оседая в голове туманом. Он знал: завтра снова - все. Но сегодня - просто быть. Просто выдохнуть. И - может быть - увидеть во сне его.

***

Холодный рассвет вылизывал кроны хвойных деревьев тусклым серебром. Лошади лениво топтались у забора, переминаясь с одного копыта на другое. От их боков поднимался пар в такт тяжелому дыханию. Поттер поправил стремяна, по молчаливой указке проводника - очевидно слишком хорошо разбирающегося в конном деле. Он выпрямился и вновь коснулся взглядом силуэта незнакомца - вытянутой фигуры в черном одеянии. Спутник ничего не ответил. Только кивнул в сторону леса и, седлая лошадь, отправился в путь. Поспевая за ним, Гарри неуклюже запрыгнул на свою кабылу. Время тянулось утомительно долго. Первый час - под копыта ложились листья смешные с сухими иголками и ломаными ветками. Ни слова. Только дыхание животных и хруст замерзшей глины под ногами. Тишина уже казалась не просто фоном - она двигалась рядом верхом на невидимом коне и ее аура подавляла волшебника, оседая как вакуум на ушах на дне глухого колодца. Второй час - спина начала не просто молить о пощаде, а выть белугой. Зато проводник оставался прямым, как натянутая на гитару струна. Он не оборачивался, ступая вперед и волоча за собой Поттера. Лес будто превратился в огромный живот, а они скользили по его ребрам. Третий. Пальцы Гарри задрожали. Его сердце стучало одной лишь мыслью о встрече, как пепельный метроном из кабинета Дамблдора. На четвертом часу герой сдался. — Я больше не могу. — Волшебник потянул поводья и зверь замедлил ход, — Я вижу, что ты парень неразговорчивый. Весь из себя загадка. Но если я сейчас не выскажусь, то взорвусь. Проводник ничего не ответил, но покорно сбавил темп, равняясь с мужчиной. — Я… — Он поднял кудрявую голову вверх, — Блять, я только поверил в то, что моя жизнь меняется. — Режущая слух брань сорвалась с уст Поттера чуть ли не впервые в жизни, как символ его крушения, — Веришь? — Набирая в грудь воздух, мужчина вернул взгляд на дорогу, — Я вернулся на свое место. Несмотря на то, что я с трудом находил время на то, чтобы банально прижаться ухом к подушке, я был счастлив. А он… Драко стал для меня тем, кто не просто обо мне заботился. Он стал моим домом, которого у меня никогда не было. Даже еле перебирая ногами после работы, я приходил к нему зная, что он будет рад видеть меня и просто бескорыстно укутает своим теплом… Его низкий бархатный голос, доселе уверенный и глубокий, начал срываться, а горло сковало с болезненным скрипом. Только лошади продолжали свой путь. — Я даже не успел ему сказать то, о чем столько думал. Этот вечер должен был стать особенным. Я все продумал и оставалось только… Только оказаться вдвоем… Но пока я позволил заманить себя в ловушку - он исчез. Нет, он не исчез. Его похитили. Пауза. Лошадь под ним громко фыркнула. — Потом Джинни. Так не вовремя с этим судом. Я знаю, она не специально. Не в ее интересах было бить по больному, когда я и так уязвим, но… она и не сжалилась. — Гарри нервно стиснул губы, зубами царапая сухую кожу на них, — Увезла Джеймса и в текущей ситуации я даже не представляю, когда увижу его снова. — Без смеха, он передразнил самого себя, горько вздыхая. Где-то над головой скрипнуло дерево, словно сама чаща сочувствовала волшебнику в его нелегком пути. Проводник все ещё молчал, но Поттер чувствовал, как он вместе с ним погружался в эту историю. Дышал неспешно, удерживал лошадь, замедляя ее темп, незаметно кивал, поддерживая. Это и было его вниманием. — И Хогвартс… От наших комнат остались руины. Подземелья, где для меня все пахло безопасностью… Сейчас они под завалами. Наше с ним место разрушено. — Он проглотил воздух. Резкий порыв ветра прошелся по кустам, по-матерински их приглаживая. — Я просто хочу, чтобы он был в порядке. Хочу забрать его и уже неважно куда. Лишь бы он и я могли оставаться рядом. Потому что, как бы это ни было больно признавать, но без его присутствия я слабее и это, то с чем я пока не научился справляться. Не прошло и секунды, как спутник резко дернул лошадь за узду. Зверь, брыкаясь, с силой пихнул соседнего скакуна и печальный наездник с грохотом свалился на землю. Проводник грозно спрыгнул за ним. Он подошел ближе. Навис над Гарри угрозой и, опустившись на корточки, схватил его за воротник. Хотел привести в чувства, но вместо холодных и расчетливых оплеух, замер. Ветер переменился. Тонкие, но сильные пальцы ослабли, незнакомец повернул голову в сторону и медленно занес руку за спину, пряча ее под плащ. Невольно, он на пару мгновений приоткрыл взору Поттера свой точеный силуэт, скрытый за плотно прилегающей тканью одежды. Тишину прорезал еле слышный шорох в кустах и проводник вскочил, вынимая из-за пазухи белоснежный револьвер, который выстрелил точно в цель, насмерть ранив первую ищейку альянса. Оружие сверкало в черных перчатках. По всему корпусу струились зачарованные узоры. В барабане виднелись такие же белые пули с рунными символами. — Соберись, Поттер. — Раздраженно фыркнул тот из-за капюшона, — Твое нытье ставит нас под угрозу. Ты хочешь помочь Малфою или погибнуть так и не став его спасителем? — Проводник отрезвляюще пихнул мужчину в бок носком своего твердого сапога и, оставляя его согнувшемся на земле, ушел в сторону кустов. — Вот так и открывайся всяким… — Гарри прохрипел, но, охотно следуя приказу, встал с промозглой почвы, — Удар у тебя нехилый, для такого сопляка, знаешь ли. — По пути отряхивая одежду, он подошел ближе и заглянул в кусты. Среди обломанных веток развалилось бездыханное тело неизвестного волшебника. Его лицо скрывала белая маска альянса. Подобные носила вся прислуга. — Откуда у тебя такие игрушки? Давно это ведьмаки с револьверами шастают? — Брюнет хотел выхватить пистолет из чужой руки, чтобы посмотреть диковинку, но снова получил с локтя в поддых. — Не твоего ума дело. — Четко, доходчиво, а главное все с тем же пробирающим шепотом, — Привал. — У трупа? Очень живописно. Нечего сказать. — Вот и помолчал бы лучше. — Опустившись на колени перед телом, собеседник обчистил карманы застреленного и, когда у того не осталось ничего полезного, отстранился, — Отнеси его в болото. — То есть как лягаться ты первый, а как место преступления убирать, так тебе помощник нужен? — Гарри пусть и огрызался, но стало заметно, как сильно смягчился его тон после такой эмоциональной встряски. — Неси давай. — Проводник убрал оружие в кобуру. Пока Поттер занялся грязной работой, Ведьмак, так в своей голове окрестил его Гарри, вытащил из рукава белую волшебную палочку и одним заклинанием развернул знакомую до ужаса палатку с наложенными чарами невидимого расширения. Несколько заплаток на местах, которые он помнил когда-то, выдали в ней ту самую. Именно с ней несколько лет назад путешествовало золотое трио Хогвартса. — Я может слишком сильно ударился головой… — Возвращаясь с ближайшего болота, мужчина снял перчатки, отряхивая их от грязи, — Но мне начинает казаться, что я тебя знаю. Иначе мне совершенно не понятно, как и каким образом она у тебя оказалась. Ответа не последовало. Спутник молча скрылся внутри палатки. Убранство сильно изменилось. Когда Гарри залез следом, то на секунду подумал, что глаза его обманывают. Там от прошлого ничего не осталось. Тканевое помещение делилось на: гостиную зону, застеленную ковром и заваленную подушками среди которых виднелся круглый стол; и две отдельные комнаты. Одну закрывал зачарованный узел, во вторую же можно было зайти без препятствий. — Довольно… Уютно… И странно.

***

Серая ночь. Густая, как простуженное дыхание. Ветер тянулся по краям палатки, перебирая пальцами ткань, будто пытаясь заглянуть внутрь. Он лежал на боку, уставившись на знакомые потертости ткани и ещё воюя с четким осознанием того, что это палатка, в которой они ночевали с Роном и Гермионой. Кутаясь в одеяло, он прятал в нем подбородок, чтобы согреться. Неровная ткань матраса, просевшая местами, все равно казалась роскошью после долгого дня в седле. На ужин была теплая похлебка с остатками сушечной зелени и вороной. Бедняжка просто пролетала мимо, а два голодных волшебника оказались непривередливы. Сон приближался постепенно. Сегодня без помощи мяты. Поттер решил ее экономить до встречи с возлюбленным. А пока, неспешно поддаваясь усталости прошедшего дня, он размышлял о ведьмаке. О том, кто молча ехал рядом с ним, пока мужчина изливал душу, о том, кто первый поднялся утром и запряг лошадей, и том, кто последний погасил костер перед сном. «Соберись, Поттер» такое грубое, но такое знакомое… Но каждый раз, когда он пытался ухватиться за призрачную нить чужого образа, чтобы стянуть с него капюшон - все рассыпалось. Гарри перевернулся на спину. С потолка палатки капля медленно упала на его лоб. Сверху, там, где проходил шов, собирался конденсат. Кап. Молчание. Кап. Сомнение. Кап… Может все проще? Может быть ему просто хотелось, чтобы под капюшоном был кто-то, кого он знал? Прикрывая глаза, мужчина вздохнул полной грудью. — Я. Тебя. Знаю…